Верю в солнце завета

Верю в солнце завета

Блок. Верю в Солнце Завета… Прочтение

Виталий Литвин

16. «Верю в Солнце Завета…»
И Дух и Невеста говорят: прииди.
Апокалипсис
Верю в Солнце Завета,
Вижу зори вдали.
Жду вселенского света
От весенней земли.
Всё дышавшее ложью
Отшатнулось, дрожа.
Предо мной — к бездорожью
Золотая межа.
Заповеданных лилий
Прохожу я леса.
Полны ангельских крылий
Надо мной небеса.
Непостижного света
Задрожали струи.
Верю в Солнце Завета,
Вижу очи Твои.
22 февраля 1902
В прошлом стихотворении было:
«Мы помчимся к бездорожью
В несказанный свет.»
В этом:
Предо мной — к бездорожью
Золотая межа.

То есть оно – непосредственное продолжение предыдущего, оно – конкретное описание «несказанного света».
Как обычно для эпиграфов Блока, и здесь эпиграф – это не квинтэссенция смысла, а намек на предыдущую сцену, и, чтобы понять, о чем оно, надо сходить к источнику – здесь к последним стихам «Откровения Иоанна Богослова»:
«Я, Иисус, послал Ангела Моего засвидетельствовать вам сие в церквах. Я есмь корень и потомок Давида, звезда светлая и утренняя.
И Дух и невеста говорят: прииди! И слышавший да скажет прииди! Жаждущий пусть приходит, и желающий пусть берет воду жизни даром.
И я также свидетельствую всякому слышащему слова пророчества книги сей: если кто приложит что к ним, на того наложит Бог язвы, о которых написано в книге сей;
и если кто отнимет что от слов книги пророчества сего, у того отнимет Бог участие в книге жизни и в святом граде и в том, что написано в книге сей.
Свидетельствующий сие говорит: ей, гряду скоро! Аминь. Ей, гряди, Господи Иисусе!
Благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь.»
Пытаться по-своему сказать, о чем это… Два тысячелетия гении схоластики, философии, литературы – чистым анализом или обнаженным вдохновением уже пытались – куда мне за ними.
Вот трактовка протоиерея Сергия Булгакова (16 .06.1871 — 13.07.1944), философа близкого к Сергею Соловьеву:
«…Что означает здесь Дух? Здесь возможно, прежде всего, ограничительное толкование… Согласно ему, Дух означает Дух Христов ; поскольку во всех семи посланиях церквам говорящим является Сам Христос. В таком толковании выражение «Дух и Невеста» означает: Христос и Церковь или же Христос в Церкви, или Церковь во Христе.
… теперь обратимся к экзегезе слова «Невеста». Это есть один из самых живых и волнующих образов всей библейской экклезиологии, начиная с таинственной мистики «Песни Песней» ( Песн. IV, 8-12; V, 1), продолжая пророческими образами Ветхого Завета ( Ис. LXI, 10; Иер, II, 2, 32), кончая многочисленными евангельскими текстами»
Идем по ссылке ( Песн. IV, 8-12):
«8.Со мною с Ливана, невеста! со мною иди с Ливана! спеши с вершины Аманы, с вершины Сенира и Ермона, от логовищ львиных, от гор барсовых!
9. Пленила ты сердце мое, сестра моя, невеста! пленила ты сердце мое одним взглядом очей твоих, одним ожерельем на шее твоей.
10. О, как любезны ласки твои, сестра моя, невеста! о, как много ласки твои лучше вина, и благовоние мастей твоих лучше всех ароматов!
11. Сотовый мед каплет из уст твоих, невеста; мед и молоко под языком твоим, и благоухание одежды твоей подобно благоуханию Ливана!
12. Запертый сад — сестра моя, невеста, заключенный колодезь, запечатанный источник:
13. рассадники твои — сад с гранатовыми яблоками, с превосходными плодами, киперы с нардами,
14. нард и шафран, аир и корица со всякими благовонными деревами, мирра и алой со всякими лучшими ароматами;
15. садовый источник — колодезь живых вод и потоки с Ливана.
16. Поднимись ветер с севера и принесись с юга, повей на сад мой, — и польются ароматы его! — Пусть придет возлюбленный мой в сад свой и вкушает сладкие плоды»
«8-12″… Как видите, на 12-ом стихе про Невесту остановиться у меня не получилось…
Вы уже прочитали, что с точки зрения церковной науки «Дух и Невеста» означает: Христос и Церковь». Но нам это без надобности. Нам надо понять, что все это означало с точки зрения 20-летнего Александра Блока. А он прочитал: «Пусть придет возлюбленный мой в сад свой и вкушает сладкие плоды «, он услышал очень конкретное: «И Дух и Невеста говорят: прииди»!
И он ответил:
Верю в Солнце Завета
И он увидел:
Всё дышавшее ложью
Отшатнулось, дрожа
И он пригляделся:
Предо мной — бездорожью
Золотая межа.
И он пошел. И описал тропу:
Заповеданных лилий
Прохожу я леса.
Полны ангельских крылий
Надо мной небеса.
И он пришел:
Непостижного света
Задрожали струи.
Верю в Солнце Завета,
Вижу очи Твои.
*
*
вкратце о месте стихотворения в общем своде книги «Стихи о Прекрасной Даме».
Ал. Блок : «Символист уже изначала — теург, то есть обладатель тайного знания, за которым стоит тайное действие».
Теургия — это человеческая практика по работе с божественными сущностями. «Стихи о Прекрасной Даме» — рабочий дневник Александра Блока о ходе подобной практики.
Спустя десять лет он напишет Андрею Белому: “Отныне я не посмею возгордиться, как некогда, когда, неопытным юношей, задумал тревожить тёмные силы — и уронил их на себя.”
«Стихи о Прекрасной Даме» как раз об этом — о тёмных силах и о гордыни попытки справится с ними.
Справиться не получилось. Спустя ещё десять лет, уже после смерти Блока, Андрей Белый резюмирует:
«Первый том — потрясенье: стремительный выход из лона искусства; и — встреча с Видением Лучезарной подруги; и — далее: неумение воплотить эту встречу, обрыв всех путей»
Для Блока было важно подчеркнуть рабочий, реалистический характер книги («к моим же словам прошу отнестись как к словам, играющим служебную роль, как к Бедекеру , которым по необходимости пользуется путешественник»), поэтому вместо трёх разделов с мистическими названиями «Неподвижность», «Перекрёстки», «Ущерб» первого издания в канонической редакции их стало шесть, у которых вместо всякой философии теперь только указания на место и время действия.
Вот их краткая сводка:
I. С.-Петербург. Весна 1901 года. Юный теург обретает свет, но появляется и «гадалка» из Тёмного храма .
II. С. Шахматово. Лето 1901 года. Поэт учится работать с обретёнными силами, но постоянно путается меж Ясной и гадалкой, меж Солнцем и любимой. Меж Тобою и тобой.
III. С.-Петербург. Осень и зима 1901 года. Грань богопознания: попытка – успешная! – увидеть в любимой богиню, то есть раскрыть в «тебе» – Тебя! Но тут же появляются «двойники», которые искушают теурга россыпью миров.
IV. С.-Петербург. Зима и весна 1902 года. Видение Моисея, готовность к Акту, видение, как «мы странствовали с Ним по городам» – но что это все? – послания от Тебя или обманки «двойников»? И – снова видение Моисея, видение Неопалимой Купины, осознание, что Ты – Купина, то есть Ты – прямой призыв Господен к действию, как некогда к простому пастуху Моисею: «Иди! И соверши небывалое». Но опять вмешиваются акторы лиловых миров – гадалка, двуликий, двойник. И поэт срывается в открытые ему «двойниками» другие миры.
V. С. Шахматово. Лето 1902 года. Лето зимних кошмаров, лето расплаты… Но в ответ на прямой призыв: «Приходи, Я тебя успокою», поэт настаивает на своём праве на «каменные дороги».
VI. С.-Петербург. Осень — 7 ноября 1902 года. Он выходит на Тропу миров – лиловых миров. Бродит по ней, отчаивается. Он, ставя на кон свою жизнь, прорывается к Храму, но, судя по всему, это – тёмный храм.
Данное стихотворение относится ко третьей сцене ЧЕТВЁРТОГО раздела. Всего сцен в нем – десять:
IV. С.-Петербург. Зима и весна 1902 года
Сцена 1. Моисей.
Сцена 2. Храм.
Сцена 3. Мастерская.
Сцена 4. Солнечный день.
Сцена 5. Мир у разлива рек.
Сцена 6. С Ним.
Сцена 7. Снова гадалка.
Сцена 8. Призыв к поэту.
Сцена 9. Ответ из лиловых миров.
Сцена 10.Блуждание по мирам.
*
Сцена пятая. Мир у разлива рек.
15. «Мы живем в старинной келье…» ( http://www.proza.ru/2017/12/16/1155 )
Двойники. Мир у разлива рек. Выход «к бездорожью».
16. «Верю в Солнце Завета…» ( http://www.proza.ru/2017/12/16/1159 )
Описание тропы бездорожья.
17. «Кто-то с богом шепчется…» ( http://www.proza.ru/2017/12/17/1559 )
ностальгия по бездорожью.
18. «Мы всё простим — и не нарушим…» ( http://www.proza.ru/2017/12/17/1564 )
Мир у разлива рек. Ожидание, когда «пронесутся непогоды».
19. «Ты — божий день. Мои мечты…» ( http://www.proza.ru/2017/12/18/1021 )
Мир у разлива рек. Вид из окна кельи.
20. «Целый день передо мною…» ( http://www.proza.ru/2017/12/18/1026 )
Мир у разлива рек. Видение Тебя.
*

«Верю в Солнце Завета…» Александр Блок

И Дух и Невеста говорят: прииди.
(Апокалипсис)

Верю в Солнце Завета,
Вижу зори вдали.
Жду вселенского света
От весенней земли.

Всё дышавшее ложью
Отшатнулось, дрожа.
Предо мной — к бездорожью
Золотая межа.

Заповеданных лилий
Прохожу я леса.
Полны ангельских крылий
Надо мной небеса.

Непостижного света
Задрожали струи.
Верю в Солнце Завета,
Вижу очи Твои.

Анализ стихотворения Блока «Верю в Солнце Завета…»

Фраза о Солнце Завета появилась в письме автора, адресованном невесте. Возвышенная метафора послужила одним из мистических имен, которыми поэт называл будущую супругу. Себя же он причислял к счастливцам, озаренным сокровенными «просветлениями», исходящими от ярких лучей души избранницы. Оригинальный образ, упомянутый в личной переписке, Блок развивает в стихотворении 1902 г.

У исследователей нет единого мнения о значении иносказательного образа, однако его религиозная природа несомненна. В русской православной традиции с солнечным светом связывают облик Христа. Если акцентировать внимание на второй из лексем, то целесообразно рассматривать вопрос с учетом содержания эпиграфа, взятого из Апокалипсиса, последней книги Нового Завета. Праведников, с готовностью откликнувшихся на призыв божественных сил, ждет спасение, счастливая жизнь в новом гармоничном мире.

К искренне и глубоко верующим людям принадлежит и лирический герой анализируемого произведения. В его трактовке картина весеннего обновления приобретает религиозно-символическое значение: земля, очнувшаяся от зимнего оцепенения, вскоре озарится «вселенским светом». Последний отринет греховное, лживое, безнравственное.

Идеальный характер нового мира передает пейзаж, сложный по своей структуре. Первый эпизод, в котором полоса земли получает эпитет «золотая», еще поддается реалистической трактовке. Детали, о которых говорится в третьем катрене, демонстрируют уверенное преобладание тенденций символизма: в лесах растут необыкновенные лилии, а небесные своды «полны» ангелами.

Золотой луч, лилия, ангельские крылья — автор привлекает узнаваемые религиозные атрибуты, чтобы вызвать у читателя культурные реминисценции, связанные с евангельским сюжетом Благовещения Богородицы. Тема возрождения души к идеальной жизни начинает ассоциироваться с женским началом.

Финальная часть открывается повторным упоминанием о божественном свете, который на этот раз характеризуется эпитетом «непостижный», недоступный разуму. При помощи еще одной анафоры сообщается о твердости веры лирического субъекта. Завершает произведение метонимический образ очей идеальной героини, который видится преданному романтику в сгустившемся воздухе и предвещает скорое явление его божественной обладательницы.

Столь же непреклонную уверенность демонстрирует персонаж произведения «Я, отрок, зажигаю свечи…» Он ждет наступления символической «брачной зари», которая растворит неясную «туманную завесу» настоящего.

Метки: Блок

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *