Наука и религия

Наука и религия

В древней Греции религия не находилась в борьбе с наукой, в современном смысле этого последнего слова, т. е. с совокупностью положительных знаний, добытых людьми; но религия сталкивалась тогда с философией, включавшей в себя все попытки рационально истолковать как, явление мертвой и живой природы, так и традиционные человеческие верования.

Философия в значительной степени была порождением самой религии.

Эта последняя в древней Греции не имела в своем распоряжении организованного жречества. Поэтому она не выражалась в неподвижных и обязательных догматах. Она ничего не предписывала кроме обрядов, известных внешних действий, входивших в жизненный обиход гражданина. Она была вместе с тем богата легендами, мифами, которые пленяли фантазию, наставляли ум, и в то же время вызывали на размышление. Откуда явились эти легенды? Без сомнение источником их считали забытые божественные откровения; но религиозные легенды так прихотливо разветвлялись, были так разнообразны, так подвижны, а во многих случаях являлись настолько противоречивыми, младенческими, шокирующими и нелепыми, что нельзя было не видеть в них на ряду с божественным откровением дела рук человеческих. Попытаться отделить в мифах первоначальное содержание от позднейших случайных наслоений было бы тщетным предприятием. К тому же грек, артист по природе, сознательно играет с своим объектом даже в том случае, когда речь идет о богах; он пренебрегает точным смыслом тех повествований, которые он рассказывает. С другой стороны, боги эти, сообщившие по преданию зачатки священных легенд человеку, сами несовершенны и ограничены: они сами не далеко ушли от человека. Таким образом философия могла развиваться очень свободно в недрах и под защитою самой народной мифологии.

Философия начинает, разумеется, с того, что отрекается от своей кормилицы и нападает на нее. „Люди создали богов“, говорит Ксенофан, „богам они сообщили свою собственную наружность, свои чувства, свой язык. Если бы быки умели рисовать, они придали бы своим богам бычачий вид. Гомер и Гезиод приписали богам все, что есть у людей позорного и преступного“. Светила, заявляет Анаксагор, вовсе не суть божества: это раскаленные массы, по природе своей совершенно такие же, как земные камни. Некоторые софисты издеваются над самими богами. „У меня нет охоты исследовать, существуют или не существуют боги“, говорил Протагор, „многое препятствует мне в этом, а именно темнота предмета и краткость жизни человеческой“.

Так росла философия, фрондируя против религиозных верований, возвышаясь над ними, или относясь к ним с полнейшим индифферентизмом; духовно она была независима, была свободна даже в политическом смысле, — ибо если некоторые философы и подверглись преследованиям, то лишь за отдельные детали своих учений, казавшиеся враждебными народной религии.

2. НАУКА И РЕЛИГИЯ

Наука и религия представляют собой фундаментальные области культуры, типы мировоззрений, взаимодействующих друг с другом.

Понимание соотношения науки и религии в течение долгого времени сводилось к тому, что они трактовались как диаметрально противоположные, взаимоотрицающие явления.

Проблема соотношения веры и знания решалась в рамках оценки религии как низшего вида знания, которое с развитием науки обречено на исчезновение. Но на самом деле отношения между научным и религиозным типом миропонимания гораздо сложнее. Религия и научное знание стали рассматриваться как различные и правомерные формы духовной активности человека.

Фундаментальные познавательные установки научного и религиозного способа миропонимания пересекаются друг с другом. Наука не представляет собой абсолютно объективизированное знание. Человечеству, несмотря на научный прогресс, не дается и ныне восприятие целостности мироздания.

В науке существуют структуры, которые выводят знания, принимаемые на веру в качестве аксиом тех или иных научных теорий. Религиозные системы – это тоже не только своды положений, апеллирующих к вере, но и некоторые обобщения, опирающиеся на аргументацию и доказательность. Религиозное мировосприятие имеет свой высший уровень – теологию, где под установки вероисповедания подводится базис рационального обоснования и доказательства.

Но между наукой и религией есть различия.

Наука не исходит из абсолютных истин, науке свойствен критический взгляд на то, что происходит в ее поле. Давление новых доказательств может привести к пересмотру прежних положений. Источником религиозности является не объективная реальность, а сверхналичное откровение, знание, данное человеку свыше (от Бога). Откровение не подвергается критической рефлексии, оно является высшей, абсолютной информацией, которую ограниченный разум человека в его конечном бытии не может представить во всей полноте. Религия восходит к смыслу человеческого существования, отвечает на предельные вопросы, связанные с абсолютными идеалами.

Наука тоже сталкивается с проблемой абсолютов, но они уходят в бесконечность, которой нет конца и границ, раздвижение пределов познания не уменьшает мир непознанного, это стимулирует дальнейшее освоение реальности.

В религии абсолют выступает миром должного, идеального, задающего бытию человека смыслообразую-щие компоненты.

Наука изучает сущее, религия – мир должного. И наука, и религия отвечают на важные вопросы человеческой жизни, но религия дает ответы и на те вопросы, на которые пока не дает ответ наука.

Наука и религия не противоположны, они действуют по принципу дополнительности формально-рационально-познавательного и инстинктивно-этического способов освоения мира.

И пока есть пределы научного познания, будет место религиозному мировосприятию, исходящему из целостности и всеохватности мира. Научное развитие разрушает традиционные установления, но открывает новые возможности, в том числе и для религии. Наука не вытеснила религию. Раздвинув границу познания, наука столкнулась с еще большими глубинами непознанного и остающегося для человеческого разума «тайной», что создает поле для религиозного мироощущения.

  • Египет и Библия

    Коростовцев М. А.

    Прежде чем перейти к проблеме вклада древнего Египта в религию и мировоззрение древних евреев, необходимо хотя бы вкратце остановиться на взаимоотношениях обеих стран и народов. Возникновение египетского государства относится к рубежу IV—III тысячелетий до н. э., а этногенез египетского народа имел место на много столетий (если не тысячелетий) ранее этой даты. История еврейского народа в древности начинается много позже, напало ее связано со страной, которая в библейских источниках называется Ханааном, но в египетских текстах, более ранних, чем Библия, именуется иначе.

  • В Назарете обнаружен дом Иисуса Христа

    В нескольких СМИ появились публикации о новой археологической «сенсации»: в Назарете обнаружен дом Иисуса Христа. Насколько это соответствует действительности?

  • Раскопанная Библия. Новый взгляд археологии

    Израэль Финкельштейн, Нил-Ашер Зильберман

    Авторитетные израильские ученые, декан факультета археологии при столичном Тель-Авивском университете — Израэль Финкельштейн и Нил-Ашер Зильберман в своей книге «Раскопанная Библия. Новый взгляд археологии на древний Израиль и происхождение его священных текстов» (Bible Uneathed), пришли к заключению, что на территориях Палестины, Египта и где бы то ни было рядом нет никаких весомых доказательств существования патриархов, великого царства Израиль, масштабного Исхода из Египта, завоевания «земли обетованной» и т.д. … Об этом упрямо свидетельствует сама земля региона — результаты 70-ти летних раскопок.

  • Письмо Эйнштейна Соловину от 1 января 1951 г.

    Альберт Эйнштейн

  • Что такое сверхъестественное?

    Религиозная картина мира содержит представление о сверхъестественном, веру в реальность сверхъестественного.

    Этот признак дает возможность отличить религиозную картину мира от нерелигиозной, пусть даже последняя в каком-нибудь конкретном случае будет не менее ошибочной, чем первая. Вера в сверхъестественное означает, что наряду с обычным, естественным миром, с которым человек сталкивается в своей повседневной практике и к познанию которого приложимы законы логического мышления, признается и иной мир, коренным образом отличающийся от первого, существующего на совершенно иных основаниях, повинующийся совсем иным началам, чем те закономерности, которые господствуют в реальном мире. Характер этих начал настолько не определен и неясен для самих верующих, что они или трактуются скорее негативно, чем позитивно, — с точки зрения того, чего нет в сверхъестественном мире, а не того, что в нем есть. Пожалуй, единственный позитивный признак, который религиозное сознание приписывает сверхъестественному миру, заключается в том, что в нем возможно все или по меньшей мере многое из того, что невозможно в мире естественном.

  • Мое кредо

    Альберт Эйнштейн

    Принадлежать к числу людей, отдающих все свои силы обдумыванию и исследованию объективных фактов, имеющих непреходящее значение – особая честь. Как я рад, что и я в какой-то степени удостоился этой чести, позволяющей человеку стать в значительной мере независимым от его личной судьбы и поступков окружающих. Но, получив эту независимость, не следует забывать о тех обязанностях, которые неразрывно связывают нас с прошлыми, ныне здравствующими и будущими поколениями людей…

  • Религия и наука

    Альберт Эйнштейн

    Эта статья интересна как обоснование ученым, изучающим материальный мир, своего разрыва с официальной религией. Понятие космической религии сводится у Эйнштейна к вере в существование всеобщих законов природы и их познаваемости.

  • Критический анализ канонических Евангелий

    Руслан Хазарзар

    Слово евангелие возникло от греческого слова εὐαγγέλιον — радостная весть. Первые три Евангелия — от Матфея, от Марка и от Луки — излагают историю жизни и учение Иисуса близко друг к другу, поэтому их принято называть синоптическими (от греч. συνοπτικός — способный обозреть все вместе). Евангелие от Иоанна стоит особняком. Вопрос об источниках новозаветных Евангелий очень сложен.

  • Билл Най разрушает миф Ноевом ковчеге

    В данном ролике американский ученый, популяризатор науки Билл Най опровергает миф из Библии про Ноя и его ковчег. Что же скажет Билл про это, опираясь на факты и применяя научный метод?

  • Книга о Библии

    Иосиф Крывелёв

    Вопрос о происхождении, содержании и исторической роли библейских книг имеет большой и многосторонний интерес. Правильное научное освещение этого вопроса дает возможность понять ряд важнейших проблем идеологии древнего Востока и древнего мира в целом. Оно может помочь людям, интересующимся вопросами религии и ее истории, в том числе и верующим, разобраться в некоторых важных вопросах мировоззрения; оно поможет им понять, какова действительная ценность библейских легенд в свете данных современной науки.

  • РЕФЕРАТ НАУКА И РЕЛИГИЯ

    История взаимоотношений религии и науки непроста и насыщена столкновениями. Это стало основанием для пропагандистской формулы «Религия — враг науки». Хотя и в меньшей мере, но столкновения с наукой имеют место также в политике, искусстве, нравственности, да и в других сферах культуры. В антирелигиозной литературе науку сравнивали со светом, а религию — с тьмой и невежеством. Каждому советскому школьнику и студенту был известен тезис об их антагонистичности, который вошел в обыденное сознание как один из наиболее распространенных стереотипов господствовавшей идеологии.

    Переосмысливая духовное наследие недавнего прошлого, обратимся к этому стереотипу. Вспомним, что главным признаком религии является вера в сверхъестественное, в чудо и поклонение ему. Последователи религии недаром именуются верующими. Религия провозглашает непознаваемость Бога и ряда догм, таких, например, как «Святая Троица». Впрочем, непознаваемыми провозглашаются и глубинные тайны бытия.

    Наука же исходит из признания познаваемости мира и всех его явлений. Ее отождествляют со знанием, основанным на достоверных, истинных сведениях о природе, обществе, человеке и его мышлении. Наука низводит все непознанное, сверхъестественное, чудесное к научно осмысленному. С этой позиции чудо — порождение слепой веры. Ученые нередко повторяют высказывание Д. Дидро: «Чем больше верят, тем больше чудес».

    Религиозная вера основана, прежде всего, на чувстве. Многое в ней от непосредственности, удивления перед мирозданием. Удивления, вызванного не плодами познания, но мистическим откровением.

    Научная деятельность основана на рассудочности, на правилах логики: установление достоверных фактов, поиск информации, выяснение действительных, естественных условий и причин очередной загадки природы. Религиозный опыт приобретается молениями и иными культовыми переживаниями. Научный опыт постепенно накапливается в ситуациях, которые не допускают даже невольное влияние эмоций и пристрастий ученого на ход его исследований.

    Религия обращена к субъективной сфере человеческого бытия, осваивает мир и себя через культовые действия, сокровенные религиозные переживания. Верующий обозревает мир природы сквозь призму культа, и в этом видении мир окрашивается мистическим чувством. Более того, этот способ мировосприятия вынуждает верующего искать Бога в себе, в своем духовном мире. Наука обращена преимущественно к объективной сфере действительности и самого человека. Она обозревает действительность и человека как бы со стороны, намеренно очищая поиск знаний и его результаты от субъективной и тем более мистической окраски.

    Религия объясняет мир, опираясь на сказания «священных книг», каноны, догмы, свидетельства пророков, писания «святых отцов» и иных церковных авторитетов. Верующему не положено критиковать их, подвергать сомнению. Научное же объяснение мира — критично. Сомнение — долг ученого, а критичность — веление его профессиональной совести, его почерк, стиль мышления и деятельности на всех этапах исследования.

    Отмеченные различия и противоречия между религией и наукой еще более резки в истории их взаимоотношений. Разумеется, они не конкурировали на поле познания; религия не изучает мир, она объясняет его и ориентирует в нем, опираясь на верования. Столкновения между Церковью и наукой были обусловлены тем, что открытия последней нарушали ту картину мира, которая сложилась еще с донаучных времен на основе верований и «священных книг».

    Борьба Церкви против свободомыслия — явление, свойственное всем конфессиям. Так, в 1656 г. амстердамские раввины подвергли «великому отлучению» («херем») философа Б. Спинозу за научную критику Библии. Анафема гласила: «Да будет он проклят и днем и ночью, да будет проклят, когда ложится и встает; да будет проклят и при выходе и при входе! Предупреждаем вас, что никто не должен говорить с ним ни устно, ни письменно, не оказывать ему какие-либо услуги, не проживать с ним под одной крышей, не стоять от него ближе, чем на четыре локтя, не читать ничего, им составленного или написанного!»

    Многочисленны примеры церковных противостояний науке во всех странах мира. Не следует замалчивать эти трагические реалии прошлого. Вместе с тем не следует абсолютизировать это противостояние: здесь имел место конфликт не столько религии с наукой, сколько Церкви со свободомыслящими учеными. И жертвы церковных гонений отнюдь не всегда были последовательными атеистами. Как уже говорилось, сомнений в религиозности Н. Коперника и Г. Галилея нет. Что же до М. Сервета, то он, считая себя убежденным христианином, увлеченно пропагандировал астрологию. Ученый был казнен, разумеется, не за открытия в медицине, а за свободное толкование канонов религии, пропаганду веротерпимости и обличение религиозного фанатизма. Джордано Бруно в основном, следуя материализму, отдавал дань и пантеизму, разделял заимствованные из каббалы особые приемы колдовства и гадания. Пантеизм поддерживал и материалист Б. Спиноза. А великий М.В. Ломоносов сочинял пронизанные глубокой верой в Бога поэтические оды.

    В сознании едва ли не всех ученых прошлого научное мышление мирно уживалось с религиозной верой. Даже тогда, когда они признавали превосходство веры над разумом. Некоторые выдающиеся естествоиспытатели с глубоким интересом предавались богословским занятиям. Так, на склоне лет гениальный И. Ньютон занялся толкованиями Апокалипсиса. Немало естествоиспытателей (в том числе и один из основателей генетики Г. Мендель) были монахами. Но, обращаясь к научным занятиям, они игнорировали постулат о непознаваемости тайн бытия и упомянутые здесь церковные запреты и предписания духовенства. В своей профессиональной деятельности эти ученые руководствовались не догматами и канонами вероучений, а принципами и правилами научного поиска. Вообще, пространство для веры, как таковой, в научной картине мира и на самом деле имеется. Дело в том, что, несмотря на строжайшие правила научного поиска, элементы веры в нем все же неустранимы. Ученые принимают на веру немалую часть научной информации от своих коллег, полагаясь на их авторитет и добросовестность. Момент веры включен в некоторые исходные аксиомы и во многие промежуточные звенья исследований. Вера и интуиция особенно пронизывают заключительную стадию деятельности ученого, где как раз и происходит само «таинство» научного творчества, где рождаются новые идеи, теории, объяснения и прогнозы.

    Споры сторонников религии и приверженцев материализма по вопросам миропонимания, скорее всего, будут продолжаться и в будущем: слишком уж отличаются основания мистической веры и рационального знания, да и само видение мира чересчур различно. К тому же расширяющееся поле знания порождает все новые и новые проблемы, которые по-разному толкуют верующие и материалисты.

    В заключении скажем, что наука и религия как явления культуры на протяжении веков несли и внедряли прямо противоположные ценности, что приводило к мощному противостоянию между светским обществом и духовенством. Но невозможно полностью разделить эти факторы. Можно говорить лишь о преобладании одного над другим в определенных временных рамках, ибо только в их совокупности возможна гармония в социуме и культуре.

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *