Религия в философии

Религия в философии

Отмечая сходство философии и религии, следует сказать, что в религии, как и в филосо­фии, речь идет о самых общих представлениях о мире, из которых люди должны исхо­дить в своей жизни; фундаментальные религиозные идеи — о Боге, о Божественном творении мира, о бессмертии души, о Божьих заповедях, которые человек должен выполнять, и т.д.

— по своему характеру сходны с философскими . Подобно философии, религия также исследует первопричины мыслимого (Бог), является формой общественного сознания .

Г.В.Ф. Гегель, сравнивая религию с философией, обращал внимание на то, что «различие двух сфер не должно быть понимаемо так абстрактно, как будто мыслят лишь в философии, а не в религии; в последней также имеются представления, общие мысли».

Более того, «рели­гия имеет общее содержание с философией, и лишь их формы различны».

Различие между религией и философией по Гегелю, в том, что философия зиждется на понятиях и представлениях, а религия — в основном на представлениях (т. е. конкретно-чувственных образах). Поэтому философия может понять религию, а религия философию — нет. «Философия, как постигающее мышление… — указывает он,- обладает перед представле­нием, являющимся формой религии, тем преимуществом, что она понимает и то и другое: она может понимать религию, она понимает также рационализм и супранатурализм, пони­мает также и себя, но обратное не имеет места; религия, опирающаяся на представления, по­нимает лишь то, что стоит на одной и той же точке зрения с нею, а не философию, понятие, всеобщие определения мысли». В религии делается упор на веру, культ, откровение, а в фило­софии — на интеллектуальное постижение. Тем самым философия дает дополнительную воз­можность постижения смысла и осмысления мудрости, заложенных в религии. В религии на первом плане вера, в философии — мысль и знание. Религия догматична, а философия антидог­матична. В религии есть культ в отличие от философии. Карл Ясперс писал: «Призна­ком философской веры, веры мыслящего человека, служит всегда то, что она существует лишь в союзе со знанием. Она хочет знать то, что доступно знанию, и понять самоё себя» .

Обратимся к другим мнениям. Н.А. Моисеева и В.И. Сороковикова отмечают особенности: 1) мировоззрения (в филосо­фии опора на рационально-теоретическое зна­ние, в религии — на веру, вера в сверхъестест­венное — основа религиозного мировоззре­ния); 2) мышления (философская мысль нуждается в свободе от догм, она не должна быть скована ника­ким авторитетом и может все подвергнуть сомнению, религия нуждается в автори­тете и признает некие истины на веру, не требуя доказа­тельств); 3) сознания (философия пытается дать целостное представление о мире, в религии же происходит раздвоение мира на «зем­ной», естественный, постигаемый органами чувств, и «небес­ный», сверхъестественный, сверхчувственный, трансцендентный) .

Подобные мысли и у А.С. Кармина: 1) религиозные идеи не обосновываются, а принимаются на основе веры и не подлежат никакой критике, философия же стремится аргументировать все свои ут­верждения; 2) в отличие от религии, философия постоянно подвергает критике свои собствен­ные выводы; 3) религия авторитарна, навязывает человеческому разуму определен­ные «сверхразумные» догматы, философия же требует самостоятельности мышления, в ней разум не подчиняется никаким авторитетам .

Диалектика взаимодействия философии и религии проявляется в: 1) религизации фило­софии: а) религиозности философии; б) учете в деятельности философа уровня и направ­ленности религиозности в обществе; 2) философизации религии: а) занятии филосо­фией служителей культа; б) создании философских школ (направлений) на религиозной ос­нове .

Религия сближается с философией при решении задачи доказательства бытия Божия, ра­ционального обоснования религиозных догматов. Образуется особое философское направле­ние — религиозная философия (теология, теоретическое богословие). Существуют различные религиозно-философские доктрины, в которых религиозное содержание подкрепля­ется философской аргументацией .

Роль теистической философии в жизни общества: 1) положительная: а) раскрывает об­щечеловеческие нормы морали; б) утверждает идеалы мира; в) приобщает людей к зна­ниям особого рода; г) сохраняет традиции; 2) отрицательная: а) формирует одностороннюю кар­тину мира; б) осуждает (преследует) людей за отказ от теистических взглядов; в) поддержи­вает устаревшие обычаи, нормы, ценности .

Литература

1. Алексеев П.В. Социальная философия: Учебное пособие / П.В. Алексеев. — М.: ООО «ТК Велби», 2003 — 256 с.

2. Кармин А.С. Культурология / А.С. Кармин. — СПб.: Лань, 2004. — 928 с.

3. Моисеева Н.А. Философия: Краткий курс / Н.А. Моисеева, В.И. Сороковикова. — СПб.: Питер, 2004. — 352 с.

4. Романов И.Н. Философия. Исследования — тексты — схемы — таблицы — упражнения — тесты. Учебное пособие / И.Н. Романов, А.И. Костяев. — М.: Педагогическое общество Рос­сии, 2003. — 352 с.

3. Религиозный взгляд на происхождение человека

Андрей Митран

Креационизм довольно старое представление о происхождении человека. Это философско-теистическая концепция, зародившаяся среди христианских ученых. В основе которой лежит постулат: происхождение вселенной, Земли, человека и всех форм жизни – это творческий акт всенаделенного Абсолюта, Творца всего сущего – Бога. Религиозное мировоззрение является производной мифологических представлений о происхождении человека. Оно более совершенно, систематизировано и охватывает больше событий. Удельный вес ему добавляет и то, что основные мировые религии зародились в период расцвета старых европейских цивилизаций, обладающих развитым языком, письменностью и многообразием форм передачи знаний. В то время как мифы передавались преимущественно в устной традиции, и порой не имели никакой аргументации кроме догматизма. Мифы и религии – это формы, имеющие общую суть – в основе происхождения человека лежат сверхъестественные, мистические события.
Происхождению креационизма способствовали два фактора. Первый – это каноническое писание. В нем Бог сотворил мир и человека за 6 дней. Данное представление положило начало ортодоксальному креационизму (не признающему биологическую эволюцию). Второй – эволюционный креационизм, в его основе ряд фактов, которые невозможно объяснить с точки зрения научного эволюционизма. К этим фактам, например, относится невозможность естественного объяснения появления духовной жизни человека, отделяющей его от мира животных, лишенных самосознания, абстрактного мышления, грамматически структурированного языка, форм духовной и творческой активности – науки, искусства, религии. К таким фактам также относится отсутствие бесспорных научных данных в пользу доктрины прогрессивной биологической макроэволюции; невозможность редуцировать биологические явления к физическим, совершенная нерешенность проблемы физико-химического объяснения происхождения биологической жизни, что ставит под сомнение идею естественного самозарождения биологической жизни; невозможность для современной физики отказаться от антропного принципа, утверждающего, что значения всех физических и космологических величин обусловлены требованием возможности существование на Земле человека; противоречивость модели «вечно существующей вселенной», не согласованной со вторым законом термодинамики и наблюдаемому космическому микроволновому фону; научная обоснованность теории «Большого взрыва» и «расширяющейся вселенной», в контексте которой утверждается существование начала вселенной во времени, под которым понимается начало расширения и т. д.
Результаты исследований современных креационистов направлены на опровержение научных исследований и их критику. Преимущественно это «очищение от плевел» истинности теологических догматов. Плевелом, в данном случае, является все более аргументированное положение антропогенеза в научном и мировом сообществах. В своих изысканиях креационисты используют те же материалы, что и антропологи, однако смотрят на них сквозь призму собственного устоявшегося религиозного мировоззрения.

Кроме того, нередко креационисты оперируют некорректными с точки зрения науки методами. По мнению Александра Дробышевского, российского антрополога: «Критика креационистов обрушивается на такие области науки, которые еще недостаточно полно освещены – так называемые «белые пятна науки»». Хотя с другой стороны, наиболее прогрессивные представители креационизма приходят к мнению о необходимости сотрудничества этих двух форм познания: духовного и научного.

общий обзор взглядов Гегеля дан в статье Философия Гегеля – кратко

Продолжение статей Гегель об абсолютным духе и Гегель об искусстве

Религия и искусство

Невозможность, с которой встречается художник, желая дать в искусстве при посредстве материи адекватную форму той идее, которая им овладела, открывает ему расстояние, которое отделяет конечное от бесконечного. Если под влиянием вдохновения человек на одно мгновение мог вообразить себя тождественным с Богом, который его вдохновляет, то он сразу видит свое ничтожество, лишь только приходится дать материальную форму его идеалу. Это значит, считает Гегель, что искусство неотделимо от религии. В искусстве и в чувстве прекрасного, возвышенного, божественного, лежит источник религии. Это настолько истинно, что вначале религия и искусство составляли одно и то же. Первобытное искусство религиозно в своей основе; первобытная религия, фетишизм, есть, по сути, идолопоклонство. Фетишизм составляет связующую нить между религией и искусством.

Великий немецкий философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель. Портрет работы Я. Шлезингера

Лишь только религия становится сама собой, она отделяется от искусства, осуждая идолопоклонство. Прогресс этот осуществляется, по мнению Гегеля, в откровении Моисея. Библия осуждает идолопоклонство, потому что она сознаёт невозможность для человека выразить бесконечное посредством материи. Она запрещает изображения божества, ибо для божественного идеала нет иной адекватной формы, кроме самого себя. В глубине этого запрета лежит спиритуалистическое по своей сути начало, что дух не может быть выражен, открыт, передан иначе, как средствами, духовными, мыслью. Но если религия откровения (что у Гегеля означает «религия сознающая саму себя» – «die offenbare Religion»), запрещает нам изображать невидимое, то она не запрещает нам вообразить его себе, представить его себе в мысли, составить себе его внутренний образ. Запрещая изображение внешнее, видимое, материальное, она вовсе не запрещает, воображения и идей, которыми эта способность населяет дух.

В понимании Гегеля, религия есть дочь искусства, т. е. воображения и чувства, но она стоит на более высокой степени духовности, нежели её мать. Она держится внутреннего образа, идеи. Изображать бесконечное – вот задача искусства; представлять его себе как существо отдельное, внемировое, отделённое пропастью от вселенной – вот задача религии. Отличительная её черта есть антропоморфизм. Конечное и бесконечное, земля и небо, слитые в душе художника, снова разъединяются в религиозном догмате. Человек здесь, Бог там – так далеко и так высоко, что ему нужны ангелы для сообщения с миром. Религия дуалистична, но в её дуализме нет ничего окончательного. Она разъединяет небо и землю, но делает это, по убеждению Гегеля, лишь для того, чтобы их снова соединить; она разъединяет Бога и вселенную, но чтобы их потом примирить.

Понятие религии предполагает, по Гегелю, три составляющих: Бесконечное или Бога, конечное или человека и отношение, которое существует между этими двумя полюсами бытия. От значения, которое человечество придает тому или другому из этих членов, и от исключительного господства над совестью, которое принадлежит им поочередно, зависят последовательные формы религиозной идеи. Для сына Востока, пишет Гегель, Бог есть все, человек же ничто илиочень малое. Для грека Бог значит ничто или очень мало, человек значит все. Наконец для христианина исключительное значение не принадлежит ни Богу, рассматриваемому in abstracto, ни человеку in abstracto – по нормальному отношению, существующему между Богом и человеческой природой, тому отношению, которое осуществилось в Иисусе Христе.

Гегель о религии Востока

Гегель обращается далее к историирелигиозной идеи.

То, что прежде всего поражает человеческое сознание, это бесконечное всемогущество Бога и ничтожество человека сравнительно с высшим существом. Это мы видим в религиях Востока, господствующий характер которых есть пантеизм, но пантеизм ультрарелигиозный, синоним акосмизма, резюмируемый в одном выражении: Бог есть все, творение – ничто. Брахманизм и буддизм представляют наиболее полное выражение азиатского пантеизма. Монотеизм Моисея, как он ни отличен от религий Индии, носит тот же отпечаток. Иегова есть все, человек только прах. Бог Востока, указывает Гегель, по отношению к людям представляет то же, что цари Востока по отношению к своим подданным.

Он есть создатель, люди – его создания. Он поэтому может ими распоряжаться, заставлять их рождаться или умирать, возвышать или унижать, как ему угодно. Человек по отношению к Богу есть не более, чем горшок по отношению к горшечнику (Послание апостола Павла к римлянам. IX, 21). О человеческой свободе и независимости не может быть и речи. От Бога исходит не только исполнение воли, но и самая воля. Бог просвещает сердца, он же их и ожесточает. Бог предопределяет и на доброе, и на злое.

Так как на одной стороне всемогущество, то на другой, на стороне человека остается только радикальное бессилие, моральная апатия, мрачная покорность. В представлении Гегеля, бог Востока это Молох или Сатурн, пожирающий своих детей, это бесконечное, которое именно потому, что оно бесконечно, не может терпеть подле себя независимого существования. В его присутствии создание является лишь тенью, видением, которое должно исчезнуть, волной, которая поднялась и навсегда погибла в Океане бесконечного Существа. Чувствуя, с одной стороны, свое реальное существование, сознавая, с другой, что его существование отдельно и вне Бога неприятно Верховному Существу, ибо оно его ограничивает, индивид вследствие того противоречия, которое он находит в своем сознании, побуждается к самоуничтожению то путем насильственной смерти, то путем медленного мученичества, то путем полного подчинения и абсолютного отрешения от своей личности. Из всей нашей жизни самое приятное для Бога есть наша смерть и если он продолжает наше земное существование, то это с его стороны необыкновенная милость.

Гегель о греческой религии

Какой контраст и какую полную метаморфозу религиозной идеи встречаем мы, лишь только перейдем от Древнего Востока на плодоносную почву античной Греции! Насколько Азия религиозна, настолько Греции кажутся чуждыми излюбленные тенденции Востока. По Гегелю, насколько азиатский гений склонен к созерцанию и обожанию бесконечного, настолько дух греческий любит конечное и форму, обожает природу и все земное. Гений Греции ясен, как небо, великолепие которого в ней отражается. В этой блаженной стране душе открыто религиозное небо, лучистое и прозрачное, как обнимающая её атмосфера. Облака, скрывающие от духовного взора сына Востока невидимый мир, исчезли под дыханием духа. Божеское и человеческое, земля и небо, обнимают друг друга и сливаются. Гегель считает, что греческий дух не знает ничего более прекрасного, более великого, более божественного, чем человеческая природа. Религия для него сливается с искусством, и в присутствии Зевса Фидия или Афродиты Праксителя он чувствует удовольствие, довольство, блаженство, которого бы не нашел в них религиозный сын Востока. Чисто эстетическая религия Греции сводится в конце концов к культу человечества. Загадка Сфинкса есть загадка политеизма. Разгадка её – человек. Бог, которого обожает Греция под видом Зевса, Афины, Афродиты, это человек, его сила, мудрость, красота. Боги Греции, пишет Гегель, настолько представляют идеализированных людей, относительные существа, что из глубины мифического неба, блещущего вечной юностью, встает Фатум (Рок), таинственное могущество которого простирается одинаково как на богов, так и на сынов человеческих. Этот рок, чьё верховное могущество наперерыв превозносят греческие поэты, является как угрызение, преследующее религиозную совесть древних, как кошмар, от которого она не может освободиться. Он есть беспрестанная критика политеистического идолопоклонства. Он – Бесконечное восточных религий, которое, пренебрегаемое и унижаемое греческим духом, встает во всем своём величии и, подобно шекспировской тени в «Гамлете», смущает чувственное опьянение политеистического культа,

Гегель о христианстве

Если Восток озабочен исключительно бесконечным существом, если Греция обратила весь свой фимиам на существо конечное, то христианство, согласно Гегелю, не занимается исключительно ни конечным, ни бесконечным, но их единением, т. е. третьим составляющим понятия религии. Восточный пантеизм и антропоморфический политеизм греков, представляют исключительные религиозные тенденции, несовершенные системы. В трактовке Гегеля, христианство есть синтез религии конечного и религии бесконечного, плод соединения восточного гения с гением Греции. Бог, которого оно нам открывает – тот же самый, который его открывает. Он – ни исключительно бесконечное существо, подобно Богу восточных религий, ни существо конечное, простой человек, как греческие божества. Это существо, которое в одно и то же время Бог и человек, Иисус Христос, Богочеловек. Между христианским небом и землей, между Богом Евангелия и человечеством расстояние сближено до такой степени, что сам Бог нисходит со своего трона, входит в сферу конечного, становится человеком, живет нашей жизнью, страдает и умирает, подобно нам, чтобы воскреснуть и войти в свою славу. По Гегелю, христианство по отношению к предшествующим ему религиям есть то же, что поэзия по отношению к изящным искусствам: оно их в одно и то же время очищает, дополняет и подводит им итог. Христианство представляет собою абсолютную религию, совершенный догмат.

Продолжение см. в статье Гегель – философия науки.

Философия, делая предметом рассмотрения религию, не находится в раздвоении с последней, подобно тому, как различны, например, геометрические фигуры и исследующий их дух.

У философии и религии общее содержание, общие потребности и интересы. Предмет религии, как и философии, есть вечная истина в объективности, Бог и объяснение Бога. В качестве занятия вечной истиной философия есть та же деятельность, что и религия; философствуя, дух с той же жизненностью погружается в этот предмет, проникает в свой объект и столь же решительно отрекается от своих особенностей, как и религиозное сознание, которое так же стремится отказаться от всего особенного и полностью погрузиться в это содержание. «Здесь, – пишет Гегель, – религия и философия совпадают. В самом деле, и философия сама есть служение Богу, религия, ибо она есть не что иное, как тот же отказ от субъективных домыслов и мнений в своем занятии Богом. Следовательно, философия тождественна с религией; различие заключается в том, что философия совершает это собственным методом, отличным от метода, который обычно именуют религиозным как таковым. Их общее состоит в том, что обе они – религии, различие заключается в характере и методе этой религии. Они отличаются друг от друга методами своего постяжения Бога» Поясняя религию, философия поясняет самое себя, а поясняя себя, поясняет религию.

Философия должна рассмотреть значение представления о Боге, согласно которому Бог есть идея, абсолютное, сущность, достигнутая в мысли и понятии. Это роднит философию религии с философской логикой. Но Бог не только замкнутая в мысли сущность, но и сущность являющаяся. Поэтому предмет философии религии составляет абсолютное, однако не только в форме мысли, но и в форме его манифестации. Всеобщая идея должна быть постигнута как в конкретном значении существенности, так и в значении ее деятельности, направленной на то, чтобы выйти вовне, явить и открыть себя. Значит, философия рассматривает абсолютное, во-первых, как логическую идею, как она есть в мысли, а во-вторых, показывает абсолютное в его деятельности, в его воплощениях В соответствии с таким пониманием Гегель формулирует задачи философии религии: 1) познание логической необходимости в процессе развивающихся определений того существа, которое познается как абсолютное; 2) познание мирского самосознания, раскрытие того, что является в человеке его высшим назначением, иначе говоря, познание того, что природа нравственности народа, принципы его права, его действительной свободы и государственного устройства, его искусства и науки соответствуют принципу, который составляет субстанцию религии

Гегель ставит вопрос о начале в философии религии и подчеркивает, что в данном исследовании мы находимся не на начальной стадии философии; философия религии – одна из философских наук и предполагает существование других философских дисциплин, является, следовательно, уже некоторым результатом. Здесь мы находимся на такой стадии, когда уже можно использовать результат ранее установленных положений. К тому же в поисках дополнительной опоры можно обратиться к обыденному сознанию, взять нечто признанное, субъективно предпосланное и отправляться от него. По мнению Гегеля, Бог есть содержание начала в философии религии. Это начало в научном отношении еще абстрактно: как ни преисполнено сердце данным представлением, в науке принимается во внимание не то, чем полно человеческое сердце, а то, что является предметом мыслящего сознания, обрело форму мысли. Придать содержанию форму мысли, понятия и есть задача науки, философия религии представляет собой развитие, познание того, что есть Бог, и только с ее помощью можно познать, что есть Бог.

Начало как абстрактное, как всеобщность в дальнейшем не остается в этой всеобщности, обретает определенность, и в то же время в ходе всего дальнейшего развития, когда всеобщее явит себя конкретным, полным содержания, богатым, всеобщность все-таки сохраняет себя в качестве абсолютной, постоянной основы. Это всеобщее есть начало и отправной пункт; вместе с тем оно почва, абсолютное лоно, «бесконечный импульс и источник, и которого все выходит, куда все возвращается и где оно вечно сохраняется»

Главная » Полезные статьи » Сходство философии и религии

Сходство философии и религии


Вернуться наззад на Философия религии
Основное сходство между религией и философией состоит в том, что обе эти формы духовной деятельности направлены на постижение истины. Как религия, так и философия стремятся глубоко проникнуть в суть бытия и дать ответы на те вопросы, которые волнуют человечество с давних времен.
Что такое жизнь и смерть? Что есть добро и зло? Каково предназначение человека и человечества в целом? Эти и подобные вопросы стоят в центре религии и философии, хотя и решаются с разных позиций.
Религии, как и философии, свойственно стремление получить ответ на вопрос о движущих силах жизни в наиболее общем смысле этого слова. В обеих областях духовной деятельности присутствует выход за пределы видимого существования и трансцендентный опыт. Некоторые положения современной науки, на которые опирается философия, пока что недоказуемы, что переводит их в разряд предположений, требующих веры или отрицания.
Философия и религия фактически помогают человеку создать цельную картину мира. При этом часто не имеет значения, какие способы и методы используются для достижения этой цели. Оба направления взаимно обогащают и дополняют друг друга, оказывают непосредственное влияние на формирование личности человека и систему его взглядов на жизнь, природу и общество.
В качестве основных форм духовной деятельности философия и религия оформились несколько тысячелетий назад. Одно время они были даже неразрывно связаны, поэтому довольно сложно провести грань между философскими и религиозными воззрениями древних. И все же между философией и религией существует не только сходство, но и различия.
Отмечая сходство философии и религии, следует сказать, что в религии, как и в философии, речь идет о самых общих представлениях о мире, из которых люди должны исходить в своей жизни; фундаментальные религиозные идеи — о Боге, о Божественном творении мира, о бессмертии души, о Божьих заповедях, которые человек должен выполнять, и т.д. — по своему характеру сходны с философскими Кармин А.С. Подобно философии, религия также исследует первопричины мыслимого (Бог), является формой общественного сознания Алексеев П.В.
Философия и религия стремятся ответить на вопросы о месте человека в мире, о взаимоотношении человека и мира, источнике добра и зла. Как и религии, философии присуще трансцендирование, то есть выход за границы опыта, за пределы возможного, иррационализм, в ней есть элемент веры. Однако религия требует беспрекословной веры, в ней вера выше разума, в то время как философия свои истины доказывает, апеллирует к разуму, к разумным доводам. Философия всегда приветствует любые научные открытия, как условия расширения наших знаний о мире.

Как и философия, религиозное мировоззрение предлагает человеку систему ценностей — норм, идеалов и целей деятельности, в соответствии с которыми он может планировать свое поведение в мире, совершать акты оценки и самооценки. Как и философия, религия предлагает свою универсальную картину мира, в основе которой лежит акт божественного творчества. Ценностный и универсальный характер религиозного мировоззрения сближают его с философией, однако между двумя этими важнейшими сферами духовной культуры существуют принципиальные отличия.
Философия зиждется на понятиях и представлениях, а религия — в основном на представлениях (т.е. конкретно-чувственных образах). Поэтому философия может понять религию, а религия философию — нет. В религии делается упор на веру, культ, откровение, а в философии — на интеллектуальное постижение. Тем самым философия дает дополнительную возможность постижения смысла и осмысления мудрости, заложенных в религии. В религии на первом плане вера, в философии — мысль и знание. Религия догматична, а философия антидогматична. В религии есть культ в отличие от философии.

В религии существует культ, она связана с особым, связанным с культом сообществом людей и неотделима от мифа. Религии всегда присуща реальная связь человека с трансценденцией в образе встречающегося в мире святого, обособленного от непосвященного или того, кто лишен святости. Там, где этого уже нет или где от этого отказались, исчезает особенность религии.
Напротив, философия, как таковая, не знает ни культа, ни общины во главе со священником, ни изъятой из мирского существования святости в миру. Для нее повсюду и везде может присутствовать то, что религия где-либо локализует. Она сложилась для единичного человека в свободных, несоциологически-реальных связях, без гарантии, предоставляемой сообществом. Философии неведомы ни обряды, ни изначально реальные мифы. Она усваивается в свободном предании, всегда преобразуясь. Хотя она и принадлежит человеку как человеку, она остается делом отдельных людей.
Религия преимущественно стремится к воплощению, философия — только к действенной достоверности. Религии философский бог представляется убогим, бледным, пустым, она пренебрежительно называет позицию философов «деизмом»; философии религиозные воплощения представляются обманчивой маскировкой и ложным сближением с божеством. Религия обзывает философского бога пустой абстракцией, философия не доверяет религиозным образам Бога, считая их совращением, поклонением пусть даже величественным, но идолам.
В отличие от религии философия как форма ценностного нормативного сознания избрала своим ориентиром прежде всего и главным образом познавательную установку, опирающуюся на максимально возможное использование в поисках предельных, последних оснований бытия всех тех духовных и душевных сил и способностей, которые органически присущи самой природе человека. Это установка, ориентирующая на сознательный поиск подобных представлений, на их критическое осмысление, на принятие каких-либо из них на основе тщательного анализа и аргументации. Специфика философии как особого вида духовной деятельности может быть понята только с учетом плюрализма (множественности) философских установок, предпочтений и ориентаций, одновременно и из их диалога, и из их полемики. Это не дань каким-либо моральным соображениям, стремлению к благожелательности, толерантности и т. д. Здесь мы имеем дело с самой сутью философского мышления, философского сознания, с теми объективными особенностями и предпосылками, без которых философия не может творчески развиваться и обогащаться, при разрушении которых философское сознание необходимо деформируется и даже вовсе разрушается.
Религия сближается с философией при решении задачи доказательства бытия Божия, рационального обоснования религиозных догматов. Образуется особое философское направление — религиозная философия (теология, теоретическое богословие). Существуют различные религиозно-философские доктрины, в которых религиозное содержание подкрепляется философской аргументацией Кармин А.С.
Всегда существовали различные варианты религиозной философии, в которых проблема взаимоотношений философии и религии либо вовсе не предстает как одна из кардинальных проблем, либо поворачивается своей оборотной стороной, а именно опасностью растворения философии в религии. Роль теистической философии в жизни общества: 1) положительная: а) раскрывает общечеловеческие нормы морали; б) утверждает идеалы мира; в) приобщает людей к знаниям особого рода; г) сохраняет традиции; 2) отрицательная: а) формирует одностороннюю картину мира; б) осуждает (преследует) людей за отказ от теистических взглядов; в) поддерживает устаревшие обычаи, нормы, ценности Романов И.Н. Философия.
Таким образом, отношение между философией и религией представляет собой не только отношение взаимного отталкивания и борьбы, но и довольно широкий спектр сходства и общности. Исторический опыт обнаружил несостоятельность как попыток поглотить философию теологией, так и установок на поглощение религии философией или наукой. Сегодня все более утверждается мысль, что философия и религия являются автономными, несводимыми друг к другу формами духовной деятельности человека, которые должны свободно развиваться, взаимодополняя и взаимообогащая друг друга.

Философия мира
Философия человека
Философия сознания
Философия жизни
Философия общества
Философия возрождения
Направления философии
Философия культуры


Назад | | Вверх

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *