Святые отцы о одиночестве

Святые отцы о одиночестве

Сокровищница духовной мудрости

Уединение

Всем полезно безмолвие и удаление от вещей и от людей, особенно же страстным и немощным: ибо ум не может сделаться бесстрастным от одного внешнего делания, если не получит и многих духовных видений (сщмч. Метр Дамаскин, 74, 159).

***

…<Уединение> нас может привесть к Господу. Почему старайтесь утвердиться в нем, как должно, чтобы оно привело вас к видению Бога, которое есть самое духовное созерцание (прп. Антоний Великий, 89, 45).

***

Кто, усовершившись в порядках общежития, исходит в уединение и вступает в борьбу с невидимыми демонами, тот уподобляется липу льва, царя диких зверей. Когда же победит он невидимых врагов и возобладает над страстьми и подчинит их себе, тогда будет восторгнут горе Духом Святым и увидит Божественные видения; тут уподобится лицу орла: ум его будет тогда видеть все, могущее случиться с ним с шести сторон, уподобясь тем шести крылам, полным очей. Так станет он вполне Серафимом духовным и наследует вечное блаженство (прп. Антоний Великий, 89, 51).

***

Как развалины вне города служат всем для смрадных нечистот, так душа того, кто лениво и вяло проходит уединенническую жизнь, бывает вместилищем всех страстей и нечистот греховных (прп. Антоний Великий, 89, 105).

***

Кто избрал жизнь уединенную, тот должен чуждым и посторонним для себя почитать все, что ни совершается в сем мире. Ибо кто действительно последует за Крестом Христовым, тому должно, отрекшись от всего, даже от души своей, иметь ум, пригвожденный к любви Христовой, т. е. предпочесть Господа родителям, братьям, жене, чадам, родству, друзьям, имуществу. Ибо сие выразил Господь, сказав: всякий, кто не оставит отца, или матерь, или братьев, или жену, или чад, или сел и не последует Мне, несть Мене достоин (ср.: Мф. 10, 37). Ни в чем ином, как слышали мы, не обретают себе люди спасения и упокоения (прп. Макарий Египетский, 67, 288).

***

…Уединен, сосредоточен, нерассеян или, по переводу семидесяти толковников, отделен от нечестивых, чужд их общества и как бы проводя жизнь один, что и составляет величайший вид добродетели; и притом не один, два или три дня, говорит, я так веду себя, но во всю свою жизнь. Вот чем ограждается, укрепляется и возрастает добродетель — тем, чтобы удаляться от нечестивых, быть собранным и сосредоточенным в самом себе во всю жизнь и жить в уединении от людей развращающих. Не пустыня делает уединенным, но любомудрая воля. Таким образом, и живущие в городах, среди шума и торжищ могут быть уединенными, если будут избегать развратных обществ и прилепляться к собраниям праведников. Это — путь безопасный. Итак, кто способен исправлять и других, тот пусть обращается с теми, которые расположены принять врачевство, и делает их лучшими; а кто слаб, тот пусть избегает людей нечестивых, чтобы не заразиться от них. Таким образом, он и настоящую жизнь проживет безопасно, и получит будущие блага, которых да сподобимся все мы благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа… (свт. Иоанн Златоуст, 48, 493—494).

***

Обуреваемый корабль поспешает в пристань, и целомудренная душа ищет пустыни (прп. Нил Синайский, 71, 206).

***

А тем, которые действительно избрали для себя отшельничество от мира и телом, и умом, чтобы установить мысли свои в уединенной молитве, в омертвении для всего преходящего, для зрения мирских вещей и для памятования о них, — таковым не подобает служить Христу деланием чего-либо телесного и правдой дел явных (чтобы ими оправдаться), но, по слову Апостола, умерщвлением удов своих, яже на земли (ср.: Кол. 3, 5), надлежит приносить Христу чистую и непорочную жертву помыслов, как первый плод возделывания самих себя, и телесную скорбь в терпении опасностей, ради будущего упования. Ибо житие иноческое равночестно ангельскому. И не подобает нам, оставив небесное делание, держаться житейского (прп. Исаак Сирин, 58, 54—55).

***

…Если человек не отречется сперва от мира и не удосужится от всего мирского, то не может уединиться (прп. Исаак Сирин, 58, 166).

***

Кто любит собеседование со Христом, тот любит быть уединенным. А кто любит оставаться со многими, тот друг мира сего. Если любишь покаяние, возлюби и безмолвие. Ибо вне безмолвия покаяние не достигает совершенства. И если кто будет противоречить сему, не входи с ним в состязание. Если любишь безмолвие — матерь покаяния, то с удовольствием возлюби и малые телесные лишения, и укоризны, и обиды, какие польются на тебя за безмолвие. Без этого предуготовления не возможешь жить в безмолвии свободно и невозмутимо. Если же будешь пренебрегать указанным, то соделаешься причастником безмолвия, по воле Божией, и пребудешь на безмолвии, сколько благоугодно будет Богу. Любовь к безмолвию есть непрестанное ожидание смерти. Кто без сего помышления вступает в безмолвие, тот не может понести того, что всеми мерами должны мы терпеть и сносить.

Уразумей и то, рассудительный, что избираем уединенное жительство с душами своими, безмолвие и затворничество, не для дел, простирающихся сверх правил, не для того, чтобы их сделать. Ибо известно, что к этому, по причине телесного рвения, способствует более общение с многими. И если бы необходимо было сие, то некоторые из отцов не оставили бы сопребывания и общения с людьми, а другие не стали бы жить в гробах, и иные не избрали бы себе затвора в уединенном доме, где, всего более расслабив тело и оставив его в несостоянии исполнять наложенные ими на себя правила, при всевозможной немощи и телесном истомлении, с удовольствием целую жизнь свою переносили еще тяжкие постигшие их болезни, от которых не могли стоять на ногах своих, или произнести обычную молитву, или славословить устами своими, но даже не совершали псалма или иного чего, совершаемого телом; и вместо всех правил достаточно для них было одной телесной немощи и безмолвия. Так вели они себя все дни жизни своей. И при всей этой мнимой праздности никто из них не пожелал оставить своей кельи и, по причине неисполнения ими правил своих, идти куда-нибудь вон или в церковь — возвеселить себя гласами и службами других (прп. Исаак Сирин, 58, 174—175).

***

….Человеку всегда должно отвращать мысль свою от страстей к естественному добру, какое Создателем вложено в природу, хотя диавол и извратил истину лукавым искушением. И если прилично так сказать, то ему должно бегать не только от докучливости страстей, но и от чувств своих, и погружаться во внутреннего своего человека, и там уединенно пребывать, непрестанно возделывая виноградник сердца своего, пока не приведет дел в согласие с монашеским именем, нареченным ему в сокровенности его и явно. И может быть, что сим пребыванием близ внутреннего человека приидет в совершенное соединение с ведением нашей надежды, живущего в нас Христа. Ибо когда ум наш пребывает там уединенно и отшельнически, тогда не он уже ведет брань со страстями, но благодать; разве только и самые страсти не приходят в нем в действие (прп. Исаак Сирин, 58, 240-241).

***

Житие духовное есть деятельность без участия чувств. Оно описано отцами. Как скоро умы святых приемлют оное, отъемлются от среды созерцание вещественное (ипостасное) и дебелость тела, и созерцание делается уже духовным. Созерцанием вещественным называю тварь первого естества, и от сего вещественного созерцания человек удобно возводится к познанию уединенного жития, которое, по ясному истолкованию, есть удивление Богу. Это есть то высокое состояние при наслаждении будущими благами, какое дается в свободе бессмертной жизни, в жизни по воскресении, потому что природа человеческая не перестанет там всегда удивляться Богу, вовсе не имея никакого помышления о тварях; ибо если бы было что подобное Богу, то ум мог бы подвигнуться к этому: иногда к Богу, а иногда — к твари (прп. Исаак Сирин, 58, 387).

***

Поспешая к жизни уединенной или странничеству, не дожидайся миролюбивых душ, ибо тать приходит нечаянно. Многие, покусившись спасать вместе с собою нерадивых и ленивых, и сами вместе с ними погибли, когда огонь ревности их угас со временем. Ощутивши пламень, беги; ибо не знаешь, когда он угаснет и оставит тебя во тьме. О спасении других не все подлежим ответу; ибо Божественный апостол говорит: темже убо кийждо нас, братие, о себе слово даст Богу (Рим. 14, 12). И опять: научая иного, себе ли не учиши? (ср.: Рим. 2, 21). Как бы сказал: все ли должны мы пещись о других, не знаю; о самих же себе всячески должны мы заботиться (прп. Иоанн Лествичник, 57, 14).

***

Не так (спасается) уединенный монах, как монах, живущий с другим монахом. Ибо уединенный имеет нужду в великом трезвении и в неразвлекаемом уме. Сожительствующему с другим часто помогает брат; а безмолвнику споспешествует Ангел (прп. Иоанн Лествичник, 57, 218).

***

Тем, которые борются с телесною похотию, в свое время прилично бывает безмолвие, если они только имеют наставника. Ибо уединенная жизнь требует ангельской крепости. Я говорю здесь об истинных безмолвниках по телу и по душе (прп. Иоанн Лествичник, 57, 218).

***

Безмолвное уединение и молитва суть самые могущественные орудия добродетели; ибо они, очищая ум, делают его зрительным (авва Фалассий, 91, 294).

***

…Не велика похвала безмолвствовать в пустыне и в уединении блюсти безмятежие. Но другое дело в городе жить, как в уединении, и среди шумной толпы быть, как в пустыне (прп. Феодор Студит, 92, 377).

***

Ищи мест уединенных и удаленных от мира, и хотя будет утеснять тебя там скудость необходимых потреб, не бойся; если и враги окружат тебя, как пчелы пли злые осы, всякого рода воздвигая на тебя брани, и всяческими возмущал тебя помыслами, не устрашайся, не приклоняй к ним послушливого уха, и не убегай с поприща состязания, но паче мужественно перетерпевай все, припевая себе и говоря: терпя потерпел Господа, и внят ми и услыша молитву мою (Пс. 39, 2). И узришь величие Божие, Божие заступление, попечение и всякое спасительное о тебе промышление (свт. Феодор Едесский, 91, 330).

***

Жизнь сбором в одном месте безопаснее уединения. О необходимости такого совместного жительства свидетельствует Священное Слово Господа Иисуса, Который говорит: идеже еста два или трие собрани во имя Мое, ту есмь посреде их (Мф. 18, 20). Об опасности же жизни уединенной говорит Соломон: горе единому, потому что, егда падет, не будет втораго воздвигну/пи его (ср.: Еккл. 4, 10). И Давид ублажает воспевающих Бога в любви и единомыслии, говоря: блажени людие ведущии воскликновение (Пс. 88, 16). Похваляет он и совместное сожительство, когда говорит: се, что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе? (Пс. 132, 1). И об учениках Господа говорится в Деяниях, что у них была одна душа и одно сердце (ср.: Деян. 4, 32). Наконец, и сошествие к нам Бога было не в пустыне, а в населенных местах, среди людей грешных. Итак, необходимо общее единомысленное житие, уединение же поскользновенно и опасно (прп. Никита Стифат, 93, 103).

***

Если убо желает кто обогатиться освящением, без коего никто не узрит Господа (ср.: Евр. 12, 14), да пребывает в своей келье, умерщвляя тело и молитве прилежа в смирении, ибо для того, кто добре пребывает в уединении, келья служит пристанищем целомудрия. Внешнее же все, особенно бывающее на торжищах и праздничных гуляниях, исполнено блудного примешения, которое через слух и зрение проникает в душу приближающегося к ним монаха и погружает его в срамные помышления и движения. Можешь и огнем попаляющим назвать этот мир грешный, который веществом горючим делает для себя вращающихся в нем, и всякий в них вид добродетели превращает в пепел. Огонь не сжигающий нашелся некогда в пустыне (купина). Ты же вместо пустыни сиди в келье, и укройся в ней мало елико, пока мимоидет зной страстности: ибо, когда она минет, пребывание на открытом воздухе не вредит. Тогда ты и духом нищею воистину будешь, господство над страстями стяжешь, и блестяще ублажена будешь от Того, Кто оказал: блажени нищие духом, яко тех есть Царствие Небесное (Мф. 5, 3) (свт. Григорий Палама, 93, 271).

***

Ничто так не делает сердца сокрушенным и души смиренной, как уединение разумное и молчание от всех (прп. Григорий Синаит, 93, 202).

***

Все желание твое и чаяние да будет всегда обращено к сему невидимому посещению Божию. Но ведай, что Бог не посетит души твоей, если не найдет ее уединенною в себе самой. Бог хочет, чтобы она была уединена в себе, т. е. была без всяких помыслов, сколько может, без всяких пожеланий, наипаче же без собственной своей воли (прп. Никодим Святогорец, 70, 263).

***

Келейное уединение есть дело Марии, а хлопоты по сборам есть дело Марфино. Эти дела одно с другим вместе жить не могут (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 79, 200-201).

***

Минутами уединения надо пользоваться, обращая их исключительно на дело Божие — молитву и богомыслие (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 79, 201).

***

Позыв на уединение и безмолвие… и даже порывы, вами испытываемые, не суть доброго качества. Потому лучше их прогонять, а на место их выставлять или производить в душе — желание труда — преутруждения себя. Вы по временам имеете уединение — и довольно. Во всякое другое время старайтесь уединяться в сердце и там установить свое сознание перед лицем Божиим: что есть хождение перед Богом (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 79, 248).

***

Досада и серчание, когда кто нарушает ваше уединение, никуда негоже… Это плод самомнения… (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 121).

***

Позыв к уединению указывает на хорошее в вас сердечное настроение; но удовлетворять его можете каждый день. Как только имеете свободу от дел, уклоняйтесь в свою комнату… и старайтесь быть с Единым Господом, сходите умом в сердце и там стойте перед лицем Господа, славословя Его, благодаря и прося у Него благопотребных благ духовных. Делая так, навыкнете, будете ходить перед Господом… Вот и уединение, а что вы загадываете удалиться в глушь… это вам дело не подходящее (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 159—160).

***

Молчание возлюбите и уединяйтесь, сколько возможно, чтобы быть во единении с Господом. Тогда Он Сам соделается для вас руководителем и учителем, и других таких лиц уже не потребуется для вас (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 169—170).

***

Господь одобряет ваше желание уединения, но времени не указывает. Надо ждать определенных указаний, а до того блюсти внутреннее безмолвие и продолжать усердно дела по благоустройству обители (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 81, 228).

***

…Уединение внешнее придет само, когда установится внутреннее (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 82, 227).

***

Вы себе прописываете уединение в деревне. Дай Господи улучить вам его, как следует. Оно слаще меда. Ожидаю, что, усладившись им, вы не захочете лишить себя такого великого блага. Езда — как разбивает мысли и весь строй душевный! (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 83, 15).

***

Хорошо уединяться в стенах от развлечений, но в себе уединяться еще лучше. Первое без последнего ничто; а последнее и без первого все важно (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 83, 40).

***

Скажу вам одно: начните теперь, в настоящем положении, уединяться дома, и часы уединения преимущественно посвящайте молитве все об одном: «Скажи мне, Господи, путь в оньже пойду»… Не словом только и не мыслию только, но с сердечным болезнованием взывайте таким образом. На уединение такое назначьте или часы какие каждого дня (что лучше) — или какие-либо дни недели. И уж держите уединение как следует, ища паче вразумления и Божия указания… Присоедините к сему и пост… чувствительный для плоти. Это будет хорошим подспорьем для молитвы (свт.

Феофан, Затв. Вышенский, 83, 80).

***

Уголка желаете, чтобы скрыться? Это вам легко делать и дома. А то — уединяйтесь в духе, именно — отвлекайте внимание от всего внешнего и, собравшись внутрь, стойте перед Господом… (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 83, 102-103).

***

Вот и одни, а скучаете! То скучаете, что много разволоки, а когда остались одни, не знаете, как время наполнить. Минутами уединения надо пользоваться, обращая их исключительно на дело Божие — молитву и богомыслие. Эти же занятия, коль скоро хоть немного исправно идут, не дадут скучать. Ибо от них источается духовное утешение, которого не может дать ничего на земле (свт. Феофан, Затв. Вышенский, 86, 6—7).

***

Три благочестивых мужа, стремящихся ко спасению, приняли монашество. Один избрал себе в делание примирять ссорящихся, другой — посещать больных, а третий ушел для безмолвия в пустыню.

Первый, заботясь о том, чтобы прекратить распри между людьми, не мог примирить всех ссорящихся. Побежденный унынием, он пришел к тому, который избран своей добродетелью служение больным, но и того нашел малодушествующим, признавшим, что исполнение принятой им добродетели превышает его силы. Договорившись, они пошли повидаться с третьим братом, удалившимся в пустыню.

Придя, они поведали ему о своем смущении и просили сказать, что доставило ему уединение. Помолчав немного, брат налил воды в лохань и сказал: «Поглядитесь в воду». Она была возмущена. По прошествии некоторого времени он опять сказал им: «А теперь поглядитесь в воду; она уже устоялась». Взглянув в воду, они увидели в ней свои лица, как в зеркале. Тогда он сказал им: «Подобное этому совершается с человеком, когда он находится среди людей. Он не может видеть своих грехов по причине непрестанно возмущающего его отвлечения. Когда он удалится в уединение, особенно в уединение пустыни, тогда он усматривает свои согрешения» (106, 472—473).

Произведения

  • Я стал гадать, как на ромашке…- философская лирика, 29.06.2013 18:39
  • Еврейка Амедео Модильяни- философская лирика, 27.06.2013 02:13
  • Рефренами к вечной жизни…- любовная лирика, 08.06.2013 18:40
  • Одинадцать странников- религиозная лирика, 05.06.2013 23:06
  • Вороны вокзальные- любовная лирика, 05.06.2013 22:55
  • Не любить тебя…- любовная лирика, 05.06.2013 23:07
  • Кем явилась ты мне?- любовная лирика, 05.06.2013 22:49
  • Отчего я подпер свою голову- философская лирика, 05.06.2013 23:04
  • Был бы я не на фото рядом- любовная лирика, 05.06.2013 23:08
  • Не жалуйся на погоду- пейзажная лирика, 05.06.2013 23:02
  • Девочка- гражданская лирика, 05.06.2013 22:59
  • Без причины- без рубрики, 07.06.2013 01:31
  • Пальто- без рубрики, 07.06.2013 01:28
  • Самый счастливый- гражданская лирика, 07.06.2013 01:27
  • РУКА- религиозная лирика, 07.06.2013 01:20
  • Молчание- без рубрики, 07.06.2013 01:19
  • Люблю!- любовная лирика, 07.06.2013 01:16
  • Больничная повариха- гражданская лирика, 07.06.2013 01:13
  • Дождь- пейзажная лирика, 07.06.2013 01:11
  • Вопрос медведю- религиозная лирика, 07.06.2013 01:10
  • Снег взлохмачен, а руки зачёсаны…- пейзажная лирика, 07.06.2013 01:08
  • Знаешь, что самое страшное?- любовная лирика, 07.06.2013 01:05
  • Кровь- любовная лирика, 07.06.2013 00:59
  • Врачи!- гражданская лирика, 07.06.2013 00:57
  • Замкнутый квадрат- циклы стихов, 07.06.2013 00:55
  • ОДА МУХЕ- философская лирика, 05.06.2013 23:11
  • 21 кабинет- гражданская лирика, 05.06.2013 23:05
  • Монолог старого пса- гражданская лирика, 05.06.2013 23:09
  • Мой сумасшедший сон- любовная лирика, 05.06.2013 23:16
  • Деревня- любовная лирика, 05.06.2013 22:58
  • Рыжий мальчик- гражданская лирика, 05.06.2013 22:51
  • Телесность- без рубрики, 05.06.2013 23:18
  • Малолюдье заснеженных улиц…- городская лирика, 05.06.2013 22:47
  • Луна в фонарях- любовная лирика, 05.06.2013 22:37
  • Светоглазая моя…- любовная лирика, 05.06.2013 22:35
  • Пташка- гражданская лирика, 05.06.2013 22:32
  • Милая, незабвенная…- любовная лирика, 05.06.2013 22:29
  • Жизнь на верёвке- философская лирика, 05.06.2013 22:24

Одиночество не сладко всякому человеку. Но особенно печально переживается оно женщиной. Ее призвание — жить для кого-­то. В этом смысл ее бытия и путь спасения. Она сотворена, как помощник, как второе лицо. И каково ей, когда нет объекта заботы? Женщина рождается с потребностью любить. Природа любви необычайно сильна даже в самой эгоистичной и себялюбивой женщине. Беспокоен и неуравновешен душевный мир женщины с таким характером. Оттого, что живет она в несогласии со своим естеством.
Говоря о христианском браке, Апостол обращается к мужьям: Мужья, любите своих жен (Еф. 5, 25). И далее он неоднократно повторяет это. Женам наказ о любви Апостол не адресует ни разу. Мужчина в какой­то мере понуждает себя к любви, его любовь более осознанна. В женской любви больше природного. Ей, как говорит русский философ, предназначено «быть живым источником любви».

В браке проще и естественнее реализуется женское призвание. Однако не всем дается счастливое замужество. Как же быть тем, кто не нашел жениха или пережил развод, потерял супруга? Не воспринимать свою ситуацию, как абсолютное несчастье, жизненную неудачу, крах всех надежд и стремлений. Вспомнить, что в мире нет ничего случайного. Во всем, что происходит с нами — благая воля Божия. Любое наше житейское несчастье, и одиночество в том числе, скорее не наказание, а призыв. И, возможно, любовь одинокой девушки или женщины способна на большее, чем семья. Объектом ее любви и попечения может быть Сам Господь. В Евангелии рассказывается о женщине, которая купила за большую цену сосуд с благовонным миром и, разбив его, возлила миро на Иисуса. Некто стал роптать на такую, по его мнению, нерациональную трату денег, которые можно было бы раздать нищим. Но Иисус сказал: оставьте ее; что ее смущаете? Она доброе дело сделала для Меня. Ибо нищих всегда имеете с собою и, когда захотите, можете им благотворить; а Меня не всегда имеете. … Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет, в память ее, и о том, что она сделала (Мк. 14, 6­9). И почти два тысячелетия христиане всего мира назидаются ее поступком. Теперь мы не можем послужить Христу непосредственно, как это сделала та женщина, но мы можем послужить Его Церкви. И если взять женское служение Церкви, то оно всегда было и есть. Одиноким, конечно же, проще. Незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, …а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу (1 Кор. 7, 34). Находится дело и простым и премудрым. Трудно представить жизнь православного прихода без активного участия женщин. Уборка храма, починка или шитье облачения, готовка, а приходские столы порой бывают очень многочисленны. Потом — цветники, раздача вещей и продуктов нуждающимся, стенгазета и приходской листок, бухгалтерия. Клирос тоже большей частью женский. Просфоры, преподавание в воскресных школах. Кто любит Христа, приходят и трудятся. А труд в храме, даже самый простой, всегда творческий, потому что — ради Христа и перед Христом. Это и общая молитва, и общее дело, и то, что «как бы мы ни были слабы и худы порознь, но так радостно чувствовать, что для всех нас — одно самое главное» — Христос.

Женщине вверено рождение. Это тоже ее призвание — отдавать себя другому существу. И для большинства женщин невозможность иметь детей — трагедия. И увидела Рахиль, что она не рождает детей Иакову…, и сказала Иакову: дай мне детей, а если не так, я умираю (Быт. 30, 1). Но и здесь можно подняться над житейской ситуацией к высшей цели. Женщина может иметь детей и не родив их по плоти. Добрые дела, дела милосердия, любви к Богу и людям — тоже ее дети. Мне приходит на память история одной женщины. Она была замужем, очень любила мужа, хотела детей. Но семейного счастья не получилось. Сначала не­удачная беременность навсегда закрыла детскую тему. Потом болезнь. В довершение всего муж ушел к другой. Развод и одиночество. Страдала она необыкновенно, тем более, что часто видела бывшего мужа и его жену, знала, что у них родился ребенок. А была она учительницей и всю любовь, которой не дано было излиться в своей семье, она отдала чужим детям. Потом она стала ходить в церковь. Сначала из любопытства. А потом, когда воцерковилась, ей нашлось дело и на приходе. Не оставила она и своих школьников, особенно ребят из неблагополучных семей, возила их на церковную службу. Удивительно было видеть, как эти, мало воспитанные, собственно, брошенные родителями дети, слушались ее. Не шумели, терпеливо стояли на месте. И это в свой законный выходной! Такой авторитет дает только любовь. А потом — много лет преподавания в приходской воскресной школе. Вначале, когда не было никаких методик, всякий урок нужно было придумывать и строить самой. Затем — курсы катехизаторов. Да еще она «родила» приходской театр.

Разве хватило бы на это времени и сил у семейной женщины? Она одна, но не одинока, к ней особенно подходят слова Апостола: у оставленной гораздо больше детей, нежели у имеющей мужа (Гал. 4, 27).

Одиночество — это испытание. Не всем удается его правильно пройти. Сколько людских трагедий стоит за воспитанной безбожным миром самоуверенностью: «Я тоже имею право на свое женское счастье!» Сколько женщин всеми способами отстаивают «право» на мужчину. Когда случается указать на греховность встреч с женатым человеком, или блудного сожительства, чаще всего слышишь именно эти слова о праве на женское счастье. Нередко позиция — во что бы то ни стало получить свое «женское счастье» — оправдывает разрушение чужой семьи, лишение детей отца, обращение к колдунам и магии. И все это делается «во имя любви»! Волшебное слово, оправдывающее преступление и глупость. И не имеющее никакого отношения к любви истинной! Как­то одна знакомая привела ко мне молодого мужчину, сказала, что они собираются вступить в брак. Попросила благословить и повенчать. Конечно, проникнуть в будущее трудно, но их союз показался таким неразумным, таким нелепым, а решение было слишком скорым, что я попросил их отложить событие на пару месяцев. Тогда невеста сказала: «А я прошу благословить. Потому что, если вы не благословите, мы все равно сделаем по­своему. Без благословения». Вскорости, после брака пришли обещанные Апостолом скорби по плоти (1 Кор. 7, 28). И супруги, как люди, почти не имевшие ничего общего и почти не знающие друг друга, не смогли противостоять искушениям. А «женское счастье» бывшей супруги воплотилось в горьком болезненном опыте, который возможно (дай­то Бог) остановит ее в дальнейшем.

Семейное счастье не может быть уделом каждой. Одинокие женщины были всегда. Войны, несчастные случаи, болезни гораздо чаще уносят мужские жизни, чем женские. Отсюда и нехватка женихов и нередкое вдовство. И всегда были мудрые жены и девицы, которые в своем одиночестве умели увидеть не обделенность, а призвание. «Когда человек находит в себе силы согласиться на испытание, посылаемое Богом, он делает этим огромный шаг вперед в своей духовной жизни». Правильно распорядиться состоянием одиночества — значит стараться уподобиться в своей человеческой любви — любви Божией. Бескорыстно изливая ее на всех, кто в ней нуждается. Такое одиночество способно поднять человека на новый уровень общения с Богом. И Господь Сам приблизит его к Себе, ибо Бог одиноких вводит в дом (Пс. 67, 7).

Статья из журнала «Славянка» №4 (46) за 2013 год

Одиночество христианина

«Вы Меня оставите одного; но Я не один, потому что Отец со Мною»

(Иоан. 16, 32).

Есть два рода уединения: уединение видимое и уединение невидимое. Когда нас никто не видит и не слышит, мы говорим, что мы одни; однакоже не всегда только в этом заключается истинное одиночество.

Рыболов не чувствует себя одиноким, проводя ночи среди огромного водного пространства и не слыша шума, кроме однообразного плеска волн и воя ветра, не нарушаемых никаким человеческим голосом; он думает о своей семье, мирно покоящейся дома, о своих детях, для которых он работает; любовь к ним наполняет его сердце, и он не одинок. Не чувствует себя одиноким и караульный солдат, с оружием в руках стоящий среди всеобщего безмолвия, потому что он сознает, что схраняет покой своих товарищей по оружию. Не одинока также труженица, которая в своей комнатке, при свете маленькой лампы, с поспешностью работает своею иглой, зная, что, окончив работу до зари, она доставит тем, кого любит, пропитание на завтрашний день.

Нет, тот, кто любит, не бывает одиноким!

Это одиночество только видимое. Напротив, можно быть окруженным шумной толпою и, несмотря на это, чувствовать себя более одиноким, чем в пустыне.

Есть люди, соприкосновение с которыми не затрагивает в вашей душе ни одной симпатичной струны; их рука сжимает вашу, но это равнодушное пожатие ничего не производит в вашем сердце; вы встречаете их взгляд, который, может быть, вызовет в вас только вежливую улыбку, нисколько не согретую искренней и глубокой привязанностью. Это внутреннее одиночество, среди непонимающей нас толпы, каждый из нас чувствовал когда-либо. Так, при возвращении с кладбища, где вы зарыли часть своего сердца и вашей жизни, всякий шум и движение толпы казались вам пустыми, излишними и неприятными.

Каждому, несомненно, известно, как сжимается сердце, когда оно чувствует себя одиноким.

Одиночество сердца бесспорно есть самое ужасное из всех одиночеств; чувствовать себя затерянным среди обширной Вселенной, зная, что вы никому не дороги и никто не интересуется вашей судьбой, — разве есть состояние горестнее этого?

И, однако, мы знаем, что существует часть людей, охотно принимающих эту участь: быть одиноким не составляет несчастия для некоторых эгоистов.

Напротив, величие одиночества имеет для них что-то обаятельное. Не иметь ничего общего с людьми, забраться на вершину, недоступную людям, и гордо восседать там, — для них есть нечто весьма привлекательное.

В Иисусе Христе Евангелие представляет нам величие особого рода. Божественное, а не земное, которое возвещает любовь и требует любви. И так как Христос был весь воплощенная любовь, то слова, составляющие предмет моей настоящей беседы, имеют особый смысл: «Вы Меня оставите одного», — говорит Христос.

Рассмотрим же, что были за причины одиночества Иисуса, и посмотрим, где Он нашел утешение Своему одиночеству.

Когда человек отдает себя на служение здесь, на земле, истине, он рано или поздно станет одиноким. Он, может быть, и найдет симпатию, но не в то время, когда он сильно борется и имеет наибольшую нужду в ней. Каждая истина вначале не признается и становится предметом поношений и страданием для ее первых проповедников.

Подтверждаясь мировым опытом, это положение особенно оправдалось по отношению к религиозной истине. Религиозная истина, в силу ее святости, затрагивает наши греховные стремления, указывает на наше ничтожество. Она унижает и разрушает нашу гордость.

Пробегая историю всех тех, которые были здесь, на земле, свидетелями вечной истины и правды, я вижу их почти всегда одинокими, непонятыми и не признанными. Был одинок Моисей, в продолжение сорока лет страдавший в Египте с своим порабощенным народом, и был одинок вновь, ведя его, вопреки его желаниям, по пустыне, чтобы исполнить его славное назначение. Был одинок Илия во время Ахава и Иезавели, взывая в печали: «Все сыны Израилевы оставили завет Твой, разрушили Твой жертвенник, пророков Твоих убили мечом, остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее».

Был одинок Исайя, говоря в горести: «Кто поверит нашей проповеди?»

Был одинок Иоанн Креститель в Махеронской темнице, когда страж отсек ему голову.

Был одинок апостол Павел, когда, сидя в темнице города Рима, писал на последней странице, доставшейся нам, такие слова: «Все меня покинули».

Конечно, нет в этом сомнения, что после эти великие проповедники истины получили нетленную славу и честь в небесах, но в дни испытания они были одни.

Представьте же себе не тех великих людей, какими были Моисей, Илья или Павел, но Всевышнего Святого и Всеправедного, могущего прямо назваться Истиной, и вы поймете, как Он, как человек пребывая на земле, был одинок между людьми. Он был одинок, когда искал славы Божией среди забывших Его людей, когда проповедовал Свое божественное учение народу, когда осуждал беззаконие и лицемерие среди толпы, подчиненной фарисеям, — Он был одинок, увы, даже среди Своих учеников, потому что ученики не могли сразу понять Его высшего назначения, не могли сразу вникнуть в Его наставления, они нередко мечтали лишь об Его земной славе и только вследствие всецело человеческой преданности желали отвратить Его от скорбного л кровавого пути, ведущего к той жертве, ради которой Он снизошел на землю.

Он был одинок и в тот великий час, когда Его плоть содрогалась и сердце обливалось кровью. Он не слышал от учеников ободряющих Его слов, и Его последние взгляды встретили их лишь убегающими а общую толпу, где вплоть до самого креста раздавались страшные крики насмешек и поруганий. Таково одиночество Иисуса Христа!

Здесь, однако, я должен указать на опасность, обозначив ложную дорогу, где могут заблуждаться верующие во Христа. Есть одиночество, происходящее от нас самих. Можно заключить себя в свой собственный узкий духовный горизонт и усвоить исключительное направление, можно вооружиться упорством независимости и самолюбия, поставить между другими и собою разделяющую преграду и потом тосковать в своем уединении. Таково ли уединение, к которому призывает нас Иисус Христос?

Христос искал всегда славы только Божьей, а поэтому Он никогда не был одинок, а одиночество, осуждаемое выше, происходит оттого, что люди ищут своей славы, а между тем и другим какая бездна!

Будем же опасаться смешивать их, будем в особенности опасаться одиночества, которое происходит от нашей гордости. Будем же опасаться такого одиночества, будем стремиться, чтобы мы были всеми понятыми, для всех доступными в своей простоте. Самые невозможные работы исполнялись соединенными силами людей. Это чудное могущество взаимного понимания мы чувствуем всюду, это могущество взаимного понимания пробуждало часто гений или способности, которые пропали бы в одиночестве. Ничто не способно так ослабить наши силы, как чувство одиночества, проявляющееся тогда, когда мы преследуем цель, никем с нами неразделяемую!

«Я не один, потому что Отец со Мною», — вот что составляет силу Христа. Что значит все случаи оставления на земле, когда Его Отец с Ним? Он может быть не понят людьми, ненавидим ими, но Он вечно слышит дивные слова: «Ты Сын Мой возлюбленный! В Тебе Мое благоволение!» Вот Его сила — Отец с Ним! И Он всегда с Отцом, как Единородный Сын Его, нераздельный с Ним. Но можем ли мы забыть, что и Он на кресте, отвергнутый людьми, почувствовал, что небо закрылось для Него? Можем ли мы забыть, что оставленный всеми, кого Он любил здесь, на земле, Он должен был обратить взгляд вверх и произнести слова: «Боже Мой, Боже Мой! Зачем Ты оставил Меня?» Забыть это, значило бы забыть, какою ценою мы были искуплены; это значило бы проходить с закрытыми глазами эту бесконечную бездну милосердия, перед которой склоняются даже ангелы, стараясь постичь ее глубину. Но Иисус Христос познал это одиночество, чтобы мы не узнали его никогда!

Когда мы верою соединяемся со Христом и усваиваем Его искупительную жертву, мы имеем право обращаться к Богу и называть Его нашим Отцом, мы можем также с уверенностью повторять эти слова: «Я не один, Отец мой со мною». Вот что составляет силу христианина! Тогда одиночество исчезнет в одном этом утешении.

Да, имейте в себе общение с Богом, просите Его благодатной помощи, и вы не будете одни.

Вспомните Моисея, Илью, апостола Павла и других служителей. Они говорили, чувствуя, что они не одни, что с ними Бог! Они без Бога не смогли бы почерпнуть в собственном характере той сверхчеловеческой силы, которая сделала из них великих мужей и таких твердых в вере и благочестии.

Будем же прославлять Бога за то, что Тот, Кто Сам был Истиной, нашел утешение среди Своих страданий в общении с Отцом, и за то, что Он произносил на кресте даже за проклинавших Его эту великую молитву: «Отче, прости им».

Будем подобно Ему искать убежище только в общении с Богом, и если нас не поймут, если отвернутся от нас дорогие нашему сердцу, выскажем все Тому, Кто Сам был непонят однажды!

Он все поймет, Он, и только Он даст все необходимое для пути к небу. Не думаете ли вы, что Бог оставит пустым, бесплодным и высохшим сердце, покинутое близкими? Не говорил ли Он, что покинувшему все ради любви к Нему воздастся во сто раз более? Я видел много людей, вознагражденных небом всем тем, что было отнято у них на земле, и чем более они отворачивались от всего того, что не прославляет Бога и не несет пользы ближним, тем больше изливалось на них это небесное вознаграждение! Они, казалось, говорили всем земным мечтам, всем радостям и надеждам, исчезающим вдали: «Вы меня оставите одного, но я не один, потому что Отец со мною!»

Да, христианин не один. Он может сказать, что он не один, и тогда, когда смерть настигает его, не дав ему даже проститься с близкими, он уверенно скажет: «Я не один, Бог со мною».

Он не один, когда будет вынужден томиться в продолжение долгих лет на одре страдания, не имея ничего живого, кроме сердца, и не имея силы действовать ничем, кроме молитвы, он тогда уверенно скажет: «Я не один, Бог со мною!» Он скажет с твердою верою: «Нет, ни мои молитвы, ни мои страдания не потеряны, я не один, со мною Бог!»

Вот утешение христианина! Вот его сила! Вот его победа — Бог со .мною!

Е. Б.

Об одиночестве

Знакомая страдает от одиночества. Я молюсь за нее, чтобы Господь послал ей венчанный брак. Есть ли специальное молитвенное правило об этом?

Тут надо иметь личную молитву. Если есть какая-то конкретная нужда, нельзя только утренними и вечерними молитвами «отделываться». Помимо ежедневного правила надо уметь говорить с Богом. Допустим, пришла к вам подруга; если Вы ей доверяете и она Вам близка, все проблемы расскажете. Даже сокровенным поделитесь: и про болезни, и про работу, и про родных. Самым близким должен быть для нас Господь. Господь постоянно ждет нашего обращения к Нему, готовый прийти на помощь и исцелить наши душевные болезни. С Ним мы должны делиться прежде, чем с подругой, своими скорбями, рассказать о своих нуждах, печалях, заботах. Надо приучить себя постоянно обращаться к Нему, говорить с Ним. Можно даже разговаривать с ближним, а сознанием стоять перед Богом, внимая, что Он нам пошлет через ближнего.

Святые люди многого Богу не говорят. Они так умеют жить, так стоять перед Богом, что это заменяет многие слезные, коленопреклоненные молитвы других. Они стоят перед Ним чистым сердцем, внимая, что Он им пошлет, и смиренно все принимают. За это смирение Господь заботится и ограждает их, как истинный Отец Небесный, дарует им благодать. Они стоят перед Ним в благодати и чувствуют себя в полной безопасности от напастей. Это состояние и есть безсловесная молитва святых людей. Оно даруется за чистоту сердца, отданного Богу. Помните: «Чадо, даждь Мне твое сердце». Эти люди так покорились Богу, что совсем забыли себя.

Всем нам надо учиться молиться и словами, и мыслями, всей душой. Потому что сердце — это престол, с которого душа должна возносить свои молитвы к Богу.

Когда мы молимся, душа посылает свои прошения Господу, и Господь дает ответ. Душа, настроенная на такой разговор, чувствует ответ. Обязательно чувствует, что Господь услышал и принял ее заботы на Себя.

Мы должны заканчивать свои молитвы так: «…Господи, не как я, но как Ты, да будет воля Твоя», полностью предавая свое прошение в Его волю. Он лучше нас знает, будет ли просимое полезно для дела нашего спасения.

Например, нашли мужа. Пусть он и православный, а по духу может не подойти. Начнутся мучения, грехи. А если обратиться к Богу, Господь пошлет того, кто станет настоящим спутником и в этой жизни, и в потустороннем мире.

Апостол Павел говорит: «Хорошо человеку оставаться так (одному). Впрочем, если и женишься, не согрешишь. Но таковые будут иметь скорби по плоти; а мне вас жаль» (1 Кор.7, 26-28).

В чем смысл жизни одинокой женщины? Как относиться к одиночеству — как к наказанию, предназначению, или испытанию?

Сейчас стало модно одиноким женщинам «заводить» детей. Цель жизни одинокой женщины не в том, чтобы иметь детей без мужа. Если так получилось, что она одна, то это время надо использовать для покаяния, для спасения. Пусть живет чистой, благочестивой жизнью, делает добрые дела, милосердствует, помогает ближним, молится. Молиться ведь это тоже труд, и труд великий. И будет невестой Христовой, угодной Богу.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *