В даосизме дао

В даосизме дао

Даосизм. Внутренняя и внешняя алхимия.

Даосизм часто ассоциируется с даосской алхимие (丹道). Даосизм в Китае насчитывает уже более двух тысяч лет, письменно фиксируя свою историю начиная со II-го века до нашей эры. В даосской алхимии выделяют два основных направления, известных как внешняя (外丹) и внутренняя алхимия (内丹), исходно обладающих единой доктринальной основой, но различающихся практической реализацией.

Внешняя алхимия, основывается на рецептуре эликсира бессмертия, составляемой из определённых минеральных компонентов, имеющих заданные «химические» свойства, нагреваемых и переплавляемых, в специально обустроенных, алхимических печах – тиглях. Трактаты по внешней алхимии изобилуют описанием рецептур и входящих в них ингредиентов, особых ритуальных правил процесса приготовления эликсира, а также связи этого процесса с общей космологической картиной мира.

В рецептуре приготовления эликсиров особенно ценились золото и киноварь. Их сплав в основном и рассматривался как эликсир бессмертия. Пара иероглифов 金丹 (золото и киноварь), приобрела значение эликсира или золотой пилюли бессмертия. В качестве инградиентов также применялись ртуть и свинец, что нашло отражение в алхимической терминологии.

Кроме самой рецептуры требовались знания технологии очиски веществ, процесса плавки и методов применения самой пилюли.

Внутренняя алхимия заимствует значительную часть своего терминологического словаря из алхимических категорий внешней алхимии. Но, в отличии он внешней алхимии, ставит своей целью произвести эликсир бессмертия внутри тела практикующего адепта. Для этого, в качестве первичных ингредиентов, используется как само тело практикующего, так и некие непознаваемые субстанции, поступающие из космоса.

Трактаты (каноны) внутренней и внешней алхимии.

Трактаты, относящиеся к внутренней алхимии, включают более широкий спектр вопросов по сравнению с текстами внешней алхимии. Они охватывают как концепцию духовного учения о Дао, так и вполне практические, физиологические аспекты жизнедеятельности человека.

Основная цель алхимии – получение эликсира (киновари) бессмертия, или как его называют золотой киновари (金丹), олицетворяющей постоянство и неизменность беспредельного мироздания.

С точки зрения этимологии, древний иероглиф «丹» (киноварь, эликсир), представляет тигель даосских алхимиков наполненный киноварью, и связан с превращением смертного человека в бессмертный дух. На основе этого, авторы алхимических трактатов часто называли свою традицию Путь Золотой Киновари (金丹之道).

道藏目錄 (Указатель собрания даосских канонов и трактатов)

ЗНАЧЕНИЯ

  • большой, важный, благородный;
  • способный защитить других;
  • сосредоточение на цели;
  • способность упорядочивать и направлять свою жизнь;
  • энергия ян;
  • быть, существовать;
  • иметь, владеть;
  • имущество, собственность;
  • избавляться;
  • возникать, случаться;
  • событие, происшествие

ОБРАЗНЫЙ РЯД

Это время, когда Вы можете добиться великого изобилия и процветания через развитие генерального плана или идеи. Сосредоточьте свою энергию. Сфокусируйтесь на цели, чтобы подтолкнуть события в нужном направлении. Проявляйте щедрость и великодушие, когда добьетесь желаемого результата. Совершите великое подношение в знак благодарности и разделите его между нуждающимися. Концентрируя свою внутреннюю силу, Вы сможете распространять свет и тепло. Будьте решительны, и люди соберутся вокруг вас. Внимательно следите за своими чувствами, не допуская ненависти и негативных эмоций. Вступите в контакт с могущественным духом времени, избавьтесь от личных ограничений. Выявляйте изначальную красоту вещей. Поддерживая связь с Небом, Вы узнаете, когда придет нужное время для действия.

АССОЦИАТИВНОЕ ТОЛКОВАНИЕ

  • Женщина, высовбождающая ци, или энергию жизни из своего живота, означает радостную атмосферу.
  • Ребенок, видимый среди ци, предвещает рождение двойни.
  • Присутствие царского врача означает, что роды принимает хороший акушер.
  • Лекарство испускает свет, это означает его высшую эффективность.
  • Женщина, принимающая лекарство, означает, что у нее все будет хорошо.
  • Присутствие собаки означает, что эта гексаграмма хороша в год, месяц, день или час Собаки.
  • Подробное толкование гексаграммы

    Владение многим вызывает опасение в том, что это потребует слишком больших и разносторонних связей, между которыми могут оказаться и связи с тем, что наносит ущерб. Конечно, такое отсутствие общения с вредными не заслуживает порицания, но полная безупречность и на будущее достижима лишь в том случае, если поставить препятствия даже самой возможности общения с вредным. Осуществление зависит от развития того, кого это касается. На первых ступенях создание таких препятствий сводится к системе запретов. Но они отпадают по отношению к тому, кто достиг идеальной чистоты. Вредное влияние на него не может быть оказано, даже если он общается с самым низким и переразвитым. Эти влияния ограничены уже в силу его чистоты. Однако текст без разграничений говорит об этом:В начале сильная черта. Отсутствие связей с вредным — не хула. Поставь им затруднения, и тогда хулы не будет.Во внутреннем апогее обладания великими достижениями на первый план выступает возможность самого широкого усвоения воспринимаемого материала. Символически это выражается в правильном соответствии внутреннего (вторая черта) и внешнего (пятая черта). Этим определяется и возможность экспансии действия. Конечно, это не дается автоматически, а требует развития некоторой культуры сознания для недостаточно развитого человека так же, как для человека, ушедшего в своем развитии вперед, необходима деятельность, направленная на благо остальным людям. Только при этом достижимо то, что выражено в следующем образе текста:Сильная черта на втором месте. Большая колесница — для того, чтобы ее нагрузить. Ей есть куда отправиться. Хулы не будет.Общность действия, о которой говорилось во введении, здесь особенно необходима. Символом такого обобщения многих людей в древнем Китае мыслился князь. Даже само слово «князь» — гун сохранило не менее частое значение «общий». Только при наличии этого качества возможно здесь движение вверх. Но при таком восхождении человек недостаточно развитой, — этически ничтожный, — может из-за радости и эгоистического наслаждения подъемом отклониться от намеченной цели. В этом сказывается положение кризиса, заметное даже в столь благоприятной ситуации. Только вполне совершенный человек может здесь не погибнуть от этой надвигающейся на него радости. Для рядового человека здесь нужна особая тренировка ума, которая не под силу этически отсталому человеку. В этом смысле приходится понимать слова текста:Сильная черта на третьем месте. Князю надо проникнуть к Сыну Неба. Ничтожным людям это невозможно.Если третья позиция, как правило, выражает кризис перехода от внутреннего к внешнему, то четвертая позиция выражает уже погружение во внешнее, в «иное». С этим необходимо связано некое настроение самоотрешенности, которое можно усмотреть при внимательном изучении всех текстов четвертой позиции. Это достигается, следовательно, лишь герменевтически, а не из комментаторской литературы. Однако и лучшие комментаторы смутно сознавали эту закономерность текста и на своем языке соответственно выражали ее. Наиболее выпукло это в применении к данной гексаграмме у Вань И, одного из самых вдумчивых истолкователей. В общем, разграничивая приложимость данной гексаграммы к человеку, лишь начинающему свой познавательный путь, и к человеку, достигшему на этом пути совершенства, он здесь, несмотря на их различие, по-разному говорит об одном: о том идеале, который в истории буддийской философии выразился в основном учении махаяны — в мотиве самоотдачи во имя других. Это противопоставляется эгоцентрическому развитию школы шраваков и пратьекабудд. Допускается, что и эти школы приводят к познанию истины, но лишь через самоотрешение возможно подняться к истинному познанию ее. Эта мысль нашего комментатора напоминает формулу Гете: «Das Was bedenke, mehr bedenke Wie». В ситуации обладания великим, конечно, возможно достичь пышности в личных владениях, но на позиции самоотрешенности, — необходимо отказаться от личного обладания ради общности обладания.

    Только здесь достижима безупречность, о которой говорится в тексте, и ясность, которой она парафразируется в четвертом слое. В тексте читаем:

    Сильная черта на четвертом месте. Отрицай свою пышность. Хулы не будет.Данная позиция выражает положение, в котором свободно, без принуждения себя к чему-либо человек проявляет с наибольшей очевидностью существо всей ситуации. Это — положение, в котором он в полной правдивости владеет многим. Именно здесь ему доступно также и самое интенсивности общение с людьми. Но они не могли бы злоупотреблять этим, если бы не другое, совершенно необходимое для человека в таком положении. Это суровая строгость его. Так, направляя людей, он выдвигает лучших из них и подавляет все дурное в них. Такое очищение необходимо для достижения следующей ступени, на которой должны исчезнуть грани социальной иерархии. В краткой формуле выражает это текст:Слабая черта на пятом месте. В такой правдивости общителен и строг. Счастье.Тяготение всех предыдущих позиций к пятой было окрашено общим тоном подъема к высшему. Но и шестая позиция представляет здесь силу, которая, несмотря на высоту своего положения, склоняется перед низшей, но в данной ситуации главной силой пятой черты. «Трудно дается это человеку, поэтому небо должно непременно помочь ему в этом», — восклицает по поводу данного текста Ито Тогай. И текст почти до многословия, чуждого Книге, подчеркивает удачность данного положения, в котором уже намечается зачаток ситуации, выраженной в следующей гексаграмме Смирение. Текст здесь следующий:Наверху сильная черта. Само небо благословляет на это. Счастье. Ничего неблагоприятного.

    Даосская алхимия представляет собой весьма существенный аспект традиционного китайского природознания, изучение которого весьма важно для понимания специфики науки в древнем и средневековом Китае.

    Алхимия — наука о бессмертии. Делится на внешнюю (вай дань) и внутреннюю (нэй дань). Внешняя алхимия раздел даосской науки о бессмертии, в которой предполагается, что долголетия или бессмертия можно достичь, принимая медикаменты, приготовленные особым образом.

    Внутренняя алхимия — совокупность даосских духовных практик, включающих в себя элементы йоги, медитации, дыхательной гимнастики (цигун), визуализации (цуньсян) и ритуала, ставящая целью достижение бессмертия или долголетия. Она была основана на представлении о сходстве микро- и макрокосмоса, человеческого тела во Вселенной, и возможности создать эликсир бессмертия из собственных «соков» человека.

    Значительный объём информации о внешней алхимии собран даосском энциклопедическом трактате Баопу-цзы (317—320 годы), написанном Гэ Хуном. Автор отмечает, что органические вещества, травы, корни, плоды крайне нестойки, они рассыпаются, подвержены гниению и разложению, и поэтому не годятся для достижения бессмертия. Снадобьям растительного или животного происхождения можно продлевать жизнь до двухсот лет. Вечны только минералы: так киноварь, претерпевая химические превращения, образует ртуть (жидкое серебро) и потом с помощью обратной реакции возвращается обратно, а золото может храниться тысячи лет, не подвергаясь коррозии.

    На этом основании Гэ Хун делает вывод, что только снадобья на минеральной основе могут гарантировать бессмертие, при этом «золотой эликсир» (сочетание золота и киновари) — безусловно, самый лучший состав.

    Пик популярности внешней алхимии приходится на первое тысячелетие нашей эры. Однако в период правления династии Тан (618—907 гг.) интерес к ней начинает ослабевать, и всё большую популярность начинает приобретать внутренняя алхимия.

    «Внутренняя» алхимия (нэй дань) по существу является алхимией только по общим с «вай дань» методологическим основаниям своей практики и общему языку описания. В Действительности она представляет собой форму своеобразного йогического психофизического тренинга, направленного на радикальную трансформацию психосоматических характеристик адепта, или, в ее собственной терминологии, на создание бессмертного тела и соответствующего ему просветленного сознания.

    В методологических основаниях алхимии можно выделить два основных пласта: 1) общенаучные методологические принципы традиционного Китая в специфическом преломлении в связи со спецификой алхимии и 2) положения даосской философии, существенные для формирования алхимии и во многом специфицирующие ее в ряду других форм традиционной китайской науки.

    Обратимся вначале к теоретическим положениям второго уровня, как более специфически алхимическим. Они имеют, в основном, космологический характер и сводятся к признанию субстанциального единства мира и универсальности перемен. Из этих положений делается вывод о возможности направленных трансформаций веществ (трансмутации) вплоть до получения нужного результата. Естественно, что реальные и воображаемые связи при этом не разграничивались, чему способствовали и классические даосские тексты, декларирующие возможность самых невероятных превращений на основе субстанциального единства сущего. Натуралистический зоизм традиционной китайской мысли. Проявился в алхимии в том, что согласно ее теории, алхимик оперировал не столько веществами, сколько их энергетической (пневменной, ци), природой, «одухотворявшейся» в ходе трансмутации, что приводило к получению одухотворенного, божественного киноварного эликсира (шэнь дань, лин дань), нуминозность которого была как бы гарантом эффективности.

    В процессе алхимического действа алхимик и дело имел прежде всего с космологическими сущностями, как бы скрытыми»под грубою корою вещества». Обратная этой установка оценивалась алхимией как вульгарная и пошлая. Не обыденные свинец и ртуть были субстанциями алхимических превращений, а силы Инь-Ян, первозданный хаос (хунь дунь), пять первоэлементов (собственно, пять фаз самого процесса циркуляции Инь-Ян в реторте-универсуме) и т.п. Эта «принципиальность» алхимического сырья близка к тому, что имели в виду в Европе, когда говорили о «философской» сере или ртути.

    В соответствии с традиционным китайским классификационизмом (коррелятивностью) алхимия не разработала и концепцию причинности, но поскольку функционально концепция такого типа была необходима, ее заместило представление о «средстве видов» (тун лэй), аналогичное учению об универсальной симпатии в средневековой европейской алхимии. При этом менялось представление о характере симпатического влечения: согласно одним концепциям, родственное притягивалось, согласно другим — притягивалось полярное. К сунской эпохе (Х-ХШ вв.) было разработано учение о ситуативности полярности: одно и тоже вещество могло играть и роль «Инь», и роль «Ян» с различными реагентами. К этому же времени относится и связанное с заменой киновари свинцом и ртутью предпочтение к парам веществ «одного рода», но разной полярности .Развитие концепции «туй лэй» в алхимическом контексте внесло некоторые ограничения в доктрину универсальности трансформаций.

    Обращаясь к обще методологическим основаниям алхимии как части традиционной китайской науки, следует сразу же сказать, что роль таковых играла нумерология. А следовательно, алхимия как часть традиционного природознания оказывалась основанной на комплексе представлений и связанных с ними операций по классификациям, упорядочиванию материала и т.д., восходящих исходно к логико-ритуальной деятельности , что способствовало дополнительной идеологизации алхимии.

    О роли золота в алхимии написано чрезвычайно много, фактически ни одна работа по алхимии не проходит мимо ее золотоискательной стороны. Однако, алхимику важно не золото, как таковое, а золото как принцип, цель бытия мира, ибо все металлы — это золото в потенции, это не осуществленное или «больное» золото. Поэтому алхимик занимается как бы «целением» металлов (алхимический процесс), выступает как завершитель работы природы. Вместе с тем, в золоте для алхимика важна прежде всего его «золотость», золото как символ совершенства и «золото» как металл не противопоставлены, одно проясняется через другое, в золоте, в металле, видится «принцип» «совершенства совершенного космоса» и наоборот. Короче говоря, золото одновременно выступало и как предмет и как принцип, образ золота (как и другие образы, характерные для алхимического стиля мышления) был для алхимика формой восприятия действительности, как сущей, так и долженствующей существовать. Учение о том, что все металлы суть «несовершенное» золото, было хорошо известно в Китае и других странах Дальнего Востока. Так, по свидетельству М.Элиаде, у вьетнамских крестьян существовала поговорка: «Бронза — мать золота». Золото и в природе (по мнению алхимиков) порождается бронзой, «дозревающей» до него. Но если в естественных условиях этот процесс требует многих лет, то в алхимическом смысле он значительно ускоряется. Таким образом, в Китае и в Европе алхимик оказывается творцом алхимического космоса, алхимической модели космоса. Он «целитель» «больных» металлов, приводящий их к «здоровью» — золоту, которое, будучи золотом алхимическим, «одухотворенным», чуждым всякой коррозии и не знающим разрушения, приносит бессмертие искушающему адепту .

    Опубликовано Июл 4, 2012 в Новости

    Лао-Цзы — Китайский философ, основатель даосизма

    Общая история Китая описывает Лао-цзы, как старшего современника и учителя Конфуция (551-479 до н.э.). Историки утверждают, что Лао-цзы представляет собой синтетическую фигуру, объединяющую нескольких исторических деятелей. Одни считают, что он является мифической фигурой, другие, что он фактически жил в 4 веке до нашей эры.

    Согласно популярной традиционной биографии, он работал хранителем архива при царском дворе Чжоу. Как сообщается, это позволило ему получить широкий доступ к работам Желтого Императора и других классиков этого времени.

    Многие из популярных источников указывают, что Лао-цзы был женат и имел сына по имени Цзун, который стал знаменитым воином и полководцем в округе Вэй.

    Историки утверждают, что Лао-цзы никогда не имел официальной научной школы, но, тем не менее, он привлек большое количество студентов и лояльных последователей. Есть множество вариаций истории изображающей Конфуция консультирующегося у Лао-цзы по поводу ритуалов.

    Изюминка: Согласно легенде, Лао-цзы однажды решил просто оставить общество. На западных воротах города и царства, охранник попросил старого мастера записать все его мудрые мысли. Так мудрец написал книгу о «правильном способе жизни». Это легендарная теория происхождения Дао Дэ Цзин. Потом он пошел дальше. Никто не знает, где он скончался. Даосская мифология утверждает, что его последний путь был на Запад, что позволило Лао-цзы, побывать в Индии, в качестве Будды.

    Популярные легенды говорят, что он был зачат, когда его мать смотрела на падающую звезду и родился, когда его мать прислонилась к сливовому дереву. Он имел длинные серые мочки ушей, золотое лицо, выпуклость на темени которые являются символом мудрости и долголетия.

    В других вариантах он был возрожден в 13 воплощениях со времен Fuxi и, в своем последнем воплощении, как Лао-цзы, он жил до 990 лет, и путешествовал в Индию, чтобы выявить Дао.

    Дао буквально означает «путь». Он выражает сущностный Вселенский процесс.

    Де –это «внутренняя сила», «добродетель» или «божественная сила»

    Цзин, означает «канон» или «классический».

    Таким образом, Дао Дэ Цзин можно перевести как «Канонический Путь и его сила».

    Оксюморонное прозвище Лао-цзы, буквальное значение когорого – Старый Ребенок –

    Сердце совершенно мудрого приравнивается к сердцу ребенка.

    «Таинственная добродетель Дао»-Дао не вступает ни с кем в борьбу, приносит пользу всему сущему, оно ничего не делает, но все само делается.

    Инь и янь дополняют друг друга как противоположности единого целого. Многие природные дуальности- темное и светлое, холодное и горячее — мыслятся как одно из проявлений инь и янь. Инь является женским и янь мужским знаком. «Инь Янь постоянно взаимодействуют.

    Они должны быть сбалансированы.

    Идеи из Дао Дэ Цзин: Человек следует земле, земля — небу, небо — Дао, а Дао самому себе.

    Двойственность природы это две стороны одной медали, она проявляется в противоположностях, которые не конкурируют, а дополняют друг друга, и не могут существовать друг без друга.

    Чем больше человек пытается, тем большее сопротивление создает для себя.

    Чем больше кто-то действует в гармонии со Вселенной (Матерью множества вещей), тем большего он достигает, меньшими усилиями.

    Качества гибкость и эластичность, особенно на примере воды, выше жесткости и прочности. Мягкое побеждает твердое, слабое побеждает сильное.

    Все имеет свое время и место. Знайте, когда пора остановиться.

    Живи просто. Смирение является самой высокой добродетелью.

    · Даосизм

    Даосизм – древнейшее философское учение Китая, которое пытается объяснить основы построения и существование окружающего мира и найти путь, по которому должен следовать человек, природа и космос. Основатели даосизма считается Лао Цзы (старый учитель) живший в VI – V вв. до нашей эры.

    Главный источник – философские трактаты «Даоцзин» и «Дэузин», совместно именуемое «Даодэзин».

    Основные понятия 1. Дао – имеет два значения; во первых: это путь, по которому в своем развитии должен идти человек и природа, универсальный, мировой закон, обеспечивающий существование мира; 1. во вторых – это субстанция от которой произошел весь мир, первоначально, которое представляло собой энергетически единую пустоту. 1. «Дэ» — благодать, исходящая свыше; энергия благодаря которой первоначально «Дао» преобразовалась в окружающий мир. Основные идеи философии Даосизма. Все в мире взаимосвязано, вещи, предметы, явления. Материя, из которой состоит весь мир – едина. Существует круговорот материи в природе «Все происходит из Земли и уходит в землю» Мировой порядок, законы природы, ход истории – незыблемы и независят от воли человека, следовательно главный принцип жизни человека – покой и недеяние (у-вэй). Особа императора священна, только император имеет духовный контакт с богами. Путь к счастью, познанию истины – это освобождение от желаний и страстей. Необходимо во всем уступать друг другу.

    Формирование даосизма

    Даосизм в виде стабильной религиозной организации оформился только во II веке, но многочисленные свидетельства говорят, что даосизм возник существенно раньше, во всяком случае в III — IV веках до н. э. уже имелась развитая традиция, подготовившая элементы учения, активно используемые в средние века.

    Основными источниками даосизма послужили мистические и шаманские культы царства Чу и других «варварских» государств на юге Китая, учение о бессмертии и магические практики, развившиеся в царстве Ци и философская традиция северного Китая.

    Философские сочинения, относящиеся к даосизму, начинаются с эпохи Борющихся Царств (Чжаньго) в V век до н. э., практически одновременно с учением Конфуция. Традиция считает основоположником даосизма легендарного Жёлтого Императора Хуанди.

    Другим основателем даосизма считается древнекитайский мудрец Лао-цзы. Даосской традицией ему приписывается авторство одной из основных книг даосизма — «Дао Дэ Цзин» (кит. 道德經). Этот трактат явился ядром, вокруг которого стало формироваться учение даосизма.

    Продолжателем данной традиции был Мо Цзы (V-IV в. до н.э.), известный также как критик учения Конфуция. Другим знаменитым текстом раннего даосизма является Чжуан-цзы, автором которого является Чжуан Чжоу (369—286 гг. до н. э.), известный под именем Чжуан-цзы, в честь которого и названо его произведение.

    К концу I тысячелетия до н.э. фигура Лао-цзы обожествляется, разрабатывается сложная иерархия божеств и демонов, возникает культ, в котором центральное место занимают гадание и обряды, «изгоняющие» злых духов. Пантеон даосизма возглавил Яшмовый владыка (Шан-ди), который почитался как бог неба, высшее божество и отец императоров («сынов неба»). За ним следовали Лао Цзы и творец мира – Пань-гу.

    Первые даосские школы

    Даосизм как религиозная организация появился позже. Предпосылкой возникновения даосизма явилось Восстание Жёлтых повязок, а оформление даосизма произошло во время поздней династии Хань, во второй половине II века н. э. Чжан Даолин основал школу Небесных Наставников и стал её первым патриархом. Третий Небесный наставник Чжан Лу смог получить в управление территорию в горах провинции Сычуань, которая стала первым даосским теократическим государством. Даосское государство потерпело поражение от Цао Цао в 215 и прекратило своё существование.

    Позднее образовывались другие даосские школы. Важную роль в развитии даосизма сыграли школы Маошань (позже Шанцин) и Линбао. В трактате Дао-дэ цзин (IV-III в. до н. э.) излагаются основы даосизма, философии Лао-цзы. В центре доктрины — учение о великом Дао, всеобщем Законе и Абсолюте. Дао господствует везде и во всем, всегда и безгранично. Его никто не создал, но все происходит от него. Невидимое и неслышимое, недоступное органам чувств, постоянное и неисчерпаемое, безымянное и бесформенное, оно дает начало, имя и форму всему на свете. Даже великое Небо следует Дао. Познать Дао, следовать ему, слиться с ним — в этом смысл, цель и счастье жизни. Проявляется же Дао через свою эманацию — через дэ, и если Дао все порождает, то дэ все вскармливает.

    Трудно отделаться от впечатления, что концепция Дао во многом, вплоть до второстепенных деталей, напоминает многократно зафиксированную в упанишадах индо-арийскую концепцию великого Брахмана, безликого Абсолюта, эманация которого сотворила видимый феноменальный мир и слиться с которым (уйти от феноменального мира) было целью древнеиндийских философов, брахманов, отшельников и аскетов. Если прибавить к этому, что и высшей целью древнекитайских даосов-философов было уйти от страстей и суетности жизни к первобытности прошлого, к простоте и естественности, что именно среди даосов были первые в древнем Китае отшельники-аскеты, о чьем подвижничестве с уважением отзывался и сам Конфуций, то сходство покажется еще более очевидным и загадочным. Чем объяснить его? На этот вопрос ответить нелегко. О прямом заимствовании говорить трудно, ибо, для этого нет документальных оснований, кроме разве что легенды о путешествии Лао-цзы на запад. Но и эта легенда не объясняет, а лишь запутывает проблему:

    Лао-цзы не мог принести в Индию философию, с которой там были знакомы не менее чем за полтысячелетия до его рождения. Можно лишь предположить, что сам факт путешествий показывает, что и в то отдаленное время они не были невозможными и что, следовательно, не только из Китая на запад, но и с запада (в том числе и из Индии) в Китай могли перемещаться люди и их идеи.

    Однако в своей конкретной практической деятельности даосизм в Китае мало чем напоминал практику брахманизма. На китайской почве рационализм одолевал любую мистику, заставляя ее уходить в сторону, забиваться в углы, где она только и могла сохраняться. Так случилось и с даосизмом. Хотя в даосском трактате «Чжуан-цзы» (IV-III вв. до н. э.) и говорилось о том, что жизнь и смерть — понятия относительные, акцент явно был сделан на жизнь, на том, как ее следует организовать. Мистические же уклоны в этом трактате, выражавшиеся, в частности, в упоминаниях о фантастическом долголетии (800, 1200 лет) и даже бессмертии, которых могут достичь праведные отшельники, приблизившиеся к Дао, сыграли немаловажную роль в трансформации философского даосизма в даосизм религиозный.

    Формирование канона

    К V веку н. э. складывается даосский канон Дао цзан (Сокровищница Дао), включавший уже более 250 даосских текстов по образцу Буддийского Канона. Окончательно Дао цзан оформился в 1607 году, когда к нему была добавлена последняя группа из 56 сочинений. В своем современном виде Дао цзан представляет собрание 1488 сочинений.

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *