Регент в хоре

Регент в хоре

Люди в храме: регент

Регент — руководитель церковного хора. В его обязанности входит подбирать певческий состав, обучать его, следить за ходом богослужения. Иногда церковный хор называют клиросом. Клирос — место в храме на возвышении или балконе, где располагается певческий состав. Как становятся регентами, что он должен уметь и где этому учат в проекте “Фомы” “Люди в храме”.

Станислав Попов

Регент Праздничного мужского хора Новоспасского ставропигиального монастыря, Москва

Фото Владимира Ештокина

Я начал петь в детском саду — там готовились утренники и для этого разучивали с детьми песни, стихи. Я активно участвовал в этих мероприятиях — громко пел уже целенаправленно. После школы я закончил училище имени А. В. Свешникова при академии хорового искусства В. С. Попова, потом и саму академию сразу по двум специальностям: дирижер хора и сольный академический певец.

Мне всегда хотелось петь в мужском хоре — меня очень привлекает его звучание. Я решил попробовать свои силы в будничном хоре Данилова монастыря, и меня приняли. Это продолжалось недолго: я учился в 10 классе, и меня захлестнула с головой учеба, пришлось на два-три года оставить пение на клиросе.

В 1999 году в мужском хоре Новоспасского монастыря освободилось место. Моя супруга, узнав об этом, сказала: «Сходи, может тебя возьмут». Меня приняли в праздничный хор. Петь в таком коллективе — большая честь.

Регентом я стал после 15 лет пения в нашем хоре. Два года назад наместник Новоспасского монастыря епископ Вокресенский Савва увидел во мне потенциал и предоставил такую возможность.

Для меня регент — это профессия. Я не задумывался, должен ли нести в себе какую-нибудь миссию как руководитель хора. Да, мы должны петь красиво. Но красивое пение может быть пустым, а может быть обращено к Богу. Тогда люди, которыми ты руководишь, проникаются музыкой, богослужебным текстом, отходят от нот и просто смотрят тебе в глаза. В такие моменты у духовенства, хора и прихожан зарождается совместная молитва.

Хор объединяет молящихся, дает эмоциональный импульс. В такие моменты единения чувствуешь присутствие благодати.

Но регент не миссионер в классическом понимании – он помощник, связующее звено. Хор — своего рода усилитель, который помогает священству совершать службу, усиливает молитву.

Фото Владимира Ештокина

Регент сочетает в себе множество качеств — это жесткость, требовательность (в первую очередь к самому себе) и мягкость по отношению к хору. Все, что он предлагает своим подчиненным, в первую очередь должен испытать на себе. Регенту необходимо очень тонкое чувство музыки — многие песнопения этого требуют.

Одного регентского образования недостаточно для профессионального управления церковным хором. Чтобы стать регентом, необходимо закончить любой профильный музыкальный вуз — там научат руководить хором и понимать его изнутри. Только после этого можно пойти на регентские курсы, чтобы разобраться в особенностях службы, выучить устав богослужения и распевы.

Иногда мне тяжело слушать критику — мы же уйму сил и времени тратим на подготовку к службам! Иногда наш протодьякон говорит: «Вы прекрасно спели “Великое славословие”! Я давно такого не слышал». А прихожане говорят, что нельзя молиться под эту музыку, нужно что-то менее «концертное», более мягкое, плавное. Я стараюсь постепенно воспитывать вкусы людей. В наш монастырь ходят прихожане с разным духовным опытом и музыкальным кругозором, поэтому мы используем на службах песнопения практически всех эпох и стилей: от древних распевов до авторской музыки XXI века.

Самое приятное в моей работе — чувствовать себя связующим звеном, частью богослужения и непосредственно в нем участвовать.

Вообще я не меломан. Когда-то я слушал все подряд: симфонии, хоровые опусы, мессы. Ну а потом я сам много пел в хоровом училище и академии. Когда каждый день поешь разные произведения, то уже не возникает желания что-то слушать. Зачем слушать, когда ты в этом участвуешь изнутри? Иногда могу включить какую-нибудь запись, чтобы профессионально ее оценить, а так специально, чтобы получить удовольствие, — нет. Удовольствие получаешь внутри этого исполнения, участвуя в нем.

Татьяна Щерба

Регент кафедрального собора cвятителя Николая, Вена, Австрия

Когда в конце 1980-х все ринулись ходить в храмы, я была резко против — не хотелось быть как все. Хоть я и была крещеная, дома у меня никто в храм не ходил, и тема эта вообще не поднималась. Для себя я так решила: пока Бог меня сам не позовет, не пойду. Наверное, была очень гордая.

Ну и однажды Он меня позвал. Случилось это так: моя подружка стеснялась сама зайти в храм и купить крестик, поэтому взяла меня с собой. Видимо, я задавала много вопросов, поэтому проходивший мимо батюшка заговорил со мной и пригласил прийти на службу, исповедаться, причаститься. Тут я вспомнила свое обещание «прийти, когда позовут» и вскоре уже стояла на службе. Это был храм как раз недалеко от Московской консерватории, где я училась.

В храме мне хотелось как-то поучаствовать в церковной жизни, помочь. Начала с простого — попросилась следить за подсвечниками, чистить их. Когда после службы в храме никого не было, я оставалась и пела. Меня услышали и поставили на клирос. Уставом и самой службой я начала интересоваться сразу — это же интригует, когда смотришь во все эти книги и ничего не понимаешь! Я купила «Богослужебный устав» В. Розанова, читала «Октоих» (богослужебная книга, содержит последование основных церковных служб. – Прим. ред.). Так и пошло мое обучение.

Регентовать я начала еще в Москве, потом регентовала в Германии во время учебы. Когда переехала в Вену просто пела в хоре, а потом появилась возможность организовать любительский коллектив при соборе, из которого впоследствии и вырос нынешний Соборный хор.

Каждый раз, когда я регентую, точно знаю, что Господь управляет службой. И ты можешь как угодно стараться, но, если у тебя не будет смирения, если ты не будешь понимать, что все в руках Божьих, — ничего не выйдет! И все, что ты можешь сделать, — это приложить максимум усилий, чтобы богослужение прошло чинно и на нем можно было молиться.

Тогда Господь поможет. Если будешь думать, что ты тут главный и руководишь всем: хором, песнопениями, продолжительностью службы, тебе «дадут по шапке» Сверху. Я это очень хорошо чувствую.

Меня всегда больно ранила фраза некоторых певчих: «Бесплатно только птички поют». Я это слышала, к сожалению, очень часто. Люди должны получать зарплату, если они трудятся, но я считаю, что в церковном хоре на первом месте должна быть другая мотивация. Это Господь, это вера, это община, храм, Церковь.

Мы не можем положить в основу церковного хора только материальную составляющую, потому что она губит дух.

Самое приятное в моем деле, когда приходят новые люди и говорят: «Мы услышали ваш хор и хотим научиться петь». Бывает, что из хора уходят певчие, и это больно, но если приходят новые люди и хотят учиться — это мотивирует лучшим образом. Особенно когда человек не музыкант, когда у него семья, работа с утра до ночи, но он записывает на диктофон песнопения и дома учит их только потому, что по-другому не может, – он хочет петь в хоре.

Моя цель как регента, по крайней мере в Вене, сделать так, чтобы как можно больше людей полюбили православное богослужение и стремились в нем участвовать: петь, читать, помогать в алтаре.

Чтобы руководить большим церковным хором, например, в кафедральном соборе, нужно как минимум закончить музыкальное училище. У меня за спиной лицей при Белорусской консерватории, Московская консерватория и аспирантура, Высшая школа музыки во Фрайбурге. В Австрии, в Вене, я закончила музыкальный университет по специальности «концертный органист».

В первую очередь регент должен быть хорошим певчим. Не обязательно лучшим, но надежным. Вообще лучшие регенты те, кто вырос из своего хора. Они знают возможности состава, знают характер друг друга. Взаимодействие таких регентов с коллективом гораздо лучше — они и есть этот коллектив. Для них нет внутренних противоречий: они могут сегодня регентовать, а завтра будут петь в хоре тем голосом, которым необходимо. И руководят такие люди не так авторитарно, и знают с кого что требовать. Но по отношению к хору регент в первую очередь должен быть руководителем, а потом уже другом. Вообще, быть начальником всегда тяжело.

Как-то я отдыхала в Белоруссии в сельской глубинке и пошла в храм на службу. Весь хор — это матушка и 3-4 старушки лет по 70. Я попросилась к ним попеть. Меня взяли, но я чувствую, как-то странно они на меня смотрят, подозрительно. И не могу понять почему. Так прошла половина службы. А поют они все без нот, на слух. Честно говоря, было трудно даже с моим музыкальным образованием понять логику: как дается тон, для каких голосов — выглядело это как полное народное творчество. Потом обстановка потеплела и допели мы службу на одном дыхании. После нее старушки удивленно спросили, откуда я знаю их распевы. Я ответила, что вообще с их творчеством не знакома и пела так, как показывали. И тут матушка сказала такую вещь, которую, как мне кажется, можно взять всем регентам на заметку: «Понимаете, к нам часто из города приезжают регенты или просто певчие, закончившие регентские школы. Они начинают с нами петь и говорят: вот здесь так, тут не то поете, а здесь вообще фальшивите. Это очень неприятно. Они приедут, скажут, что у нас все неправильно и плохо, побудут у нас две недели, внесут смуту и уедут. А мы-то остаемся. И получается, человек приехал, раскритиковал, как правильно петь не показал и уехал. А вы первый человек, который ни слова не сказал и пел с нами так, как будто здесь вырос. Поэтому мы удивились». Это было для меня самой большой похвалой.

Для меня регент — это не профессия, а служение. По профессии я концертный органист и музыковед, играю органные концерты, преподаю. Еще я руковожу детским хором, любительским хором, который поет литургии на немецком языке, веду кружок «Азы православия» и координирую молодежную деятельность в Соборе.

Александра Малярова

Регент молодежного хора в храме пророка Божия Илии (Крестовоздвижения) в Черкизове, Москва

Фото Владимира Ештокина

Мое первое музыкальное учебное заведение — это семья. Папа и мама вокалисты, поэтому я с детства постоянно в этом деле крутилась, часто бывала за сценой и на сцене. Дома они часто пели дуэтом, и я невольно «подмяукивала». В результате меня в 5 лет отдали в подготовительную группу музыкальной школы. С этого и началось мое серьезное увлечение музыкой. В прошлом году я стала магистром в области музыкальной культуры и искусств по классу хорового дирижирования.

Желание петь в храме у меня появилось после поездки в Израиль ко Гробу Господню. До этого во мне началось какое-то борение, переходный возраст дал о себе знать — я начала бунтовать против походов в храм, заявила, что сама буду решать, куда и когда мне ходить. И тут я оказалась возле Гроба Господня и все стало на свои места. Мне было обидно, что я в какой-то момент и крестик сняла, и заявила, что не буду больше ходить в храм. После поездки пришло желание научиться церковному пению.

Для этого я пошла в ближайший храм – там мне буквально на пальцах все показали, и уже через год я свободно ориентировалась в уставе и уверенно пела на клиросе. К тому моменту, когда я заканчивала дирижерско-хоровой колледж, моя педагог предложила стать руководителем молодежного хора в Черкизово. И я согласилась. Думала, что мне останется только взмахнуть рукой и все запоют. Прихожу — а там 15 девушек, из которых только одна попала в ноту. Все остальные вообще ничего не умели. Когда я начинала регентовать, думала, что я все умею только потому, что получила диплом. Пришлось горько разочароваться в своем заблуждении — началась та самая практика, которой нет ни в каких учебниках. Мы, наверное, где-то с месяц еще возились, пока не привыкли друг к другу и дело не пошло.

Иногда поешь на литургии и чувствуешь, что люди не молятся. Это сразу понятно. Значит, надо что-то менять в нашем пении: настрой певцов или тщательнее подбирать репертуар.

Фото Владимира Ештокина

Самое сложное в моем деле — это работа с людьми, а не с музыкальным материалом. Бывает, приходит человек, которому сложно понять, что у него не получается — в нашем хоре поют непрофессиональные певцы. Начинаешь объяснять, в итоге мы не находим общего языка — и происходит конфликт. Но такое было за практику всего пару раз. Сначала сложно сообразить, как собрать из палитры людей, которые не умеют петь, какую-то музыкальную краску. Это тяжело, если нет опыта. Сейчас уже легче.

Регентом может стать и абсолютно светский человек, не церковный, но люди сразу будут это ощущать. Бывают регенты, которые воспринимают это как служение.

Лично я считаю, что это профессия. Я много шишек набила на том, чтобы регентовать, а не просто стоять и дирижировать. Но я не могу сказать, что воспринимаю это так: просто пришел, отработал службу и ушел. Для меня это процесс, который может сравниться с прыжком с парашютом или влюбленностью.

Фото Владимира Ештокина

Суть профессии регента в том, чтобы прихожане с помощью хора почувствовали себя частью богослужения, даже если они не поют во время службы. Задача сделать так, чтобы у них пела душа, помочь человеку открыться, помолиться. Часто бывает, что мы приходим в какой-нибудь собор, и хор там замечательно поет, а человеку это совсем не близко. Я считаю, что на службе людям должно быть комфортно.

Быть регентом — это основная моя деятельность. Мне здесь хорошо. Сейчас еще работаю в детском саду музыкальным руководителем, до этого я была в Покровском женском монастыре певчим. Если у меня остается после всего на что-то время и силы, то занимаюсь спортом. Раньше бегом занималась, а теперь просто фитнес для здоровья и хорошего самочувствия. Мне кажется, что спорт, как и искусство, требует самодисциплины. Это очень важно для любого человека.

Георгий Вивдич

Регент храма Усекновения главы св. Иоанна Предтечи на Патриаршем Черниговском подворье при общецерковной аспирантуре и докторантуре им. святых Кирилла и Мефодия, Москва

Фото Владимира Ештокина

Я был крещен в 4 года, но моя семья — люди невоцерковленные. Осознанно пришел в храм и ощутил Христа в своей жизни, наверное, лет в 14. Тогда у меня был трудный период в жизни, и утешение я находил только в Боге.

Вначале я посещал храм только из музыкального интереса. Я стоял на клиросе, пел, но меня увлекала только музыка, больше ничего. Но со временем я приобщился к богослужению. В то время для меня идеалом стало пение Архиерейского хора в Вознесенском соборе Алма-Аты, откуда я родом. Будучи мальчишкой, я мечтал петь именно там.

Однажды я приехал в этот собор, когда не было службы. Я сидел, молился и услышал пение хора, который репетировал где-то в дальней комнате. И я начал молиться: «Господи, дай мне возможность хоть раз в жизни спеть в этом хоре, ощутить, что это такое». В это время мимо проходил священник, я с огромным волнением подошел к нему и сказал: «Отче, я хочу петь в хоре!». Он удивился и повел меня за собой прямо на репетицию! Могу сказать, что на тот момент мне было 16, я был учеником музыкальной школы, не более того. Мы зашли в комнату, он подозвал регента и сказал: «Вот, смотрите, нашел под лестницей». Я представился: «Георгий. Я бас-баритон». И вдруг все присутствующие начинают смеяться: оказывается, во время репетиции один из певцов возмущался тем, что в басовой партии не хватает людей и петь тяжело, на что регент с улыбкой посоветовала ему помолиться, чтобы кто-нибудь пришел. И через 10 минут захожу я… Этот случай серьезно укрепил мою веру во Христа.

Фото Владимира Ештокина

Жизнь сильно изменилась с приходом на клирос: я стал воцерковленным человеком, познакомился с верующими людьми, многое узнал. Уже тогда, лет 6-7 назад, у меня родилась мечта стать регентом и иметь свой коллектив.

Спустя год я переехал в Москву и поступил в музыкальное училище при Консерватории им. П.И. Чайковского. По приезде я сразу пошел в храм иконы Всех скорбящих Радость на Большой Ордынке, о хоре которого много слышал. Меня, как музыканта и любителя церковного пения, поразило звучание Московского Синодального хора за богослужением. Я не сдержал своих эмоций, подошел к регенту Александру Пузакову и попросился петь у него в хоре. После прослушивания он сказал: «Сейчас мы Вас возьмем на ученическую ставку, а дальше будет видно». И это «дальше видно» длится уже 6 лет.

Со временем я стал иногда руководить хором, и главный регент обратил на меня внимание. Когда появилась идея создать филиал Синодального хора в храме при общецерковной аспирантуре, он предложил мне взяться за создание коллектива и стать его руководителем.

Сейчас я начинающий оперный певец, а регентство – это в некотором смысле хобби и способ самовыражения, а не просто работа.

На сегодняшний день почему-то считается, что если ты верующий человек, знаешь более или менее устав, находишься в хороших отношениях с настоятелем и чуть-чуть умеешь петь, то можешь стать регентом.

Это не так. Регент — это профессия, которая требует огромной подготовки в музыкальной сфере.

Суть профессии регента я вижу в создании молитвенной атмосферы в храме, дать возможность людям прочувствовать и понять смысл тех евангельских событий, о которых вспоминает в этот день Церковь.

Во время Литургии я пытаюсь донести людям через музыку все Тайное, что происходит во время Евхаристии.

Анастасия Тимофеева

Второй регент митрополичьего архиерейского хора при Свято-Духовом кафедральном соборе, Минск, Белоруссия

Когда мне было 6 лет, двоюродная сестра привела меня первый раз в храм — просто взяла с собой за компанию. До этого момента у нас в семье тема Церкви, Бога и духовенства была под запретом: у отца была «личная обида» на Бога из-за смерти его первой жены. Но крестили меня сразу после рождения, видимо, просто по традиции.

Музыкальную школу закончить у меня не получилось — через несколько занятий родители меня оттуда забрали. Они понимали, что я попросилась туда ходить для того, чтобы впоследствии петь на клиросе — я мечтала об этом с самого детства.

Когда я подросла, стала ездить за город в женский монастырь. Матушка-игуменья сама предложила мне пойти на хор, и я с радостью согласилась. Доставала всех там без конца и края: а это что, а это зачем, а что сейчас читают, а как книга называется? Так и научилась. По началу тихонько подпевала вторым альтом и боялась сфальшивить.

Время шло, я пела как умела. В 11 классе я захотела остаться в монастыре, но сестры, учитывая мой возраст, отговорили и предложили поступить в регентскую школу. В целом я была не против, но меня очень беспокоило отсутствия базового музыкального образования: я мало что понимала в нотах, кто может взять такого человека?

Здесь на помощь снова пришла моя сестра, которая тоже училась в этой регентской школе: она помогла достать старое разбитое фортепиано «Беларусь», которое заняло половину комнаты.

Отцу осталось только вздохнуть: «Все нормальные люди поступают в вуз, а ты в регентское училище».

Интересно, что я набрала самое большое количество баллов из всех поступивших. Даже преподаватель по фортепиано мне не верила, что у меня элементарного музыкального образования.

Первый раз я регентовала в домовом храме нашего епархиального управления. Как сейчас помню, это было отдание Рождества Богородицы. Я стою, рядом со мной наша преподавательница для подстраховки. Я ей говорю: «Матушка, у меня пол из-под ног уходит, это нормально?..» Думаю, это вполне можно сравнить с первой службой священника или дьякона, они тоже очень переживают.

Самое приятное даже не тогда, когда хвалят, а когда к тебе подойдут и скажут: «Сегодня очень хорошо было молиться, когда вы пели». А когда просто говорят: «Вы так замечательно пели», это вообще не показатель — мы всегда неплохо поем.

Самое сложное — это найти золотую середину в общении с хором. Все же люди разные, тем более у нас поет много профессионалов из оперного театра. Тяжело всем одновременно быть и другом, и начальником. А другом быть необходимо, но и повышать голос иногда приходится, без этого никак.

В идеале регент должен иметь хорошее образование, петь и отлично знать церковный устав вместе со всеми распевами. Терпение, любовь к своему делу и любознательность — основа всего. Это особенно важно, если у тебя ощутимый недостаток в знаниях.

Для меня регентство — это профессия-служение. Ты можешь развиваться как духовно, так и профессионально за счет постоянной практики и изучения литературы.

Бывает тяжело: кто-то отвлекся, кто-то ходит, кто-то в телефон уставился или пошел чаю заварить. Стоишь и понимаешь, что тон задавать просто некому. Приходится давать нагоняй хористам даже несмотря на то, что некоторые мне в отцы годятся и вообще давно поют в оперном театре.

Еще я регентую в минском епархиальном управлении и работаю в канцелярии Духовной академии. Дома люблю посидеть с книгой или просто повышивать крестиком, — занятие бесхитростное, зато отлично прочищает мозги.

Регент (дирижёр)

У этого термина существуют и другие значения, см. Регент (значения).

Регент (от лат. regens, род. п. regentis «правящий») — руководитель церковного хора.

История в России

Название возникло в петербургской Придворной певческой капелле. Регентами именовали её опытных певчих, которым временно поручали управление хорами в церквях придворного ведомства.

Регентами назывались также выпускники так называемых регентских классов петербургской певческой капеллы (регентские классы — преобразованная в 1884 году музыкальная школа при капелле), где изучали элементарную теорию музыки, сольфеджио, гармонию, контрапункт, фугу, историю церковного пения, а также игру на фортепиано и скрипке.

Сдавшие экзамен за один год обучения получали аттестат регента 3-го разряда (с правом обучения «ненотному пению»); сдавшие за два курса — регента 2-го разряда (с правом обучения партесному пению); сдавшие за трёхлетний курс — регента 1-го разряда (с правом обучения партесному пению и «сочинения композиций»). Аттестат регента получали также окончившие полный курс Синодального училища церковного пения в Москве.

В 1974—1976 годах ректор Ленинградских духовных академии и семинарии архимандрит Кирилл (Гундяев) (будущий патриарх Московский и всея Руси) впервые в истории Русской православной церкви создал специальный «ре́гентский класс» для православных девушек, в перспективе «матушек» семинаристов. После этого регентские классы и регентские школы для православных девушек появились практически при всех духовных семинариях.

> См. также

  • Головщик
  • Канонарх
  • Клирос
  • Протоканонарх
  • Псаломщик

Литература

  • Регент // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Регент // Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 4 т. — СПб., 1907—1909.
  • Регент // Гуманитарный словарь. — 2002. (недоступная ссылка)
  • Регент / Н. Д. Успенский // Окунев — Симович. — М. : Советская энциклопедия : Советский композитор, 1978. — Стб. 579. — (Энциклопедии. Словари. Справочники : Музыкальная энциклопедия : / гл. ред. Ю. В. Келдыш ; 1973—1982, т. 4).

Ссылки

  • Сайт для церковных регентов, дирижёров светских хоров и хоровых певцов
Для улучшения этой статьи желательно:

  • Найти и оформить в виде сносок ссылки на независимые авторитетные источники, подтверждающие написанное.
  • Проставить для статьи более точные категории.

Пожалуйста, после исправления проблемы исключите её из списка параметров. После устранения всех недостатков этот шаблон может быть удалён любым участником.

>Регент церковного хора

Марина Томашевич Дата публикации: 04.10.2015

Кто такой регент

Моя должность в храме называется регент (от лат. управляющий), т. е. руководитель церковного хора, который является уставщиком над певчими, задает им тон и подает знаки рукой (или руками) для согласного пения.

Раньше это место занимал головщик, который никогда не дирижировал, он первым начинал пение, задавая тем самым и тон, и темп, и характер звучания песнопения, а хор вступал со второй фразы, продолжая пение головщика.

Почему я не головщик?

Почему я не головщик? Потому, что в современной Церкви царит, к сожалению, другая система пения.

Головщики были в Православной Церкви в те времена, когда:

  • богослужебное пение представляло собой весьма стройную систему и включало в себя не только слышимое пение, но и знание точных законов соединения движения сердца с движением голоса;
  • когда богослужебное пение объявлялось особой дисциплиной тела, души, духа;
  • когда правильная духовная жизнь провозглашалась причиной и условием правильно построенной мелодии, а певчий должен был стать неким инструментом Святаго Духа, а пение – богословием в звуках;
  • когда богослужебные песнопения не сочинялись композиторами, а являлись плодами молитвенного подвига монашествующих (к примеру, многим известен нерукотворный гимн Пресвятой Богородице «Агни парфене», который пропели ангелы во сне святому Нектарию Эгинскому, записавшему мелодию и все 24 стиха этого гимна).

В результате обрыва традиций сегодня многое утеряно, а система богослужебного пения оказалась вытесненной музыкой, большей частью композиторской, что наблюдается даже во многих монастырях; да и на клирос, в церковный хор приходят люди зачастую невоцерковленные, что сказывается на качестве служб.

Что я считаю важным в церковном пении

В таких условиях меня как регента заботят три главных аспекта:

  • стилистика самих песнопений, которые руководитель хора свободно выбирает по своему усмотрению из огромного количества доступных сегодня нот;
  • характер, манера исполнения песнопений;
  • внутреннее состояние поющих, осознание ими мировоззренческого, исповедального, духовного содержания каждого музыкального элемента и каждого слова, осознание того, что сам процесс исполнения является следствием и проявлением определенно настроенного человеческого духа.

В подборе репертуара руководствуюсь тем, чтобы песнопения как можно меньше давали возможностей певчим демонстрировать свои голоса. У Блаженного Августина в «Исповеди» сказано: «Когда со мною случается, что меня трогает больше пение, нежели то, что поется, то я признаюсь, что я тяжело согрешаю, и тогда желал бы и не слышать поющего».

О том же говорит свт. Иоанн Златоуст в одной из своих бесед: «Слуга Христов должен петь так, чтобы приятными были слова, которые он произносит, а не голос его».
В одном из писем архимандрита Иоанна Крестьянкина к духовным чадам нашла такие строки: «…пение профессиональное редко несет в себе живой, до Господа доходящий глас. Сердце надо иметь обращенным к Богу. Только тогда никто на пение и внимание не обратит, но все устремятся за вами к Богу».

Что касается манеры исполнения, то у нас есть 75-е правило Шестого Вселенского Собора (VII в.), которое никто не отменял. Святые отцы постановили: «Желаем, чтобы приходящие в Церковь для пения не употребляли бесчинных воплей, не вынуждали из себя неестественного крика, и не вводили ничего несообразного и не свойственного церкви: но с великим вниманием и умилением приносили псалмопения Богу, назирающему сокровенное. Ибо Священное слово поучало сынов израилевых быти благоговейными».

Вот ключевое для нас слово – благоговейно всё надо петь в Церкви. Один человек недавно сказал: стоял на службе в одном из наших храмов, молился, вдруг сопрано как заверещит, хотелось убежать, молитва разрушилась. Надо помнить, что Церковь – это не концертный зал и не театр, а молитвенное собрание верующих. В храме эмоциям не место, иначе духовность заменяется душевностью. Некоторые прихожане тоже иногда грешат этим, когда во время пения «Символа веры» или «Отче наш» стараются перекричать других и даже хор.

О дисциплине в церкви

Для меня важен и вопрос о дисциплине в церкви, о благочинии певчих на хоре и клиросе. Певчие у нас зачастую считают, что их назначение не молиться, а исполнять певческую работу, во время которой можно вести себя довольно свободно, допуская во время чтения чтеца праздные разговоры, шутки, даже смех, ведя переписку или переговоры по сотовому телефону. В некоторых храмах во время Шестопсалмия даже выходят покурить. Моменты чтения воспринимаются как перерыв в работе.

В церковный хор должны идти не просто профессионалы, желающие попеть за определенное вознаграждение, но и дорожащие Церковью и чтущие её святость. Надеюсь, что в нашем храме Господь собрал именно таких людей на клиросе. Я их всех очень люблю и каждый день поминаю о здравии на утренних молитвах, заказываю за них службы по праздникам и когда болеют.

Все наши певчие периодически участвуют в таинстве исповеди, принимают Святое причастие. Перед началом каждой службы мы просим друг у друга прощения, благословения. На репетициях-спевках молитвенно обращаемся за помощью к нашим храмовым святым, к покровителю уральских певчих свщмч. Вячеславу Невьянскому, а также к покровителю всех певчих прп. Роману Сладкопевцу.

А чтобы у певчих была перспектива для стремления к самосовершенствованию, представление об идеале, я написала для нашего клироса заповеди, которыми могу поделиться.

«Десять заповедей для идеальных певчих»

  1. По дороге в храм твори молитвы (в том числе молитву идущего в церковь «Возвеселихся о рекших мне: в дом Господень пойдем…»).
  2. Во время богослужения внимай словам молитв и Священного Писания, не допускай посторонних разговоров (кроме тех замечаний и указаний, которые необходимы по ходу службы); ум возводи на Небо.
  3. Помни о великой ответственности певчих перед Богом и людьми – нашими устами прихожане возносят к Богу молитвы.
  4. В основу ангелоподобного пения в храме положи для себя принцип: «Бога должно воспевать не голосом, но сердцем». Прилагай все свои силы так, будто это твоя последняя служба.
  5. Не приступай к пению в гневе, раздражении или не простив ближнего.
  6. Соблюдай по возможности все посты, в том числе среду и пятницу.
  7. Приступай ко Святому Причащению не реже 4-х раз в год, т. е. в каждый из постов (а лучше раз в месяц), чтобы иметь духовное подкрепление и не стать врагом Христу.
  8. Внешним видом соответствуй облику православного человека. Женщинам: юбка до щиколоток или ниже колен без глубоких разрезов, рукава не выше локтя, ноги прикрыты гольфами или носками.
  9. Помни заповедь «Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся». Признавай достоинства других и будь снисходительным к недостаткам и немощам других.
  10. Следуй во всех обстоятельствах совету прп. Амвросия Оптинского: никого не осуждай, никому не досаждай и всем свое почтение выражай.

С любовью ваш регент»

А вообще клирос у нас очень дружный.

Одна из певчих Анастасия Пронькина (это моя дочь) написала стихотворение «Любимому клиросу посвящается…».
Вот это стихотворение:

«Любимому клиросу посвящается…»

Эпиграф:
«Друзья мои, прекрасен наш союз! (Пушкин)
«Надеюсь, регент мне поставит плюс!» (автор)

Вы послушайте, ребята,
Сей папирус вам поведает
Про наш прекрасный клирос:
С чувством юмора у всех у нас в порядке,
Потому что начинаем день с зарядки.
Не с зарядки белого смартфона
И не пресловутого айфона,
А с зарядки голоса и слуха,
Чтобы не страдало чьё-то ухо,
И простим неправильную ноту,
(Если вдруг медведь вам наступил на «что-то»),
Ну, а если вдруг придется туго, —
Бережно плечо подставим другу.
Есть у нас диван, электрочайник,
Ну, а если в пении вы «чайник», —
Подливать не будем кипяточку…
Вот ещё б найти для рифмы строчку!
Ах, друзья мои, люблю вас очень!
Станислава Пронькина, короче.*

*»Сие слово зде допущено для рифмы пущей» (А.С.Пушкин)

В дальнейшем на своей страничке планирую поговорить о том, что такое богослужебное пение, что включает в себя это понятие и почему вообще в храме необходимо пение.

Марина Томашевич
регент церковного хора храма преподобного Сергия Радонежского, г.Челябинск
3 октября 2015 г.

ЧТО ТАКОЕ РЕГЕНТ (КТО ТАКОЙ РЕГЕНТ)

Что такое регент (или кто такой регент)? Регент — это не «что», это «кто». Регентом называют человека, который управляет церковным хором.
Под управлением церковным хором подразумевается довольно много вещей. Во первых, это проведение репетиций — так называемых спевок. Регент назначает время, собирает людей вместе и с помощью навыков управления, слышания внутри себя правильного варианта исполнения тренирует певчих петь согласованно, одновременно произнося слова, не фальшивить и т.д
Также регент церковного хора «проводит службы». Хотя возглавляет службу в храме священник, регент отвечает за всю музыкальную часть службы — что поют хористы, и т.д То есть, регент дает тон (чтобы все вступили в одной тональности), раскладывает ноты, дирижирует (чтобы певцы пели в одном темпе и ритме, в одной громкости и характере).
Регент также занимается и табелем, принимает и увольняет хористов. Это не всегда так (иногда чтобы уволить хориста, нужно еще и согласие главного священника — настоятеля). Но в целом с полным основанием регента можно назвать «директором» церковного хора.
Кроме того, что регент считается управляющим хором, он еще и в духовном смысле считается офицером небесного воинства, так как управляет не просто пением, а пением церковной музыки, то есть, славословия Богу. Это накладывает высокую ответственность на данный тип служения.

Среди множества профессий есть одна, которая требует от человека смеси таких качеств, как музыкальный слух, знание церковного устава и умение руководить коллективом. Эта профессия — дирижер церковного хора, которая имеет свое особое название — регент. О том, кто же такой регент в церкви, и чем он отличается от простого руководителя хора, читайте в этой статье.

Поскольку в православных храмах церковные службы сопровождаются пением, нужен человек, который будет управлять хором, чтобы тот звучал слаженно и правильно. Таким человеком и является регент. Во время службы он задает тон песнопения, регулирует темп и помогает хору достичь гармоничности.

Слово «регент» происходит от латинского regens — правитель, властелин, или regere — управлять, направлять, исправлять.

У понятия «регент» имеется два значения:

  1. Руководитель хора при церкви;
  2. Опекун при недееспособном государе, фактический правитель государства.

Историческая справка

Первые упоминания об этой профессии появились в 1850-х годах в Придворной певческой капелле Санкт-Петербурга, где регентами называли певчих с большим опытом, которым временно поручали управлять хором в церквях придворного ведомства.

Регентами также считались выпускники преобразованных в 1884 году музыкальных школ при капелле, которые стали называться регентскими классами. В них изучалась элементарная теория музыки, сольфеджио, гармония и контрапункт, а также история церковного пения и игра на фортепиано или скрипке.

Выпускники могли получить аттестат регента трех разрядов, которые давали право обучать «ненотному пению», партесному пению или «сочинению композиций».

В 1970-х в Ленинградской духовной академии появился первый специальный «регентский класс» для православных девушек. После этого такие классы стали появляться практически при всех Духовных семинариях.

Обязанности регента в церкви

У дирижера в церкви довольно широкий круг обязанностей, связанный не только с прямым назначением, но и с организационными вопросами вверенного ему клироса — хора при церкви.

Среди них:

  • подготовка к богослужениям;
  • выбор репертуара;
  • проведение репетиций (не реже 1-3 раз в неделю);
  • составление нотного архива;
  • распределение партий;
  • дирижирование во время богослужения;
  • подготовка к концертным выступлениям;
  • обучение начинающих певцов.

/ Программа» data-image_id=»18545″>

Плюсы и минусы профессии

В связи с постоянным ростом количества храмов спрос на музыкантов, которые способны организовать или же возглавить уже созданный хор, весьма высок. Некоторым храмам даже требуются несколько регентов, если службы идут постоянно.

К другим преимуществам работы руководителем клироса относятся:

  • высокое положение в иерархии церковной службы — после священнослужителей;
  • данная профессия очень уважаема;
  • эмоциональная составляющая: служение Богу и надлежащее выполнение своих обязанностей приносит радость и удовлетворение.

Однако у этой профессии имеются и свои жизненно важные минусы.

Среди них:

  • ненормированный рабочий день;
  • невысокая заработная плата.

Видео

Смотрите короткий фильм-презентацию Регентского отделения Екатеринбургской духовной семинарии

Регент

Регент (лат. Regens — правящий) — руководитель церковного хора. Профессия подходит тем, кого интересует пение, музыка и религия (см. выбор профессии по интересу к школьным предметам).

В православных храмах церковные службы сопровождаются пением. Регент — это человек, который управляет церковным хором. Подбирает певчих, выбирает какие аранжировки песнопений исполняются хором.

Главная задача регента — гармоничное звучание певчих во время службы. Музыка помогает молиться в храме, настраивает и успокаивает. Во время службы регент задает тон песнопения, регулирует темп и помогает хору петь слаженно, красиво, в соответствии с моментом богослужения.

Особенности профессии.

Регент дирижирует и поет, у него хороший музыкальный слух, он знает построение службы и порядок исполнения музыкальных произведений. Обязательное условие — быть православным христианином. Для работы регент должен получить благословение настоятеля.

Важно настраивать певцов на молитвенное пение, поддерживать, ведь служба идет от нескольких минут до 8 часов. В задачи регента входит правильное распределение голосов, репетиции. Иногда в хоре складываются сложные отношения и тут пригодится способность вовремя заметить и погасить конфликты. Для развития хора нужно организовать обучение начинающих певцов.

Плюсы и минусы профессии.

Плюсы

Это востребованная профессия, регентов не хватает, особенно в районных центрах России. В каждом храме есть регент, иногда несколько, если службы идут постоянно.

Регент — уважаемый человек в храме.

В иерархии церковной службы занимает место после священнослужителей.

Служа Богу, добиваясь гармоничного пения, регент может испытывать очень сильные эмоции, радость и удовлетворение.

Минусы

У регента ненормированный рабочий день.

Зарплата может быть низкой.

Важные качества

У руководителя церковного хора 3 важных качества: крепкая нервная система, уверенность в себе и умение быстро реагировать на внешние раздражители. Богослужение идет в быстром темпе, задача регента сконцентрироваться на действиях священнослужителей. Православные службы могут идти от нескольких минут до нескольких часов, все это время регент должен быть предельно сконцентрирован.

Профессиональные навыки и знания

  • Музыкальное образование
  • Умение петь
  • Знание правил православных богослужений
  • Чтение на церковно-славянском языке
  • Управление хором
  • Подбор репертуара
  • Обучение начинающих певцов
  • Умение настроить коллектив на продуктивную работу.

Где учиться на регента

Для регентования мало музыкальных знаний и умения дирижировать. Требуется понимание православия, знание Священных Писаний и вовлеченность в церковную жизнь. Для поступления требуется музыкальное образование.

Обучение состоит из двух составляющих: духовной и музыкальной.

Духовная — изучение Библии и правил построения церковных служб, истории Церкви. Музыкальная — изучение мелодий православных песнопений, постановка рук, умение слышать звучание хора со стороны, задавать тон для разных голосов.

Получить образование регента можно в:

  • Московской Духовной Академии, обучение очное, 3 года.
  • Православном Свято-Тихоновском Гуманитарном Университете, обучение очное, учиться нужно 3-4 года.
  • Православный Гуманитарный Институт «Со-действие», обучение очное, 1 год.
  • Санкт-Петербургская Духовная Академия, обучение очное, 4 года.
  • Ярославская Духовная Семинария, обучение очное, 3 года, принимаются только женщины.

Оплата труда

От 500 до 2000 рублей за выход.

Быть регентом

В день выезда – короткой архипастырской поездки – Светлана Владимировна Хахалина встает затемно. Нужно собраться с мыслями, настроиться, еще раз проверить заготовленные накануне вечером нотные комплекты, схватить их в охапку и с первыми лучами солнца унестись в храм. На службу. Времени всегда так мало, что некогда размышлять, что значит быть регентом и управлять хором. И все же в плотном графике, разрываясь между спевками, службами, занятиями и разъездами по епархии, она – регент архиерейского хора Свято-Троицкого кафедрального собора г. Покровска – находит время поделиться, что значит одновременно быть в профессии и служить Богу.

– Светлана Владимировна, каким хором мечтает управлять регент?

– Любой регент хочет работать с профессиональным хором. Профессионалы поют с листа произведения любой сложности. С ними не нужно заниматься разучиванием, изучением азов – нотной грамоты, теории музыки.

– А каким составом приходится управлять на самом деле?

– Наш хор состоит не только из профессиональных певцов. У нас поют и дирижеры-хоровики, и вокалисты, и пианисты, и духовики, и народники. И в этом вся сложность. Профессиональный певец – это или дирижер-хоровик, или вокалист. У него есть хорошие вокальные данные, он умеет петь. Музыканты-инструменталисты певческими навыками не обладают. Да, они могут быть высококлассными исполнителями, виртуозно владеть своим инструментом, но петь так, как профессиональные вокалисты, – нет. Зато их можно научить, ведь у них есть главное – музыкальная база.

– Получается, уровень исполнительского мастерства хора в большей степени зависит от профессионализма и данных певчих?

– Не только. От личности регента – его образования, вкуса, воцерковленности – в том числе.

Если говорить о вкусе, то у каждого регента свои критерии отбора песнопений. Иногда выбираешь просто по принципу «нравится – не нравится». Если нравится тебе, а потом еще и прихожанам, настоятелю, то это замечательно, это значит – ты на правильном пути. Иногда нужно время, чтобы новое произведение «отлежалось» и стало понятно, интересно оно, стоит ли с ним работать.

Очень важен совет и поддержка настоятеля храма. Архиерейский хор, конечно, прислушивается к мнению Епископа Пахомия. Если ему нравится то, что мы выбрали и выучили, мы поем, если нет, то снимаем с репертуара.

На то, какие произведения я беру в работу, состав хора, конечно тоже влияет. И дело здесь даже не в уровне подготовки певчих, а в их умении осмыслить песнопение и исполнить соответствующе. Иногда им нужно помочь – рассказать, о чем песнопение, какое место в богослужении оно занимает, объяснить его характер. Помню, мы записывали диск с хором саратовского Свято-Троицкого собора, и одно произведение, очень красивое, очень сложное – «Боже, Боже мой, вонми ми» Никольского – у нас никак не получалось. Вроде поют, вроде красиво поют, а звучание не то. И я тогда сказала хористам: «Вы понимаете, о чем поете? Вы поете о распятом Христе – о Сыне Пресвятой Богородицы. У вас у всех есть дети – вот и представьте, что мать может чувствовать в такую минуту». Это было жестко, но зато мы записали песнопение с первого дубля, и оно получилось самым ярким на диске. То есть очень важно настроить певчих, объяснить, что церковное пение не должно быть бездумным. Бездумно – значит бездушно, а петь нужно душой, сердцем.

– Во многих церковных хорах нет профессиональных певцов, поют даже любители. Выходит, что собрать хороший состав очень сложно – почему?

– В каждом городе есть музыкальные учебные заведения, а значит, и музыканты. Конечно, отбирать певцов так же щепетильно, как это делал выдающийся регент Данилин, которому, например, было важно, чтобы в партии сопрано были только лирические голоса, не получится. Но собрать хороший состав возможно.

Профессиональные составы не собирают, потому что они просто мало кому нужны. Порой сами батюшки говорят, что им достаточно обихода, а единственное приемлемое пение – это знаменное. Но разве это правильно? Почему храму нужны золотые купола, красивый иконостас, а хорошее богослужебное пение — нет? Богу нужно приносить лучшее. Люди испокон веков это понимали.

Если у человека есть дар регентовать или петь, то он обязан делать это хорошо, обязан справляться с красивыми и сложными произведениями. Потому что он, во-первых, служит Богу, а во-вторых, должен стремиться к саморазвитию. Профессиональный рост возможен только благодаря равнению на лучшее – лучших композиторов, регентов, певцов. И, конечно, благодаря поддержке настоятеля, Архиерея. У меня, слава Богу, такая поддержка была и есть. В Саратове меня поддерживали настоятель и Владыка Лонгин, теперь в Покровске – Владыка Пахомий. Именно они приучили меня слушать духовную музыку, интересоваться ею, не стоять на месте.

– Когда говорят: «Хороший, профессиональный хор не нужен», обычно ссылаются на то, что главное – не мастерство и навыки, а молитвенный настрой. Что Вы об этом думаете?

– Никогда не соглашусь с тем, что профессионализм – не главное. Профессионализм дает возможность роста, дальнейшего развития. Молитвенно – это и есть профессионально, красиво, с любовью к Богу. Служба – это праздник, на котором важно абсолютно все – и священнодействия, и чтение, и пение. Все наполнено глубоким смыслом и торжественностью. Особенно это касается архиерейского богослужения – оно яркое, красивое, праздничное. И рассуждая в таком ключе, что хорошее пение не нужно, можно также сказать о богослужении: «Зачем нужно соблюдать чинопоследование? Главное же – молитва»…

– Мне кажется, дело здесь как в непонимании того, что земная служба – подражание службе небесной, так и в непонимании того, что клиросное служение не такое уж простое.

– Печально, но часто можно услышать, что петь в церковном хоре или управлять им легко. Это очень нелегко, даже физически. Кроме того, музыканты преодолевают непростой, долгий путь становления. Они только учатся своему главному и единственному делу жизни шестнадцать лет! Они осваивают нотную грамоту, чтение с листа, искусство пения или игры на инструменте, а за этим стоят часы и годы упорного труда, репетиций. Мой знакомый подшучивает надо мной, говорит: «Да что такое дирижер? Разве это труд? Ты вот попробуй поработай водителем, как я!» Что на это можно сказать? Только предложить прорегентовать службу.

– Часто ли Вас, как регента, критикуют?

– Как сказать… Раньше в храмах бабушки создавали настоящие общины. Они знали всех, кто ходит в храм, кто, чем занимается, знали репертуар хора. После службы всегда подходили и говорили, как мы спели – хорошо или плохо, спрашивали, почему не спели то песнопение, которое они ждали, очень настороженно относились к новым произведениям. Сегодня ничего подобного нет. Бывает, прихожане подходят, благодарят за пение. Это очень приятно. Твоя работа находит отклик в сердцах людей – это не может не радовать.

Что касается настоятелей, то, как правило, не все живут жизнью хора. Мне повезло, что в Свято-Троицком соборе Саратова настоятелем в 2004 году стал отец Пахомий, теперь наш Владыка. Он сразу же заинтересовался делами хора – велел обновить, то есть полностью сменить репертуар, посещал наши спевки, давал советы и делал замечания. Поначалу было тяжело – новые песнопения, композиторы, очень большой объем информации и нового материала, который нужно выучить. После каждой службы я плакала – ничего не получалось. Замечания воспринимала очень болезненно. Мы с хором столько работаем, стараемся, а в итоге от настоятеля слышим только о недостатках. Но потом как-то отец Пахомий мне объяснил, что он делает замечание не потому, что хор поет плохо, а для того, чтобы хор пел еще лучше. И я поняла – нужно просто работать и смиряться, прислушиваться к советам. Особенно священника и тем более архиерея. Благословение архиерея дает силы, талант. Помню, когда Владыка Лонгин благословил наш хор записать диск с «Всенощным бдением» Рахманинова, я сначала подумала, что это шутка. Мне казалось, что с нашим составом это невозможно. Но надо, значит надо – начали работать, учить, и все получилось. И я уверена – это не моя заслуга.

– Вернемся к разговору о профессионализме и молитвенном настрое. Одна из самых распространенных претензий к певчим – невоцерковленность. Прихожанам не все равно, кто поет в хоре, а Вам?

– Всегда удивляет, когда кто-то берется судить глубину веры другого человека. У меня в хоре пели разные солисты – даже некрещеные и мусульмане. И ни один не остался равнодушным к тому, что увидел в храме. Мусульмане, конечно, своим убеждениям не изменили, но в храме вели себя очень достойно – были вежливы с прихожанами и уважительно относились к священнику, богослужению. Некрещеные певчие рано или поздно начинали интересоваться верой, читать книги и потом принимали Крещение. Поэтому для меня наличие или отсутствие веры не показатель – хороший это человек, певчий или плохой. Шанс нужно давать каждому и никому не преграждать путь к Богу.

– Вы сказали, что регенту и певчим в творчестве, в служении нужно ориентироваться на лучших представителей, исполнителей духовной музыки. На кого ориентируетесь Вы?

– Я ориентируюсь на композиторов Новой московской школы. Тем более что сегодня ее традиции активно возрождают. Ярчайшие представители этой школы – Кастальский, Чесноков, Никольский, Калинников, Голованов, Шведов, Гречанинов, Рахманинов. Они брали древние распевы и на их основе создавали очень красивые произведения. Единственное – композиторы делали упор на партию низких басов. Сегодня дефицит таких голосов – хорошо, если хоть один бас в хоре есть.

Можно брать в работу произведения композиторов русского зарубежья – Ледковского, Константинова, и современных композиторов – Лебедева, Лапаева, Ковальджи, Митрополита Илариона (Алфеева), Архиепископа Ионафана (Елецких). Они пишут хорошую, доступную музыку для небольших составов.

Определенно стоит послушать, как поет коллектив высочайшего уровня – мужской хор Московского Подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры под управлением Владимира Горбика. И еще мужской хор Сретенского монастыря. Из смешанных рекомендую хор храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке.

Для меня лично эталонами исполнения духовной музыки остаются архимандрит Матфей (Мормыль) и Александр Свешников. Отец Матфей удивительным образом передает дух церковной музыки. Хор Свешникова – знаменитого дирижера, хормейстера – тоже очень музыкально, логично и, что не менее важно, церковно исполняет духовные произведения.

– Светлана Владимировна, в завершение беседы предлагаю Вам небольшой блиц. На Ваш взгляд, что нужно, чтобы богослужение прошло хорошо?

– Нужно оставить все мирское, все проблемы и заботы за порогом храма. Настроиться на труд, не отвлекаться во время пения ни на что. Все внимание уделить службе. Это важно помнить и регенту, и певчим.

– Какими качествами должен обладать регент?

– Регент должен быть коммуникабельным человеком, хорошим психологом – в большом коллективе нужно уметь находить подход к каждому. Регент должен быть профессионалом в своем деле, постоянно совершенствоваться, интересоваться чем-то новым. Еще регент должен быть смиренным человеком. Это обязательно – регент ведет службу, но не он главный на этом празднике. Он подчиняется настоятелю или Архиерею, Богу.

– Регентство для вас – это…

– …это моя жизнь. Поначалу думала: «Ну, руководитель церковного хора, и что? Я на это училась». Теперь с каждым годом все больше понимаю, насколько это сложная, трудная, мужская, как сказал Горбик, профессия. И она меня поглощает – я постоянно строю планы, ищу новые песнопения, разучиваю их с хором, что-то слушаю, перекладываю. В общем, живу!

– Светлана Владимировна, Вы часто говорите, что пение хора за богослужением помогает прихожанам сосредоточиться на молитве. Вы чувствуете, когда люди в храме молятся, а когда нет? Что делаете для того, чтобы настроить верующих на общение с Богом?

– Да, бывают такие моменты на службе, когда возникает необъяснимое чувство единства с певчими, священниками, прихожанами. Этого не описать. А чтобы люди в храме молились, регенту самому нужно молиться. Но не забывать о своих обязанностях. Служба – это тонкий процесс, хор должен звучать или молчать тогда, когда это положено. Нужно быть собранным, сосредоточенным и при этом сохранять молитвенный настрой, трепет, благоговение перед Богом. И стараться передать это певчим – жестом, взглядом. Тогда все получится.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *