Письма Елизаветы Федоровны

Письма Елизаветы Федоровны

LiveInternetLiveInternet


Счастье не в деньгах и не в роскошном дворце. Богатства можно лишиться. В том счастье, что не отнимут ни люди, ни события. В вере, в духовной жизни, в самом себе. Сделай счастливыми ближних и сам станешь счастлив.
Великая княгиня Елизавета Фёдоровна
https://www.instagram.com/p/BCzX8WhSIh0/?taken-by=pravoslavnoe_obozrenie

Пять причин считать святой Елизавету Федоровну Романову

Пять самых добродетельных поступков Елизаветы Федоровны Романовой
1 ноября 1864 года родилась Елизавета Фёдоровна Романова, принцесса Гессен-Дармштадтская, великая княгиня царствующего дома Романовых. В начале 90-х годов она была причислена к лику святых. Мы вспомнили пять поступков, из-за которых можно считать Елизавету Романову святой.
АКТИВНО ЗАНИМАЛАСЬ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬЮ. Когда началась русско-японская война, Елизавета Федоровна немедленно занялась организацией помощи фронту. Одним из ее замечательных начинаний было устройство мастерских для помощи солдатам — под них были заняты все залы Кремлевского дворца, кроме Тронного. Тысячи женщин трудились над швейными машинами и рабочими столами. Огромные пожертвования поступали со всей Москвы и из провинции. Отсюда шли на фронт тюки с продовольствием, обмундированием, медикаментами и подарками для солдат. Великая княгиня отправляла на фронт походные церкви с иконами и всем необходимым для совершения богослужения. Лично от себя посылала Евангелия, иконки и молитвенники. На свои средства великая княгиня сформировала несколько санитарных поездов. В Москве она устроила госпиталь для раненых, создала специальные комитеты по обеспечению вдов и сирот погибших на фронте.
ПРОСТИЛА УБИЙЦУ СВОЕГО МУЖА. 5 февраля 1905 года Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Когда Елизавета Федоровна прибыла к месту взрыва, там уже собралась толпа. Кто-то попытался помешать ей подойти к останкам супруга, но она своими руками собрала на носилки разбросанные взрывом куски тела мужа. На третий день после смерти мужа Елизавета Федоровна поехала в тюрьму, где содержался убийца. Каляев сказал: «Я не хотел убивать вас, я видел его несколько раз и то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть». «И вы не сообразили того, что вы убили меня вместе с ним?», — ответила она. Далее Елизавета сказала, что принесла прощение от Сергея Александровича и просила его покаяться. Но он отказался. Все же Елизавета Федоровна оставила в камере Евангелие и маленькую иконку, надеясь на чудо. Выходя из тюрьмы, она сказала: «Моя попытка оказалась безрезультатной, хотя, кто знает, возможно, что в последнюю минуту он осознает свой грех и раскается в нем». Великая княгиня просила императора Николая II о помиловании Каляева, но это прошение было отклонено.
ОСНОВАЛА МАРФО-МАРИИНСКУЮ ОБИТЕЛЬ В МОСКВЕ. После убийства террористом ее мужа — великого князя Сергея Александровича, пятого сына императора Александра II — ее перестало хоть что-то связывать со светской жизнью. Княгиня собрала все свои драгоценности, часть отдала казне, часть — родственникам, а остальное решила употребить на постройку обители милосердия. На Большой Ордынке в Москве Елизавета Федоровна приобрела усадьбу с четырьмя домами и садом. В самом большом двухэтажном доме расположились столовая для сестер, кухня и другие хозяйственные помещения, во втором — церковь и больница, рядом — аптека и амбулатория для приходящих больных. В четвертом доме находилась квартира для священника — духовника обители, классы школы для девочек приюта и библиотека.

В Европе считали, что есть только две красавицы на Европейском Олимпе. Одна из них — Елизавета Федоровна
10 февраля 1909 года великая княгиня, собрала 17 сестер основанной ею обители, сняла траурное платье, облачилась в монашеское одеяние и сказала: «Я оставлю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир — в мир бедных и страдающих». Первый храм обители («больничный») был освящен епископом Трифоном 9 сентября 1909 года (в день празднования Рождества Пресвятой Богородицы) во имя святых жен-мироносиц Марфы и Марии. Второй храм — в честь Покрова Пресвятой Богородицы, освящен в 1911 году (архитектор А.В. Щусев, росписи М.В. Нестерова).
НЕ УЕХАЛА ИЗ РОССИИ, И НЕ БРОСИЛА СВОЮ ОБИТЕЛЬ, НЕСМОТРЯ НА СМЕРТЕЛЬНУЮ ОПАСНОСТЬ. После заключения Брест-Литовского мира германское правительство добилось согласия советской власти на выезд великой княгини Елизаветы Федоровны за границу. Посол Германии граф Мирбах дважды пытался увидеться с великой княгиней, но она не приняла его и категорически отказалась уехать из России. Она говорила: «Я никому ничего дурного не сделала. Буди воля Господня!» Спокойствие в обители было затишьем перед бурей.
С ДОСТОИНСТВОМ И СМИРЕНИЕМ ПРИНЯЛА МУЧЕНИЧЕСКУЮ СМЕРТЬ ОТ РУК РЕВОЛЮЦИОНЕРОВ. В ночь на 18 июля 1918 года — на следующий день после расстрела царской семьи — Елизавету Федоровну и содержащихся вместе с ней узников: Великого князя Сергея Михайловича, князей императорской крови Игоря Константиновича, Константина Константиновича и Иоанна Константиновича, а также последовавшую за своей игуменьей монахиню Варвару Яковлеву и слугу Федора Ремеза. Их чекисты привезли к шахте Нижняя Селимская в 180 верстах к северо-востоку от города Екатеринбурга и сбросили живыми на глубину шестьдесят метров. Только Великий князь Сергей Михайлович упал на дно мертвым, потому что стал драться с чекистами и они убили его еще до того, как сбросили в шахту. Все упавшие на дно шахты умирали в страшных мучениях: их кости были переломаны, тела покрыты многочисленными рваными ранами и кровоподтеками. Елизавета Федоровна упала на выступ, находившийся в пятнадцати метрах от поверхности. Чекисты ушли, сбросив перед уходом две гранаты и кучу подожженного хвороста. Свидетель — крестьянин, случайно оказавшийся на месте зверского убийства — рассказывал, что, когда чекисты уехали, из шахты долго доносилось пение молитвы «Спаси, Господи, люди твоя».
Колчаковская следственная комиссия установила, после того как место смерти Елизаветы Федоровны было точно определено, что она умерла последней из всех от потери крови, жажды и голода, изорвав перед тем на бинты всю свою одежду и перевязывая умирающих.Тело ее вывезли в Читу, затем в Китай, а в 1920 году прах ее морем был перевезен в Палестину. В феврале 1921 года останки Елизаветы Федоровны были преданы земле в Иерусалиме, в православном храме Святой Марии Магдалины. В 1981 году Елизавета Федоровна была причислена к лику святых Собором Русской православной церкви за рубежом, а в 1990 году Русской православной церковью.

10 февраля 1909 года великая княгиня, собрала 17 сестер основанной ею обители, сняла траурное платье, облачилась в монашеское одеяние.
Автор статьи Андрей ДЕТЦЕЛЬ
http://www.kp.ru/daily/26153.4/3041844/

Цитаты из книги «Святая великая княгиня Елизавета», Татьяна Копяткевич

Готовых косметических средств в России в то время почти не было. Думаю, что тетя никогда в жизни не видела румян и очень редко пользовалась пудрой. Искусство пользования косметикой было неведомо русским дамам в ту пору, даже великим княгиням…
После того как камеристки и горничные снимали верхнюю одежду, в которой она была днем, тетя запиралась в туалетной комнате одна. Отобранные чулки, обувь, нижние юбки и все другие предметы одежды согласно сезону были аккуратно разложены, и возле них ожидали служанки. Из соседней комнаты доносился плеск воды. Приняв ванну, тетя надевала корсет и открывала дверь. Тогда проворно подходили горничные, причем каждая занималась своим делом.
Когда процесс одевания был завершен, тетя внимательно оглядывала себя… в трехстворчатом зеркале, установленном так, чтобы она видела себя со всех сторон. Последние поправки она делала собственноручно. Если наряд не удовлетворял ее по какой-либо причине, она снимала его и требовала другой, который примеряла с тем же вниманием и терпением.
Одна из горничных делала ей прическу. Ногтями тетя занималась сама. Они у нее были удивительной формы, очень плоские и тонкие, далеко выступающие над кончиками пальцев.
Когда маникюр был сделан, вечернее платье надето, наступала моя очередь участвовать в ритуале. Тетя говорила мне, какие драгоценности она собирается надеть, и я шла к застекленным шкафчикам, похожим на витрины в ювелирном магазине, и приносила то, что она выбрала».
Великий князь тщательно следил за приготовлением своей супруги к выходам, сам подбирал для нее украшения. Однажды он опоздал, и княгиня уже оделась. Но Сергею Александровичу не понравился выбор драгоценностей, и он распорядился заменить их по своему выбору. «Дядя, у которого была страсть к драгоценным камням, дарил ей много украшений, и она всегда могла выбрать то, что сочеталось бы с ее одеждой», – пишет Мария Павловна.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *