Старообрядцы и РПЦ

Старообрядцы и РПЦ

Существует много мифов и небылиц по поводу старообрядцев. Именно поэтому один из пришедших в старую веру решил поделиться своим опытом с теми, кто хочет присоединиться к Русской Православной старообрядческой Церкви, но по каким-то причинам еще этого не сделал.

Миф №1. Старообрядцы — это секта!

Действительно, бытует такое мнение среди малопросвещенных людей, что старообрядцы — это довольно закрытая организация, как правило, состоящая из живущих в глуши людей, которые придерживаются старых традиций и обрядов.

Отчасти с этим можно было согласиться лет 200 назад, но сейчас старообрядцы, несмотря на свою самобытность и верность традициям, — это вполне современные люди, живущие в разных частях нашей необъятной страны, в том числе в густонаселенных мегаполисах.

НО! Старообрядцы никогда не были сектой! Это глупое и ошибочное мнение, не имеющее под собой никакого основания! Русская Православная старообрядческая Церковь — это церковь, существующая с момента крещения Руси в 988 году. Чтобы не быть голословным, рекомендую для начала прочитать книги русского старообрядческого апологета Фёдора Евфимьевича Мельникова — «Краткая история Русской Православной Старообрядческой Церкви», «Что такое старообрядчество» и российского историка С.А. Зеньковского «Русское старообрядчество».

Я житель Москвы, и, конечно, после того, как узнал о старообрядчестве, решил посетить кафедральный Покровский собор на Рогожском кладбище. Скажу честно, пошел я по наитию, форумы не читал, на официальный сайт Митрополии не заходил.

Был субботний летний день, я пришел к вечерней службе. Вообще, Рогожский посёлок — это очень атмосферное и сильное место, находясь там, так и чувствуешь всю мощь и древность православной веры.

Я зашел в храм, и первое, на что обратил внимание: служба уже началась (надо сказать, что в новообрядческой церкви вечерняя служба начинается примерно в 16-30). А когда я зашел, было около 16-00. Не успел я пройти и двух шагов, как ко мне подошла местная бабушка и спросила в упор: «Ты старообрядец?». На отрицательный ответ она лишь сказала, что нестарообрядцам можно стоять только в притворе (начало храма до колонн), вглубь храма ходить не следует, и что можно только смотреть на службу, то есть не участвовать в ней. Меня это сначала задело, я подумал: «Как это я такой весь православный и не имею права молиться и подходить к иконам?»,. Но за волной возмущения быстро последовало смирение, и я просто стал стоять и наблюдать.

Разве в секте будут относиться так строго к пришедшему человеку? Нет, наоборот, будут всячески зазывать и обещать горы золота и безграничное счастье, а тут ты пришел в храм Божий, так что будь добр быть смиренным и трепещущим перед Богом.

Миф №2. Старообрядцы неприветливые и злые

Этот миф бродит на всех старообрядческих форумах, причем его распространяют люди, о которых нам ничего неизвестно. То есть, например, пишет какой-нибудь «Василий 2000» (никнейм), о том, что старообрядцы злые, любят ругаться, нет у них благодати и все в этом духе. Причем приводит примеры из жизни каких-то знакомых или даже свои собственные.

Конечно, с овациями вас никто встречать не будет. Не ждите, что вы придете, и вас примут с распростертыми объятьями. История старообрядчества тяжелая. Как сказал Александр Антонов, председатель общины старообрядческого храма Николы чудотворца (м. Белорусская) в Москве: «Старообрядчество — это опыт трехсотлетнего выживания русского человека в экстремальных исторических условиях».

Вот и меня в тот день не особо жаловали местные бабушки гостеприимством, напротив, следили, не прохожу ли я вглубь храма, но сказать, что мне кто-то запрещал молиться (тогда еще по-новообрядчески), я не могу. Я молился вместе со всеми, как мог и умел. Конечно, я тогда не знал всех исторических тонкостей вопроса о расколе XVII века, поэтому мне казалось, что меня ущемляют в правах, как верующего человека. Однако, несмотря на всю сложившуюся ситуацию, мне было комфортно, я почувствовал мощь, истинный дух православной веры. Это не описать словами, это надо прочувствовать! Позже к середине службы ко мне подошла та же самая бабушка и сказала, что сейчас будет петь хор, что такого в новообрядческой церкви я не слышал, и, надо сказать, она оказалась права! Когда поёт клирос, то в храме создается такая благодатная атмосфера, что, кажется, ты находишься перед вратами рая. Я не преувеличиваю! Просто это надо услышать самому! В целом люди в храме мне показались довольно миролюбивыми, а по отношению ко мне — нейтральными.

Для примера могу сказать, что в новообрядческой церкви действительно никто не запретит вам ходить по храму, креститься когда угодно и целовать иконы, но вместе с этим такое равнодушие царит там во всём. Я много раз подходил к монахам в монастырях или священникам, но не получал от них никакой отдачи, то есть духовного общения, они были вечно занятыми. Опять же хочу сделать оговорку, что это лично мой опыт, не исключаю, что у других могло быть иначе (да и, в конце концов, никто не был обязан со мной общаться). Тут же при всей внешней строгости и нейтральности я почувствовал неравнодушие ко мне тех же бабушек: они подходили, интересовались, почему я пришел, что меня побудило, понравилась ли мне служба, и это было по-человечески приятно.

Миф №3. Cтарообрядцы — это фарисеи, им главное обряд!

Это главный миф, которым прикрываются новообрядческие миссионеры, ссылаясь на то, что старообрядцы сами подтверждают это мнение, называя себя староОБРЯДцами.

Очень часто приходится слышать, что старообрядцы — законники, что у них нет благодати в отличие от новообрядцев, у которых, по их же мнению, царит полнейшая любовь и понимание. Мой опыт говорит о том, что это лукавство чистой воды. Под благодатью многие новообрядцы понимают распущенность и только. Да, вот так просто! Можно нарушить пост или прийти в церковь в неподобающем виде. При этом они еще говорят, что Исус нас этому учил и начинают приводить отрывки из Евангелия. Я лично не думаю, что Исус нас учил вседозволенности. Да, церковь — для человека, но это не значит, что можно специально делать себе послабления, ссылаясь на благодать.

Старообрядчество — это как форма, так и содержание, эти два понятия неразделимы. На этом основана Русская Православная старообрядческая Церковь.

Могу привести такой пример, что у каждого прихожанина новообрядческой церкви (ну или почти у каждого) возникало какое-то ощущение двойного стандарта. Некоторые новообрядческие батюшки говорят о сребролюбии, стяжательстве, а сами носят дорогие часы, ездят на шикарных машинах. Да и примеров много, я не хочу кого-то осуждать, упаси Бог! Но чувство неискренности и какой-то фальшивости имеет место быть (кстати, атеисты и ненавистники Православия очень любят приводить такие примеры, о которых я написал выше, и им трудно что-либо возразить)! Там, по моему мнению, форма иногда отличается от содержания.

Старообрядцы — это, прежде всего молитвенники. Если вы будете на службе в старообрядческом храме, то без труда заметите, что все прихожане носят с собой лестовки (это четки, только исконно русские). Конечно, это не значит, что все старообрядцы поголовно молятся день и ночь, но четкое понимание того, что надо молиться и дома, а не только в храме, у старообрядцев есть.

Возвращаясь к своей истории, я хочу сказать, что все-таки не все так идеально, как может показаться с первого взгляда в моём повествовании. Старообрядцы зачастую бывают очень строги к вновь пришедшим, чуть помягче к оглашенным. Это, конечно, факт, который имеет место быть. Ведь все мы люди, все мы грешные, но надо человеку помогать, а иногда получается так, что не особо умелый подход бабушек к гостям отвращает людей от Церкви, и это очень печально. Я, например, человек верующий и знающий, что такое смирение, погасил в себе возмущение, но люди же все разные, бывают вспыльчивые или обидчивые: человек промолчит, но глубоко обидится. Вот над этим, я считаю, надо работать нашим прихожанам.

Тем временем я начал ходить каждую неделю в храм, меня уже стали узнавать, кивать головой (форма приветствия в храме), а я продолжал стоять в притворе и наблюдать, молясь про себя. Есть такой момент на воскресной службе, когда начинается Литургия, и оглашенным надо выйти из храма. В этот момент, как я понял, многие обижаются, а некоторые начинают спорить, вплоть до ругани. В первый раз меня никто не выгнал, та же самая бабушка подошла ко мне и сказала, как обстоят дела с оглашенными, но разрешила мне остаться. В тот раз я остался, но внутри мне стало как-то стыдно, все-таки есть правила, которые не стоит нарушать, и в дальнейшем я не стал злоупотреблять благосклонностью ко мне бабушек. Я сам выходил, когда нужно и сколько нужно стоял за стеклянными дверьми (за которыми все прекрасно видно и слышно!). Надо сказать, что практика вывода за стеклянные двери — новая, в старину притвор считался до колонн, это заповедовал митрополит Алимпий и так установлено и на последнем Совете Митрополии. Были случаи, когда меня пускали вглубь храма послушать проповедь нашего владыки митрополита Корнилия. Я очень полюбил его и его проповеди, это действительно искренний человек, пропускающий через себя все, что говорит, каждое слово в его устах наполнено чувствами и глубочайшим смыслом. Бывало, пару раз меня пускали вглубь храма на молебен (после службы). После того, как я точно для себя решил, что перейду, я попросил ту самую бабушку о том, чтобы она сказала священнику, что с ним хочет поговорить человек по поводу перевода. Сразу же после службы она обратилась к священнику, и он без промедления подошел, пообщался со мной, и мы даже вместе сходили в церковную лавку, где он посоветовал купить нужную литературу. После чего батюшка проводил меня до остановки, в общем, впечатления у меня остались очень и очень хорошими!

Так что, как видите на моём примере, старообрядцы — это не законники, просто ведите себя по-человечески сами.

В итоге после полугода раздумий и пары месяцев посещения храма я перешел в Русскую Православную старообрядческую Церковь! Вместе с переходом я обрел благодать и духовное спокойствие, которого у меня не было раньше. Сейчас я стараюсь ходить в храм на каждую воскресную службу, на праздники, да и вообще просто, когда есть возможность! Я чувствую себя поистине частью Христовой церкви. От всей души желаю этого и вам!

Слава Богу за всё!

Статья М. Гусева в екатеринбургской газете «На смену!» может показаться немного странной всем, кто знает Максима. О староверах он пишет как бы со стороны, словно является внешним. Таковы журналистские рамки: писать о себе и о «своих» в светском издании не принято. Но и таким способом — от лица человеа внешнего — Максим доносит до уральского читателя правду о старообрядцах.

М.ГУСЕВ

ГОРСТОЧКА РУССКИХ

«Горсточку русских сослали в страшную глушь за раскол», — написал когда-то Николай Некрасов о старообрядцах в поэме «Дедушка». После церковного раскола XVII века людей, оставшихся верными старорусским традициям и богослужениям, сотнями тысяч ссылали в Сибирь, за Байкал, на Урал. Староверы селились по берегам рек, ставили ладные дома, быстро обзаводились хозяйством, рожали детей — «сколько Бог даст».

Согласно государственной политике еще с петровских времен сторонников дораскольной веры стали представлять угрюмыми и дикими, наотрез отказывающимися от всего «мирского» и живущими словно в далеком прошлом. Но в реальности это не совсем так. Да, они живут по своим внутренним духовным принципам (например, «молитва важнее телевизора», «старшим — почет и уважение», «вера без дел мертва»), но вместе с тем ездят на машинах, стоят в очереди перед банкоматом и летают в командировки по всему миру. Получив задание от редакции посетить несколько старообрядческих «островков уединения», я отправился в глубь Свердловской области, чтобы ознакомиться с их бытом и особенностями жизни, а вскоре мне представилась возможность отправиться в старообрядческий крестный ход…

Часовня вместо грядки

Сергей Комаров («А по нашему правильно произносить — Сергий», — пояснил он мне сразу) из староверов, коих ветром гонений развеяло по всему Среднему Уралу. Высоко на склоне горы, скрытый от сторонних глаз, стоит его домик. Но о нем в Верхнем Тагиле знают почти все: слишком приметна для окружающих его, казалось бы, неприметная жизнь. Я гостил у Сергия в конце июня, во время Петровского поста — мы долго общались, а потом с экскурсией обходили его владения — небольшую часовню, 25 соток огорода и строящийся домик для тех, кто решит посвятить себя иночеству.

Сергий Самонович тут и родился — в этом небольшом городке, что скрылся на равнине среди уральских отрогов. В детстве от родителей получил христианское воспитание, в юношестве работал лесником, оберегал обильные угодья, потом ушел в армию. Служил в Кировской области, а как вернулся, отпустил бороду и принял решение: образования не получать, но все необходимое для жизни познать самостоятельно. Так оно и вышло. Овладел настоящим искусством — фермерством.

— Все чаще думать о душе стал, о том, во что превратилась Русь после раскола, — говорит он мне.

Не успел я войти в дом, как супруга Сергия Анна Федотовна спешно ушла на кухню и минут через десять пригласила к столу. Согласно строгому календарю старообрядческих трапез, в этот день позволялось вкушать лишь пищу с растительным маслом. Овощной салат, плов с грибами, кукурузные палочки, горький шоколад — говорят, такой рацион позволяет избегать в жизни многих заболеваний. А если учесть, что дней, когда позволяются мясо, яйца и рыба, в календаре у старовера меньше, чем постных, то можно прямо сказать, что староверы ведут самый здоровый образ жизни.

— Личный пример на окружающих сильно действует. Перед едой мы всегда крестимся, даже если в столовой обедаем, в развлекательных мероприятиях не участвуем, потому что некогда: огород-то видишь какой — работы на десятерых хватит, да о быке с коровой позаботиться надо, да еще вот канализационную систему сам разрабатывал… Некогда веселиться. Да соседям помочь надо, если просят, — рассказывает старовер за чашкой чая.

Пятилетняя Ксения, дочь хозяина, долго недоверчиво поглядывала на меня, но потом, увидев, как приветливы к гостю родители, перестала бояться и вскоре уже беззаботно играла около, как будто знакомы мы были уже давно.

Староверы — они все как одна большая семья. И узнают друг друга в толпе по одним им понятным признакам — то по говору особому, то по поведению, по форме одежды. А еще приветствие у них особое — «здрасьте» никогда не скажут, но всегда — «доброго здоровья» и слегка поклонятся друг другу при встрече. По словам Сергия Комарова, для него все старообрядцы, даже если и незнакомые, — это братья.

— Но и тех, кто сейчас в лоне «официальной» церкви, тоже обидеть не хочу и потому условно называю их «сродными» братьями. Очень надеюсь, что однажды мы все будем православными именоваться, хотя только мы сейчас храним правильную веру. В храмы РПЦ я не хожу, иконы там все больше не нашего письма, да и обряды все какие-то Никоном выдуманные — не крестят в купели, как положено по византийскому закону, а обливают, да против солнышка ходят, а у нас положено во время крестных ходов, крещений или венчаний ходить по солнцу. По-старорусски это называется «посолонь».

У них и богослужения носят свои особые названия. Например, полунощница, часы. Все службы читаются и поются не по нотам, а по крюкам — знакам древнерусского нотного письма. Правда, сам Сергий крюков не знает и потому молится «по напевке»:

— Это значит так, как память сохранила, когда вместе с родителями молились. Тональность запомнил и сейчас, хотя и прошло уже много лет, воспроизвожу.

…А еще говорит, что мало просто прожить правильно, по духовному закону, надо еще что-то после себя оставить. Эту истину он уже подтвердил делом — возвел прямо в огороде часовню. Еще год назад, если выглянуть из оконца, можно было увидеть только картофельную гряду, но по осени пришла идея. Так рассказывает:

— Прикинул по своим средствам и решил поначалу во дворе часовню поставить, чтобы молиться было где — церкви-то поблизости нет… Уже столбики вбил, начертил план, тружусь. И как-то сосед проходит мимо, интересуется — мол, что строишь, Сергий? Рассказал ему про задумку. И вот — пришла помощь, откуда не ждал. Сосед-то у меня не староверских корней, просто знакомый, но помог со средствами. Потому и решили строить здание побольше, перенесли в огород. Я для этой цели еще земли прикупил — будем теперь разрастаться, домик для иноческих келий вот начали ладить.

Большие общины старообрядцев проживают в Артинском, Шалинском и Баранчинском районах, в Невьянске, Березовском и Екатеринбурге. Некоторые общины насчитывают до 500 человек. Староверы молятся по древнерусским книгам, не носят модной одежды и приучают к своему образу жизни детей. Вы никогда не встретите старовера-массажиста, старовера-бармена или ди-джея.

На постройку деревянной часовни размером 6 на 6 метров (без притвора) ушло около полугода. Работали и днем и ночью — для себя старались. Теперь по воскресеньям собирается в его огороде до 15 человек — и стар и млад.

— Это немного, если по меркам большого города. Зато у нас никаких интриг нет, потому что собираемся здесь не за склоками или с намерением определить, кто из нас будет главным, а молиться вместе и проблемы свои общинно решать, — говорит Сергий Самонович.

Из домика по крытому двору, сопровождаемые мычанием коровы где-то за сараем, вышли в огород.

— Папа, я тоже хочу с вами в часовню, — это маленькая Ксюша дергает Сергия за рукав.

…Вернулись домой. Мой собеседник по-отцовски трогательно надел на дочку платок — «под булавку». Пояснил: женщинам у старообрядцев платок узлом завязывать нельзя, чтобы дьяволу не угождать. Вообще же замужней женщине показываться без платка или с коротким рукавом по «правой старой вере» запрещено — «чтобы не ввести в грех соблазна постороннего мужчину».

Свою дочку чета Комаровых воспитывает строго. Нет, ребенка, конечно, тоже балуют конфетами, но с ранних лет приучают поститься. Телевизора в доме нет — «это дьявол, который только время отнимает». Однако воспитывать ребенка в затворничестве тоже не принято, и с этой целью купил Сергий DVD-проигрыватель. Говорит, «этот аппарат позволяет избежать воздействия рекламы, а фильмы и мультики дочке я покупаю сам»…

— Нам бы очень хотелось найти священника-монаха, который бы начал созидать общину, отрешившись от всего внешнего. Богатств мы не обещаем, но по мере сил помогать будем — потому что нам всем это нужно, — говорит Сергий, показывая сруб ладной снаружи и красивой внутри часовенки, где висят всего несколько икон, но все — старорусского письма. — Будем ставить алтарь, потом надо освящать.

Он вышел проводить меня до калитки, посмотрел вслед, развернулся и пошел к своему хозяйству — к коровушке, к огороду да к недостроенному маленькому «монастырю». Только сказал напоследок: «Мне бы сейчас знаний чуток да божьей помощи впредь, и тогда все было бы у нас еще лучше».

…А вот у староверов деревни Русская Тавра (это уже в Красноуфимском районе, неподалеку от границы с Башкирией) свой священник есть. Правда, церковь еще не достроена. Возводят, как говорят здесь, «свой божий уголок» уже несколько лет кряду. Глухая деревня — это как раз про Русскую Тавру. Русских здесь и впрямь горсточка.

— Здесь в основном живут марийцы, они бесконечно далеки от православия, но наша община от этого не страдает — нас много, — рассказывает попечитель общины староверов Антонина Степановна. — Мы строим храм на века, хоть он будет совсем небольшим, главное, нам хватит.

«Умру прямо на могиле»

— Староверы? — у черного «БМВ», поровнявшегося в темноте с группой молодежи, чуть приоткрылось тонированное окно. — Ну, доброго здоровья, братцы! Вот и мы приехали.

Предприниматель-старовер Владимир приехал в Шалинский район на крестный ход из Челябинской области. Говорит, последний раз был здесь семь лет назад. С тех пор многое изменилось — окрепла община, а святых мучеников Константина и Аркадия, которые прославили поселок Шамары, канонизировали два года назад на старообрядческом соборе в Москве.

В поселке нет телевизионного сигнала, а мобильная связь работает с перебоями. Из достопримечательностей — сельский храм, речушка Сылва, которую летом легко перейти вброд, и деревенское кладбище, наполовину старообрядческое. Энциклопедия поясняет: «Шамары — поселок городского типа, расположен на реке Сылва, у впадения в нее реки Вогулка». А с мансийского слово «Шамары» переводится как «темное место»…

Я приехал сюда под вечер во вторник третьего июля, а на раннее утро среды был намечен старт крестного хода. В ближайшем продуктовом ларьке неожиданно заметил брошюру «Житие святых преподобномучеников Константина и Аркадия Шамарских». Продавец объяснила, что ее спрашивают здесь едва ли не чаще, чем продукты первой необходимости. Беру и я — поизучать на досуге.

К слову, за неделю до поездки начал вооружаться знаниями — как себя вести в обществе староверов, что говорить, что надевать. Поэтому еще на станции распустил рубашку, подпоясался — староверы с недоверием относятся к тем, что ходит «распоясанным» или заправляет рубашку в джинсы — в таком человеке сразу признают не своего. Весь вечер знакомлюсь с паломниками. Здесь на удивление много молодежи.

— Я в самом конце колонны завтра пойду, ты мне эсэмэску кинь, если что, — так общаются друг с другом.

…Пожилая женщина, чьего имени я так и не узнал, с удовольствием «по секрету» рассказала мне, что в летние вечера, когда полуденное марево позади, солнце катится к закату, а земля остывает после жаркого дня, на небосклоне появляются две точки, которые то вдруг увеличатся, то исчезнут вовсе. Говорят, видят их не все, а те, кто видит, отмечены Богом по вере своей. Правда то или выдумка, неизвестно, но в сумерках эти слова прозвучали не то пугающе, не то просто таинственно.

Ночью, когда с реки потянуло прохладой, ребята постарше отправились на прогулку. Местные девушки умело разжигают костер — он тут же принимается, огонек звонко трещит, юркая в полусырых поленьях. Задымило. Такие вечерки в почете у старообрядческой молодежи — дискотеки и танцы посещать грешно. Ребята здесь собрались все больше образованные, но рассуждают не о Ницше и не о Куликовской битве, а делятся самыми простыми мыслями о будущем и настоящем. А потом мне рассказали о тех, кого почитают староверы всей страны.

Нынче юбилейный для уральских староверов год. 150 лет назад были убиты два инока-старовера, Константин и Аркадий, 80 лет, как нетленными были найдены их мощи, и 10 лет, как братья были канонизированы. Шамарские иноки являются последними по времени канонизации святыми Русской старообрядческой церкви.

…В одном из уральских скитов в начале XIX века жили два брата-отшельника, Константин и Аркадий. Говорят, братья были хорошо образованны и следили за тем, что происходит в стране, много путешествовали. Весть о том, что в шамарском лесу живут монахи, быстро разлетелась по округе, и к братьям потянулись люди — получить благословение, совет. Говорят, ехали сюда на перекладных даже и с Дальнего Востока.

Иногда их дом посещала пожилая женщина с внуком, приносила братьям продукты. В Петров пост 1856 года (по другим рассказам — 1857-го) эта благочестивая женщина вновь пришла к Константину и Аркадию. Однако в этот раз в обители было непривычно пусто, а на столе лежала записка: «Ищите нас под березовым выворотком».

Недалеко, под березовыми ветками, были найдены тела убитых — несмотря на летнюю жару, они оказались нетронутыми тлением. В ходе следствия выяснилось, что убиты они были еще зимой. Нашли и преступника, который признался, что убил братьев в надежде найти у них золото. Во время допроса убийца рассказал, что пока он расправлялся с одним иноком, другой бесстрашно молился.

Погребли иноков неподалеку от места их гибели, на вершине лесистого холма близ деревни Гурьяновка. И многие годы не иссякал к ним поток верующих. Пришедшие с удивлением замечали: вокруг на много верст ни души, а на могиле мучеников всегда теплятся свечи. В 1927 году одному из жителей деревушки Платоново приснилось, будто явились к нему иноки и попросили перезахоронить их в другом месте. Сон повторялся вновь и вновь, а разговоры о нем успели облететь всю страну. Вскоре мощи тайно были перенесены к подножию холма и вновь с молитвой преданы земле. Христиане окрестных сел и деревень благословились молиться инокам как местночтимым святым. В том, что братья — святые, окончательно уверились, когда около могилы забил родник, вода которого стала помогать людям в избавлении от болезней…

До рассвета оставались мгновения — уже пышно заалело на востоке, и наступала та последняя минутка, когда селяне готовились вставать. Лично мне поспать на новом месте не удалось (меня уложили в гостевом доме) — подремал с полчаса, а как только часы показали без четверти семь, вскочил, умылся ледяной водой из колонки, поеживаясь от утренней прохлады. От Сылвы поднимался перистый туман и стелился ватой по сочной траве, а местные рыбаки спускались к реке и, покряхтывая от усилий, отталкивали лодки от илистого берега. У церкви началось оживление.

Двинулись в долгий путь. Колонна староверов растянулась не на одну сотню метров. Впереди читаются молитвы на старославянском, а в самом конце молодежь общается на самом что ни на есть современном языке:

— Да есть у меня церковные шрифты, только у компьютера «мама» полетела, все накрылось. Как вернусь домой — буду деньги искать, ты мне свой мэйл черкни, я их тебе потом вышлю, — говорит парень с пушком на щеках — бриться у староверов с юношеских лет не принято.

В полдень — привал у реки. Сылва считается одной из самых чистых рек в Свердловской области. Многим ли приходилось пить воду прямо из реки, стоя в ней по колено? Ощущения — словами не передать. Забываешь обо всем. А староверы, и пожилые и молодые, заходят в реку и подолгу пьют.

…Примерно через час после безостановочного движения в крестном ходе появилась первая мысль о воде, потом она ушла, пить расхотелось, затем жажда вернулась и преследовала безостановочно до первого привала у реки. Она то немного отступала, когда дорогу окружали зеленые леса, дышащие прохладой, то усиливалась, когда мы выходили на ровные участки забирающей вверх дороги. После первого привала появилась бодрость, но как только она прошла, вновь возникло желание пить и теперь уже преследовало до конца пути. А где-то на половине пути, незадолго до второго привала, появилась тяжесть в ногах, но она была предсказуема, и я частично избежал ее, заблаговременно (еще до поездки) купив мягкие кеды. Те же христиане, кто шел в туфлях, испытывали настоящие физические страдания, причем как сейчас, так и позже. Сегодня тот самый единственный день в году, когда староверов, причем даже самых пожилых, можно увидеть в спортивных штанах и в кроссовках — в привычных туфлях пройти 30 километров почти невозможно — ведь ноги стираются в кровь.

Километров за семь до конца пути нас нагнал автобус и тихо ехал в конце колонны, подбирая тех, кто уже совершенно не мог двигаться дальше. Идти впереди психологически легче: есть понимание, что именно ты задаешь скорость движения и почти вся колонна — за тобой. Замыкающим идти тяжелее всего — кажется, что догнать ушедших вперед братьев и сестер уже невозможно и легче упасть или сесть в тени, чем безуспешно пытаться догонять. Как поделился со мной один из участников крестного хода, несказанно поддерживают священники: они идут в кафтанах, буквально истекают потом, который попадает в глаза, и складывается ощущение, что их просто выжигает некой кислотой.

Взаимовыручка здесь на уровне психики: вот идет пожилая женщина, совсем немощная, опирается на трость, но не останавливается. В свои 23 года не хотелось упасть в грязь лицом, и потому шел за ней, постепенно опережая, потом начал ее подбадривать. Ошиблись те, кто вместо легких спортивных штанов надел джинсы. Через час интенсивного движения по солнцепеку начинает казаться, что одежда — это маленькая тюрьма, из которой нет выхода.

Знакомства здесь завязываются как бы сами собой: вот вдруг подойдет незнакомый бородач, подстроится под твой шаг и начнет рассказывать о чем-то, делиться своей жизнью, а потом так же незаметно отстанет, не спросив имени и не представившись сам.

— Если я дойду, то прямо там и умру на могиле у иноков, братцы, сил моих больше просто нет, пить хочу — не могу больше, — бросил кто-то в порыве усталого отчаяния.

…И все-таки я дошел до конца, оставив позади около 30 километров, семь часов пути по несносной жаре. Помимо новых знакомств и хлебосольного гостеприимства запомнился крестный ход взаимовыручкой и невыразимой поддержкой — то, что хранители дораскольной традиции пронесли сквозь века. Сохранив старое, они стали неотъемлемой частью современной жизни.

Глава Русской старообрядческой церкви митрополит Корнилий Титов во время своего визита на Урал встретился с губернатором Эдуардом Росселем и обсудил имущественный вопрос. В личной беседе с корреспондентом «НС!» владыка Корнилий сказал, что ему приятно встретить в лице главы области грамотного человека, который заботится об интересах всех этнических и религиозных групп:

— Я рассказал губернатору о том, что в последние годы приверженцев дораскольного православия на Среднем Урале стало в несколько раз больше, у нас много молодежи и нам нужны новые церкви. Россель обещал помочь в строительстве нашего храма в Невьянске, а также предложил готовиться к тому, что одно из зданий комплекса, противотуберкулезный диспансер, будет возвращено нам — тем, кому и принадлежало это здание в прошлом. Здесь был наш храм, и я уверен, что скоро на берегу реки Исети в районе улицы Декабристов будет стоять красивая старообрядческая церковь, которую не стыдно будет показать свердловчанам и гостям города.

…Классик называл старообрядцев «солью земли русской», подчеркивая, как это странно для России — видеть людей, которые не пьют водку, не ругаются матом, рожают детей, сторонятся светских праздников, строго соблюдают посты и готовы прийти на помощь по первому зову. Для них не архаика слова «домострой» и «Древняя Русь» — свои жизни они проживают по старорусским канонам, не боясь насмешек.

Максим ГУСЕВ

Верхний Тагил — Русская Тавра — Шамары — Екатеринбург

Андрей Панисько. Как вести себя в храме

Так или иначе, но иногда в церковь заходят не только верующие. Самостоятельного путешественника в храм может привести не только праздный интерес, но и вполне оправданное желание рассмотреть внутреннее убранство, росписи, скульптуры или иконы. Воцерковленным посетителям, разумеется, известны все особенности проведения служб, поэтому данная статья адресована прежде всего тем, кто не осведомлен обо всех особенностях присутствия в церкви того или иного толка.

Разумеется, нет никакой необходимости атеисту креститься при входе в храм. Не нужно и православному совершать намаз в мечети. Речь ниже пойдет о базовых требованиях к присутствующим в местах отправления религиозного культа, соблюдение которых позволит избежать недоразумений и позволит не оскорбить случайно верующих.

Православие

В православных церквях и монастырях существует достаточно жесткий дресс-код, за исполнением которого зорко следят церковные служительницы. Правила несложные: мужчина входя в храм должен обнажить голову, женщина должна голову покрыть головным убором. Женщине крайне желательно при этом быть в юбке, закрывающей колени (чем ниже, тем лучше), а мужчине воздержаться от посещения храма в шортах, а иногда и вообще в одежде с коротким рукавом. Впрочем, в особо посещаемых монастырях обычно на входе женщинам предлагают платки и юбки.

Внутри церкви желательно воздержаться от разговоров, это отвлекает окружающих. Также запрещено в храме здороваться за руку и производить финансовые расчеты.

Во время богослужения лучше воздержаться от хождений по церкви, а при необходимости перемещаться медленно и бесшумно. Существует, кстати, запрет на прохождение между алтарем (помещение за иконостасом, куда доступ имеют только священники и прихожане-мужчины по благословению) и аналоем (высокая подставка, на которую кладут иконы и церковные книги. Икона на аналое меняется в зависимости от праздника). Непосредственно к иконостасу примыкает солея — это возвышенная площадка вдоль всего алтаря. Напротив царских врат находится амвон — это центральная часть солеи. Без разрешения священнослужителей на амвон и солею также восходить не разрешается.

Фотографировать в церкви и на территории православных монастырей, как правило, можно с разрешения настоятеля (настоятельницы). Но это, в принципе, вопрос этики и строгости канонов каждого прихода. Например, в Троице-Сергиевой лавре запрет на фотосъемку представляется попросту немыслимым.

С вопросами можно обратиться к священнику. Правда, не принято приветствовать священнослужителя мирским «Здравствуйте», но это, опять же, вопросы этики.

Старообрядчество

Старообрядчество (иногда древлеправославие) традиционно отличается особой строгостью правил и требований по отношению к адептам своей конфессии, а также к инаковерующим, входящих в храмы староверов. Так, например, к привычным требованиям в отношении одежды (опрятность, длинный рукав) приводится рад ограничений: женщины входят в храм не просто с покрытой головой, но обязательно в платке, шляпки , шапки и кепки недопустимы. Недопустимы и мини-юбки, брюки, шорты и любая одежда, подчеркивающая формы тела, а также обувь на высоком каблуке и духи с сильным запахом. Приличными для женщины будут длинная юбка, платье, сарафан. Сумки, висящие на плечах, желательно снять и отставить в сторону. Мужчины должны голову обнажать.

В старообрядческой церкви посетителям, не являющимися прихожанами, можно оставаться только зрителями, воздерживаясь от внешних молитвенных жестов. Во время службы запрещено перемещаться по храму, а вопросы лучше отложить до окончания богослужения.

Католицизм

Католический храм во многом не похож на православный. Прежде всего, заметна невысокая алтарная преграда на месте иконостаса. Во время богослужения прихожане могут сидеть на специальных молитвенных скамейках, установленных в храме, а преклоняют колени на низенькие скамеечки рядом.

Мужчины при входе в храм обязательно должны снимать головные уборы, а женщинам покрывать голову не обязательно. Дресс-код как таковой отсутствует, но в храме следует руководствоваться общепринятыми этическими нормами, поэтому в вызывающе короткой одежде там лучше не появляться, тем более, что в некоторых храмах, в том числе в соборе святого Петра в Ватикане это запрещено.

При входе в храм располагается сосуд с освященной водой, или кропильница, в которую окунают пальцы правой руки и затем крестятся.

Сразу же при входе в храм совершается коленопреклонение (на правое колено) перед дарохранительницей. И впоследствии, проходя мимо дарохранительницы, совершают коленопреклонение или хотя бы склоняют голову. Крестятся католики в отличном от православных порядке — сначала левое плечо, потом правое. Особых моментов вне литургии, когда требуется совершать крестное знамение, нет.

Протестантизм

Поскольку евангельское христианство это очень миссионерская конфессия, то к одежде гостей в в евангелистских (таково официальное наименование конфессии) богослужебных помещениях не выдвигается каких-то особых требований. Считается, что Господь смотрит не на внешность, но на сердце человека, поэтому вполне достаточно светских правил приличия. Ограничений на женские брюки и косметику, а также требований обязательного головного убора здесь нет.

Во время посетители церкви проповеди сидят. В некоторых церквах принято вставать во время пения и молитвы, а в некоторых нет. Но даже если все встали, а кто-то остался сидеть, окружающие постараются этого «не заметить», ну разве что какая-нибудь не в меру миссионерски настроенная бабушка с улыбкой скажет: поднимайтесь, дескать, ребята, молитва идет!

Ислам

Мечеть у мусульман не является святым местом, храмом в полном смысле этого слова. Здесь организуются различные праздники, не обязательно религиозные, выступления исламских деятелей, проводятся конкурсы чтецов Корана и т. д. Кроме того, в мечети всегда может переночевать приезжий.

Мужчины и женщины в мечети молятся раздельно, как правило на разных этажах или в разных помещениях с общим или разными входами. Правила посещения одинаковы для мусульман и представителей других конфессий: внешний облик посетителя мечети не должен оскорблять взгляд верующих, следует надеть чистую, скромную и достаточно закрытую одежду. У женщин одежда должна закрывать все тело, за исключением лица, кистей рук и ступней ног, цвет ее не должен быть вызывающе ярким, а силуэт — облегающим. Волосы женщинам следует полностью спрятать под платок.

При входе в мечеть необходимо разуться, а обувь оставить у входа. Зачастую для хранения обуви отведено специальное место, иногда специальные служащие принимают обувь и выдают жетон. Посетители мечети ведут себя очень раскованно: они сидят или лежат на полу, едят, спят, общаются между собой. Но при этом в любое время кто-то может совершать намаз, т. е. молиться. Верующие читают Коран или просто сосредоточиваются на мысли о Всевышнем, поэтому громкие разговоры в мечети недопустимы.

Когда наступает время намаза, верующие совершают омовение и выстраиваются рядами за имамом. Те, кто по каким-то причинам не принимает участие в коллективной молитве, мечеть покидать не обязаны.

Иудаизм

В настоящее время в иудаизме сосуществуют различные течения — от ультраортодоксальных до ультралиберальных. Соответственно, синагогальные богослужения в различных еврейских общинах могут значительно различаться между собой. Древние традиции в наибольшей степени сохранились в ортодоксальном иудаизме.

Богослужения в ортодоксальных синагогах обычно проводятся трижды в день; в праздничные и субботние дни читаются дополнительные молитвы. Чтобы богослужение состоялось, необходимо присутствие как минимум десяти мужчин старше 13 лет, которые составляют миньян (кворум). Места для женщин в синагоге либо отделяются от мест для мужчин перегородкой, либо женщины занимают места на галерее.

Мужчинам запрещено находиться в синагоге с непокрытой головой, поэтому во время утренней молитвы они надевают особое молитвенное покрывало (талит). В будние дни во время утренней молитвы мужчины надевают тфилин — кожаные коробочки с вложенными в них кусочками пергамента с отрывками Священного Писания. С помощью длинных ремешков эти коробочки привязываются ко лбу и левой руке молящихся.

При входе в синагогу и чтении некоторых молитв принято склонять голову. Молитвы читаются на иврите, а ряд молитв — на арамите (арамейском). Разработанный в течение веков порядок богослужения предусматривает произнесение определенных молитв, последовательность которых соответствует тому или иному дню религиозного календаря. Руководить богослужением может любой взрослый мужчина-еврей. В больших общинах обычно для чтения молитв по праздникам и субботам специально назначается особо почитаемый человек (хаззан), которому иногда сопутствует мужской хор. Некоторые части литургии поются всеми присутствующими в синагоге.

Во многих общинах, принадлежащих к другим направлениям иудаизма, синагогальные традиции могут значительно отличаться. Так, в реформистских общинах мужчины и женщины сидят вместе. Мужчины могут не надевать талит и тфилин, хотя нередко носят на голове кипу. В синагогальный хор в реформистских и многих консервативных синагогах входят женщины. Во многих странах часть богослужения может вестись на языке этой страны, причем соотношение количества молитв на иврите и молитв на другом языке различно в разных общинах.

В отличие от других религий, в иудаизме правил общения со священнослужителем нет. Единственное, при обращении к раввину по имени иногда добавляют слово «рабби».

Помимо указанных, существуют и вполне универсальные, общие для всех конфессий, требования при посещении культовых мест. К таким можно отнести, например, выключение сигнала вызова мобильного телефона. Разумеется, в храмах нельзя есть и употреблять спиртные напитки, если это не является частью богослужения или не инициировано священнослужителем, а также курить. Вряд ли стоит заходить в любой храм и будучи в сильном подпитии.

Другие статьи на тему религии и церкви: «Особенности древнерусской иконописи», «Устройство православного храма».

Тема межконфессиональных взаимоотношений в Российской Федерации всегда была актуальна. Огромная по площади страна изобилует пестротой религиозных объединений, конфессий и церквей. Одной из самых злободневных, многосложных и противоречивых проблем внешнецерковного диалога были взаимоотношения между старообрядчеством (древлеправославием) и Московским Патриархатом — официальной православной церковью. Старообрядчество, по определению, есть «общее название русского православного духовенства и мирян, отказавшихся принять реформу, предпринятую в XVII веке патриархом Никоном и стремящихся сохранить церковные установления и традиции древней Русской Православной Церкви» .

Начиная с середины XVII века, когда старообрядчество как религиозное движение стало проявлять признаки особого конфессионально-культурного пространства, имеющего значительно выраженные отличия от реформированной церкви, взаимный диалог двух духовных культур с их разностью мировоззрений, традиций и норм носил неоднозначный характер.

До начала XX века старообрядчество со стороны правительственной церкви и государственных силовых структур испытывало жесткое полицейское и административно-правовое давление.

Физическое истребление старообрядцев продолжалось вплоть до первой трети XIX века. Наряду с методами силового воздействия на староверие, царским правительством на протяжении двух с половиной столетий был выпущен целый ряд законов и распоряжений, существенно ограничивавших права и свободы граждан Российской империи, причислявших себя к религии древлеправославного исповедания , . Что касается мнения самой официально православной церкви, которое по вопросу диалога со староверием было полностью идентичным государственному, то правительствующий Синод полностью следовал постановлениям московского Собора 1666 года, называя старообрядцев отпавшими от единства церкви, и принимал древлеправославных в свою церковь только путем совершения чиноприема. Изначально таковым являлось крещение, однако позже синодальный указ от 25 мая 1888 года предписал прием староверов через миропомазание . Таким образом, старообрядческая церковь в глазах синодального режима выглядела «неполноценной». Кроме того, со стороны самого Синода всегда наблюдалось всяческое поощрение противостарообрядческой политики светских властей. (Церковная практика старообрядцев по вопросу приема священников и мирян из новообрядчества также не является единой и с течением времени изменялась).

Указ 1905 г. «Об укреплении начал веротерпимости» юридически уравнял правовое положение старообрядчества и господствующей церкви, однако синодальное руководство выразило недовольство по поводу проведения в жизнь данного указа и продолжало тормозить развитие нормальных добрососедских отношений со староверием.

Положение верующих после революции 1917 года

После известных событий 1917 года, когда в России произошло свержение самодержавия вследствие вооруженного переворота, и в окончательном итоге — приход к власти большевиков, воззрения господствующей церкви относительно старообрядчества претерпели канонически радикальные изменения, продиктованные, во многом и безусловно, внешними социально-политическими обстоятельствами. На данном моменте необходимо остановиться подробнее. Новой властью начала проводиться совершенно иная политика в отношении религии. Независимо от конфессиональных различий, любое вероисповедание, религиозные организации и вообще всякое проявление культа были объявлены вне закона и подлежали полному уничтожению.

Официальным «вероучением», а точнее идеологией, был объявлен и разрешен марксизм, философской основой которого является диалектический материализм с его полным и принципиальным отвержением Духа как высшей объективной реальности, как основы и первоначала всего сущего, в том числе мира и человека. В 1909 году В. Ленин писал: «Религия есть опиум для народа», — это изречение Маркса есть краеугольный камень всего миросозерцания марксизма в вопросе о религии. Все современные религии и церкви, все и всяческие религиозные организации марксизм рассматривает всегда как органы буржуазной реакции, служащие защите эксплуатации и одурманиванию рабочего класса» . Таким образом, свою межконфессиональную политику различные религиозные организации начали строить в новых жизненных условиях, жестко ограничивающих свободу вероисповедования. Естественным является то, что большевистская власть не видела между старообрядчеством и синодальной церковью никакой разницы. Вследствие этого оба религиозных течения по своему социальному положению были поставлены в один ряд.

Правительственно-государственная Русская Православная Церковь до революции составляла с властью единый организм, помогая государству в деле создания официальной идеологической подпитки. Любой приходской священник являлся проводником воли государственной власти. Теперь же господствующая церковь утратила эту привилегию, и «симфония властей», светской и духовной, оказалась ненужной и даже стала лишней при построении нового коммунистического общества.

Не менее плачевным оказалось состояние старообрядчества, которое, прежде всего, лишилось своей материальной опоры — промышленного потенциала. Очень многое старообрядчеством сделано для России в плане развития тяжелой индустрии. Ведь известно, что до революции старообрядцам принадлежало около двух третей производственных мощностей Российской империи. Советская власть «отблагодарила» за это старообрядцев тем, что в процессе национализации собственности, кроме конфискации заводов и фабрик, были уничтожены те социальные слои (купцы, промышленники, казачество, крепкое крестьянство), которые являлись источниками и созидателями традиционной староверческой культуры . Более того, еще живы были в памяти древлеправославных христиан гонения со стороны царских властей и официальной церкви до тех пор, пока все это не было прекращено манифестом императора Николая II от 17 апреля 1907 года. Не совсем оправившись от недавних гонений, старообрядчество вновь было вынуждено спасать себя в сибирской тайге, поморье и за рубежом.

Итак, во втором десятилетии прошлого века две враждующих между собою церкви оказались в числе подлежащих уничтожению. С социальной точки зрения, отныне межконфессиональный диалог стал возможным только на равных условиях и без постороннего вмешательства.

Шаги синодальной Церкви для сближения со старообрядчеством

Необходимо отметить, что лояльное отношение к церковному бытию древлеправославных христиан со стороны новообрядствующей церкви начало проявляться еще до революции. В частности, VI отдел предсоборного присутствия вынес постановление ходатайствовать перед будущим Поместным Собором 1917 года о полной отмене анафем на дореформенные церковные чины и православных христиан, их придерживающихся . На Поместном Соборе 1917 года также велась активная подготовка материалов для отмены клятв Собора 1666 года, однако весной 1921 года деяния Собора были прекращены из-за продолжавшейся в стране политики уничтожения церкви. Произошла конфискация помещений, в которых Собор заседал . Таким образом, деанафематствование старообрядчества не произошло.

Следующим шагом для сближения Синодальной Церкви со старообрядчеством стало признание 23 апреля 1929 года патриаршим Священным Синодом богослужебных книг дониконовской печати «православными и спасительными», а сами клятвы Собора 1666–1667 гг. были отменены как не существовавшие. В «Деяниях» Синода говорилось: «Порицательные выражения, так или иначе относящиеся до старых обрядов, и в особенности до двуперстия, где бы оные ни встречались и кем бы ни изрекались, — отвергаем и яко не бывшие вменяем» .

Следовательно, налаживание мирного и добрососедского диалога патриаршей церкви со старообрядчеством началось задолго до знаменитого Поместного Собора 1971 года.

У современного беспристрастного исследователя не должно быть никаких сомнений в необходимости отмены клятв на старообрядчество, и более того — в недействительности самих клятв. Сегодня имеется достаточно опубликованных исследований, в которых утверждается абсолютная бессмысленность реформ и антиканонические меры их проведения. А разрыв молитвенного общения третьей части русских православных христиан с церковной партией, проводящей пресловутые реформы, не заключал в себе ничего противоправославного.

Накануне вынесения соборного постановления об отмене клятв на «старый обряд» на заседании Собора был заслушан доклад митрополита Ленинградского и Новгородского Никодима (Ротова) — иерарха РПЦ, не скрывавшего своих симпатий к экуменическому движению, одного из самых активных инициаторов признания старообрядцев со стороны проводящей собор церкви православными. В представленном Собору докладе митрополит Никодим дает взвешенную оценку событий середины XVII века, со ссылками на труды известных ученых Н.Ф. Каптерева и Е. Голубинского, впервые в официальной дореволюционной церковно-исторической науке доказавшими древность старообрядческой церковности, делает вывод об исторической правоте старообрядчества и абсолютной бессмысленности всякого рода притеснений старого обряда. Митрополитом Никодимом был констатирован факт, что «большой Московский Собор 1667 года предал старообрядцев анафеме, исходя из неправильных позиций на старые церковные обряды» , и все клятвы, наложенные московскими соборами 1654–1667 гг., являются «неосновательными» .

На третий день, после прочтения митр. Никодимом известного доклада, Поместный Собор РПЦ вынес следующие решения относительно старообрядчества и приемлемых для него церковных форм богопочитания:

1. Утвердить постановление Патриаршего Священного Синода от 23 (10) апреля 1929 года о признании старых русских обрядов спасительными, как и новые обряды, и равночестными им.
2.​ Утвердить постановление патриаршего Священного Синода от 23 (10) апреля 1929 года об отвержении и вменении, яко не бывших, порицательных выражений, относящихся к старым обрядам, и в особенности к двуперстию, где бы они ни встречались и кем бы они ни изрекались.
3.​ Утвердить постановление патриаршего Священного Синода от 23 (10) апреля 1929 года об упразднении клятв Московского Собора 1656 года и Московского Собора 1667 года, наложенных ими клятв на старые русские обряды и на придерживающихся их православно верующих христиан, и считать эти клятвы яко не бывшими.

Освященный Поместный Собор Русской Православной Церкви любовию приемлет всех свято хранящих древние русские обряды, как членов нашей Святой Церкви, так и именующих себя старообрядцами, но свято исповедующих спасительную православную веру .

Таким образом, для РПЦ МП древлеправославные христиане-старообрядцы являются членами единой христианской православной поместной церкви — Русской. Старообрядцам отныне дозволено без всяких затруднений участвовать в молитвенно-литургической жизни Церкви Московского Патриархата. Теоретически старообрядец при переходе в лоно господствующей церкви становится ее членом без предварительного совершения какого-либо чиноприема.

В дополнение к Поместному Собору 1971 года, РПЦ МП на последующем Поместном Соборе 1988 года подтвердила постановления собора предыдущего и именовала старообрядцев «единоверными и единокровными братиями и сестрами» . Архиерейский собор 2004 года также акцентировал внимание на проблеме взаимоотношений со старообрядцами и продемонстрировал свою полную открытость и готовность к каноническому соединению.

Есть ли единство среди приверженцев господствующего вероисповедания?

Необходимо отметить, что религиозное движение новообрядчества, как и староверие, не имеет единой церковной организации и канонической структуры. Кроме самой многочисленной доминирующей РПЦ МП, «послениконовское» православие в мире представлено большим числом церквей, объединений и деноминаций, появившихся в основной своей массе в XX веке, разногласия между которыми остаются преимущественно политическими. К числу таковых относится ряд зарубежных церквей, не принявших церковное единство с РПЦ в 2008 году, несколько церквей на Украине и всем постсоветском пространстве, целый ряд катакомбных иерархий. Все вышеперечисленные религиозные объединения, молитвенная практика которых выстроена, по определению, в соответствии с «новыми обрядами», не признающие и анафематствующие друг друга, не налагают на старообрядцев при их переходе на «новый обряд» никаких канонических требований, касающихся необходимости совершения чиноприема.

Со стороны старообрядчества аналогичного ответа на деяния собора 1971 г. не последовало и по настоящее время отношение к примирительному жесту со стороны РПЦ МП остается нейтральным. При внимательном изучении истории старообрядческой мысли выявляется бесспорный факт уверенности древлеправославных христиан в своей исторической и богословской правоте. По мнению современного староверия, его основатели нисколько не похулили Православную Церковь тем, что не приняли смущающие постановления Московского Собора 1666 года (аналогичную мысль констатирует исследуемый нами собор). Следовательно, старообрядцы остались в лоне Православия, а та часть духовенства и мирян, которая не отвергла нововведения, оказалась вне церковной ограды. То есть вся совокупность новообрядческих церквей есть еретическая организация одной природы. Очевидным, с точки зрения старообрядчества, считается неправомерность и мистическая недействительность всех анафем, наложенных некогда на дораскольные формы богопочитания. Вышеназванный постулат является неотъемлемой частью старообрядческого церковного самосознания. Таким образом, отмена клятв и анафем на древлеправославных христиан, или же их каноническая легитимность, — для старообрядцев рассматриваются всего лишь в качестве внутренних проблем новообрядствующей церкви, никак не заграждающих путь к Спасению православных христиан, молящихся двоеперстно.

Что говорит наука о церковной реформе

Церковно-исторической наукой давно доказаны бессмысленность и ненужность проведения церковной реформы, а также негативное ее влияние на последующую жизнь Русской Церкви, что отчасти признано в деяниях собора 1971 года. Никакой необходимости в исправлении богослужения Русская Церковь не испытывала.

Признание собором 1971 года бессмысленности анафем на старые обряды, их неправильности и неканоничности, некоторых современных деятелей старообрядчества привело к выводу о наличии историческо-канонического противоречия в церковной политике РПЦ МП в отношении древлеправославия. В частности, древлеправославный епископ Курский Аполинарий (Дубинин), известный своей религиозной терпимостью и, одновременно, твердостью противоновообрядческой позиции, приводит одно из церковных правил, в котором есть весьма интересный момент. Епископ пишет:

«Открываем «Кормчую», — свод церковных законов, которые пока еще никто не отменял. А там написано прямо, что епископ или пресвитер, неправильно наложивший клятву, обращает эту клятву на самого себя. Получается, что Московская Патриархия сегодня находится под клятвой, и она сама себя в ходе этих инородных нововведений патриарха Никона предала анафеме и ходит под проклятием, которое сама на себя и наложила» .

Ответ русского старообрядчества на действительно широкий и многообещающий шаг навстречу со стороны РПЦ МП можно также выразить словами старообрядческого митрополита Московского и всея Руси Андриана (Четвергова):

Признание же на Соборе РПЦ 1970 года равночестности новых и старых обрядов догматически бессмысленно. Подобная схема была предложена католиками еще несколько веков назад. Во время создания унии они предлагали признать равночестными все виды обрядов, и в первую очередь восточный и западный обряды. В православном вероучении нет разделения на внешнюю сторону священнодействия («обряд») и внутреннюю, а потому при перемене внешней стороны несомненно искажается или вовсе теряется внутренняя, духовная ипостась священнодействия или таинства .

«Обряд» для старообрядца значит очень многое

Современным богословием почти забыта особенность исконного православного учения о неотделимости мистической и внешней сторон церковной жизни. Учение об «обряде» появилось сравнительно поздно, в средневековое время в Западной Церкви, под влиянием схоластического мировоззрения, направляющего ум не к обобщениям, в отличие от космологического (неоплатонического) принципа познания бытия, а направленого на анализ и систематизацию окружающей действительности, разделение ее на частные элементы. Старообрядчество осталось неподверженным влиянию гносеологических принципов схоластики и осталось верным святоотеческому пониманию церковности через созерцание целостности экклесиологического существования.

Таким образом, политика внешнецерковных сношений РПЦ МП не принесла никаких положительных результатов в деле объединения со старообрядчеством и восстановлении единства Русской Церкви. Взаимное непонимание двух пока непримиримых сторон обусловлено, прежде всего, существующей мировоззренческой пропастью, сумевшей за 350 лет раскола разделить христиан.

У старообрядцев иное понимание истории, иные взгляды на часть церковной жизни, привычно именующуюся «обрядом». Онтология старообрядчества имеет совершенно другие идейные качества. Ей чуждо миропонимание новообрядчества. Перемена «обряда» для старообрядца свидетельствует не об изменении положения перстов правой руки, а о внутреннем мировоззренческом перевороте, начале иного мышления — процесса, не объяснимого методами рационального умопостроения. Старообрядец и новообрядец мыслят по-разному. Следовательно, на данном историческом этапе «соединение церквей» может произойти по двум следующим схемам:

1.​ Поиск неких «общих», компромиссных точек соприкосновения, наличие которых удовлетворяло бы обе стороны и побуждало к общению. Данная система в виде учреждения единоверия в 1800 году или «снятия анафем» в 1971 году была предложена господствующей Православной Церковью и основана на принципе взаимных уступок с минимальными для каждой из сторон потерями.
1.​ Основа соединения — в перемене мышления, в перемене ума, греческой «метанойе», что переводится на церковнославянский язык как «покаяние». Только таким видится прекращение церковного раздора старообрядчеству. Покаяние в ошибках прошлого, нераскаянных исторических грехах и возврат к первопринципам святоотеческого церковного мышления и сознания.

Резюмируя вышесказанное необходимо, к сожалению, признать, что деяния Собора 1971 года оказались малоэффективными и неспособными решить проблему церковного единства. Вместо реальных плодотворных результатов деяния знаменитого Поместного Собора РПЦ МП 1971 года продолжают сегодня жить лишь на страницах трудов по церковной истории и каноническому праву, в качестве памятников церковной юриспруденции и исторических документов.

Текст: Роман Аторин, кандидат философских наук, доцент кафедры философии РГАУ-МСХА им. К.А. Тимирязева

Литература и источники:

.​ «Иисус», что в имени Твоем? или Под какой религиозной крышей живет Россия. Размышления древлеправославных монахов о символе Бога и Человека, о преследованиях и проклятиях, о покаянии и любви. — Режим доступа: http: www. subscribe.ru
.​ Андриан, митрополит Московский и всея Руси: вехи архипастырского пути. М.: «Медиа 77»; «Панагия», 2006.
.​ Апанасенок А.В. Старообрядчество Курского края в XVII – начале XX века. (Текст): монография/ А.В. Апанасенок. Курский государственный технологический университет. Курск, 2005.
.​ Деяния архипастырей Православной Святой Церкви в СССР, возглавляемых Московской Патриархией, от 10 (23) апреля, 1929 года. Москва.
.​ Деяния Освященного Поместного Собора Русской Православной Церкви об отмене клятв на старые обряды и на придерживающихся их// Журнал Московской Патриархии. 1971 г. №6.
.​ Журнал «Родина», 1990. №9.
.​ Журналы и протоколы заседаний высочайше учрежденного Предсоборного Присутствия. Т. 2. СПб., 1906.
.​ Ленин В.И. Об отношении рабочей партии к религии// Избранные сочинения: в 10 тт. Т. 5. Ч. 1. 1907–1910. М.: Политиздат, 1985.
.​ Машковцева В.В. Конфессиональная политика государства по отношению к старообрядцам во второй половине XIX – начале XX века (на материалах Вятской губернии) / В.В. Машковцева. — Киров: Изд-во ВятГУ, 2006.
.​ Никодим. Митрополит Ленинградский и Новгородский. Доклад на поместном Соборе 31 мая 1971 г.// Журнал Московской Патриархии. 1971 г. №7.
.​ Обращение Освященного Поместного Собора Русской Православной Церкви ко всем держащимся старых обрядов православно верующим христианам, не имеющим общения с Московским Патриархатом// Журнал Московской Патриархии, 1988. №8.
.​ Цыпин В. Протоиерей. Присоединение инославных// Православная беседа. 1995. 5–6.
.​ Цыпин В. Русская Православная Церковь в новейший период. 1917–1999 гг.// Православная энциклопедия. Русская Православная Церковь. М.: Православно-научный центр «Православная энциклопедия», 2000.
.​ Шахов М.О. К проблеме содержания понятия «старообрядчество»// Древлеправославный вестник. 1999. №2.

Русская Православная Церковь

Секретарь Комиссии Московского Патриархата по взаимодействию со старообрядчеством диакон Иоанн Миролюбов в интервью порталу «Интерфакс-Религия» подробно описал причины и характер потепления отношений между Русской Православной Церковью и Русской Православной Старообрядческой Церковью и дал оценку сохраняющимся проблемам в их диалоге.

— В чем состоит деятельность Комиссии Московского Патриархата по делам старообрядных приходов и взаимодействию со старообрядчеством, секретарем которой Вы являетесь? Каких результатов удалось достичь за время ее существования?

— Комиссия создана решением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 2004 года при Отделе внешних церковных связей с целью реализации постановлений Соборов и синодальных определений в области взаимоотношений со старообрядчеством и координации служения собственных старообрядных приходов, в сотрудничестве с епархиальными преосвященными. Она состоит из 13 назначенных Синодом членов, включая семь архиереев. Председателем комиссии является митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл.

Под старообрядными приходами имеются в виду приходы Русской Православной Церкви, использующие во время богослужений древние церковные обряды и книги. Ранее такие приходы назывались единоверческими и объединяли приверженцев церковной старины, не желающих находиться в расколе.

В числе основных задач, которые призвана решать вновь созданная комиссия, — обобщение опыта деятельности этих приходов, выявление проблем и содействие их участию в общецерковной жизни, издательской, информационной, образовательной и культурной деятельности. Например, силами комиссии была организована секция «Старый обряд в Русской Православной Церкви: прошлое и настоящее» в рамках Рождественских образовательных чтений. Работа секции возглавлялась членом комиссии, архиепископом Нижегородским и Арзамасским Георгием, и вызвала большой интерес участников чтений, в том числе и старообрядцев. Определенные надежды на активизацию деятельности комиссии в области координации служения старообрядных приходов Московского Патриархата возникают в связи с благословением Святейшего Патриарха Алексия на открытие в Москве Патриаршего старообрядного центра.

Создание комиссии позволило выйти на качественно иной уровень взаимоотношений со старообрядческими согласиями, находящимися вне единства с Русской Православной Церковью. Эти отношения стали строиться на планомерной основе. Члены комиссии проводят регулярные рабочие встречи и консультации с предстоятелями и представителями Русской Православной Старообрядческой Церкви, Русской Древлеправославной Церкви, с руководством Московской поморской старообрядческой общины.

Наиболее активно и плодотворно развиваются отношения с Русской Православной Старообрядческой Церковью (Московской митрополией). 3 марта 2006 года произошла встреча владыки Кирилла с делегацией Русской Православной Старообрядческой Церкви во главе с новоизбранным старообрядческим митрополитом Московским и всея Руси Корнилием. На встрече, прошедшей в обстановке искренности и взаимного доверия, обсуждались перспективы сотрудничества. Предстоятель РПСЦ в своих поездках поддерживает контакты с местными преосвященными Русской Православной Церкви, принимает активное участие в церковно-общественных мероприятиях. В частности, представительная делегация старообрядческой Московской митрополии приняла участие в работе X Всемирного русского народного собора, общественных чтениях в рамках выставки «Православная Русь», Рождественских образовательных чтениях. В прошлом году Совет старообрядческой митрополии образовал особую комиссию во главе со старообрядческим архиепископом Киевским и всея Украины Савватием по взаимоотношениям с Русской Православной Церковью.

Развиваются отношения и с Русской Древлеправославной Церковью, создавшей аналогичную комиссию. Регулярно проводятся рабочие встречи, в том числе с ее предстоятелем Патриархом Александром (Калининым), который направляет представителей на значимые церковно-общественные форумы. Посланцы обоих старообрядческих согласий, имеющих церковную иерархию, приняли участие во всемирном религиозном саммите в Москве.

— Можно ли говорить о некотором потеплении, прогрессе в диалоге между Русской Православной Церковью и старообрядцами в последние годы и почему?

— Потепление налицо, и для этого имеются серьезные основания. Главным внутренним, собственно церковным, основанием является отмена Поместным Собором Русской Православной Церкви 1971 года прежних клятв на старые русские церковные обряды и на придерживающихся их православных христиан. Была исправлена древняя, быть может, во многом роковая, ошибка, тяжелейшим последствиям которой только теперь, сквозь призму времени, можно пытаться дать верную оценку. Соборное деяние не решило проблему церковного воссоединения, но уничтожило главное к тому препятствие. Поэтому священноначалие Русской Православной Церкви неизменно вновь и вновь на всех своих последующих Соборах возвращалось к теме незалеченной раны церковного раскола. Значимый импульс в деле уврачевания последствий раскола и установления взаимно доброжелательных отношений со старообрядцами содержался в посвященной этой проблеме речи митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла на Архиерейском Соборе 2004 года. Эта речь нашла отклик и в сердцах старообрядцев.

Можно назвать и множество внешних причин, способствующих установлению доброжелательных отношений. Все мы живем в мире, где христианские ценности уступают место иным чаяниям. Если три века назад, во времена кульминации церковного раскола, окружающий русского человека мир изменялся на западный лад, секуляризировался, то теперь он откровенно демонизируется. Только ослепленный, духовно несостоявшийся человек может утверждать, что искренне верующим во Христа людям сегодня неполезно быть вместе, вместе искать пути спасения и противостояния злу.

Теперь о первой части вопроса. Сегодня обе стороны находятся только на пути к диалогу, причем диалогу скорее аналитическому, когда конструктивные цели явно не обозначены. Речь пока может идти не о поисках предпосылок к реальному воссоединению, а о попытках найти общий язык для потенциально возможного и желаемого диалога. Впрочем, то, что между Русской Православной Церковью и старообрядцами происходит сейчас, можно назвать уже первой фазой диалога, когда наступило время собеседований, встреч, дискуссий, предпочтительнее даже неформальных, для разъяснения позиций, выявления разногласий, преодоления взаимного отчуждения и негативных стереотипов восприятия друг друга.

И такой процесс взаимного узнавания, привыкания сейчас набирает силу. Причем это касается не только отношений с Московской старообрядческой митрополией, но и с Русской Древлеправославной Церковью.

Доброжелательно складываются наши отношения и с духовными центрами старообрядцев, не имеющих священства, — беспоповцами, хотя с установлением диалога встречаются трудности. Здесь имеют место две тенденции. С одной стороны, именно из среды беспоповцев за последние два десятка лет происходили наиболее многочисленные воссоединения с Матерью-Церковью, в том числе и достаточно крупных общин. Разумеется, это свидетельствует о разочаровании многих верующих в своем прежнем уповании на обретение спасения в обстоятельствах, когда они остались, в сущности, без святых таинств, да еще в нашей многогрешной жизни. С другой стороны, руководители беспоповских объединений пытаются противоборствовать этой тенденции. Так, в прошлом году на всероссийском съезде старообрядцев-поморцев было принято особое решение об «исторической исчерпанности поисков благочестивого священства в сем мире». То есть обусловленное историческими обстоятельствами отсутствие священства догматизируется, превращается в вероучительную доктрину. Лично для меня это особенно горько, поскольку я принадлежу к выходцам именно из этой группы старообрядцев, хотя и той ее меньшей части, которая чаяла восстановления священства, никогда этого не скрывая.

— Какие основные проблемы сохраняются в отношении между Московским Патриархатом и Русской Православной Старообрядческой Церковью?

— Позвольте пока оставить на будущее проблемы, так сказать, теоретические — историко-богословские и психологические. Поговорим о делах практических.

Возможно, многим это покажется неожиданным, но достаточно большой практической проблемой является вмешательство в наши отношения внешних сил, использующих для этого отдельные СМИ. Общеизвестно, что лечение недугов раскола всегда крайне тяжело, нередко они и вовсе неизлечимы. Всегда найдутся с обеих сторон «ястребы», во что бы то ни стало стремящиеся сохранить статус кво. И вот появились первые позитивные результаты, они христианское сердце не могут не радовать, не обнадеживать. Ведь «да будут все едино» — это одна из основных христианских максим. Кого может пугать укрепление взаимоотношений Московского Патриархата со старообрядцами еще на той стадии, когда никто не говорит о ближайшем или отдаленном воссоединении, а также о том, чтобы одной из сторон следовало бы поступиться какими-то принципами, идти на определенный компромисс! И вот на этом фоне не может не впечатлять та болезненность, с которой следует реакция некоторых масс-медиа на любое мало-мальски успешное продвижение в деле церковного единства. Так называемые «правозащитные» журналисты, морщившие до сих пор нос от «косматых и бородатых», одномоментно возлюбили старообрядцев, но весьма избирательной и странной любовью, сопряженной со вдруг воспылавшей ревностью по защите старообрядцев от влияния Московского Патриархата.

В конечном счете на сегодня сложилась своеобразная ситуация: с руководством РПСЦ, официальными работниками старообрядческой митрополии, многими маститыми священнослужителями складываются весьма доброжелательные, даже доверительные, отношения, причем не только в Москве, но и во многих епархиях Русской Православной Церкви, а в «правозащитных» изданиях непрестанно появляются протестующие против этого статьи, как правило анонимные, наполненные домыслами и недопустимо легким обращением с фактами.

Возникает вопрос: в РПСЦ существует серьезная и структурированная оппозиция нынешнему курсу собственного священноначалия на улучшение отношений с Московским Патриархатом, или кому-то остро необходима «буря в стакане воды»? Если оппозиция существует, то почему протестные публикации принадлежат одним и тем же людям (из РПСЦ — не более двух-трех авторов), скрывающим себя как правило за вымышленными именами? Почему они непрестанно передергивают факты, доходя до откровенной фальсификации? Почему используют одни и те же, известные своей ангажированностью источники информации? Почему, наконец, когда обнаруживаются подлинные имена «ревнителей чистоты древлеправославия», оказывается, что это — старообрядцы-неофиты, зачастую вовсе невоцерковленные, да еще успевшие побывать во множестве иных конфессий?

Еще одной практической проблемой, мешающей устранению взаимного отчуждения, является имущественная. В подходе к ее решению особенно ярко видны различия в поведении священноначалия РПСЦ (заметим: реально избираемого на всех уровнях) и волонтеров-«ревнителей».

— А что конкретно Вы имеете в виду? Можно остановиться на этом детальнее?

— Вот случай, который недавно активно обсуждался на склонных к раздуванию нездоровых сенсаций сайтах, — о якобы имевшей место передаче Патриарху Алексию в дар старообрядческой иконы-мощевика во время посещения им на престольный праздник Николо-Угрешского ставропигиального монастыря. Икона была подарена директором музея-заповедника «Коломенское» Людмилой Колесниковой, и уже одно это должно бы было заставить отнестись к «новости» с некоторой долей критического осмысления: неужели директора музеев так легко могут менять собственность музейного фонда, преподнося экспонаты хотя бы и Патриарху? И вот, пока вышеупомянутые «ревнители», перекрикивая друг друга, пытались раздуть скандал в услужливо подвернувшихся для этого интернет-изданиях, старообрядческий митрополит Корнилий решил вместе с ближайшими помощниками посетить музей «Коломенское». Там и выяснилось, что икона была передана вовсе не в дар, а для открытой экспозиции в монастыре, где православные люди, в том числе и старообрядцы, имеют теперь возможность приложиться к мощам. Также выяснилось, что у митрополии не имеется правового основания, чтобы законно претендовать на собственность коломенской иконы-мощевика: она была в довоенное время самым бандитским образом реквизирована из старообрядческой часовни большевиками, да только часовня эта не находилась в едином с рогожцами старообрядческом уповании.

Далее старообрядческий митрополит совершает еще один шаг, достойный уважения и свидетельствующий о его административной зрелости. Вместо криков о «святотатстве» и «игнорировании элементарных конституционных прав христиан-старообрядцев» он приглашает на экскурсию и беседу в Рогожскую слободу министра культуры Александра Соколова, который охотно отзывается на приглашение. В результате встречи обсуждаются проблемные вопросы, планы сотрудничества. Но это новоявленным «друзьям» старообрядцев… неинтересно.

— В некоторых кругах можно услышать обвинения в адрес Русской Православной Церкви в «претензиях» на имущество, храмы старообрядцев. Как оцениваются эти спорные вопросы комиссией, и какие шаги предпринимаются для их разрешения?

— Действительно, на имущественной стороне взаимоотношений со старообрядцами целесообразно остановиться подробнее. Спрятанные за псевдонимами «аналитики» громко вещают, что Московский Патриархат сегодня совершает в отношении старообрядцев «отъем имущества» и «экспроприацию храмов». Потому подлинные имена и скрывают, что хорошо знают, что делают: всеми силами способствуют новому витку взаимного отчуждения.

Как обстоит дело в действительности? После большевистских экспериментов прошло почти столетие. За это время во многих местах кардинально изменился состав населения. Старообрядцев, значительная часть которых принадлежала к подлежащим уничтожению социальным слоям, стало во много раз меньше. В результате зачастую, как ни прискорбно, старообрядцы уже не могут ни заполнять свои прежние храмы молящимися, особенно в провинции, ни их содержать.

Голос совести, нравственный закон требуют: каждому должно возвращаться свое, в соответствии с вероисповеданием создателей храма. Но закона о реституции собственности, в частности, церковной, в России нет. То есть вопросы использования бывших храмов решаются местной администрацией, которая на деле может иметь свои собственные предпочтения и представления о позитивности общественного имиджа той или иной конфессии. Нетрудно понять и то, что администрация, естественно, заинтересована предоставлять прежние культовые здания тем конфессиям, которые завтра вновь не обратятся с просьбами об оказании помощи в их восстановлении и содержании.

А чтобы ситуация не казалась старообрядцам грустной и безнадежной, придется сказать и следующее. Во-первых, считаться с прежней конфессиональной принадлежностью храмов закон все же предписывает. Во-вторых, по моему личному мнению, при однозначно директивном возврате храмов прежнему владельцу именно старообрядцы окажутся проигравшей стороной: они сегодня занимают не менее 15 храмов (по самым предварительным подсчетам), ранее принадлежавших Русской православной церкви: два в Санкт-Петербурге, два в Новгороде, а также в Курске, Туле, Пскове, Костроме, Ярославле, Коломне и других городах, не говоря о селах. По меньшей мере, ситуация окажется близкой к равновесной, а в переделе собственности сильно пострадают обе стороны. В таких обстоятельствах лучшим выходом является периодическое проведение взаимных консультаций в духе взаимоуважения.

Хотя возможности старообрядной комиссии при ОВЦС в деле возвращения церковной собственности весьма скромны, в некоторых случаях ее вмешательство оказывается положительным. Так, немалыми усилиями членов комиссии, включая ее председателя, удалось вернуть старообрядцам Самары их прежний храм.

Пока не удалось найти достойного решения относительно собственности старообрядческих храмов в Иваново — здесь большинство прихожан несколько лет тому назад перешло в единоверие — и на Хавской улице в Москве, где, пока старообрядческая митрополия, судя по всему, проявляла медлительность в восстановлении прав на храм, в котором размещался развеселый ресторан, здание во избежание позора выкупил у города в частную собственность православный предприниматель. В обоих случаях ситуация весьма запутанна и потребовала большого приложения сил членов комиссии. Ивановское епархиальное управление уже предлагало свой вариант решения, который пока не устраивает старообрядческую сторону. По храму же на Хавской положение еще сложнее: он находится в частной собственности (законно или нет, может установить только суд), поэтому митингами и крестными ходами едва ли возможно добиться желаемого, если желаемое не состоит в том, чтобы там ни в коем случае не открылся храм Русской православной церкви.

В целом по-человечески можно понять озабоченность старообрядцев и темой возврата церковной утвари. Но при этом важно осознавать, что такой возврат затруднителен в случае отсутствия отметок прежнего владельца или достоверной информации о нем, ведь старообрядческих согласий несколько. Иное дело, когда в результате исторических катаклизмов в руки одной из сторон попал предмет, будь то икона, мощевик, колокол, церковный сосуд или что иное, содержащее на себе прежнее владельческое надписание. В этом случае следовало бы поступать по-христиански и возвращать утерянное владельцу. В таких вопросах комиссия может оказать содействие, хотя окончательное решение может принимать только сегодняшний владелец. На практике распоряжение церковным имуществом осуществляется на уровне органов епархиального управления.

— Вернемся к старообрядным приходам Московского Патриархата. Охарактеризуйте, пожалуйста, сегодняшнюю ситуацию и перспективы развития этих приходов.

— Сегодня в юрисдикции Московского Патриархата находится около 20 таких приходов, некоторые — только в стадии формирования. В ряде епархий преосвященные проявляют заинтересованность в открытии новых приходов. Сколько будет длиться нынешняя тенденция, неизвестно, но пока можно говорить о постепенном увеличении их числа.

Не так давно единоверческие приходы рассматривались исключительно в качестве миссионерского средства приведения старообрядцев в лоно единой Церкви. Существенное переосмысление национальной истории, включая и церковную, принципиально меняет концепцию бытия этих приходов. В 2000 году на торжествах в честь 200-летия учреждения единоверия Патриарх Алексий сказал: «Чадам Русской Православной Церкви нужно помнить, что древние церковные обряды составляют часть нашего общего духовно-исторического наследия, которое следует хранить как сугубую драгоценность в литургической сокровищнице Церкви». В конечном счете это означает, что старообрядные приходы сегодня рассматриваются не как обособленные и изолированные общины, а как интегрированные в общецерковную жизнь, отрытые для всех прихожан Русской Православной Церкви и способные создать привлекательный образ древнего церковного благочестия.

Такую задачу нельзя отнести к числу простых. Требуется сохранить особую специфику общин старого обряда — принципы соборности, общинности, акцептации духовенства, но избежать вместе с тем проявлений обрядоверия, ксенофобии, фанатизма.

— На минувших Рождественских чтениях впервые прозвучала информация о Патриаршем старообрядном центре. На какой стадии находится процесс его создания?

— Сейчас священноначалием рассматриваются организационные вопросы, связанные с Патриаршим старообрядным центром: для этого подобран древний дораскольный московский храм, уточняется штат священнослужителей и сотрудников, идет поиск источников финансирования. О дальнейшем говорить пока преждевременно, но выражаю готовность через некоторое время вновь вернуться к этой теме через ваш информационный канал. Хочется выразить надежду, что центр послужит как консолидации старообрядных общин Московского Патриархата и объединению вокруг себя православных любителей древнего богослужения, так и упрочнению добрых отношений со старообрядцами, станет местом встреч и дискуссий.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *