Отец антоний оптина пустынь

Отец антоний оптина пустынь

Из жития преподобного и богоносного отца нашего Антония, старца Оптинского и святителя Митрофана, епископа Воронежского

Преподобный отец наш Антоний призвание к монашеской жизни почувствовал ещё в детском возрасте. Основание иноческих подвигов он положил в Рославльских лесах, вместе со своим старшим братом, впоследствии игуменом Оптиной пустыни преподобным Моисеем. А затем, исполняя волю боголюбивого архипастыря — епископа Калужского Филарета, впоследствии митрополита Киевского,— оба брата отправились в 1821 году в Оптину пустынь для основания при ней уединённого скита. Вскоре, после назначения преподобного Моисея настоятелем Оптиной пустыни, преподобный Антоний был определён начальником скита. Служа для всех примером трудолюбия и неся внешние подвиги, преподобный Антоний в то же время усердно заботился о стяжании духовных добродетелей — смирения, любви, отсечения своей воли и разума.

К добровольным трудам и подвигам монашеским преподобного вскоре присоединился и крест тяжёлой, длительной болезни ног. Более полугода старец не мог выходить из келлии. Но Господу было угодно возложить на святого ещё один крест: он был назначен настоятелем Малоярославецкого Черноостровского монастыря, духовная жизнь в котором оставляла желать лучшего. Преподобный Антоний так сильно страдал душой, переживая предстоящую разлуку с любимым скитом, что в этом состоянии сподобился видения ныне прославляемого епископа Митрофана Воронежского, который сказал ему: «Отец Антоний! Ты жил в раю, знаешь его, а теперь иди трудись, молись, не ленись». Управляя Малоярославецкой обителью, преподобный положил прочное начало её внутреннему устроению, а также окончил начатое его предшественником устроение внешнее. Изредка преподобный Антоний ездил в Москву по монастырским делам, где удостаивался архипастырского благословения и внимания Московского митрополита Филарета. Видя ухудшающееся здоровье отца Антония святитель ходатайствовал об увольнении его от непосильного послушания, и отец Антоний был уволен на покой и вернулся в любимый его сердцу Оптинский скит. В строгом подвиге преподобный стал проводить своё новое жительство, отчего усилилась болезнь ногах до крайности — они до колен были покрыты ранами и порой сильно истекали кровью. Многие, видя всегда светлое его лицо и слыша его оживлённую беседу, не понимали, какого страдальца видят перед собой. Одной духовной дочери преподобный писал: «Вы яко бы имеете какую-то уклончивость от лечения, чего одобрить нельзя, ибо здравие есть высочайший дар Божий, которое и должно хранить, а расточенное возвращать медицинскими средствами.

Так устроено Господом Богом, пекущимся о душевном спасении нашем, чтобы всякий человек в жизни сей имел крест, который и должен он с детской покорностью к Отцу Небесному нести, взывая к Нему из глубины своей души: «Отче наш! Да будет во всем Твоя святая воля, только не лиши меня Небесного Твоего Царствия!»

Как великий любитель безмолвия, преподобный Антоний желал уединённой жизни, проводимой в молитвенных трудах, чтении и богомыслии; «на молитву,— говорил он,— должно вставать поспешно, как на пожар»; но его духовные дарования привлекали к нему множество посетителей, желающих принять благословение и душевное назидание. Будучи весьма строг к самому себе, он был отечески снисходителен к проступкам других; в советах и наставлениях крайне осторожен. Общее правило отца Антония, равно как и всех других духовных старцев, было такое, чтобы без вопроса никому не предлагать своих советов, считая это не только бесполезным, но и вредным празднословием.

В продолжении всей своей жизни преподобный жил не для себя, а для Господа и ближних. Он своей жизнью доказал, что и ныне возможны великие подвиги древних иноков, возможны и искреннее смирение, и искренняя христианская любовь, возможны и те высокие дарования, которыми сияли некогда святые отцы древности.

Краткое житие Полное житие Письма Иконография
Аудиокнига жития Аудиокнига писем

Ныне мы также празднуем память святителя Митрофана, епископа Воронежского.

Святитель Митрофан был первым епископом открывшейся в 1682 году Воронежской кафедры.

Он ревностно заботился о нуждах паствы: искоренял нестроения и беспорядки в обителях, утешал всех без различия звания и состояния, был покровителем вдов и сирот, заступником обиженных. Его дом служил гостиницей для странников и лечебницей для больных. Святитель был человеком высокого патриотизма: при постройке флота в Воронеже он убеждал народ всемерно помогать царю Петру I, а сам отдавал все свои средства, сознавая, что они идут на благо Родины, так как многие считали устройство флота делом бесполезным. Высокий патриотизм святого епископа соединялся в его душе с твёрдой верой и строгостью православных убеждений, ради которых он не боялся навлечь на себя царский гнев. Так он отказался идти во дворец к Петру I, потому что там стояли статуи языческих богов. Пётр приказал убрать статуи и с того времени проникся ещё большим уважением к святому. В своём завещании святитель писал: «Для всякого человека таково правило мудрых мужей: Употреби труд, храни мерность — богат будеши. Воздержно пий, мало яждь — здрав будеши. Твори благо, бегай злаго — спасен будеши <…> Веру Православную заповедую любить; и Церковь Святую едину во всей вселенней, как мать, чествовать и пребывать в ней неотступно… <…> Как без веры правой угодить Богу невозможно, так и без Церкви Святой Восточной и светлого Богопреданного ея учения невозможно кому спастись».

Преподобне отче наш Антоние и Святителю отче Митрофане, молите Бога о нас!

Оптина пустынь

Александр Черемных

Если вы меня спросите, что такое Оптина пустынь, то я вам отвечу – это утешение Господне, потому что здесь душа отдыхает, испытывая ни с чем не сравнимую благость, спокойствие и тихий незримый свет, когда простые предметы и вещи становятся отчетливыми, а совершение греха видится недопустимым. Видишь ли прекрасные храмы в окружении деревьев и цветов, бредешь ли по лесной тропинке к источнику Преподобного Амвросия или глядишь в даль бесконечно дорогих сердцу русских полей с перелесками, то чувствуешь и понимаешь, что святость этого места неслучайна, она образовалась от старцев – от их молитв, христианского подвига аскезы, истинной милосердной любви к людям. Как же смогли они прожить свою жизнь, что Царство Небесное словно спустило край с Вечного Неба на Оптину пустынь, и мы, грешные люди, в телесном обличие можем войти в неё? Непостижимо.
На литургии, когда утреннее солнце льет потоком лучи на золото подсвечником, окладов святых икон, а кадило под мерное бряцание наполняет храм благоуханием ладана, я почему-то люблю смотреть на подоконники, ниши окон и рамы. Мне кажется, что именно так я лучше всего вижу Царство Небесное, которое «конечно достигло» нас (Мф.12:28, Лк.11.20) на богослужении. Литургия закончилась, люди стали расходиться, я остался помочь убраться и увидел молодых людей, у которых души чисты. Таким людям легко смотреть в глаза, в них нет вызова, нет оценки оппонента. Видимо, они заняты духовной работой, то есть своими душами. Я мыл полы в храме и с радостным изумлением смотрел на них. Подобных людей редко встретишь и одного-двух за долгие месяцы, а здесь – вот, пожалуйста, пять человек заняты одним со мной делом.
День прошел не спеша. Отгорело солнце, отблистало на фигуре трубящего Ангела, венчающего одно из зданий, отсверкало алмазно на чистых стеклах церковных окон. С наступлением вечера ушел зной дня, и воздух наполнился блаженной прохладой.
В сумраке храма исповедовал после вечерней службы отец Антоний. Этот высокий и крепкий человек в возрасте с очень строгим лицом, стоял, устало опираясь на аналой и принимая исповедь. Выслушав очередного грешника, он брал с полки аналоя книгу и протягивал ее человеку, показывая, что тому нужно прочитать и кивком головы приглашал следующего. Честно говоря, было страшновато идти к нему, наверное, потому что незадолго до этого меня крепко напугал один старый священник в Троице-Сергиевой Лавре, заочно и безоговорочно отправивший меня в ад после смерти. Но когда я подошел к отцу Антонию, то сразу почувствовал доброту, исходившую от этого строгого человека. Когда я произносил свою речь, мне он также дал книгу. Я отошел и начал читать.

В ней говорилось о том, что, пожалуй, было для меня самым главным на тот временной отрезок моей жизни. Сталкиваясь с обманами, безразличием, грубостью и эгоизмом людей я тогда стал сомневаться в правильности того, что я стараюсь быть внимательным к окружающим людям и, насколько меня хватает, честным с ними. А в книге именно об этом и говорилось, что надо быть заботливым и чутким ко всем кто рядом, наше спасение – в наших ближних, вернее в нашем исполнении заповеди любви к ним.

Разрешительная молитва. И облегчение – снова меня, негодяя, Христос пожалел, ведь иначе я бы и не сподобился принять Таинство исповеди.
Когда за окном уже было совсем темно, на исходе физических сил я молился молитвами последования ко Святому Причастию. Следующий день был последним днем моего пребывания в Оптиной пустыне, и я очень хотел причаститься в этом месте. А утром, после Евхаристии, я испытывал ощущение законченности очень сложной и трудной работы. Иногда или нет, скорее все же изредка, я ощущаю краткое время после Причастия ощущение неземного покоя, а здесь другое – именно окончание труда.
Покидая Оптину пустынь, я еще не понимал, что она будет теперь жить во мне, как живут образы детства – чем-то простым, но потрясающе важным и прекрасным. Если вы меня спросите, что такое Оптина пустынь, то я вам отвечу – это дар Божий.
17.02.2016 г.

Преподобный Антоний Оптинский. Автор прижизненного портрета: иером. Гавриил (Спасский)

Двадцатого августа мы празднуем память преподобного Антония, старца Оптинского.

Преподобный Антоний, в миру Александр Иванович Путилов, родился в городе Борисоглебске Ярославской губернии в 1795 году в благочестивой семье, где ближайшие родственники: старшие братья, дядя, двоюродная сестра — тяготели к монашеской жизни.

Семья Путиловых подарила России трёх монахов-молитвенников, и после смерти отца три сына на его памятнике у алтаря церкви Всех святых написали: «Путилова дети: Моисей, игумен Оптиной Пустыни, Исаия, игумен Саровской Пустыни, Антоний, игумен Малоярославецкого Николаевского монастыря».

Жизнь будущего старца неоднократно подвергалась многочисленным смертельным опасностям, но Промысл Божий сохранял его невредимым. В 1812 году Александр попал в плен к французам и после десяти дней страданий и издевательств чудом бежал.

В двадцать один год юноша отправился в рославльские леса к старшему брату — монаху-отшельнику отцу Моисею, а после говаривал: «Приехавши к брату погостить, я прожил у него 24 года». Через четыре года был пострижен в иноческий чин, первый день ангела встретил в безмолвии и молитве и радовался этому: «Воистину Пасху Господню в то время чувствовала в себе самой душа моя».

Молодому послушнику поручали самые тяжёлые работы: рубить дрова, собирать для удобрения огорода по проезжим дорогам конский помет, готовить еду. За любую провинность «ставили на поклоны», и он так привык к этому, что бывало «скучал» без епитимьи в виде поклонов. Позднее вспоминал: «Я имел характер самый пренесносный, и старец мой чего-чего не употреблял, чтобы смирить мою жестоковыйность. Но ничто так не смирило моего окаянства, как ежегодное по нескольку раз, в течение шести лет, очищение отхожих мест».

Как-то темной дождливой осенней ночью отправили Александра через глухую лесную чащу на реку проверить сети. С молитвой, за послушание, дошёл он до реки, рыбы не оказалось, но на обратном пути он почувствовал удивительную радость и лёгкость, а вокруг, среди тьмы, разлился свет. Так Господь Сам утешал инока.

Преподобные Оптинские старцы: схиигумен Антоний (Путилов), схиархимандрит Моисей (Путилов), иеросхимонах Макарий (Иванов)

В 1821 году по благословению епископа Калужского Филарета (впоследствии митрополита Киевского) отец Моисей и отец Антоний приезжают в Оптину Пустынь, первый становится настоятелем монастыря, а второй — скитоначальником.

Скит и храм в честь святого Иоанна Предтечи они сами же и строят, очищая от многовекового леса участок земли.

Ввиду малочисленности братства сам скитоначальник исполнял многие братские послушания. Часто доводилось ему оставаться без келейника, который исполнял обязанности то повара, то садовника, то хлебопека. «Как самый бедный бобыль, — писал старец Антоний в 1832 году одному родственнику, — живу в келье один: сам и за водой, сам и за дровами… Чином священства почтенных теперь у нас в скиту собралось пять человек, но все они престарелы и многонемощны, почему и тяготу служения за всех несу один».

От многих трудов, от многочасовых молитвенных подвигов старец приобрёл тяжёлую болезнь — ноги от колен были покрыты ранами, когда раны вскрывались, текла кровь. Братия вспоминали, что многие, видя всегда светлое лицо отца Антония и слыша его оживленную беседу, не понимали, какой страдалец перед ними. Однажды во время всенощного бдения обе его ноги так кровоточили, что новые кожаные сапоги насквозь промокли, будто старец по колено стоял в воде. Болезнь продолжалась около 30 лет, до самой кончины преподобного.

Ежедневно днём и ночью отец Антоний испытывал невыразимую боль в ногах, даже посмотреть на них нельзя было без содрогания: больные ноги были тверды как дерево и скорее походили на прямые круглые брёвна шириной в диаметре до пяти вершков, темно-красного цвета, постоянно рделись. Из ран глубиной до самой кости сочилась всегда сукровица. Медицинские средства почти не помогали, а часто наносили ещё больший вред и усиливали болезнь.

Старец ещё и шутил по поводу своих болезней. Иван Васильевич Киреевский как-то сказал ему: «Вот, батюшка, на вас сбывается слово Писания, что „многи скорби праведным“: какой тяжкий крест возложил на вас Господь!» — «То-то и есть, — возразил старец, — что праведным скорби, а у меня-то все раны, как и святой пророк Давид говорит: „Многи раны грешному“».

Известна история с одним иноком, привыкшим просыпать утреню. Преподобный Антоний убеждал его исправиться, но тот ссылался на нездоровье. Тогда старец сам пошел на утреню, несмотря на то, что по болезни ног вообще не мог стоять. После утрени он пришел в келью к тому брату и, встав на колени, стал просить пощадить его, немощного, и впредь самому посещать богослужение. От ран в его сапогах скопилась кровь, которая начала выливаться на пол. Инок был потрясён подвигом старца, который в такой болезни заботился о его спасении, и стал ревностно подвизаться.

Преподобные Моисей, Антоний, Варсонофий и Анатолий Оптинские

Жизнь в молитвах, трудах и смирении приносила плоды. Благодать, которую даровал Господь преподобному Антонию, была видна даже по необыкновенному выражению лица его после Литургии. Братия вспоминали, что от одного взгляда на старца в этот момент у некоторых происходил в душе нравственный переворот.

Старец был строг к самому себе и снисходителен к окружающим, относился с любовью к немощным и грешным, умел утешить и успокоить страждущих. Часто вспоминал слова святого Исаака Сирина, что с людьми надо обходиться, как с больными, и успокаивать их больше, чем обличать; ибо это больше их расстраивает, нежели приносит им пользы.

«Больному, — говорил старец, — надо говорить: „Не хочется ли тебе какой похлебки или чего другого?“, а не следует говорить так: „Я тебе дам такую микстуру, что глаза выпучишь“».

Так, однажды некто покаялся перед ним в некоторых своих согрешениях, а о других умолчал. Преподобный Антоний не стал обличать его, но, напротив, сказал каявшемуся, что он своим покаянием порадовал ангелов на небесах. И такими словами возбудил в этом человеке великое сокрушение и усердие к совершенному очищению совести.

Старец вёл обширную переписку с духовными чадами, которая была опубликована в Оптиной Пустыни в 1868 году с предисловием: «Слово его как устное, так письменное, по свойству своему простое, мягкое, всегда было растворено духовною солью и отличалось особенной какой-то меткостью и своеобразной выразительностью и силой; и часто в простой или даже и шутливой форме содержало высокое назидание».

Советы преподобного Антония:

О хранении сердца в спокойствии от смущения

«..когда пришло благое желание помолиться Богу и прочитать то и то, помолитесь и прочитайте покойным духом. Не исполнили желания по немощи, спокойным духом скажите: «Помилуй мя, Господи, яко немощна есмь».

Не исполнили благие желания от лености и нерадения, опять спокойным духом скажите: «Господи, не вниди в суд с рабой Твоей».

Пришли дурные мысли, паки спокойным духом скажите: «Господи, избави меня от сих».

Осердились на кого или осудили за что, паки тем же покойным духом обратитесь ко Господу и скажите: «Согреших, Господи, прости меня, горделивую и нетерпеливую!»

Вдруг, как туча, нашли тоска и отчаяние, паки ко Господу обратитесь и скажите к своей унылой душе: «Вскую прискорбна еси душе моя, и вскую смущаеши мя! Уповай на Бога».

Во всех случаях старайтесь сохранять сердце свое в спокойствии от смущения!

И таким образом во всех случаях старайтесь сохранять сердце свое в спокойствии от смущения!»

Думы о будущем

«О будущей участи своей или моей не думайте много, ибо у Господа Бога для вас милости много. Довлеет дневи злоба его, т. е., довольно с нас о настоящем дне позаботиться, чтобы провести его как бы получше, а не о будущих многих летах забивать себе голову».

Полезное слово

«Польза наша бывает не от количества слов, а от качества. Иногда и много говорится, а слушать нечего, а в другое время и одно услышишь слово, и оно остается на всю жизнь в памяти».

Слепота душевная

«Как телу нашему приключаются различные недуги, так и душе. Есть слепота телесная, и есть слепота душевная. Кроме сего, у некоторых бывает еще какая-то темная вода в глазах, которыми хотя и смотрят, но ничего не видят. Подобно сему бывает темная вода и в душевных очах, от которой тоже не видят ничего. И если придет человек во глубину зол, не видит того и нерадит о спасении души своей».

Кто не умеет сам смиряться

«Горе тому человеку, кто не имеет смирения. Кто не умеет сам смиряться, того впоследствии будут смирять люди; а кого не смирят люди, того смирит Бог».

«Куда бы мы с вами ни надумали уклониться или переселиться, туда же и внутренний свой хаос перетащим, ибо как смиренным душам везде земной рай, так несмиренным везде будет мука и каторга не легче смерти».

О семейной жизни

«И если бы муж ваш действительно был не хорош, то спросите себя по совести пред Богом: „да стою ли я, грешная, хорошего и доброго мужа?“ И совесть ваша непременно скажет, что ты совершенно хорошего не стоишь; и тогда во смирении сердца, с покорностию воле Божией, будете от души любить его и находить много хорошего, чего доселе не видали».

Здоровый и больной

«..Если посмотреть на человека здорового и посмотреть на человека, долговременно страждущего, и рассмотреть состояние души одного и другого, то кого из них назвать блаженным или окаянным: здорового или страждущего?

Например, вы в болезни своей сколько раз приносили раскаяние во грехах своих пред Господом Богом и пред духовным отцом и приобщались Святых Таин? Между тем здоровому человеку некогда и подумать о грехах; и если случится поговеть однажды в год, то не столько из усердия, сколько из приличия, чтоб сказать: «и я нынче говела». А исповедь бывает такая, больше немая, т. е. ничего, кажется, нет на душе.

Вы в болезни своей сколько из глубины души испустили пред Богом тяжких воздыханий, которые все видит и слышит Господь. Но у здоровых совсем бывает не то; если же и они когда вздыхают, то больше о том, когда долго не видят кого, когда давно не имеют весточки о чем.

Вы в болезни своей нередко орошали лице свое слезами, а здоровые люди вместо слез сколько каждый день потратят мыла на лицо свое, чтоб было чисто, а об душе ни слова.

Вы в болезни своей очи свои часто с молитвою обращаете к образу Христа Спасителя и к Пречистой Его Матери, а здоровые дамы или девы вместо образа раз по сто в день посмотрят на себя в зеркало; а помолиться хорошенько или перекреститься как должно некогда.

А посему вы ныне в болезненном состоянии своем блаженнее всех здоровых, окружающих вас; а к сему еще и вечное блаженство на Небеси приготовлено для вас от Господа Бога; о чем во страдании своем радуйтесь вы и веселитесь, и от всей души благодарите Милосердого Бога, что у Него для страждущих приготовлено великое множество милости и утешения, которые в свое время получите вы за молитвы Богородицы».

+ + +

Погребён преподобный Антоний в Казанском соборе Оптиной Пустыни рядом с любимым братом и духовным отцом, преподобным Моисеем. В 1996 году причислен к лику местночтимых святых в Соборе Оптинских старцев. Прославлен Архиерейским собором Русской Православной Церкви 2000 года для общецерковного почитания.

Преподобне отче наш Антоние, моли Бога о нас!

30 августа в Оптиной пустыни в часовне убиенных на Пасху 1993 года иеромонаха Василия (Рослякова), инока Ферапонта (Пушкарева) и инока Трофима (Татарникова) сатанисты на подсвечниках установили свои черные ритуальные свечи. По мнению оптинских братьев, эта акция проводится сатанистами в знак противления вышедшему недавно фильму про убиенных иеромонаха Василия, иноков Ферапонта и Трофима.

Этот православный документальный фильм распространяется в церковных лавках. В настоящее время фильм признан лучшим на международном кинофестивале «Живая история».

В нем рассказывается о секте сатанистов, расположившейся возле монастыря Оптина пустынь, и, по мнению братии монастыря, совершившей убийство оптинских отцов.

Многие люди, смотревшие этот фильм считают, что он содержит информацию куда более достоверную, чем книги «Пасха красная», «Небесные ратники» и прочие.

Особенную неприязнь сатанисты проявляют к военно-патриотическому клубу «Вольница», который вот уже три года, по благословению оптинских монахов, занимается воспитанием козельских юношей и девушек.

Этот клуб является подразделением Федерации Боевого самбо и занимается тем, что вытаскивает молодежь с улицы и направляет их в православный храм. Однако сатанистам, занимающимся распространением наркотиков, нужны потребители, а не верующие спортсмены и они тратят немалые силы на то, чтобы оклеветать, очернить и прекратить деятельность клуба «Вольница».

Используя новейшие пиар технологии, адепты секты в интернете распространяют клевету, что якобы клуб «Вольница», является псевдо-православной сектой. На самом деле, каждому здравомыслящему человеку ясно, что клуб «Вольница» не может быть сектой поскольку он не является религиозной организацией вообще. Все воспитатели и дети клуба — прихожанане монастыря Оптиной Пустыни. Это подтверждает игумен оптинского монастыря отец Патапий, который курирует «Вольницу» (см.

фильм «Торговля святой землей или рейдерство в Оптиной Пустыни»).

Врагом номер один для сатанистов, подозреваемых в убийстве иеромонаха Василия инока Ферапонта и Трофима являются ныне здравствующие насельники Оптиной Пустыни иеромонахи Василий (Мозговой) и Илия (Копылов), принявшие по благословению Наместника о. Венедикта (Пенькова) в 2007 году участие в разгоне гей-парада в Москве. Эти отцы более 15 лет подвизаются в монастыре и привели немало людей к Православию. Они-то и стали помехой на пути у секты сатанистов, поощряющей содомию и грозящей иеромонаху Василию (Мозговому) и иеромонаху Илие (Копылову) очередной расправой.

Ненависть около оптинских сатанистов распространяется так же и на игумена Антония (Гаврилова). Имея колоссальные средства и, соответственно, доступ к СМИ, адепты секты сатанистов объявили духовных чад этого отца псевдохристианской сектой.

Черные ритуальные свечи, являются напоминанием оптинским монахам, что сатанисты, убившие на Пасху иеромонаха Василия, иноков Трофима и Ферапонта, находятся рядом и готовят новую ритуальную расправу. Единственно, чего они боятся – это ребят из клуба «Вольница», которые являются реальной силой, мешающей осуществлению сатанинских планов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *