О промысле божием

О промысле божием

Промысел Божий

Нет слепого случая! Бог управляет миром, и все, совершающееся на небе и в поднебесной, совершается по суду премудрого и всемогущего Бога…

(Свт. Игнатий (Брянчанинов) т.2 стр.77).

Для кого нет Бога в промысле Божием, для того нет Бога и в заповедях Божиих

(Свт. Игнатий Брянчанинов. т.2 стр.79).

Схииг. Иоанн:

* Все же если человек куда сам не стремится и выбирают его на какую-либо должность, значит, на это есть воля Божия и Господь поможет; а от неприятностей никуда не уйдешь. Куда бы человек ни ушел — они с ним пойдут (№ 57).

Иг. Никон:

* Мир кажется большим с человеческой мерки, но не с Божией. Он видит все, и все наши состояния внешние и внутренние всегда у Него пред очами. Любовь же Его и всемогущество попускают совершаться с нами только тому, что послужит в конечном итоге к величайшему нашему благу. Поэтому и лучше всего нам покориться под Его крепкую и любящую руку и все принять с благодарностью. Это большой духовный подвиг, но принудить себя к этому необходимо. Он характеризует все устроение человека. Без этого все наше доброе мало имеет цены. Наш путь к спасению — терпение с благодарностью (во всяком случае без ропота) всего случающегося (№ 126).

* Не будем диктовать Господу, а станем внедрять в сердце покорность Господу, преданность Его святой воле.

Господь ведет нас легчайшим путем ко спасению, соответственно нашим свойствам, силам, обстоятельствам и прочее и прочее … (№ 140).

* Поверьте, что в каждый миг Господь хочет Вам дать величайшие блага, но вы не можете их принять без вреда для себя. А что можете принять — все Он даст. Судите о своем состоянии и по этому признаку (№ 164).

* Не только о человечестве в целом, но и о каждом человеке в отдельности заботится Господь, ежеминутно держит его в Своей руке, защищает его от враг невидимых и видимых, вразумляет и через людей, и через книги и обстоятельства жизненные. Если необходимо наказать человека для вразумления и ограждения от большей беды, то наказывает с милостью, а потом, если человек может без вреда принять, награждает сугубо, как бы жалея, что наказал. У кого открылось несколько внутреннее зрение, тот видит это удивительное промышление Божие о человеке и в великом и в малом (№ 169).

* Весь ад… со своими бесами, ничего не сделает больше того, что позволит Господь (№ 191).

* Господь ждет покаяния от людей грешных, потому и долго терпит. А безумные люди думают: грешники благоденствуют, значит Бога нет. Бог жалеет их, вразумляет и добром, и скорбями, и болезнями, ожидая их исправления. И если не каются, то оставляет их в земной жизни на их волю, чтобы воздать должное после смерти (№ 201).

* Вполне очевидной становится промышление Божие о спасении человека и усилие диавола погубить даже тех, кто все силы употребляет на искание “единого на потребу”, то есть Царствия Божия. Из области теории это переходит в самую жизнь, человек находится в непрерывной борьбе со злом, с дьяволом, с его внушениями, то падая, то восставая. В этой борьбе он познает свою немощь, лукавство вражие, помощь Божию и любовь Божию к себе. Он познает цену добра и зла и уже со всей сознательностью избирает добро, делается непоколебимым в предпочтении добра, и его источника — Бога и отвергает зло и дьявола. Хотя он и падает, делает иногда злое, но и сознает это как зло, грех, осуждает себя, кается, просит прощения у Бога и тем самым еще более утверждает свое предпочтение добра и Бога, хотя и отрицательным путем (№ 231).

* С одной стороны нужна и своя мудрость и осмотрительность, но главное — постоянное обращение за помощью к невидимому плотским человеком, но видимому духом Господу, обещавшему всем надеющимся на Него, что и “волос с головы их не падет, без воли Его”. Уповая на Него, апостолы все претерпели, но победили мир — небольшое количество овец победило несметные стада волков. Разве это не доказательство силы и промышления Божия? (№ 233).

* Еще до сотворения человека Господь предвидел, что человек будет не в состоянии оставаться всегда верным Ему, что Он не сможет вполне оценить дары Божии — именно: жизни, своих свойств, райского блаженства. Чтобы человек оценил эти дары, возлюбил Господа всем сердцем, всею душою, всем помышлением, всею крепостию своею, нужно пройти ему особый путь, на котором он мог бы вполне испытать на себе зло, страдания всякие, смерть, до конца понять, что в удалении от Бога он всегда будет страдать, понять, что его блаженство в общении с Богом, в любви к Богу всем сердцем. Дальше он должен на опыте познать, что восстановить это общение он сам не может. Общение возможно только при очищении себя от всяких скверн плоти и духа; а опыт тысячелетий показал, что никто не может сам очистить себя. Человек, предоставленный своим силам, должен жить вне Бога земную жизнь и после смерти также отойти в ад, быть “кроме” Бога. И вот, когда человечество до конца поняло это, тогда Господь совершил такое дело, от которого содрогнулись и небо (мир ангельский), и земля (вся видимая вселенная). Нас ради человек и нашею ради спасения Сам Господь сошел с неба, воплотился от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечился, добровольно подвергся гонениям, оплеваниям, Крестной смерти, чтобы спасти человека, соединив его с Собой и претерпев за него все, что должен был претерпеть каждый человек, чтобы восстановить общение с Богом. В этом проявилась такая любовь Божия, что она не могла не победить самое зачерствелое сердце и не привлечь к себе (№ 241).

* Господь жалеет П. — посылает скорби, чтобы смирился и стал более сочувствовать другим. Если это не достигает цели, то “железной уздой” востягнет челюсти Господь не покоряющихся Ему, но подающих еще надежду на спасение (№ 246).

* Я всегда и поныне убежден, что ищущему Бога и желающему жить по воле Его (то есть по заповедям) — обязательно будет дано уверовать или даже больше: опытно убедиться в бытии Божием и духовного мира. Так говорит и Иисус Христос: Ищите царствия Божия, и все (необходимое для материальной жизни) приложится вам. Много примеров, да и моя личная жизнь — доказательство этому (№ 269).

* Если бы они могли что сделать, то и не устрашали бы видениями. Руки у них связаны, поэтому злобу свою изливают в ругани, видениях и проч. (*№. 11).

* Вследствие малого количества подвизающихся, враги особенно нападают на них, но сделать что-либо без попущения Божия все-таки не могут (*№. 35).

Иг. Арсения:

* Вполне верую, что воля Божия открывается в обстоятельствах, окружающих нас… (с.134).

* Во всем действует самость, она все поправляет сама, оправдывает себя, очищается, вырывает душу несвоевременно из того состояния, куда поставило ее попущенное Господом обстоятельство, в котором она могла бы поучиться и самоукорению, и смирению, и самоотречению, если бы потерпела и пождала, как следует (с.171).

* Я …никогда не называла попущением Божиим случающиеся с нами неприятности и скорби. Я называла это волею Божией. Когда Господь наш Иисус Христос в виду предстоящего страдания крестного молился в саду Гефсиманском, Он не называл чашу скорби “попущением Божиим”, но принимал ее, как волю Отца. И в нашей жизни все скорбное есть выражение спасающей нас воли Божией. А попущением Божиим мы можем назвать то зло, которое мы делаем. Так мы можем говорить: “Господь попустил врагу действовать, — попустил мне забыть Его заповеди и предаться рассеянности, сластолюбию, роскоши и проч. греховным делам. Но по воле Его постигла меня болезнь, или другая какая земная скорбь и “я вошел в себя и стал отдаляться от греха”. Вот видите где попущение Божие? там, где зло, где грех нас постигает, а не там, где скорбь земная, плотская (№ 63,с.187-188).

*…Он хочет нам дать всякое благо. Если же не даст нам, чего мы желаем, не даст того, что нам кажется полезным и хорошим, даже спасительным, то значит, или мы не готовы принять, или не наступило время и самый дар был бы нам во вред, если б мы получили его по нашему желанию (с.241).

28 марта 2008 года. 14:12

Божий промысел

Мы продолжаем публиковать цикл бесед с профессором Московской духовной академии, доктором богословских наук Алексеем Ильичом Осиповым. Тема сегодняшней беседы — один из ключевых вопросов христианства. Божий промысел — что это такое, как и через что он действует, где проходят границы между ним и свободной человеческой волей.
— По промыслу Божию мы все можем оказаться слепым орудием в руках Всевышнего. Каин убил Авеля (Быт. 4, 4­13), был ли он орудием в руках Творца?
— Здесь не нужно смешивать две разные вещи. Одно дело — человече­ская свобода. Человек поставлен перед выбором: совершить добро или зло. Он свободен в своем выборе и ответственен за результаты этого выбора. И совсем другое дело — что ему будет Богом позволено совершить в отношении других людей, окружа­ющего мира. В первом случае он вполне зрячий. Во втором — да, он большей частью является лишь слепым орудием Божественного промысла.
Человек может кого­то ненавидеть лютой ненавистью, готов его убить, а вот убить не может никак. Хотел бы сделать, да не может. Вот где промысел Божий действует, а не в человече­ской свободе.
Человек может быть внешне нравственно чист: он безупречно ведет себя в обществе, о нем ни­кто ничего плохого не скажет, он не ворует, исполняет свои дела, у него все нормально в семье, он хороший человек. А внутри духовная сторона может быть полностью пораженной. Мы ведь не знаем, чего он хочет, к чему стремится, о чем он мечтает. Этот «нравственный человек» может мечтать о славе: «Я такой хороший, пример для других, меня прославлять надо». И живет этим. Уже одно искание славы перечеркивает всю его нравственность.
То, что Каин возненавидел брата и хотел убить его, — это дело его свободы, его личности, его греха. А то, что ему было позволено убить Авеля, — это дело промысла Божия. Конечно, возникает встречный вопрос: зачем это было нужно? Окончательный ответ мы не найдем, но принципиальный ответ есть. Нет славы без подвига, и страдальческая кончина приносит человеку особое благо, она является искупительной для его грехов, дает ему славу не земную, а вечную.
А мы обычно понимаем все наоборот: с кем­то случилась страшная смерть, кого­то убили и мы о нем: «Так ему и надо, он был такой­сякой, эдакий». Христианство говорит, что Бог есть Любовь, Он дал этому человеку пострадать, а может быть, даже и покаяться, и это великая милость Божия. Если смотреть с точки зрения вечности, оценки наши приобретают совсем другой характер, порой прямо противоположный тем, к которым мы привыкли в этой жизни.
То, что Бог дал совершить Каину, очень возможно, послужило потом и для Каина предметом раскаяния, а для Авеля это убийство стало венцом славы.
— Промысел Божий может осуществляться только через личные желания или только через внешние обстоятельства?

— По­видимому, не только через то и это, но и через многое другое. Промысел Божий — это действие Божие, которое ставит человека в наилучшие условия с точки зрения его спасения. Вот Иуда — в какие идеальные условия был поставлен, как и Петр, Иоанн и все другие. Бог каждого ставит в наилучшие условия. Один — в шайке —разбойников, другой — в индуистской деревне, третий — в православном монастыре. Но раз мы сказали, что Бог есть Любовь, то следует вывод, что Он каждого человека всегда и везде, в любой момент времени и в любом месте ставит в наилучшие условия с точки зрения спасения. Вопрос только в том, что это такое — наилучшие условия? При нашем понимании мы бы сказали, что лучше бы Иуде ребенком умереть.

Оказывается нет, не лучше.
Наилучшими условиями являются те, при которых человек начинает по­знавать себя, кто он есть на самом деле, без розовых очков. А кто он есть на самом деле, об этом хорошо сказал пророк Давид: «Я — червь, а не человек» (Пс. 21, 7), он даже еще более красочно сказал о себе — «блоха во Израиле» (1 Цар. 26, 20). Вот если бы увидеть себя «блохой», но это не так просто, как мы думаем. А самая суть духовной жизни именно в этом. Недаром Пимен Великий говорил: «Человек — это тот, кто познал себя» . Познание же это предполагает увидеть себя не хорошим, лучшим в мире, а как раз наоборот.
— Как отличить промысел Божий от искушения?
— Под промыслом Божьим мы разумеем всю совокупность тех обстоятельств, в которых живем: благоприятные и трудные, простые и сложные, деловые и личные — все. Под искушениями разумеются только те обстоятельства, которые бывают связаны непосредственно с представшим мне грехом. Вот у меня с языка готово слететь осуждение, удержусь от него или нет? Снова искушение и опять не удержался. Кто же я?
Святые Отцы говорят, если не было бы бесов, то не было бы и святых. Поэтому и сами искушения, как часть допускаемых Богом и, следовательно, тоже промыслительных действий, крайне нам необходимы. Только благодаря им мы можем упражняться, мы можем познавать себя, видеть, кто мы есть на самом деле. Я, конечно, не сомневаюсь, что я очень хороший человек, только вот я лгу, притворяюсь, завидую и прочее без конца. А дерево­то узнается по плодам.
Промысел Божий всегда ставит человека перед какими­то обстоятельствами, перед возможностью решения и выбора с точки зрения совести, заповеди, закона. Но все эти обстоятельства по христианскому учению прямо и точно соотносятся с нашим духовным состоянием. Нет действий Божиих, безотносительных к человеческой свободе. Наш Бог не тот, который что хочет, то и сделает, наш Бог — любовь и только любовь. Он — премудрый и любвеобильный врач, и все, что Он посылает нам — это те обстоятельства, которые должны помочь нам нравственно и духовно самоопределиться в каждом конкретном случае. То есть промысел Божий открывает дверь нашей свободе. Евангельский пример: негодяй бесчинствовал всю жизнь, уже погибал, и вдруг его прибивают ко кресту. Так дается по­следнее средство — поймет человек или нет? И мы видим потрясающую картину: один из двух разбойников сказал: «Достойное по делам нашим приняли» (Мф. 23, 41).
То есть лекарства, которые посылает нам Бог, постепенно усиливаются. Потому преподобный Марк Подвижник сказал: «Не хочешь скорбей, не греши». Грех ранит нас, соответственно даются нам и лекарства. Когда не помогает слабое, дают более сильное. Но восприятие лечебных средств зависит от нашей свободы: один разбойник покаялся, другой богохульничал. Наша свобода при промысле Божьем остается неприкосновенной. И обстоятельства, в которые мы попадаем, прямо обусловлены нашим духовным состоянием. Тот же преп. Марк По­движник говорит: «Все скорбное, что происходит с нами, происходит за возношение наше». В конечном счете, причиной наших скорбей является наше Я, которое похоже на острый кол, на который человек сам себя толкает, и чем больше это я, тем больше он вонзается в этот острый кол.
— В чем отличие попущения Божия от воли Божией? В частности, в чем промысел Божий в теракте на Дубровке в Москве?

Он произошел по воле Божией или по Его попущению?
— Понятие промысла Божия в богословии разделяется на две ветви: на волю Божию и попущение Божие. Под волей Божией разумеются все те дей­ствия, которые совершает человек в соответствии с заповедями Божьими. Под попущением Божьим разумеются те наши деяния, которые противны заповедям Божьим и творятся свободой человека. Нет такой заповеди Божией, чтобы убивать человека, поэтому убийство мы называем попущением Божьим. Но вы понимаете условность этих понятий; все совершается, в конечном счете, по промыслу Божию, совершается ли это в соответствии с заповедью Божией или по свободе человеческой, но Бог попускает человеку впасть в это.
На Дубровке произошли страшные вещи, о каком соответствии заповедям Божьим можно здесь говорить? Речь идет как раз о противоположном — о попущении Божьем, которое, тем не менее, является промыслительным. А почему? Там было много людей, и мы не знаем ни их душ, ни состояний, ни намерений и целей, разве можем мы о них судить? Мы себя­то понять не можем, а уж тем более — других.
Сергей Комлев
№ №56(22219)
Газета «Речь» от 28.03.2008

Источник: Газета «Речь»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *