Преложение святых даров

Преложение святых даров

Иоанн Златоуст о Евхаристии

Святитель Иоанн Златоуст о Таинстве Евхаристии:

«Вижу, что происходит большой беспорядок в этом деле. Ибо в иное время вы не причащаетесь, хотя бываете зачастую и чистыми, а когда приходит Пасха, даже если сделали какое-либо зло, дерзаете и причащаетесь. О дурной обычай! О злой предрассудок! Напрасно совершается ежедневно Литургия, напрасно мы стоим в алтаре — никто не подходит причаститься. Говорю это не для того, чтобы вы причащались просто так и как случится, но чтобы вы делали себя достойными. О человек! Ты недостоин Причастия? Тогда ты недостоин и слышать молитвы Литургии. Ты слышишь диакона, который стоит и взывает: «Те, которые пребываете в покаянии, все просите Бога, дабы вас простил». Те, которые не причащаются, находятся все еще в чине кающихся. Итак, что ты стоишь? Если ты в чине кающихся, тогда ты не можешь причаститься, ведь тот, кто не причащается, среди кающихся находится. Для чего взывает диакон: «Изыдите те, которые не можете молиться Богу», а ты стоишь нагло? Если же ты не из кающихся, но из тех, кто имеет возможность причащаться, как же ты не заботишься, чтобы причаститься? Или ты не считаешь Причастие великим даром и пренебрегаешь им? Задумайся, прошу тебя! Здесь царская трапеза, ангелы служат на этой трапезе, Сам Царь здесь присутствует, а ты стоишь, как зевака. Одежды твоей души нечисты, и это тебя не трогает? Или они чисты? Тогда садись и ешь от нее. Христос на каждой Литургии приходит увидеть тех, которые сидят на трапезе, со всеми разговаривает и теперь говорит каждому в его совести: «Друзья, как вы стоите здесь, в Церкви, не имея брачной одежды?» Разве Он не спросил: «Почему ты сел за трапезу?» Но даже прежде, чем тот сел, говорит ему, что он недостоин даже войти сюда. Ведь Он сказал не «почему ты возлег?», а «как ты вошел?» (См. Мф.22, 2-14)… Когда ты услышишь: «Помолимся все сообща», когда ты увидишь, что открываются врата алтаря, тогда считай, что открывается небо и снисходят ангелы. И как не должен быть здесь ни один некрещеный, так не должен быть и ни один (хотя и крещеный, но) нечистый и скверный. Скажи мне, пожалуйста, если бы кто-нибудь был приглашен на трапезу, пошел туда, помыл свои руки, сел и приготовился к трапезе, а затем не стал бы есть, разве он не оскорбил бы того, кто его пригласил? Не лучше ли было бы, если бы он не приходил вообще? Так и ты: пришел на трапезу, пел с остальными песнопения, исповедовал, что ты достоин (поскольку не удалился вместе с недостойными), как ты можешь после всего этого оставаться на Литургии и не причащаться от этой Трапезы? Но ты говоришь: «Я недостоин». Тогда ты недостоин участвовать и в молитвах, потому что Святой Дух нисходит не только на предлежащие Святые Дары, но и на эти песнопения. Разве ты не видел, как рабы господ своих сначала моют трапезную, убирают дом и затем уже предлагают блюда? Это делается у нас посредством молитв, посредством возгласа диакона: мы моем, как губкой, церковь, чтобы Тайны были предложены в чистой церкви и не нашлось в ней никакого пятна, никакого порока. Нечистые глаза недостойны видеть этого зрелища, оскверненные уши недостойны слышать эти песнопения. Ибо так повелевает закон: если даже животное хотело приблизиться к Синайской горе, то должно было быть побито камнями. Так они были недостойны находиться даже у подножия горы, хотя впоследствии и приблизились и видели место, где был Бог. Следовало приближаться и видеть после. А когда присутствовал Бог, надо было удалиться… Хотел бы сказать вам еще больше и страшнее, но, чтобы не перегружать ваш ум, достаточно и этого. Ибо те, которые не вразумляются этим, не смогут вразумиться и большим. Итак, дабы наши слова не послужили к еще большему осуждению вас, просим вас не о том, чтобы вы не приходили, а о том, чтобы вы соделали себя достойными и присутствия на Литургии, и Причащения. Скажи мне, пожалуйста, если бы некий царь повелел: «Тот, кто совершит такое-то зло, пусть не приближается к моей трапезе», то ради этой чести разве вы не захотели бы приложить все возможные силы ваши, чтобы предохранить себя от зла? Когда же священник приглашает нас подойти причаститься, тогда Господь нас призывает взойти на небеса, на трапезу великого и чудного Царя, а мы отказываемся, и медлим, и не спешим, и не стремимся к этому. И какая тогда надежда на спасение нам остается? Мы не можем сказать, что нам препятствует болезнь или естество, но недостойными делает нас только наше нерадение» (Беседы на Послание к Ефесянам. Беседа 3. См.: Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского, в русском переводе. Т.11. Кн. 1. СПб., 1905, с.29-32)

Беседа 28 на послание к Коринфянам Отрывки
«Упомянув о таинствах, он (апостол Павел — Д.С.) нашел необходимым изложить подробнее этот предмет, как не маловажный; потому в беседе об нем внушает великий страх и доказывает, что главное благо в том, чтобы приступать к ним с чистой совестью. Не довольствуясь сказанным прежде, он присовокупляет еще следующее: «да испытывает себя человек»; это же он говорит и во втором послании: испытывайте (2Кор.13:5), а не так, как поступаем мы, сообразуясь более с временем, нежели с душевным расположением. Мы стараемся не о том, чтобы приступить приготовившись, очистившись от всего злого и с полным благоговением, но чтобы в праздники и тогда, когда приступают все.

Не так повелевает Павел; он знает одно только время для приступания к тайнам и причащения, – когда чиста совесть. Если мы не приступаем к чувственной трапезе, страдая горячкой и приливом дурных соков, чтобы не подвергнуться смерти, то тем более нам не должно касаться этой трапезы с порочными пожеланиями, которые хуже горячки. Под именем порочных пожеланий я разумею как телесные, так и любостяжание, гнев, злопамятность и вообще все порочные наклонности. Приступающему должно очиститься от всего этого и тогда уже касаться этой чистой жертвы, а не с небрежением и леностью как бы по принуждению приступать ради того, что случился праздник, с другой же стороны, когда есть сокрушение и готовность, не откладывать потому, что нет праздника. Праздник есть совершение добрых дел, благочестие души и строгость жизни; если ты имеешь это, то всегда можешь праздновать и всегда приступать. Потому (апостол) и говорит: «да испытывает себя» каждый, «и таким образом пусть»; повелевает испытывать не одному другого, но самому себя, устраивая судилище без гласности и обличение без свидетелей.
«Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе» (ст.29). Что говоришь ты? Источник столь многих благ, трапеза, источающая жизнь, обращается в осуждение? Не по своему существу, говорит он, а по воле приступающего. Как пришествие Его, доставившее нам великие и неизреченные блага, послужило к большему осуждению не принявших Его, так и эти тайны навлекают большее наказание на недостойно причащающихся. Почему же «ест осуждение себе»? «Не рассуждая о теле Господнем», т.е. не размышляя, не представляя, как должно, величия предложенных (тайн), не думая о важности дара. Если бы ты вполне понимал, Кто предлежит пред тобой и кому Он предлагает Себя, то не имел бы нужды ни в каком увещании, а одного этого было бы достаточно для возбуждения в тебе полного благоговения, если только ты не пал слишком глубоко.

Слыша все это, будем оказывать великое попечение о бедных, обуздывать свое чрево, воздерживаться от пьянства, стараться достойно причащаться св. таин, и не скорбеть, не печалиться, когда случится какое-нибудь бедствие с нами ли, или с другими, например преждевременная смерть или продолжительная болезнь.»

«Тартюф» Мольера

Образцом «высокой комедии» может служить «Тартюф». Борьба за постановку » Тартюфа» шла с 1664 по 1669 год; в расчете на разрешение комедии Мольер трижды ее переделывал, но смягчить своих противников не смог. Противниками «Тартюфа» были могущественные люди — члены Общества Святых Даров, своего рода мирского отделения при ордене иезуитов, которое исполняло функции негласной полиции нравов, насаждало церковную мораль и дух аскетизма, лицемерно провозглашая, что борется с еретиками, врагами церкви и монархии. Доносы тайных агентов этого общества причиняли много зла, так что современники прозвали его «заговором святош». Но иезуиты в этот период безраздельно господствовали в религиозной жизни Франции, из их числа назначались духовники королевской семьи, и королева-мать, Анна Австрийская, лично покровительствовала Обществу Святых Даров. Поэтому, хотя королю понравилась пьеса, впервые представленная на придворном празднестве в 1664 году, пойти против церковников, убеждавших его, что пьеса нападает не на ханжество, а на религиозность вообще, Людовик до поры до времени не мог. Только когда король временно рассорился с иезуитами и в его религиозной политике наступила полоса относительной терпимости, «Тартюф» был наконец поставлен в его нынешней, третьей по счету, редакции. Эта комедия тяжелей всего далась Мольеру и принесла ему наибольший прижизненный успех.

«Тартюф» на одном из диалектов южной Франции значит «мошенник», «обманщик». Так, уже названием пьесы Мольер определяет характер главного героя, который ходит в светском платье и представляет собой очень узнаваемый портрет члена «кабалы святош». Тартюф, прикинувшись праведником, проникает в дом богатого буржуа Оргона и полностью подчиняет себе хозяина, переписывающего на Тартюфа свое имущество. Всем домочадцам Оргона очевидна натура Тартюфа — лицемеру удается провести только хозяина и его мать, госпожу Пернель. Оргон порывает со всеми, кто решается сказать ему правду о Тартюфе, и даже изгоняет из дома своего сына. Чтобы доказать свою преданность Тартюфу, он решает породниться с ним, отдать ему в жены свою дочь Мариану. Чтобы предотвратить этот брак, мачеха Марианы, вторая жена Оргона, Эльмира, за которой давно исподтишка ухаживает Тартюф, берется разоблачить его перед мужем, и в фарсовой сцене, когда Оргон прячется под столом, Эльмира провоцирует Тартюфа на нескромные предложения, заставляющие удостовериться в его бесстыдстве и предательстве. Но, изгнав его из дома, Оргон ставит под удар собственное благополучие — Тартюф заявляет права на свою собственность, к Оргону является судебный пристав с ордером о выселении, к тому же Тартюф шантажирует Оргона неосторожно доверенной ему чужой тайной, и только вмешательство мудрого короля, отдающего приказ арестовать известного плута, на чьем счету целый список «бессовестных деяний», спасает дом Оргона от краха и обеспечивает комедии счастливую развязку.

Характеры в классицистической комедии выражают, как правило, одну характерную черту. Тартюф у Мольера воплощает универсальный человеческий порок лицемерия, прикрывающегося религиозным ханжеством, и в этом смысле характер его обозначен ясно с самого начала, не развивается на протяжении действия, а только глубже раскрывается с каждой сценой, в которой участвует Тартюф. Злободневные черты в образе, связанные с обличением деятельности Общества Святых Даров, давно отошли на второй план, но их важно отметить с точки зрения поэтики классицизма. Также однолинейны многие другие персонажи комедии: привычные амплуа юных влюбленных представляют образы Марианы и ее жениха Валера, бойкой служанки — образ Дорины; резонер, то есть персонаж, который «проговаривает» для зрителя моральный урок происходящего, — брат Эльмиры, Клеант. Однако в каждой пьесе Мольера есть роль, которую он исполнял сам, и характер этого персонажа всегда самый жизненный, драматичный, самый неоднозначный в пьесе. В «Тартюфе» Мольер играл Оргона.

Оргон — в практическом плане взрослый человек, преуспевающий в делах, отец семейства — одновременно воплощает духовную несамодостаточность, как правило, свойственную детям. Это тип личности, нуждающийся в руководителе. Кто бы ни оказался этим руководителем, люди, подобные Оргону, проникаются к нему беспредельной благодарностью и больше доверяют своему идолу, чем самым близким. Оргону не хватает собственного внутреннего содержания, которое он пытается компенсировать верой в благость и непогрешимость Тартюфа. Оргон в плане духовном несамостоятелен, он не знает самого себя, легко поддается внушению и становится жертвой самоослепления. Без доверчивых оргонов не бывает обманщиков-тартюфов. В Оргоне Мольер создает особый тип комического характера, которому свойственна правда его личных чувств при их объективной ложности, и его муки воспринимаются зрителем как выражение нравственного возмездия, торжества положительного начала. Очень справедливо в этой связи замечание А. С. Пушкина: «Высокая комедия не основана единственно на смехе, но на развитии характеров — и что нередко, она близко подходит к трагедии».

По форме «Тартюф» строго выдерживает классицистическое правило трех единств: действие занимает один день и целиком разворачивается в доме Оргона, единственное отступление от единства действия — линия любовных недоразумений между Валером и Марианой. Комедия написана, как всегда у Мольера, простым, ясным и естественным языком.

Церковники так и не простили Мольеру «Тартюфа»: когда он скончался в феврале 1673 года (во время четвертого представления своей последней пьесы «Мнимый больной» у него пошла горлом кровь, и его едва успели перенести домой, но исповедаться он уже не успел), архиепископ Парижский дал разрешение на похороны драматурга в церковной земле лишь по приказу короля.

В 1680 году король издал указ о слиянии театра Мольера с ведущим театром, специализировавшемся на постановках трагедий, Бургундским отелем, и так было положено начало «Комеди Франсез», старейшему французскому театру, который называют еще «Домом Мольера» и в репертуаре которого всегда значатся его пьесы.

Творчество Мольера, являясь одним из высших достижений классицизма, далеко выходит за его рамки. Каждая эпоха находит своего Мольера, в зависимости от времени те или иные его пьесы оказываются особенно актуальны. Наиболее эстетически чуткие современники великого драматурга предсказывали ему именно такое будущее, как свидетельствует диалог, произошедший уже после смерти Мольера между Людовиком XIV и Никола Буало. Король спросил:

— Кто тот величайший писатель, который прославил мое царствование?

— Мольер, сир.

— Я этого не думал, но в этом Вы понимаете лучше меня.

>Дары Святого Духа

Что такое дары Святого Духа

Дары Святого Духа — это определенный результат действия Божественной благодати Святого Духа в душе христианина. Именно эти Дары позволяют нам делать добрые дела, помогать ближним. Иногда человек берется за какое-то благое дело с чувством полного собственного бессилия. Что мы можем в жестоком мире, где болеют и страдают дети? Но, часто бывает, что мы приступаем даже к самой сложной задаче с молитвой, и неожиданным образом все получается, складывается так, как надо. В таких случаях часто вспоминают о Дарах Святого Духа.

Самым ценным даром Святого Духа для нас остается дар любви. Этот дар считается и плодом Святого Духа. Любовь к ближнему и к Богу — основа нашего вероучения.

Дары Святого Духа: предсказания в Библии

12 Теперь о том, что касается духовного, братья и сёстры. Я не хочу, чтобы пребывали вы в невежестве. 2 Помните, когда вы были неверующими, вы поддавались влиянию тех, кто убеждал вас служить безжизненным идолам?! 3 И потому я говорю вам, что никто, ведомый Духом Божьим, не скажет: «Будь проклят Иисус» — и никто не может сказать: «Иисус — Господь» — кроме как с помощью Святого Духа.

4 Есть разные духовные дары, но все они от одного и того же Духа. 5 Существуют разные служения, но все они от одного Господа, 6 и по-разному Бог действует в людях, но Бог — один и тот же, производящий всё во всех.

7 Различные дары Духа даны каждому для всеобщего блага. 8 Одному человеку Дух дал слово божественной мудрости, другому — слово божественного знания от того же самого Духа. 9 Ещё кому-то этим же Духом дана вера, а другому — дар исцеления тем же Духом. 10 Одному человеку Дух дал способность творить чудеса, а иному — способность пророчествовать, а третьему — способность различать, что дано Духом, а что нет. Дух наделяет одних людей способностью говорить на разных языках, а других — способностью толковать эти языки. 11 Но один и тот же Дух творит всё это, наделяя каждого в отдельности, как считает нужным.

Тело Христово

12 Так же как у каждого из нас есть тело со многими членами, и всё же все эти члены составляют одно тело, так же и Христос. 13 Потому что одним Духом все мы были крещены, чтобы стать частями одного тела: иудеи и язычники, рабы и свободные люди, и всем нам дано одного и того же Духа.

14 Человеческое тело состоит не из одного члена, а из многих. 15 Даже если нога говорит: «Раз я не рука, то не принадлежу телу», то по этой причине она не перестанет принадлежать телу. 16 И если даже ухо говорит: «Раз я не глаз, то не принадлежу телу», то по этой причине оно не перестанет принадлежать телу. 17 И если бы тело состояло только из глаз, где был бы слух? И если бы тело состояло только из ушей, то где было бы обоняние? 18 Но в самом деле Бог поместил каждый член в теле так, как считал нужным. 19 Если бы все члены были одни и те же, то где было бы тело? 20 На самом же деле, членов много, а тело — одно.

21 Глаз не может сказать руке: «Я не нуждаюсь в тебе» — или, чтобы привести другой пример, голова не может сказать ногам: «Я не нуждаюсь в вас». 22 Напротив, те части тела, которые мы считаем слабее, оказываются необходимы. 23 И с теми частями тела, которые мы считаем наименее важными, мы обращаемся с наибольшей осторожностью. И с непристойными частями тела мы обращаемся с большей стыдливостью, 24 в то время как пристойные части не нуждаются в этом. Но Бог так составил тело, чтобы бóльшее внимание уделялось тем частям его, которые не отличаются красотой, 25 с тем, чтобы в теле не было разделения между частями его, а чтобы части были взаимно связаны. 26 Если одна часть тела страдает, то все части страдают вместе с ней. Если одна часть тела в почёте, то все части разделяют её радость.

27 Итак, вы вместе — тело Христово, и каждый в отдельности — части его. 28 Более того, одних Бог поставил в церкви апостолами, других — пророками, третьих — учителями. Кроме того, одни творят чудеса, а другие обладают даром исцеления, одни помогают ближним, другие обладают даром вести за собой, а иные — даром говорить на разных языках. 29 Ведь не всем же быть апостолами, пророками, учителями или чудотворцами. 30 Не все являются целителями, не все обладают даром говорить на разных языках или толковать языки. 31 Но всегда стремитесь к более важным духовным дарам. И я сейчас укажу вам самый лучший путь.

Какие существуют Дары Святого Духа

  • говорение на языках — Деян 10:46 ; Деян 19:6 ; 1Кор 12:10,28,30 ; 1Кор 14:2,6-11
  • истолковывание языков — 1Кор 12:10,30 ; 1Кор 14:13,27,28
  • пророчествование — Рим 12:6 ; 1Кор 12:10,28,29 ; 1Кор 14:3-5,22-25
  • служение — Рим 12:7 ; 1Пет 4:11
  • апостольство — 1Кор 12:28,29; Еф 4:11
  • целительство, врачевание 1Кор 12:9,28,30
  • пастырство — Еф 4:11
  • истолкование слова Божия — 1Пет 4:11
  • мудрость — 1Кор 12:8
  • знания — 1Кор 12:8
  • вера — 1Кор 12:9

Преложение

Преложение (греч. μεταβολή) — понятие (термин), которым в учении православной церкви обозначается происходящее в таинстве евхаристии, когда хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христовыми, не переставая быть хлебом и вином. Термин говорит о том, что в евхаристических элементах — как у Христа две природы — одну природу хлеба и вина, которые не перестают быть таковыми, и одну сверхъестественную природу, которую принесенные в святую Евхаристию элементы приобретают действием на них Святого Духа.

История термина «преложение»

Христианская церковь с самого начала своей истории верует в то, что после освящения на литургии хлеб и вино становятся истинными Телом и Кровью Христовыми. Но Святые Отцы использовали разные термины: как новозаветные выражения «быть», «становиться», так и другие — «творить», «сотворить», «переделывать», «претворение» и самое распространенное — «преложение».

Преложение и пресуществление

В Православной Церкви термин пресуществление получил широкое распространение в качестве реакции на проникновение в православное вероучение извне определений Кальвина. Кальвинистская евхаристология содержится в «Исповедании веры» 1629 г., которая приписывалась (совершенно ошибочно) Константинопольскому Патриарху Кириллу Лукарису. И именно борьбой с ересью кальвинизма было обусловлено соборное принятие Православной Церковью термина «пресуществление», состоявшееся на Иерусалимском Соборе 1672 г. и Константинопольском Соборе 1691 г. В частности, последний Собор подвергает противников термина «пресуществление» самым строгим каноническим прещениям; решения Собора были рецепированы Русской православной церковью и включены в Догматическое послание Патриарха Московского и всея Руси Адриана.. С этого времени термин «пресуществление» становится обычным термином в православной евхаристологии: он употребляется в официальных посланиях иерархов, синодально одобренных исповеданиях веры и догматических пособиях и проч.

Позиция о твердом следовании Русской православной церкви вере в сущностное изменение евхаристических Даров была многократно озвучена в ходе диалогов с лютеранами. Так, по результатам первого собеседования в рамках диалога Русской Православной Церкви с Евангелическо-Лютеранской Церковью Финляндии, проходившего в г. Турку с 19 по 22 марта 1970 года, было принято Резюме, в котором утверждалось расхождение в понимании лютеранами и православными «истины: о существенном присутствии в Евхаристии Богочеловека Христа Его Телом и Кровью под видом хлеба и вина». С православной стороны документ был подписан возглавлявшим русскую делегацию епископом Дмитровским Филаретом, ректором Московской духовной академии (ныне — митрополит Минский и Слуцкий Филарет, Патриарший Экзарх Всея Беларуси, Председатель Синодальной Богословской комиссии).

В приложенном к документу докладе епископа Астраханского и Енотаевского Михаила сказано буквально следующее:

В то время как исторические Церкви — Православная, Римско-Католическая и дохалкидонские — исповедуют реальное пресуществление хлеба и вина в истинное Тело и истинную Кровь Иисуса Христа, протестантские Церкви, при всем разнообразии их евхаристических доктрин, отрицают субстанциальный, вещественный характер присутствия Тела и Крови под видами хлеба и вина». Там же отмечалось: «Попытки найти существенное различие между двумя учениями на базе применения терминов „пресуществление“ (transsubstantiatio) на Западе и „претворение“ или „преложение“ на Востоке следует отнести на счет полемического задора, ибо никто еще никогда не мог указать, в чем именно состоит различие между этими словами. Раскрытие их содержания всегда доказывало их синонимичность».

Но, несмотря на синонимичность, в более глубоком анализе святоотеческого учения, многие богословы находят кардинальные отличия Православного и Католического понятия «пресуществление». Так, например, в своем фундаментальном труде «Анафора» Н. Д. Успенский заявляет:

Принятие православным Востоком римо-католического учения о Евхаристии исторически объясняется тем, что богословская наука на Востоке в условиях турецкого порабощения греков находилась в состоянии упадка; в России же до XIX столетия существовали только две высших богословских школы — Киевская и Московская духовные академии, богословское образование в которых находилось по крайней мере до середины XVIII века под влиянием римо-католического.

Православное богословие не может согласиться с римо-католическим учением о пресуществлении уже потому, что это учение не святоотеческое. Архиепископ Дюссельдорфский Алексий по этому поводу пишет, что Тридентский Собор зашел далеко, утверждая, что хлеб перестает быть хлебом и вино — вином, потому что в этом случае получается «овеществленное» присутствие Христа, не такое, о каком молится Церковь словами μεταβαλλειν, μεταρρηυμισαι. «Это значит, — говорит он, — выходить значительно дальше того, что позволяет евангельский текст и святоотеческое предание. Это значит противоречить классическому богословию V—VI веков, которое видит в евхаристических элементах — как у Христа две природы — одну природу хлеба и вина, которые не перестают быть таковыми, и одну сверхъестественную природу, которую принесенные в святую Евхаристию элементы приобретают действием на них Святого Духа»

> См. также

  • Пресуществление

Примечания

  1. «…при произнесении священнослужителем соответствующих молитв хлеб и вино лишь по внешнему виду остаются таковыми, а их внутренняя природа мистически преобразуется (пресуществляется), что составляет непостижимую тайну, в которую необходимо верить, не пытаясь осмыслить её с рациональных позиций…» — Причащение // Православие: Словарь атеиста / Под общ. ред. Н.С. Гордиенко. — М.: Политиздат, 1988. — С. 190. ISBN 5-250-00079-7
  2. Бернацкий М.М. Константинопольский Собор 1691 г. и его рецепция в Русской Православной Церкви // Богословские труды, сборник 41.М., 2007. 591 с.
  3. Заключение Синодальной Богословской Комиссии
  4. Протоиерей Валентин Асмус: <Евхаристия>
  5. Успенский Н. Д. Святоотеческое учение о Евхаристии и возникновение конфессиональных расхождений

Литература

  • Преложение Святых Даров в Евхаристии
  • Евхаристический докетизм
  • Защита термина «пресуществление» патриархом Сергием (Страгородским)

Автором этой книги является Василий Яковлевич Малахов, служивший преподавателем Волынской семинарии с 1899 года до ее закрытия в 1923 году. В 1922 году он принял сан священника. Умер в ссылке. В его статье «Пресуществление Святых Даров в Таинстве Евхаристии» дается подробный обзор истории возникновения и распространения термина «пресуществление», а также глубокое богословское исследование святоотеческого учения о Таинстве Евхаристии. Несмотря на давность своего написания, данная работа не утратила научного значения и актуальности и в наши дни. Текст статьи воспроизводится по публикации в журнале «Богословский вестник» (1898. № 6. С. 298-320. № 8. С. 113-140).

Православная Восточная Церковь последовала в вопросе о пресуществлении той же истине, какой следовала на всем своем историческом пути Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь, а именно это путь Священного Писания, Святых Отцов и Священных догматов. Поступила Церковь именно так, полагая, что термин μετουσίωσις (пресуществление) отразит попытки как отрицания Таинства Преложения, так и создание какой либо философской теории, изобретатели которой верили бы, что сумели найти логические доказательства этого Таинства. И тот факт, что термин «пресуществление» уже использовался в VI веке, доказывает именно наличие у Православной Восточной Церкви верного языкового чутья в том, что касается вопросов языка и Божественного Откровения
В таинстве Евхаристии, – в то самое время, когда священнослужитель, призывая Святого Духа на предложенные дары, благословляет их с молитвой к Богу Отцу: Сотвори хлеб сей честное Тело Христа Твоего, а то, что в чаше, честную Кровь Христа Твоего, приложив Духом Твоим Святым – хлеб и вино действительно прелагаются в Тело и Кровь наитием Святого Духа. После этого момента, хотя наши глаза видят хлеб и вино на св. трапезе, но в самом существе, невидимо для чувственных очей, это – истинное Тело и истинная Кровь Господа Иисуса Христа, только под «видами» хлеба и вина.
Таким образом, освященные дары 1) не есть только знаки или символы, напоминающие верующим об искуплении, как учил реформат Цвингли, 2) а равно – не одним только Своим «действием и силой» (динамически) присутствует в них Иисус Христос, как учил Кальвин; наконец, 3) присутствует не в смысле только «проницания,» как учат Лютеране (признающие соприсутствие Христово «с хлебом, под хлебом, в хлебе»); – но освященные дары в таинстве прелагаются (пресуществляются) в истинное Тело и истинную Кровь Христовы, как сказал Спаситель: Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие (Иоан. 6:55).
Эта истина выражена в Послании восточных патриархов в следующих словах: «Веруем, что в сем священнодействии предлежит Господь наш Иисус Христос, не символически – typokos, не образно – ikonikos, не преизбытком благодати, как в прочих таинствах, не одним наитием, как это говорили некоторые Отцы о крещении, и не через «проницание» хлеба, так, чтобы божество Слова «входило» в предложенный для Евхаристии хлеб существенно, как последователи Лютера довольно неискусно и недостойно изъясняют: но истинно и действительно, так что по освящение хлеба и вина, хлеб прелагается, пресуществляется, претворяется, преобразуется в самое истинное Тело Господа, которое родилось в Вифлееме от Приснодевы, крестилось в Иордане, пострадало, погребено, воскресло, вознеслось, сидит одесную Бога Отца, имеет явиться на облаках небесных. А вино претворяется и пресуществляется в самую истинную Кровь Господа, которая во время страдания Его на кресте, излилась за жизнь мира. Еще веруем, что по освящении хлеба и вина остаются уже не самый хлеб и вино, но самое Тело и Кровь Господа, под видом и образом хлеба и вина.»
Такое учение о св. таинстве причащения содержится у всех святых Отцов, начиная от самых древнейших, как св. Игнатий Богоносец, св. Иустин Философ и других древних церковных писателей. Впрочем, у некоторых древних это учение не выражено в совершенно точных терминах, и некоторые выражения приближаются к символическому истолкованию (на что указывают протестанты); однако, способ их выражения отчасти объясняется теми полемическими задачами которые они при этом ставили себе (Ориген – против грубочувственного отношения к таинству, Тертуллиан – против ереси Маркиона, а апологеты – защищая общие христианские истины перед язычниками, но не вводя их в глубину таинств).
Отцы первого вселенского собора исповедали: «На божественной трапезе мы не должны просто видеть предложенный хлеб и чашу, но, возвышаясь умом, должны верой разуметь, что на освященной трапезе лежит Агнец Божий, вземляй грехи мира, приносимый в жертву священниками, и, истинно приемля честное Тело и Кровь Его, должны верить, что это знамя нашего воскресения.»
Для доказательства же и объяснения возможности такого претворения хлеба и вина силой Божией в Тело и Кровь Христовы древние пастыри указывали на всемогущество Творца и на особенные дела Его всемогущества: на сотворение мира из ничего, на таинство воплощения, на чудеса, упоминаемые в св. книгах, в частности – на претворение воды в вино (Златоуст, Амвросий, Кирилл Иерус., Дамаскин), и на то, как в нас самих хлеб и вино или вода, принимаемые нами в пищу, неведомо для нас, пресуществляются в наши тело и кровь (Иоанн Дамаскин). (Догматическое богословие. прот. Михаил Помазанский)
В соответствии с Константинопольским Собором 1691 г., «слово «пресуществление», не является ни чуждым, ни преподанным извне, ни привнесенным в Восточную Церковь со злым умыслом некими инославными, но собственным и подлинным словом нашего священного учения, которое благочестивыми учителями Церкви православно было записано и произнесено. Это слово не отступает от мнения Церкви, не отличается от употребляемого в совершении Таинства слова «преложение» и не порождает его искаженного понимания. Если бы это слово вносило перемену и различие в понимание Таинства, то православные учители не принимали бы его прежде как не отличающееся от слова «преложение» и равнозначное ему. Удаляя из учения о священном Таинстве ложное мудрование еретиков, они передали святой Христовой Церкви это слово, желая ясным и подходящим образом разъяснить мнение кафолической Церкви о Таинстве Евхаристии. Поэтому и мы приемлем слово «пресуществление» и решительно утверждаем его.
книгу

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *