Церковный словарь терминов

Церковный словарь терминов

Словарь

А Б В Г Д Е З И К Л М Н О П Р С Т Ф Х Э-Ю-Я

________________________________________________

Абие – немедленно, тотчас.
Авва – отец.
Аввадон – евр. «Погубитель»; имя ангела бездны.
Авраамово недро, лоно – иносказательно: рай, место вечного блаженства.
Агаряне – потомки Исмаила, сына Агари, наложницы Авраама, иносказательно — кочевые восточные племена.
Агиасма – освященная по церковному чину вода. Освященная на празднике Богоявления вода называется Великой агиасмой.
Агиос – надписание на древних иконах; греч. «святой».
Агкира (читается «анкира») – якорь.
Агнец – ягненок; чистое, кроткое существо; изымаемая на проскомидии часть просфоры для Евхаристии; во мн. ч. «агнцы» иногда означает «христиане».
Агница – овечка.
Агня – ягненок.
Ад – место нахождения душ умерших до освобождения их Господом Иисусом Христом; место вечного мучения грешников; жилище диавола.
Адамант – алмаз; бриллиант; драгоценный камень.
Адамантовый – твердый; крепкий; драгоценный.
Адов – адский.
Адонаи – евр. «Господь мой».
Аер – покровец, полагаемый сверху священных сосудов на Литургии.
Аермонский – связанный с горой Аермон.
Аз – я.
Аиромантия – воздуховолхвование, т.е.

суеверное гадание на основании атмосферных явлений.
Акафист – греч. «неседальное»; церковная служба, во время которой возбраняется сидеть.
Аки – как будто, как бы.
Акриды – пища Иоанна Крестителя; по мнению одних, род съедобной саранчи или кузнечиков, по мнению других, какое-то растение.
Аксиос – греч. «достоин», возглас, произносимый архиереем, совершающим рукоположение новопоставленного дьякона, священника или епископа. Произносится при облачении поставляемого в каждую новую богослужебную одежду и затем троекратно повторяется хором. В древности пением «аксиос» народ выражал согласие с достоинством рукоположенного.
Алавастр – каменный сосуд.
Алектор – петух.
Алкати – голодать; хотеть есть, сильно желать чего-либо.
Алкота – голод.
Аллилуия – евр. «хвалите Бога»; «слава Богу!»
Аллилуия красная – пение «аллилуйя» на особый умилительный распев.
Аллилуиарий, аллилуиар – стих, возглашаемый чтецом после чтения Апостола на Литургии. При этом возглашении на клиросах поют «аллилуия».
Алой, алое – сок благовонного дерева, употреблявшийся для каждения и бальзамирования.
Алтабас – самая лучшая старинная парча.
Амалик – народ, живший между Палестиною и Египтом. В церковной поэзии это имя часто прилагается к диаволу.
Амвон – возвышенная часть храма перед царскими вратами.
Амвросия – неистлеваемая пища.
Амигдал – миндаль.
Аминь – евр. «да будет так» «истинно»; «подлинно»; «да».
Амо, аможе – куда.
Аможе аще – куда бы ни.
Аналой – возвышенный стол с покатым верхом, на который полагаются церковные книги при чтении и иконы.
Анафема – отлучение от общины верных и предание суду Божию; тот, кто подвергся такому отлучению.
Анафематствовати – предавать анафеме.
Анахорет – отшельник.
Ангел – вестник.
Ангеловидный – внешне напоминающий Ангела.
Ангелозрачный – внешне напоминающий Ангела.
Ангелоименитый – знаменитый, почитаемый в лике ангельском; носящий имя какого-либо Ангела.
Ангелолепный – приличный Ангелу.
Ангеломудренный – имеющий мудрость Ангела.
Ангельское житие, ангельский образ – высшая степень монашеского совершенства; греч. «схима».
Анепсий – племянник, родственник.
Антидор – благословенный хлеб, т.е. остатки той просфоры, из которой на проскомидии был изъят Агнец.
Антиминс – греч. «вместопрестолие», освященный плат с изображением Иисуса Христа во гробе и вшитыми св. мощами. Только на антиминсе может быть совершаема Литургия.
Антифон – греч. «противугласник»; песнопение, которое должно быть пето попеременно на обоих клиросах.
Антихрист – греч. «противник Христа».
Антологион – греч. «Цветослов»; название «Минеи праздничной».
Анфипат – наместник, проконсул.
Анфракс – яхонт.
Апокалипсис – греч. «откровение».
Аполлион – греч. «Погубитель»; имя ангела бездны.
Апостол – греч. «посланник».
Апостасис – отступничество.
Апостата – отступник.
Априллий – апрель.
Ариил – горн у жертвенника всесожжения в храме Иерусалимском.
Армония – гармония.
Ароматы – душистая мазь.
Артос – (греч.) хлеб квасной, освящается с особой молитвой в день святой Пасхи.
Архангел – начальствующий у Ангелов, название одного из чинов ангельских.
Архиерей – первосвященник, епископ.
Архимагир – главный повар.
Архимандрит – монашеский чин. В настоящее время дается как высшая награда монашествующему духовенству; соответствует протоиерею и протопресвитеру в белом духовенстве. Чин архимандрита появился в Восточной Церкви в V в. — так именовались избранные архиереем из игуменов лица для надзора над монастырями епархии. Впоследствии наименование «архимандрит» перешло к начальникам важнейших монастырей и затем к монашествующим лицам, занимающим церковно-административные должности.
Архипастырь – первенствующий епископ.
Архисинагог – начальник синагоги.
Архистратиг – военачальник, полководец.
Архитектон – архитектор, художник-строитель; главный строитель.
Архитриклин – распорядитель пира.
Асмодей, Азмодеос – «губитель», имя бесовское.
Аспид – ядовитая змея.
Аспид парящий – летающий ящер.
Ассарий – мелкая медная монетка.
Астерикс – звездица, поставляемая на дискосе при совершении Литургии.
Афарим – соглядатаи; лазутчики.
Афедрон – задний проход (Мф. 15, 17).
Афинеи – афиняне.
Африкия – Африка.
Аще – если; хотя; или; ли.
Аще убо – поскольку; потому что.

Об использовании христианской терминологии в Курсе.

Вопрос №1: Мне кажется, что в некой точке все теологические системы сходятся, оставляя свои индивидуальные формы, и становятся чистой Истиной. Мне трудно иметь дело с этой концепцией при чтении Курса, поскольку последнее для меня означает, что его христианские формы… (простите)… «одноразовые» и временные. Зная это, я порою становлюсь нетерпеливым, когда наблюдаю в тексте непрерывный антропоморфизм. Мне хотелось бы, чтобы текст был более ясным. Не лишним будет сказать, что это влияет на моё развитие, но не вызывает во мне благоговения. Из вашего опыта, это обычное явление? Проходит ли это со временем? Это просто очередная стратегия эго? Как мне справиться с этим?

Ответ: Христианский контекст Курса с самого начала явился
проблемой для студентов, и у них возникал тот же важный вопрос, что и у
вас. Я слегка расширю ваш вопрос, почему универсальное послание
приходит в такой специфической религиозной форме? И не порождает ли это
неминуемо ещё большее разделение, отрицая в то же время универсальность
отдельных религий?

Несомненно, христианский язык Курса, не говоря уже о присутствии
Иисуса на протяжении всего материала, может явиться вызовом для многих
учеников Курса.

Если их эго ищет способ, как увидеть материал несостоятельным или
создать преграды к обучению, тогда Иисус и христианство могут стать
неплохими союзниками в битве против истины. С другой стороны, обращаясь
за помощью к Святому Духу, вы можете оказаться в прекрасных условиях
для ещё одного урока — прощения наших особостей.

Наряду с тем, что Курс никогда бы не создавался для какой-либо
ограниченной культурной группы, можно без всякого сомнения сказать,
что в основном он направлен к западной аудитории. Его язык,
стилистика, основы, близкие по содержанию к Фрейду, Платону и Шекспиру,
всё это подходит читателю, знакомому с западной традицией. Можно без
всяких сомнений сказать, что в последние 2000 лет христианство имело на
Западе преобладающее влияние, и Христос был главной фигурой, символом
как Любви и рая, так и особой любви (и ненависти) эго. Так что не может
быть западного студента — христианина, иудея, агностика или атеиста —
который в той или иной мере не подвергся влиянию Иисуса или религий,
которые использовали его имя. Таким образом, христианские основы Курса
Чудес предоставляют студентам естественную возможность для прощения
своего прошлого опыта.

Несомненно, в конечном счёте, все отдельные символы растворяются в
Единстве Божьем. Но прежде чем настанет этот день, нам нужны особые
средства, чтобы совершать небольшие шаги прощения на пути к достижению
не-дуалистической реальности, лежащей вне всех концепций двойственности
и за пределами всех символов. В Учебнике для студентов сказано: «Бог самолично сделает этот последний шаг. Не откажи в небольших шагах Ему навстречу, о коих он просит» (У-чI.193.13:6, 7).
Таким образом, христианские антропоморфизмы отражают наше собственное
антропоморфное видение самих себя, тогда как на самом деле мы не тела и
не отдельные личности, а не-материальные идеи в разуме. Однако, покуда
мы продолжаем отождествлять себя с конкретным человеком, чьё отражение
мы каждое утро видим в зеркале в ванной, нам нужен особый курс, который
использовал бы отдельные символы, привычные нам в том состоянии, в котором мы, по нашему мнению, пребываем
(Т. 25. 1. 7:4). Христианство даёт нам определённый набор символов, и
нам стоит быть благодарными за предоставленную возможность.

Перевод Алексея Ясинского

‹ Ответы на вопросыВверхВопрос №2: О практике религиозных ритуалов ›

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *