Исповедь бывшего алкоголика

Исповедь бывшего алкоголика

Содержание

Исповедь алкоголика

Активные темы

  • будущее (13)

    ЗлойПрапор Инкубатор 00:07

  • Как я кредит хотел взять (134)

    бомж78 Тексты 00:07

  • Провел свой опрос: «Хотите ли Вы вернуться в Советский Союз… (620)

    elegaz Тексты 00:07

  • Хозяин, бес попутал…. (1)

    Kubo Инкубатор 00:07

  • В США констатировали агонию России как космической державы (136)

    ЕвгенИвыныч События 00:07

  • А действительно, когда?! (10)

    Scodero Инкубатор 00:06

  • прога под большую винду, типа сканера. кто знает? (2)

    sakhdepo ЭВМ 00:06

  • 20 человек рассказали, какие факты о своих супругах узнали уже п… (114)

    AlDianochka Тексты 00:06

  • В США начались продажи первого в мире летающего автомобиля (7)

    iandry Инкубатор 00:06

  • Шах и мат вам, УАЗоненавистиники и прочие поклонники Айлона Маск… (81)

    akmaks Видео 00:06

  • Взять сироту из детского дома или ЭКО? (335)

    Chesr Тексты 00:06

  • Ничeгo ocoбeннoгo, пpocтo нeбoльшaя экcкуpcия в PПЦ stоre (53)

    Шереметьево Инкубатор 00:05

  • Погоня за сельскими беспилотниками (110)

    Лякса Тексты 00:05

  • Нейросети снова поиздевались над Шварцем… или Ван Даммом? (7)

    Izrakov Инкубатор 00:05

  • Интервью с попрошайкой (143)

    странныйник Видео 00:05

Исповедь жены алкоголикав закладки 17

Он рисовал мне звезды на небе , заплетал косы «дракончиком» , учил прыгать с парашютом и готовить пиццу , каждый день готовил ужин , целовал пальчики на ногах . Талантливый , привлекательный , спокойный . Такие вещи делал своими руками , казалось , он умеет вообще все – и гвоздь забить , и дом построить . Все подруги мне завидовали , моя мама не могла на него нарадоваться , а я – надышаться им . Это была любовь .

Ложь – первый звоночек

Да мы выпивали вместе , наверное , как все . Новый год , день рождения , 8 марта , День влюбленных , бутылочка вина за ужином , горячий глинтвейн холодным зимним вечером , освежающий мохито жарким летом . Ну , а кто не выпивает в нашей стране?

Потом я стала замечать вранье . На пустом месте . Он врал , что был в одном магазине , а в чеке было написано , что в другом . Врал по-крупному и по-мелкому ,врал даже тогда , когда не имел от этого никакой выгоды . Просто по привычке .Это был первый звоночек.

Потом было первое исчезновение , после незначительной ссоры , пошёл в магазин и пропал , телефон выключил , вернулся выпивший . Периодически до меня доходили слухи , что у моего мужа и раньше были проблемы с алкоголем ,что из-за этого его увольняли с работы , что родители регулярно разыскивали его по всему городу , что его отец тоже был алкоголиком… Но любовь слепа , и так сильна вера в хорошее , ведь со мной он был любящим и заботливым . Как такой человек может предать? А потом я забеременела и пить перестала . А он нет .Последовали запои , один за другим , сначала один день , потом два , потом неделя ,две недели… В перерывах он говорил , что не понимает , что с ним происходит ,обещал , что этот раз был последним , просил прощения , клялся в любви . Жизнь превратилась в кошмар . Каждый день я засыпала и просыпалась с одной мыслью «напьётся он сегодня или нет» . Тревога , страх , отчаяние , злость , раздражение ,обида , боль , жалость к себе стали моими постоянными спутниками.

Алкоголизм не проходит , как насморк

Тот , кто не сталкивался с алкоголизмом в своей семье , может сказать: зачем терпеть , гнать его в шею и делов-то! Так же считала и я , до того , как столкнулась с пьянством в своей семье . Длительное отрицание алкоголизма , надежда на чудо ,вера в то , что проснется совесть – всё это может держать женщину возле алкоголика годами . Специалисты говорят , что алкогольные браки вообще самые долговечные , женщины по 10-20-30 лет мучаются , терпят , прощают и верят , что что-то изменится . Психолог Центра по проблемам зависимого поведения «Двенадцать шагов» , кандидат психологических наук Ирина Замарёхина объясняет этот феномен так: «Первый аспект: это отрицание проблемы . Многие женщины убеждены в том , что алкоголизм может пройти как насморк . Поэтому смиренно ждут , что всё наладится , он (зависимый) всё осознает , и всё будет как раньше . Это иллюзия , в которой находит свое спасение созависимый человек .Алкоголизм – это заболевание и с медицинской и с психологической точки зрения , и оно неизлечимо . Верить в то , что это слабая воля или дурная привычка можно долгое время . Некоторые жены , даже похоронив своих алкоголиков ,не желают признавать факт алкоголизма . Находят множество причин объясняющих употребление (у него тяжелая работа , он устает , он вырос в детском доме и т.д . ).

Второй аспект обуславливается моделью семейных взаимоотношений при наличии в ней родителей алкоголиков . Девушка , которая воспитывается ,например , отцом алкоголиком , переносит эту модель взаимоотношения с мужчиной в свою семейную жизнь . Такие отношения для нее являются образцом ,поэтому она считает , что это нормально жить с алкоголиком и любить его .Любовь в ее подсознании неразрывно связана с болью и страданиями . Многие женщины удивляются , когда видят , что трезвый до сего времени муж – спивается .Они не замечают , что на бессознательном уровне формируют деструктивную модель взаимоотношений , в которой мужу ничего не остается , кроме как пить.

Те же , которые осознают роль своего участия в алкоголизации мужа , могут ещё долгое время бороться , вытаскивать его из пропасти , забывая о себе и о детях .А когда понимают , что все эти попытки тщетны , бывает уже поздно . На себя сил нет и дети упущены».

Раздвоение личности

Я начала искать информацию , что делать , если муж пьёт , как вести себя , чтобы он пить перестал , и есть ли надежда . Наткнулась на новое для себя слово «созависимость» . Прочитала фразу «алкоголизм – это семейная болезнь» . Масса историй в интернете , в жизни знакомых и подруг напоминала мне мою личную историю с незначительными поправками . Всё это время алкоголизм моего мужа прогрессировал , исчезли первые вещи , было пропито моё золото , отнесён в ломбард первый фотоаппарат . Конечно , я перепробовала все классические методы , которые были мне доступны: уговоры , мольбы , просьбы , угрозы , шантаж .Он давал клятвенные обещания , писал расписки , расписывался кровью , даже кодировался . Не помогало ничего . Его родители , да и он сам , винили в этом меня: «Если бы вы не ругались , он бы не пил», — говорили они , умалчивая о том , что он начал пить ещё подростком , наглядно показывая , что материнская любовь самая слепая на свете . Если перед запоем у нас не было ссоры , тогда они находили других виноватых: «Это друзья его спаивают всЁ время » или «На работе несправедливо обошлись , как тут не запить!» . В перерывах между запоями он был идеальным! Ухаживал , заботился , любил , оберегал . Когда он исчезал , выключая телефон , у меня пропадали сон и аппетит , я не могла сосредоточиться ни на чём ,то плакала целыми днями , то злилась так , что темнело в глазах . Эта раздвоение личности сводило с ума . Когда родился наш ребёнок , я подумала – ну всё ,теперь-то он пить точно не будет , да и как можно пить , когда перед тобой лежит такой маленький беззащитный комочек , который так нуждается в маме и папе .Он запил , когда нашему сыну исполнилось две недели . Моё отчаяние достигло предела , мир сузился до пределов квартиры , в которой я ждала его звонка .Казалось , ещё немного , и я сойду с ума от тоски и ужаса . Тогда мне в руки попала визитка Центра «12 шагов» , и я пошла на группы для созависимых – родственников и друзей алкоголика.

Алкоголик пьёт , потому что он алкоголик

Главным моим откровением стала простая фраза – вы не виноваты в том , что он пьёт . Сколько раз вам , близкие алкоголика , он говорил: «Да я из-за тебя пью! Если бы ты меня не пилила/если бы ты была стройнее/если бы ты не улыбнулась соседу/если бы не твоя мама/если бы не проблемы на работе» . Подставьте нужное . То , что вам говорит ваш алкоголик . А теперь запомните самое главное – алкоголик пьёт , потому что он алкоголик . Вы можете быть худой или толстой ,доброй или злой , ругаться или молчать , критиковать или терпеть , выгонять или догонять , да хоть на голове стоять , он все равно будет пить . От вас это не зависит .Он больной человек . Вы можете помочь только себе . А ему может помочь только он сам.

Вторым откровением стало то , что «спасая » мужа от пьянок и их последствий ,я помогала его болезни процветать , а остаткам здоровой личности в нём — погибать . Вот оно , раздвоение личности , в которой с каждым запоем больное второе «Я » замещает здоровое . Это так сложно перевернуть в своём сознание привычное поведение: не искать его в запоях , не тащить из какой-то чёртовой клоаки , не помогать выкупить из ломбарда очередной фотоаппарат . Понять , что это всё не работает , что надежды не оправдываются , что жалость губит и тебя ,и его . Сделать что-то по-другому . Спросите себя , приходилось ли вам звонить его начальству , чтобы сказать , что муж заболел , тогда , как он лежал пьяный или с похмелья? Было такое , что вы извинялись за него перед соседями или друзьями? Помогали ему выплачивать кредиты , взятые в пьяном угаре? А , может , случалось забирать его из милиции , вытрезвителя? Сколько раз вы ругали его , плакали ,взывали к совести , брали обещания? А теперь скажите: бросил он после этого пить?

Психолог Центра по проблемам зависимого поведения «Двенадцать шагов» ,кандидат психологических наук Ирина Замарёхина: Если вы хотите помочь алкоголику – мужу , жене , сыну , брату , отдайте ему ответственность за его пьянство . Конкретно: не отдавайте за него долги , не давайте ему на выпивку , не решайте за него его проблемы , честно говорите о том , что он болен и без помощи с болезнью не справится . Чем жёстче будет ваша позиция , тем больше будет у зависимого поводов задуматься о проблеме алкоголизма . Чем больше болезненных последствий он поимеет от своего пьянства , тем скорее он достигнет своего дна и тем больше у него шансов стать когда-нибудь трезвым . Пусть потеряет работу , если не бросит пить – потеряет её все равно , если пить бросит – найдёт работу ещё лучше . Он взрослый человек , позвольте ему самому отвечать за свои ошибки и расплачиваться за последствия . Очень часто такая позиция со стороны родственников является толчком , стимулом для развития мотивации у зависимого обращения за профессиональной помощью.

Спасатель , преследователь или жертва?

Третьим и самым сложным для меня было признать , что проблемы есть у меня самой . «Он же пьёт , а не я , его и лечите», — так думала я . И вообще – он бросит пить и будет всё хорошо . Мелоди Битти , автор книги «Алкоголик в семье или преодоление созависимости » даёт такие определения: созависимость – это болезненное желание управлять поведением , контролировать жизнь , опекать и воспитывать другого взрослого человека , это отказ от себя и своих жизненно важных потребностей . Уважаемые жены алкоголиков , когда вы в последний раз делали что-то для себя? Покупали себе обновки , делали новую стрижку? Был ли хоть один день , чтобы вас не мучили мысли – придёт он домой трезвым или пьяным? Не разучились ли вы радоваться солнцу и голубому небу , не стали ли тревога и боль вашими привычными чувствами? Мой отказ от своих интересов и добровольная изоляция от мира прогрессировали вместе с алкоголизмом мужа . Я перестала читать книги , которые страстно любила , бросила заниматься спортом ,забыла обо всех своих увлечениях , о любимой профессии , не могла сосредоточиться вообще ни на чём . Страшно было встречать общих друзей , они обязательно спрашивали – где муж , и как наши дела , и приходилось что-то врать ,что-то придумывать , ведь признаться , что он в очередном запое было невыносимо стыдно . Примерьте это на себя . Похоже? Может , вы тоже перестали ходить вместе с ним в гости – а вдруг напьётся и будет выяснять отношения? Может , вы стали избегать своих друзей , чтобы избежать неприятных вопросов? И , возможно ,разлюбили Новый год и 8 марта , так как в этот день он напьётся обязательно! Когда ваше настроение вообще не зависело от другого человека?

Психолог Центра по проблемам зависимого поведения «Двенадцать шагов» ,кандидат психологических наук Ирина Замарёхина: Есть три любимые роли созависимых . Так называемый треугольник Карпмана . Это роль спасателя , роль праведного преследователя и роль жертвы . Иногда одну из этих ролей играют годами , иногда меняют их каждые пять минут , но никак не могут отказаться от стереотипного поведения , которое не приводит к хоть сколько-нибудь значимым результатам . Есть простой тест: если вы пытаетесь контролировать употребление алкоголя мужем , контролировать его поведение , даже когда муж не пьёт , узнавать всеми способами , где он и что с ним , решать его проблемы вместо него – вы созависимы . Причем , если вы бросите мужа-алкоголика , это не решит проблемы созависимости . Жёны алкоголиков в 98% случаев повторно выходят замуж за таких же алкоголиков . Необходимо найти в себе причины (проблемы) , по которым такая жизнь в постоянном стрессе становится нормой . Чаще всего созависимому выгодно , что муж пьёт , так как таким образом легко управлять ,манипулировать алкоголиком , ведь на чувстве вины он готов сделать для вас что угодно . Есть ещё одна страшная роль – это созависимый собутыльник . Это когда жена начинает пить вместе с мужем , чтобы ему меньше досталось . Такие женщины очень быстро спиваются , ведь граница перехода из социально пьющего человека в алкоголика очень тонкая , а обратной дороги уже нет . Если же вы ,родные алкоголика , найдёте в себе силы изменить стереотипы поведения ,избавитесь от созависимости , то и у алкоголика станет меньше триггерных (срывных) моментов , потому что болезнь может паратизировать лишь в той семье , в которой ей это позволяют . В то же время необходимо уточнить , что наличие или отсутствие проблем созависимости у жены не вызывает проблем алкоголизма у мужа , а всего лишь усугубляет или ослабляет течение болезни .Алкоголизм близкого – это не рок , не судьба , не тяжёлый крест , который вы должны нести . Это выбор . Пить или не пить – решает алкоголик , а вот жить с алкоголиком или не жить – решаете вы . В конце концов , каждый из нас имеет в жизни то , что хочет сам.

Меняйте свою жизнь , а не его

Первый шаг к спасению своих родных и близких от алкогольной или наркотической угрозы – начать с себя . Если ваши муж/отец/брат/сын пьют , если вы перепробовали всё и ничего не помогает , если вы в отчаянии и не знаете , что делать . Примерный план для вас:

1 . Признать , что близкий человек болен алкоголизмом . Перестать верить алкоголику , что он справится сам , с болезнью можно справиться , только обратившись за помощью к специалистам (это касается любой болезни , и алкоголизм не является исключением).

2 . Позволить алкоголику повзрослеть: ни в коем случае не обслуживать запои – он должен проснуться там , где уснул , если в грязи , значит там пусть и проснётся; не отдавать за него долги; не покрывать его болезнь – не обманывать окружающих , почему ваш муж не вышел на работу или не выполнил какое-тообязательство из-за своего пьянства; не минимизировать и не оправдывать алкоголизм (например — «ну он же всего лишь по выходным » или «ну он же устал » и т.п . ) . Пусть сам несёт ответственность за свои поступки.

3 . Обезопасить себя и своих детей от пьяного человека , болезнь прогрессирует с каждым днем , поведение алкоголика становится все более опасным и непредсказуемым.

4 . Честно говорить мужу о его проблемах , связанных с алкоголем , но только в то время когда он трезвый . Разговаривать , ругать , отчитывать пьяного человека бессмысленно , он вас не слышит , вы только тратите свою энергию и силы впустую;

5 . Обратиться за помощью к специалистам – наркологические клиники ,реабилитационные центры . Не тратьте деньги на заговоры или снятие порчи ,алкоголизм – это не порча , не безволие , не слабохарактерность , это тяжелое хроническое прогрессирующее смертельное заболевание.

6 . И , наконец , самое главное: необходимо начать меняться самой! Позвоните наркологу , проконсультируйтесь , попросите рекомендации , сходите на группы самопомощи Ал-Анон , где родственники и друзья алкоголиков регулярно встречаются и делятся опытом собственного выздоровления , посетите открытое собрание Анонимных алкоголиков (каждую последнюю среду месяца открытое собрание для всех) , послушайте , задайте вопросы . Если пока страшно куда-тоидти , хотя бы почитайте что-то полезное , например , книгу «Созависимость – умение любить» С.Н. Зайцева , очень многое встанет на свои места . Вспомните про свои интересы и увлечения , которые вы забросили за время пьянства близкого человека . Возьмите на себя ответственность за свою жизнь . Не за его.

Моя история не закончилась , но я снова начала улыбаться , избавилась от навязчивых мыслей о пьяном муже , от бесконечного чувства злости ,раздражения , вины , занялась своими хобби , опять начала читать , гулять ,заниматься спортом , заботиться о себе . Мир вокруг перестал быть серым . Теперь я примеряю на себя и другие роли – роль человека , идущего вечером на концерт ,роль человека , который нежится на солнце , роль человека , который ест мороженое и улыбается , роль человека , который просто любит жить.

Июл 1, 2019Александр

Исповедь алкоголика: как я не умер

Любому пьющему свойственно тешить себя мыслью, что страшная эта пропасть — алкоголизм — находится где-то далеко впереди, что уж он-то обязательно сумеет остановиться вовремя, заметив ее появление на горизонте. Так думают очень многие и не понимают, что уже давно идут вдоль этой пропасти, что она не впереди, она — притаилась рядом и терпеливо ждет, когда идущий по ее краешку человек поскользнется или оступится.

Читать материал на сайте foma.ru

Водка уже убила нескольких моих друзей и знакомых. Их карьера была блестящей, жизнь складывалась удачно, и ничто в ней не предвещало такого страшного конца. На моих глазах ушел из жизни аспирант философского факультета МГУ, эрудит и умница Славик; я помню, как умер солист Александровского хора — блистательный тенор Вася, певший когда-то по всему миру свою знаменитую «Калинку»; как с интервалом в пол-года друг за другом тихо скончались мои соседи, чета заслуженных врачей-пенсионеров… Все эти люди были верующими, талантливыми и трудолюбивыми, всех их погубил алкоголь, и финал их жизни уже ничем не отличался от горькой судьбы спившегося тракториста или грузчика.

Я сам много лет танцевал над этой бездной на узком карнизе «умеренного пития», и мне невероятно повезло — я успел заметить, что до катастрофы мне остался всего один шаг. Этот шаг я не сделал, но хорошо запомнил, как это было страшно: понимать, что ты больше не властен над собой, что водка стала сильнее и ты уже не в силах сказать ей «нет».

Когда все началось? Трудно сказать. Может быть, началом стал наперсток портвейна, который наши деревенские родственники за семейным столом наливали мне, первоклашке, со словами: «Мужик растет — пускай привыкает». А может — две бутылки крепленого вина, которое мы с приятелем — таким же двенадцатилетним оболтусом, в обстановке строжайшей конспирации распили в лесу без всякой закуски на первомайские праздники. Отравились, конечно, со страшной силой, но все-таки первый практикум по подавлению рвотного рефлекса при выпивке состоялся для меня именно тогда.

Три дня в реабилитационном центре для зависимых

Эти упражнения я активно продолжил спустя несколько лет, когда после восьмого класса пошел работать в ремонтные мастерские Управления механизированных работ №14, которое обслуживало строительство газопровода Уренгой-Помары-Ужгород. В мастерские стаскивали для починки «убитые» на трассе бульдозеры, трубоукладчики и экскаваторы, а я был принят туда в качестве ученика слесаря по ремонту строительной техники. Что такое «слесарь», я понял довольно быстро: на бульдозерах у нас работали шофера, которых лишили прав за пьянство, поэтому о пьяницах на Севере так и говорили — пьет, как бульдозерист. А вот спившихся бульдозеристов переводили уже в слесаря по ремонту. К ним-то меня и определили в ученики. Мне было тогда пятнадцать лет.

Слесаря оказались тихими беззлобными алкашами, которые сразу же нашли мне достойное место в своем дружном коллективе. Дело в том, что по тогдашнему КЗОТу никакие санкции за нарушение трудовой дисциплины на несовершеннолетних не распространялись, поэтому наказать или уволить меня с работы было практически невозможным делом. Этим юридическим казусом и воспользовались мои наставники: я стал «гонцом». Спиртным тогда начинали торговать с одиннадцати утра. К этому вожделенному часу я получал от коллег деньги, сумку и отправлялся через дыру в заборе к ближайшему магазину, ничуть не боясь напороться на начальство.
Покупал пару бутылок водки, плавленый сырок или банку консервов и через ту же дыру возвращался на рабочее место.

Слесаря наливали мне вровень, по-взрослому, и лишь поругивали за то, что слишком налегаю на закуску, которую по их понятиям надлежало экономить.
…Через полгода я успешно сдал экзамен на квалификационной комиссии и тоже стал слесарем по ремонту строительной техники второго разряда, сравнявшись со своими учителями в этом высоком звании. Навык пить водку, не морщась, я приобрел именно в тот период своей жизни, хотя тяги к спиртному у меня тогда еще не возникло. Просто все вокруг пили, и я пил вместе со всеми — за компанию безо всякого интереса и удовольствия.
Несмотря на юный возраст, я понимал, что все это — почти самое дно и вовсе не собирался ходить в слесарях пожизненно.

В семнадцать лет я поступил на оркестровое отделение областного музыкального училища, и до сих пор благодарю Бога за этот поворот в моей судьбе. Там меня окружал уже совсем другой народ, живущий совсем другими смыслами, проблемами и радостями. Я тоже потихоньку привыкал к этой новой жизни, а друзья, которых я тогда встретил, и по сей день остаются для меня самыми близкими людьми, хотя с той поры прошло уже двадцать пять лет. Все там было прекрасно, все мне нравилось, и лишь одно обстоятельство перекидывало мосток к моему слесарному прошлому: несмотря на всю свою утонченность и изыск, музыканты пили не слабее бульдозеристов. Примерно раз в неделю мужской этаж в общежитии сдавал пустую винную посуду. Называлось все это дело — операция «баян», поскольку пустые бутылки выносились через вахту в футляре от баяна, и нужно было лишь постараться, чтобы «баян» случайно не звякнул, когда его несли мимо коменданта и воспитателя. Те, кому было лень сдавать «баян», складировали пустую тару за передней стенкой фортепиано, которые стояли у нас в каждой комнате. Несчастный инструмент после этого начинал звучать с ощутимым хрустальным тоном.

Помощь зависимому. Пошаговое руководство

…В конце первого курса я был призван в армию и угодил в стройбат. После музучилища это напоминало контрастный душ. Личный состав нашей роты на три четверти был укомплектован мелкими уголовниками, уже успевшими до армии отмотать по первому сроку. Как пили там, я не хочу вспоминать в подробностях. Скажу лишь, что служили мы в самый разгар Горбачевского «сухого закона», благодаря которому вместо водки и портвейна я научился употреблять внутрь одеколон «Русский лес», антистатик «Лана 1», лосьон «Огуречный» и прочие спиртосодержащие жидкости в различных комбинациях, достойных пера Венички Ерофеева. Банальный самогон был в те годы недосягаемым деликатесом, а наши ротные умельцы умудрялись добывать спирт даже из гуталина…

И все-таки даже тогда я не считал, что спился. Хотя, описывая все это сейчас, не знаю — смеяться над этими воспоминаниями или плакать. Не спился… Что же это нужно было еще над собой сделать, чтобы посчитать себя спившимся, как еще себя поуродовать? Если бы только можно было отмотать время назад, если б можно было стереть со своей юности всю эту дрянь, словно похабное слово со стены…

Но я тогда и вправду еще мог жить без алкоголя, и пил скорее — по инерции. Организм дураку достался крепкий.

Демобилизовавшись, я вернулся в музучилище, продолжил учебу, а вместе с ней — кутежи, гулянки и обильные возлияния. Конец моего студенчества совпал с развалом СССР. К тому времени я уже женился, мы ждали ребенка. Нужно было обеспечивать семью, но сделать это на музыкантские заработки оказалось в то время невозможно. И я пошел работать на стройку, учеником каменщика, а если проще — подсобником. Опять я стал пролетарием, опять меня окружали поддатые работяги, но теперь я уже категорически отказывался выпить с ними «за уважение» и за все время работы в этой конторе не употребил на рабочем месте ни капли спиртного. Причина была проста: я стал верующим и пришел в Церковь.

Лечение алкоголизма: 10 православных реабилитационных центров

Вот здесь бы и сказать, что, уверовав, я бросил пить навсегда, но — увы… Этого не произошло. Дело в том, что в Православии нет категорического запрета на употребление спиртного. Хотя, казалось бы, совершенно ясно сказано в Новом Завете …не упивайтесь вином (Еф 5:18), и еще, что пьяницы…Царствия Божия не наследуют (1 Кор 6:10). Но вот ведь заковыка: какой же пьющий человек признает себя пьяницей? Где критерий такой оценки? С блудом, например, понятно: переспал вне брака с женщиной — все! Ты уже блудник. С воровством то же самое, и с убийством… Там есть определенность. А как определить грань, за которой умеренно пьющий человек превращается в пьяницу, не наследующего спасения? Каждый ведь считает, что вполне себя контролирует и пьет в меру.

Вот только меру эту каждый устанавливает себе сам. Я, например, еще совсем недавно мог выпить под хорошую закуску больше литра водки и язык у меня при этом не заплетался, а на ногах я стоял твердо. Ну разве ж это называется — «упиваться», господа хорошие? Не-ет, упивается тот, кто под забором валяется, получку пропивает да жену бьет. А у меня-то все гармонично: семья сыта-одета-обута, деньги в дом приношу исправно, выпиваю исключительно на досуге, ну а на работе — ни-ни! Какой же я вам «пьяница»?
Примерно так я рассуждал лет десять подряд, успокаивая себя знаменитым тезисом: «…веселие на Руси есть пити, без того не можем жити», а также мыслями о том, что «…ее же и монаси приемлют» и что «…вино веселит сердце человека».

Много было всякого за это время, начиная с первого моего Великого поста, когда мы с приятелями путем нехитрых логических умозаключений пришли к выводу, что водка — постный продукт, поскольку ни яиц, ни мяса, ни молока в себе не содержит. Помню, как рьяно мы однажды «постились», закусывая сорокаградусную жидкость сухим черным хлебом, и как после этого я вознамерился прочесть вечернее правило. Строчки в молитвослове налезали одна на другую, я безуспешно пытался сохранить перед иконой вертикальное положение и с тоской думал, что с моей духовной жизнью, видимо, не все в порядке.

За эти десять лет в мой обиход постепенно вошли «сто грамм после работы, для снятия мышечного тонуса»; веселые застолья на встречах со старыми друзьями, которые мы уже не мыслили себе без водки; разговения после постов с обязательным «принятием внутрь» и еще много всего…
Годами я утешал себя тем, что так живут очень многие, что это не пьянство, а все то же злосчастное «умеренное употребление». С такой мыслью, как с ненадежным балансиром, я бродил по самому краю пропасти и не замечал этого, до тех пор пока меня не зашатало всерьез, пока я не увидал, что до настоящего запойного алкоголизма мне остался всего один шаг и я уже занес ногу над обрывом.

Несколько лет я работал в Подмосковье, где строил заказчикам камины по индивидуальным проектам. Работа очень хорошо оплачивалась, за несколько дней я зарабатывал столько, что нашей семье этого хватало на несколько месяцев. Правда, заказов было не очень много и только в сезон, поэтому зимой мы жили на деньги, заработанные летом, но все равно на круг получалось достаточно, чтобы не бедствовать.
Я очень уставал на этих заказах, и не только физически. Здесь у меня не было ни начальников, ни подчиненных, абсолютно все приходилось делать самому. Я сам размещал рекламу, сам договаривался с заказчиком и разрабатывал проект, сам составлял смету, занимался закупкой и доставкой материалов на объект, наконец — строил камин. Но главная забота начиналась потом, когда нужно было получить с клиента деньги за выполненную работу. И, хотя кидали меня всего пару раз, теоретически такая возможность присутствовала на каждом заказе. Приходилось постоянно быть настороже, поэтому даже когда все благополучно заканчивалось и я получал оговоренную сумму, нервное напряжение меня все равно не отпускало.
От Москвы до нашего поселка — шесть часов езды на автобусе. Я покупал себе в дорогу пару банок какого-нибудь слабоалкогольного коктейля — «джин-тоника» или «отвертки», выпивал их, и только после этого чувствовал, что все уже действительно закончилось, что деньги у меня в кармане и я, наконец, еду домой.

Однажды мне попалась какая-то совсем уж мерзкая «Отвертка», и я подумал — а чего, собственно, заниматься ерундой? Это же просто низкокачественный спирт, разбавленный вонючей апельсиновой эссенцией. Если купить чекушку хорошей водки и апельсинового сока, получится то же самое, только без побочных эффектов. И я стал снимать напряжение после заказов водкой. Очень скоро вместо чекушки я уже покупал в дорогу нормальную поллитровку, которую за шесть часов принимал на грудь полностью. Повторюсь — я тогда вообще не пьянел и дома жена лишь по запаху могла определить, что в дороге я пил. Был для меня в этом даже такой дурацкий шик типа: «Во я какой орел! Целую бутылку засадил, и — ни в одном глазу!»
Тогда я еще не знал, что с водкой такие номера не проходят, что она может ждать очень долго, но потом обязательно возьмет свое. Довольно скоро мне пришлось убедиться в этом на практике.

Как-то раз я приехал в Москву всего на один день по делам, не связанным с работой. Такая поездка была, скорее, в удовольствие, чем в напряг, никакой усталости или нервного напряжения в тот день у меня не было и в помине. Но когда вечером я сел в свой автобус на обратный рейс, то почувствовал непонятный, но очень сильный дискомфорт. Больше всего это было похоже на нехватку воздуха в легких, когда дышишь и никак не можешь продышаться. Организм, помимо моей воли, властно чего-то требовал, а я никак не мог разобрать — чего именно. И вдруг с удивлением и ужасом понял: водка! Нужна водка, причем не мне, а моему организму, который я так старательно приучал к ней много лет подряд. Это было не осознанное желание, и вообще не психический процесс, а скорее, физиологический: на автобус из Москвы у моего организма выработался самый настоящий условный рефлекс. Точь-в-точь как у собак академика Павлова на лампочку.
Ох, как же я закручинился, когда все это понял… Сердце сжала тоска, в голове вяло ворочалась какая-то банальность вроде: «Вот оно как бывает-то, оказывается. Ну ты и попал…» Но времени на осмысление случившегося уже не оставалось, автобус вот-вот должен был отправляться и я… быстренько побежал в магазин за поллитровкой.

Так я стал настоящим алкоголиком, перед которым уже не стояло выбора — «пить, или не пить?». Довольно быстро я обнаружил, что рефлекс на автобус у меня отнюдь не единственный. Ну вот, к примеру, закусывать в автобусе — проблема. Консервы или салатик с собой в дорогу не возьмешь, неудобно это. И я брал к водке нарезку какого-нибудь мясного деликатеса, который обычно не покупал из-за дороговизны. А тут чего экономить — с заказа ведь еду, денег полный карман! Так и привык, что вкусная еда — приложение к водке. Поэтому, когда дома жена готовила котлеты или жаркое, я уже не мог воспринимать их иначе, как — закуску. И опять бежал в магазин…
А дальше пошло-поехало: стресс снять — чекушка, с женой поссорился — чекушка, тоскливо стало долгими зимними вечерами — три дня подряд по чекушке.

Как-то я подсчитал, что если бы раз в неделю выпивал, скажем — литр водки, это было бы почти вдвое меньше, чем мой ежедневный «чекушечный» аперитивчик. С такими объемами моя бедная печень уже не справлялась. Я начал пьянеть. Описывать это противно, да и нет тут ничего интересного. Скажу лишь, что из самого трезвого человека в любой пьющей компании я превратился в обыкновенного пьянчужку, тупо косеющего уже через сорок минут после начала банкета.

Было совершенно ясно, что это — последний звонок, что дальше со мной начнет происходить то, что я уже много раз видел раньше на примере других, но тешил себя самодовольной мыслью о том, что уж с моей-то способностью — пить, не пьянея, мне такая беда не грозит. А теперь она не просто грозила, она уже победно ухмылялась, глядя мне в лицо. И выбор передо мной был совсем небольшой: падать в этот мрак дальше, до упора, или все-таки напрячь остатки воли и хотя бы попытаться из него выбраться.

Совсем завязать с выпивкой уже не получалось. Чтобы хоть как-то упорядочить свое пьянство я твердо решил: больше ни в коем случае не пить в одиночку. Со стороны эта решимость может показаться смешной, но другого выхода я для себя тогда не видел и как мог держался этого правила. Если уж совсем поджимало и прихватывало — покупал бутылку и шел в гости. Усаживаясь в автобус из Москвы, я с надеждой осматривал салон в поисках знакомого лица, и если находил себе собутыльника, то с облегчением бежал в магазин… Но один больше не пил.

Так прошел год. Пить я стал намного меньше, но тяга к спиртному не исчезала, зато стремительно сузился круг людей, с которыми можно было хлопнуть по рюмочке. Практически все мои друзья годам к 35 вышли на тот же рубеж, что и я. Каждый спасался от своего алкоголизма как мог, и никому из нас даже в голову не приходило предложить другому скоротать вечерок за бутылкой. Все мы уже поняли, что больны и старались не искушать друг друга.

Ни о зашивке, ни о кодировке никто из нас даже не думал, по очень специфической и важной причине: зашитым и кодированным алкоголикам нельзя причащаться. Дело в том, что при зашивке человеку вгоняется, с интервалом минут в десять, несколько препаратов контрастного действия, от которых его последовательно бросает то в жар, то в холод. А потом ему очень убедительно объясняют, что теперь даже капля спиртного, попав в его организм, вступит в реакцию с этой «волшебной смесью», превратится в смертельный яд и убьет его. Клин вышибают клином, рефлекс побеждается другим рефлексом, а страх смерти намного сильнее тяги к алкоголю. Во всяком случае, все зашитые, которых я знаю лично, испуганно шарахаются даже от кефира и кваса, опасаясь мизерной доли спирта, образующейся там при брожении.

А ведь православная Евхаристия совершается на виноградном вине. Следовательно, для зашитого человека дорога к Причастию заказана. Вернее, он может, конечно, подойти к Чаше, но только при условии, что вера в истинность Тела и Крови Христовых окажется у него сильнее страха смерти. Но о таких случаях я не слыхал ни разу.

Хотя один мой друг умудрился найти выход и из этой дилеммы. Он зашивается на год, по окончании этого срока идет в храм, причащается и… зашивается еще на год, до следующего причастия. Такой вот странный у человека ритм евхаристической жизни. Я не сторонник подобных методов, но в данном случае просто не знаю, как к этому относиться. Потому что без зашивки этот мой друг за несколько месяцев превращается в настоящее животное, пьющее беспробудно с интервалом дней в пять-шесть между трехнедельными запоями. Страшнее всего то, что он до сих пор не считает себя алкоголиком и уверен, что пьет умеренно, его запои лишь — досадное недоразумение, а зашивается он — так, «на всякий случай»…

Время шло, я старался пить как можно реже и меньше, но иногда, совершенно неожиданно для себя, все-таки срывался в штопор. Не знаю, сколько бы еще тянулась эта моя позиционная война со своим алкоголизмом, если бы однажды Господь не сотворил чудо.

…В очередной раз я сорвался, когда приехал к друзьям в подмосковный Обнинск. Дело было Великим постом, накануне праздника Благовещенья. Мы сидели с другом в его музыкальной студии, он показывал мне материал для своего нового альбома, я рассказывал ему о своих немудреных делах, а на следующий день мы собирались вместе пойти в храм, где настоятелем был еще один мой старый друг. Я приехал именно к ним, я вообще не думал о выпивке, потому что оба они — абсолютно непьющие люди. И вдруг… Какой-то полузнакомый гитарист Колян, случайно забредший в студию… Какой-то сомнительный повод — вроде бы дочка у него родилась, что ли… какая-то нелепая убежденность в том, что — «святое же дело, нужно же обмыть…»
Короче, напился я тогда ужасно. На следующий день мы пришли в храм уже к концу праздничного богослужения. Там меня многие знали, любили и очень обрадовались, когда я появился. Ребята с клироса звали меня попеть на молебне, я вяло отнекивался и норовил стать поближе к выходу. Голова раскалывалась, мутило до темноты в глазах, а на душе было так мерзко, что жить дальше не хотелось.

Я смотрел на икону Богородицы, но молиться не мог даже в уме. Слов не было. Я просто стоял и плакал от собственного бессилия, оттого что так и не смог победить в себе эту мерзость, оттого что большая часть жизни уже прожита, и — так глупо…

Недели через три я вдруг с изумлением понял, что с тех пор ни разу не выпил. Более того — я целых три недели вообще не замечал, что не пью. Это было невероятно, этого просто не могло быть, но факт — упрямая вещь. Мне больше не хотелось выпить нигде и ни при каких обстоятельствах. Теперь я спокойно мог сидеть за праздничным столом, уставленным водкой, и никакого желания или стремления к спиртному не испытывал. Все мои рефлексы на алкоголь исчезли настолько одномоментно, что я даже не заметил, как это произошло. Будто Господь взял меня и опять поставил на тот самый перекресток, с которого я много-много лет назад ушел не по той дороге. Только теперь я уже хорошо знал, куда она ведет. Слишком хорошо…

Тут бы этой сказке и кончиться счастливо. Да только не получилось из меня добра-молодца. Мало-помалу, разок, другой, третий… Нет, я очень аккуратно сейчас пью, и отлично понимаю, что каждый мой глоток — шаг по той самой проклятой дороге. Но единственное, на что меня сегодня хватает, это всего лишь — не частить, шагать пореже. А ведь был шанс, была прекрасная возможность вообще никогда больше не прикасаться к этой отраве, забыть о ней навсегда. Почему же я ею не воспользовался? Не знаю… Видно, кроме алкоголизма есть во мне что-то еще, что толкает и толкает к краю, переламывая даже опытное знание, так дорого мне доставшееся.

Когда я слышу о чудесном исцелении уверовавшего пьяницы, то не радуюсь за него. Мне за него страшно. Да, Господь может исцелить алкоголика чудесным образом, и я знаю об этом не понаслышке. Но вот запретить себе пить после такого исцеления человек может только сам. Потому что Бог никого не кодирует, не зашивает и никому не завязывает горло на узел. Он лишь обращается к каждому из нас словами пророка Моисея: жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое. (Втор 3:19) И не от чудесного исцеления зависит дальнейшая судьба такого человека, но от его решимости и твердости в выборе между жизнью и смертью.

…А я все топчусь на своем перекрестке. То пробегу несколько шажков по дороге к смерти и проклятию, то испуганно отпрыгиваю обратно в жизнь. Это и есть для меня сегодня — умеренное питие. И чем оно закончится, знает один лишь Господь…

Александр Ткаченко

На заставке фрагмент фото Annette Dubois/ www.flickr.com

ТАКЖЕ РЕКОМЕНДУЕМ:

Три дня в реабилитационном центре для зависимых

Помощь зависимому. Пошаговое руководство

Лечение алкоголизма: 10 православных реабилитационных центров

Откровения алкоголика

Когда мне попалось это письмо, долго сомневалась в том, что можно ли в таком виде, как оно написано выставить на блог. В тоже время, как и что бы мы не говорили о вреде алкоголя, какие бы примеры не приводили, ничто не сможет заставить задуматься человека так, как это сможет сделать тот, кто прошел ЭТО, кто сам испытал и прочувствовал ЭТО на себе.

Можно, конечно, сказать о том, что не совсем педагогично было оставлять некоторые предложения и выражения автора. Но…, но это жизнь, это реальность с которой мы сталкиваемся каждый день. На это не закроешь глаза и никуда от этого не уйдешь.

Откровения алкоголика

Я очень боялась расстаться с алкоголем, я не верила, что без него можно жить, да и вообще – жизнь без алкоголя представлялась мне пустой и скучной. А то, что жизнь с алкоголем – это постоянное чувство стыда за себя и бесконечные потери, я не хотела признавать, да и не было необходимости, ведь все мои друзья без исключений тоже были алкоголиками, а когда я позорилась перед посторонними людьми, я просто старалась больше с ними не встречаться, или заранее принимала агрессивный вид, или превращалась в пушистое несчастное существо, которое так легко обидеть на всю жизнь одним бестактным словом.

А то, что алкоголизм – это страшное заболевание, с запахом гнилых кишок, эпилепсией, тремором, вздутием лица и прочими прелестями, которые ждут всех алкоголиков без исключения, я и вовсе не задумывалась.

Если бы мы могли увидеть свое будущее!.. Если бы вот эта девочка, которая бездумно прячется в пиво или вино от обид и комплекса неполноценности, могла увидеть правду, которая случится с ней через много лет – как она сидит на полу, ссаная и сраная, на каком-нибудь железнодорожном вокзале, и от нее шарахаются даже крысы!.. Если бы вот этот молодой человек, всего-то и выпивающий по праздникам, а еще потому, что нехорошо отрываться от коллектива, который раз в неделю справляет день рожденья очередного сотрудника, если бы этот юноша знал, что через двадцать-тридцать лет он будет висеть в алкогольной петле, а у его матери с черным от горя лицом на почве такого удара откажут ноги… Если бы вот эта великолепная интеллектуалка средних лет получила бы в руки кино из будущего и увидела бы себя – отупевшую, с провалами в сознании, с трясущимися руками, со слюной изо рта и приступами эпилепсии, развившимися на почве прогрессирующего алкоголизма, к которой давно никто не ходит, потому что противно, от которой шарахаются дети во дворе, от которой воняет и у которой вши!.. Они бы бежали от алкоголя как от чумы. Как от страшного бедствия, уже постигшего их…

Но нет такого кино!

И человек пьет. Сначала «как все» — денек на работе, денек дома – расслабляясь от стресса, вечерок в гостях, нажираясь в компании себе подобных до свинячьего состояния. Что тут же преподносится как забавная история: «Вчера нажрался, упал в говно, блевал в салат – вот ржачки-то было!» Сколько таких историй из собственной жизни вы можете уже насчитать? если больше двух – вы алкоголик. Но пока вам смешно, пока вам весело. И вашим друзьям тоже весело – они ведь пьют так же, как вы. Вам всем весело! И это правильно. Потому что вы – алкоголик. Даже если вы еще не валяетесь под забором. Но у вас все впереди. Потому что если с вами происходят подобные гнусные истории, над которыми вы сейчас так весело ржете, то у вас только один выход – преподносить эту мерзость как забавный анекдот. Иначе вы будете вынуждены увидеть, во что болезнь уже превратила вашу жизнь. Но ведь вы не хотите этого видеть!.. Вы упорно не хотите видеть, что вы больны – что вы уже больны, и во что так медленно и так незаметно превращается ваша жизнь. Вы уговариваете себя, что пьют все, что у вас еще есть время, что с вами все еще не так плохо, как с другими… Вы панически боитесь остаться без своих друзей-алкоголиков. Вы лжете своим детям, что вас надо пожалеть – и дети жалеют вас… Они лгут по телефону, что вы заболели – когда вы валяетесь в собственной блевотине. Они приносят вам пиво на опохмел – чтобы вы не сдохли от отравления, вас так трясет, что вашим детям страшно за вашу жизнь. Вы то и дело приходите домой пьяненьким – жалким существом с пустым выражением глаз. Вы объясняете своим детям, что пить нехорошо много – тем самым вы лжете своим детям, что уж вы-то пьете мало. И ваше собственное «мало», которое они наблюдают каждый день, становится для них нормой… Потом ваши дети начнут вас презирать и стыдиться. Это время обязательно наступит – еще ни один алкоголик не избежал презрения и стыда своих детей. А потом ваши дети выйдут замуж или женятся на таких же алкоголиках, как вы, — это вы заложили в них эту схему. А потом ваши дети сами станут потихоньку пить – медленно и незаметно превращая свою жизнь в то, во что свою жизнь так «успешно» превращали вы – год за годом, у них на глазах.

Но вы – вы всегда найдете себе оправдание. Вы спокойно закроете глаза на любую правду, на любую чужую боль, даже боль своих детей, если эта боль и эта правда мешают вам пить дальше.

Спустя много-много лет (кто раньше, кто позже) к вам придет дрожание рук. Потом одутловатость черт – алкогольная одутловатость. Пивной живот. Ноги истончатся. Кожа начнет источать характерный рвотный запах. Все эти признаки – неизбежны. И они обязательно будут вашими. Они обязательно придут к вам. Потому что алкоголь умеет ждать. И потому что красивого алкоголизма – не бывает.

Возможно, все эти признаки вас испугают и вы даже бросите пить – на какое-то время. Но вот в себе вы ничего не захотите менять – вы останетесь прежним человеком, с тем же самым набором ваших личных качеств, которые и привели вас к алкоголизму. Вы бросите пить – но внутренне вы останетесь прежним. Вот почему через какое-то время вы снова начнете пить.

Однажды вы услышите о программе «12 шагов» и даже увидите тех выздоравливающих алкоголиков, которым она реально помогает многие годы не только оставаться трезвыми, но и быть спокойными и даже счастливыми. Без всяких вшиваний и кодирований. Вы заинтересуетесь этой программой, но как только вам скажут, что эта программа основана на беспощадной честности к себе, что избавление от алкоголя потребует от вас тщательно пересмотреть весь свой духовный багаж и начать работать над своими внутренними качествами – и что это обязательно приведет вас к выздоровлению, как вы тут же снисходительно усмехнетесь и презрительно отшвырнете от себя эту программу. Потому что беспощадная правда о себе – это единственное, что может заставить вас бежать от алкоголя сломя голову, как от чумы. Но именно этого вы и боитесь. Ведь вы не просто же так стали алкоголиком – ваши внутренние качества позволили вам это! А вам вдруг предлагают именно их и пересмотреть. Ваша духовная лень сделала вас алкоголиком – а вам предлагают избавиться от духовной лени! Но как же человеку с духовной ленью избавиться как раз от нее — от духовной лени!? Вам объяснят, что у вас нет выбора. Что вы либо начнете изменять себя, либо подохнете. И подохнете не красиво как в кино – а мерзко, как подыхают все алкоголики.

Но вы – не поверите…

Пройдет еще несколько лет. Возможно, даже несколько десятков лет. И вас постигнет распад на уровне нервной системы. Этот распад также обязателен для всех алкоголиков. Вы – не исключение. Не рассчитывайте, что вам удастся проскочить. Не удастся. Просто потому что проскочить еще не удавалось – никому. Ведь если у человека больная печень, а он годами продолжает есть жирную пищу, то с какой стати этот человек окажется здоровей других таких же сумасшедших?

У вас уже давно появились проблемы со сном – и вы стали «лечить» это тем, что к лошадиной дозе алкоголя прибавили успокоительные таблетки.

Вас стали посещать приступы неконтролируемой агрессии или, наоборот, неуправляемой плаксивости. Это тоже неумолимые признаки тяжелых стадий алкоголизма.

Вас все чаще посещают мысли о самоубийстве. Ваши друзья умирают один за другим, потому что ваши друзья — алкоголики, других у вас нет и быть не может; все остальные ушли от вас и вспоминают жизнь с вами как кошмарный сон. Эти смерти пугают вас, усиливая вашу депрессию. Где-то в глубине души вы начинаете прозревать истину – что вы тоже умрете их смертью или ваш мозг не выдержит этих бесконечных алкогольных атак, и однажды вы сойдете с ума. По-настоящему. С санитарами и растительным образом жизни.

Ваши близкие, все кто мог, давно ушли от вас, а все, кто еще остался, в глубине души страстно мечтают об этом, – вы называете это «предательством». На самом деле эти люди просто пытаются спасти от вас свою собственную жизнь, которую именно вы отнимали у них год за годом, беспощадно и расчетливо убивая – высасывая — всех тех, кто вас любил. Вам ведь страшно умирать в одиночку? Тем более что жизнь с преданными вам людьми была так удобна для вас! Эти бедные люди и понятия не имели, что, покрывая ваши выпивки и постоянно ухаживая за вами, они способствовали вашему алкоголизму. За ваш алкоголизм расплачивались не вы, а они – своими деньгами, силами, нервами… Вы запросто ломали их жизни, их здоровье и молились только об одном – чтобы все эти люди и дальше обеспечивали вам этот алкогольный комфорт и брали на себя ваши проблемы. А когда они хотели уйти от вас, вы нагло давили в их самые слабые места, используя их самые лучшие качества – вы рыдали и клялись им в любви, изо всех сил воздействуя на их чувство жалости; вы не раздумывая вешали на них чувство вины – под тем или иным соусом сообщая им, что, если они вас бросят, вы покончите с собой. И они остаются – ведь они так боятся причинить вам боль! И вы снова годами треплете им нервы, заставляя их бояться за вашу жизнь, за свою жизнь, за жизнь ваших и своих детей и близких… Они снова кормят вас, покупают вам вещи (ведь вы давно уже пропиваете свои деньги), моют вашу квартиру, собирают вашу блевотину, отволакивают вас домой по первому вашему звонку, не спят по ночам, вызывают вам «скрую», бегают вам за пивом, когда похмелье травит вас изнутри как крысу, и снова и снова покрывают вас перед начальством и перед вашими детьми. Их жизнь давно превратилась в ад. По вашей вине. Они тоже стали больны – созависимостью от вашей болезни.

И все-таки ваши друзья еще продолжают называть вас добрым чутким отзывчивым человеком. Когда-то они были правы – когда-то вы и впрямь были таким человеком. Но алкоголизм – это болезнь души. А разве может больная душа обладать здоровыми характеристиками? Ведь это именно вы уже давно цинично и безжалостно используете всех, кто вас любит. Потому что только они и позволяют вам издеваться над ними, над их нервами и жизнью. Вам не было их жалко. Вам было жалко только себя.

Однажды у вас начнется неконтролируемый бред. Вам скажут об этом сторонние люди, которых он испугает. Но ведь вы сами не слышите своего бреда! Так что чужие слова опять останутся для вас пустым звуком… Они просто заставят вас испытать некоторый стыд перед чужими людьми – все-таки это не очень хорошо, что кто-то слышал, как вы бредите… тем более что свое пристрастие к алкоголю вы уже ни от кого не в силах скрывать – вы напиваетесь всюду и у всех. Но ничего! Вы тут же придумаете какую-нибудь жалобную историю, которая уведет свидетелей вашего бреда от правды о вас. Вы ведь уже давно научились врать – вы непревзойденный лжец во всем, что касается правды о вашем алкоголизме.

Постыдные истории, в которые постоянно ввергает вас ваша болезнь, вы, как правило, не помните на следующее утро – и это прекрасно спасает вас от стыда! А свидетели вашего позора обычно молчат или преподносят вам все ваши мерзости в мягком варианте – из тактичности. А это значит, что картина вашего позора, масштаб распада вашей личности снова и снова благополучно ускользает от вас! Но если бы даже сейчас, когда вы уже давно вступили в самую тяжелую стадию болезни, вам показали фильм, в котором вы увидели бы себя со стороны… каждую свою пьянку… в бесконечной многолетней череде стыда и позора… если бы вы увидели себя со стороны… а потом еще и увидели бы, каким после всего этого вы станете в будущем — если уже сейчас вы так омерзительны всем, кроме себя и своих друзей-алкоголиков!.. Возможно, вы бы тут же наложили на себя руки. Или – бросились бы наконец лечиться. Ведь вы не виноваты в том, что вы больны. Но вы виноваты в том, что не лечитесь.

Но нет такого кино! А свидетели тактично умалчивают от вас всю вашу правду. Или попросту бояться, что сказанная ими правда убьет вас – и тогда в вашей смерти они будут винить себя. Им и в голову не приходит, что ваша смерть – это полностью дело исключительно ваших рук. Это ведь вы сами превратили свою жизнь в бесконечную череду стыда и кошмара. Подумайте: если всего лишь честные слова о вашем поведении, если всего лишь полная правда о вас настолько для вас страшна и омерзительна, что, услышав ее, вы способны немедленно удавиться, то какова же вся ваша алкогольная жизнь!?

Но вы — вы не знаете этой правды! Вы не хотите ее знать. Вы не хотите лечиться. Вы хотите только одного — пить. И вы продолжаете пить. И вот уже скоро с утра и до вечера вы будете пить совсем по чуть-чуть – сначала по одной рюмке в час, потом по одной третьей рюмки, тут же впадая в полубред-полусон. Вы будете сидеть за столом, склонившись годовой над недопитой рюмкой, пуская слюни и не удерживая мочи. Ваши глаза будут закрыты – кому-то покажется, что вы спите, но это не так. На самом деле ваша нервная система полуотключена, ваш мозг находится в опасном состоянии передозировки наркозом (алкоголь постоянно анестезирует ваш мозг; когда вы пьете, он всегда работает в полуотключенном режиме, но вы этого не замечаете). И первые признаки такого состояния случались с вами давно – помните свои провалы в памяти, когда на следующее утро вы ничего не могли вспомнить? А еще вам рассказывали, что вчера вы как-то внезапно вырубились – вам было смешно слушать такие рассказы о себе, вы и не догадывались тогда (вы и сейчас не догадываетесь), что подобные отключки сознания говорят только об одном – о том, что в этот момент, когда вы «спите» мордой в салат, вы как никогда близки к смерти. Потому что это не вы внезапно уснули – это ваша система аварийной безопасности вырубила вас, чтобы ваши больные мозги дополнительной дозой смерти не погубили систему. С тех пор прошли годы – и вот ваше сознание теперь уже постоянно отключается после принятия 15 граммов алкоголя. Вы сидите над рюмкой в полубессознательном состоянии. Вы периодически мычите. Ваши слюни тянутся из вашего рта тонкими омерзительными лентами. Мочевой пузырь произвольно опорожняется. Через 15 минут вы очнетесь – и снова выпьете одну треть рюмки. И так весь день. И следующий день.

Именно так вы будете теперь жить день за днем. Это ваша жизнь. Это и есть настоящая жизнь алкоголика.

Когда вы начнете выходить из запоя, вы будете уверены, что вы больше никогда не будете пить. Вам будет мучительно стыдно, что вы обоссались, что это кто-то видел. Вам за многое будет мучительно стыдно – и это тоже ваша жизнь. Некоторое время вы не будете пить. А потом тоска по алкоголю – неконтролируемая тяга – настигнет вас снова… и вы снова будете сидеть над рюмкой, пуская слюни. Но и сейчас не поздно начать лечение! Уже трудно – да, ваше сознание практически отсутствует в вас, но все-таки не поздно, ибо вы иногда все-таки выходите из запоев! Но ведь вы – не пойдете…

Потом вы начнете заикаться. Потом вас «внезапно» настигнет первый приступ эпилепсии. Он испугает вас. Настолько, что вы пойдете к наркологу – вшиваться, кодироваться и т.д. Через несколько дней (недель, месяцев) вы либо снова побежите к этому наркологу – расшиваться, раскодироваться, либо ваша тяга будет настолько мучительна, что вы не удержитесь и выпьете без всякого расшивания! Ваш больной мозг не сможет вас удержать от этого шага. Если вам повезет – вы умрете (и я знала таких людей: мой бывший друг выпил без расшивания, и вроде бы все обошлось, он пил, шутил, веселился и радовался своему возвращению в алкоголь; утром он умер). Если вам не повезет – будете гнить дальше.

Вы пропьете все что сможете. Вы будете ходить по ларькам и помойкам в поисках собутыльников, которые пожалеют вас и нальют вам рюмочку. Вы будете ходить по соседям и выклянчивать себе на опохмел. Соседи будут брезговать вами, но вам к тому времени будет уже все равно.

Исповедь анонимного алкоголика


Я алкоголик, так уж вышло. И я хочу поделиться своей историей.
Чуть младше тридцати, пролетарий, но не нищеброд и не бич, просто безудержен в этом плане. Живу, точнее жил, обычной жизнью, и для многих своих знакомых теперь считаюсь трезвенником — вскоре вы поймете, почему.
В этой истории не будет мистики в обычном ее понимании, только самая что ни на есть правда жизни. Был у меня знакомый наркоман, удивительной выдержки человек, травился всем, чем только можно, на чем только не сидел. Угорал с нас, алкашей — мол, что вам пить-то мешает? Бухайте себе в радость, а то все капельников зовете, кодируетесь, страдаете какой-то херней. Как дети, ей-богу. Пока сам не допился до белочки.
Пропущу процесс вхождения в запой, его разгар и кульминацию, перейдем сразу к выходу.
Когда ты к этому придешь, а ты придешь, если встанешь на мой путь — тебя там встретит масса неприятных огорчений. Это будет не то похмелье, к которому ты привык, нет, головной болью ты не отделаешься. Не буду перечислять все прелести, скажу сразу: бойся бессонницы. Спи любой ценой, через силу, через не могу, таблетками закидывайся, ворочайся ночами, чтоб хоть урывками час из восьми тревожного сна набрать, только спи. Иначе примерно на третьи сутки без сна к тебе придет алкогольный психоз.
У меня это было после месяца запоя: 0,7 — 1 литр водки в сутки. Я в отпуске был, имел право. В какой-то момент водка лезть перестала, никакими таблетками я не озаботился, смело решил выходить «на сухую», слабоумие и отвага же.
И на третьи сутки бессонницы мне заиграло радио из утреннего душа. Несли какую-то пургу, но между разговорами вместе с водой лилась шикарнейшая музыка. Я б вот честно, диктофон схватил и записывал, если б не был в твердом уме и не понимал, что это глюк. Мне от происходящего смешно было, никакого страха, никакой тревоги. Ну допился до радио из душа, проза жизни же.
А состояние физическое было крайне печальное на тот момент — ползал от компа к дивану, баклаху с водой обновлял периодически, ведро блевотное менял. Так вот день мой и прошел. К вечеру откуда-то нитки в зубах появились, то ли шерсть кошачья (у меня есть кот, да). Ковырял с завидным упорством. А к ночи появились и голоса.
Я все еще скептически относился, послал все эти игры разума нахер, в одеялко закопался в надежде таки уснуть. Вот только вышло все по-другому.
Я не обладаю ни талантом литературным все расписывать, ни тем более желанием, поэтому просто перейду к конкретным советам на подобный случай жизни.
В ванную, туалет и на кухню — ни ногой, особенно на звук капающей воды. Ссы в кровать или на пол, водой заранее озаботься. Поверь, так будет лучше.
Женский голос будет петь из кухни или коридора, приятный — не подпевай ни в коем случае. Если у тебя есть домашнее животное, их у тебя теперь минимум два, но настоящее из них только одно. У меня был кот. Лже-кот отличался от основного тем, что сам ко мне не шел, только садился рядом и пристально смотрел, ждал, когда позову. НЕ НАДО ЭТОГО ДЕЛАТЬ. Еще с ним поговорить можно было, отвечал он мыслями в твоей голове, но не твоими. Этого тоже делать НЕ НАДО.
Никаких зеркал ночью. И в окна на улицу тоже не смотри.
Свет лучше оставить, но иногда — обязательно надо выключить (ты поймешь), причем весь, включая каждый сраный светодиод. Мобилой в темноту НЕ СВЕТИТЬ.
Не разговаривай с теми, кто к тебе приходит, сразу спрашивай имя. Не стесняйся матом крыть. Одеялко — твоя защита, не надо из под него лишний раз ночью вылезать, особенно с открытыми глазами. Скукожься под ним, закрой глаза, заткни уши, спрячься в себя, ничего хорошего тебя снаружи не ждет.
Я не следовал этим советам, по результатам остался почти слепой (выковыривал ножом глаза, один удалось спасти), с разодранными запястьями (та еще красота), глухой на одно ухо (ручкой проткнул, уж больно нехорошее мне в него говорили) и разгрызенными в клочья губами.
Теперь не пью.
В общем, не бухайте, пацаны.

Это не совсем исповедь, здесь описан запой моего друга по форуму. Последний запой, который все же поставил точку в его алкобиографии. Тоже много объясняющая картина. Интересующимся механизмом работы зависимости будет интересно прочесть…
Всем доброго времени суток! У меня сегодня годовщина начала последнего срыва. Хочу коротко рассказать о нём. К 12 мая 13 г. не пил уже 8 месяцев. Для сохранения, поддержания трезвости не делал ничего, тупо не пил и всё. Даже силу воли не включал, потому что тяги не было. Помнил свои тяжёлые запои, заезды в наркологию (6 или 7 раз с 2005) Знал, что алкоголь для меня цианистый калий+серная кислота в одном флаконе, что он меня уже убивал и убьёт совсем, если буду его пить.
Но пришёл обычный день 12 мая, ничем не отличный от других и я передумал. Изменил само мнение своё об алкоголизме. Подумал, раз я могу не пить по восемь месяцев, курить бросил легко, стоило мне захотеть — то что такому супермену будет с 1 бутылки водки на двоих с хорошим приятелем? Сегодня вот немного выпью и опять не буду пить до конца жизни. Вот дебильная, парадоксальная мысль!!! Но она казалась мне вполне логичной и осуществимой. А на все знания об смертельном психическом заболевании — АЛКОГОЛЬНОЙ ЗАВИСИМОСТИ, на памяти о запоях и тяжелейших последствиях, ночи в обезьянниках, сутки в спецприемниках, вязки в психушке, слёзы жены и дочери- на всё это в моем мозгу встала невидимая блокировка.
Итак, вечером 12 мая прошлого года я пришел с работы, и купаясь в душе, ВНЕЗАПНО решил выпить. Выскочил, почти не вытираясь, штаны одевая на ходу, прыгая на одной ноге. Боялся передумать, осознать, ЧТО я творю… Достать пузырь на режимном обьекте дело пяти минут, были бы деньги. А мне, имеющему репутацию человека, возвращающего долги всегда и в оговореный срок, и без денег. Три минуты и я вхожу в комнату с бутылкой водки. » Будешь со мной?»- спросил у Серёги. » Ты что, ох%ел, ты же не пьёшь, Паша!» — удивился Серёга. «Сегодня немножко выпьем с тобой, я решил.» «Ну, смотри….» Пили мы весь вечер. Культурно, грамм по 50. Не спеша, с чувством, толком, расстановкой. Выходили курить (я и закурил в этот вечер до кучи) беседовали за жизнь. С семи до 11 вечера мы пили вдвоем эту несчастную бутылку водки… Спать лег довольный и почти трезвый. Утром проснулся свежим и бодрым. Никаких последствий употребления. ЭТО МЕНЯ И СГУБИЛО!
Ещё через день мы с Сергеем уже взяли литр и пили дринками грамм по 120. (А хрен ли, я же не алкоголек, что мне?) Литр закончился, я пошел за добавкой. Не помню, как допивали , как разошлись и вырубился. Зато помню, что никакого кайфа, эйфории не было. Было отупение, одурение с каждым стаканом. С каждым глотком я глупел, плоско шутил, бахвалился своей «крутизной» и невье&енностью. Может, вам знакомо это состояние? Потом потух… На следующее утро проснулся с жуткого, дикого бодуна. Внутренности тряслись крупной дрожью, тошнило, мутило. И так муторно, скверно было на душе. Тут же по быстрому откуда-то появилось похмелиться, ещё до работы мы поправились, стало лучше. Да настолько лучше, что захотелось ещё улучшить самочувствие, сгонял за литрушкой, на старые дрожжи быстро осоловел, дорабатывал последний день вахты вдрабадан пьяным, буквально на автопилоте… Не помню, как собирал вещи, мылся, переодевался. Зато помню, что в дорогу (а я уезжал на автобусе, арендованном заводом до дома почти) заказал «дилерам» литр водки. Заказ был выполнен, пил с друзьями перед посадкой в автобус и в самом автобусе, причем водка была у всех, водка лилась рекой…
Итак, 15 мая вечером закончилась вахта, пьяный вдрызг я со всеми сел в арендованый автобус. Тронулись с территории завода. С собой была водка, не помню откуда, а в городе подсел гонец, специально откомандированный заранее за водкой (а то вдруг не хватит) Дорогу помню смутно, так как несмотря на сильное опьянение, пил ещё и ещё, много. Словно навёрстывал восемь трезвых месяцев. Сквозь туман слышал, как в конце салона назревала драка, в середине орали песни, а возле водителя один агрессивный от выпитого вахтовик требовал остановить автобус, чтобы сходить в туалет и покурить. Иначе, грозился, он сделает это прямо на ходу в салоне. Кого-то рвало на колени соседу. Вообще, автобус с пьяными вахтовиками — это такое скотство. Удручающее зрелище. Я перестал им ездить, потому что трезвому там вообще жесть. Автобус не шёл до моего городка, предстояло ещё дотопать от развилки до ж/д вокзала соседнего райцентра, а оттуда на электричке уже домой. Выйдя из автобуса, похмелились возле какого-то кафе, было безлюдно, 5 часов утра. Снова провал в памяти. Вокзал и посадку в электричку не помню. В электричке ещё решил накатить стакан (ну куда уже, зачем??) Логика запоя овладела мной полностью- лей в себя, пока не вырубит. Подошли охранники с контролёрами. Не помню, что они мне говорили и что я им отвечал, но дома на вокзале меня встретил наряд полиции. И самое страшное было ещё впереди.
Полицейские привели меня в отделение линейной полиции на ж/д вокзале. Смутно помню процесс заполнения протокола об распитиии спиртного в электричке. Наконец, отпустили. Сил добираться домой пешком или общественым транспортом не было, взял такси, хотя пешком идти минут 15. Приехал….

16 — 19 мая ничего не помню. Смутно только помню то злое, то заплаканное лицо жены, деньги, карточки она убрала и я вынужден был клянчить на дозу у неё каждый раз, когда из небытия возвращался в жуткую реальность. Потом жена исчезла. Я проснулся ночью один в пустой квартире. Денег нет. Мне невыносимо плохо. Время за полночь. Можно пойти в круглосуточную аптеку и взять спиртовую настойку. И вот я сделал то, отчего мне невыносимо стыдно до сей минуты — стал клянчить деньги! У незнакомых людей, их было так мало в это время суток. Двое молодых парней хотели меня избить. Сказали, стыдно такому бугаю просить, надо зарабатывать. Не стал им ничего объяснять, поспешил унести ноги. Наконец, сердобольная пожилая женщина с парнем, вероятно, сыном отсыпала мне горстку мелочи, видя моё состояние. Побрёл в аптеку. Обросший, вонючий, без носков и кое как одет, волосы торчком — я был чудовищем в человеческом обличье. но дойти до аптеки с первой попытки не удалось — за квартал меня догнал милицейский уазик и попросили в машину. Метров через 200 УАЗ остановился и подобрал ещё одного бедолагу — мою копию, разве чуть моложе… Нас свозили на медосвидетельствование в наркологию — оттуда в обезьянник. Снова протокол, подержали то ли 15 минут, то ли 3 часа, в этом состоянии время идёт по другому. Отпустили, и мы побрели через полгорода вдвоём к вожделенной круглосуточной аптеке, рискуя нарваться на другой наряд полиции.
Дошли, взяли 2 пузырька настойки перца и зашли к напарнику домой. Не помню ни лица, ни имени его. Выпили и я ушёл домой. Откуда-то появилась жена. Мне ничуть не стало лучше от выпитого, поэтому стал просить денег и сделал ещё один рейс в круглосуточную, на этот раз без приключений. Два пузырька по 100 грамм 75% спирта меня успококоили до рассвета…
С рассветом передо мной встала та же проблема — накатить и вырубиться. Выпросил на 2 пузырька, сходил. Первый не принял измученный организм, травануло. Второй прижился, но толку — ноль. Жена закрыла меня на замок и куда-то ушла. Полез в окно, благо второй этаж, как-то спустился. Не знаю, откуда, но остались деньги ещё на 200 грамм спирта. Сходил опять, пришёл, супруга дома и в курсе, что я в окно ушёл. (Пришла, открыла — меня нет, окно настежь) ВЫЖРАЛ ДВА ФЛАКОНА И СНОВА НЕ ОТПУСТИЛО!!! Плиать! Всё… Приехал. Дала феназепама — стало ещё хуже. Пришла страшная неусидчивость, меня гоняло с угла в угол, швыряло с дивана в кресло, выходил курить, прикуривал и выбрасывал сигарету. И стонал, стонал. Я не могу передать словами это состояние, скажу только, что это хуже зубной боли, почечных колик и приступа аппендицита одновременно! Жена вызвала скорую.
Наркология, оформление, время остановилось. Зачем -то она сказала, что я в окно вылазил со 2 этажа за пойлом, по этому меня определили в шестую палату, раздели догола, одели памперс и привязали намертво к кровати. Я кричал несколько часов. Бился в истерике. несколько раз подходил медбрат и обещал поколотить. Медсестры укололи снотворное — бесполезно. Снова кричу: «Дайте людям свободу, сволочи! отвяжите меня! Ну, отвяжите меня!» Я не давал спать 35 человекам в отделении.
Медбрат подошёл и ударил меня в печень. Потом в пах. Безрезультатно, я не чувствую боли, только бы убежать от реальности. Снова подошли медсестра с санитаркой, слышу разговор: «Этой дозой можно было свалить слона — что с ним делать?» Ещё укололи чем то сильнодействующим, как я понял. Но меня не вырубает. Они стали закрывать мне лицо подушками, чтоб отключить как-то. ВОТ ЭТО БЫЛ АД. Под утро провалился в небытие…
На второй день поставили капельницу, прокапали гемодез с глюкозой. Отвязали, перевели в первую палату. Немного начало отпускать. Лежал и думал, думал…Всё! Я ничего не могу сделать своей волей. Как бы я ни хотел максимально долго оставаться трезвым — болезнь швыряет меня в этот ад снова и снова.Это гораздо сильнее меня, я банкрот, нужна помощь, любая, хоть какая, я созрел и готов на всё.

Помню, как злился на А. И., который пообещал собрать нас у себя в кабинете а сам занят и не зовёт, змей этакий, когда я тут умираю от алкоголизма. Ещё помню, вечером первый раз идти на группу АА (я попросился, собрание в соседнем здании), время полтретьего, и ещё ждать три с половиной часа — чокнуться можно! Я настолько был тогда готов к действию, что если бы А. И. сказал: «Ты должен 40 раз отжаться от пола, а после ужина 20 раз прокукарекать на всё отделение — я бы и отжимался, и кукарекал, лишь бы быстрей начать выздоравливать.

И вот я на группе, слушаю, как благополучный, успешный мужчина спокойно говорит:» Здравствуйте! Меня зовут Саша, я алкоголик, пил запоями 12 лет, был на грани смерти, сегодня я трезв, трезвый уже 3 года 8 месяцев» — у меня появилась надежда. Смогли другие — смогу и я. И начал путь наверх.
Как перед рассветом становится особенно темно, так и последний запой. Он мне был ОЧЕНЬ НУЖЕН, как я теперь понял.

Возвращение из ада, или Исповедь бывшего алкоголика

Эту семью я знаю давно. Он — при хорошей должности и уважаем коллегами, она — не последнее лицо в видной организации. И умница-дочка, студентка престижного учебного заведения. В этом доме достаток и благополучие. Как говорится, жить бы да поживать, если бы не одно “но”: периодически, несколько раз в год, уважаемый отец семейства уходит в глубокий запой. Длится он, как правило, около недели, а то и больше, и дни эти становятся для всех тяжелейшим испытанием. Нет, он не буянит, не скандалит. Просто пьет — в одиночку и много. Пьет до тех пор, пока “ее, проклятую”, уже видеть не может…
— Конечно же, не сразу он стал таким, — поделилась как-то в минуту отчаяния супруга запойного. — Начиналось обычно все с “культурной выпивки”: посидели с друзьями после работы, выпили водочки или пивка… Ну, приходил иногда домой пьяным. Что ж, бывает, рассуждала. Иногда и запивал раз в год на несколько дней. Но ведь не алкоголик же он — те под забором валяются, думала. И как же ошибалась…
“Человек не может уснуть здоровым, а проснуться алкоголиком, алкоголизм — не простуда! Жесткой, стопроцентной границы между алкоголиком и еще не алкоголиком не существует. Это как лед весной: невозможно увидеть, в каком месте он истончается…”. Это не мои слова. Их сказала моя собеседница — бывший алкоголик, которая сегодня с полной уверенностью заявляет: “Я смогла, я сумела вырваться из настоящего ада!” И как-то не укладывалось в голове, что эта красивая, цветущая женщина побывала на самом “дне”. Ее исповедь — в назидание другим…
Близкие люди, ближе не будет
…Я росла в хорошей семье. В единственной лапушке-дочке родители души не чаяли. Как, собственно говоря, и дедушки-бабушки. Этакая всеобщая любимица. Отказа ни в чем не было. Лучший кусочек — мне, платьице — за самую высокую цену, украшения, всевозможные безделушки. После садика — школа. Подруг у меня не было. Долго не могла понять, почему со мной никто не хочет дружить. “Завидуют, — успокаивали домашние. — И одета, мол, ты лучше всех, и учишься — дай Бог каждому”. И то правда, завидуют, самоуспокоилась. Но все же ловила себя на мысли, что с удовольствием сходила бы с одноклассницами в бассейн или кино. Это злило. В такие минуты под руку, как правило, попадали близкие. Именно на них и выливала свое раздражение. Перечить мне никто не хотел, и к 14 годам я превратилась в злющую вздорную девчонку, которая не терпела возражений со стороны кого бы то ни было. То и дело в нашей уютной квартире накалялись страсти. Бросая вызов родителям, начала уходить из дому…
Елена Юрченко, социальный педагог городского Центра социального обслуживания семьи и детей:
— Сложные семейные взаимоотношения сегодня не редкость. И довольно часто мы сталкиваемся с ситуациями, когда родители приводят к нам 15-летнего подростка и просят: “Сделайте с ним что-нибудь. Совсем от рук отбился…” В таких случаях мы не спрашиваем, почему так случилось и где они были в течение 15 лет. Мы делаем все возможное, чтобы вернуть ребенка в семью, помогаем ему наладить с родными гармоничные отношения. Но при одном условии: этого искренне должны хотеть и родители, и их ребенок.
К сожалению, сегодня есть немало семей, нуждающихся в социальной защите и материальной поддержке. А многим из них присущи нездоровье и неблагополучие. Помочь установить гармоничные внутрисемейные отношения по силам нашим специалистам, которыми разработан обширный информационный материал, посвященный юридическим, психологическим, педагогическим и социальным проблемам жизнедеятельности семьи. Услуги оказываются бесплатно.
Скользкая дорога в пропасть
…Первое время по улицам шаталась бесцельно, затягивая как можно дольше свой приход домой. Зная при этом, что домашние с ума сходят от моего долгого отсутствия. А однажды вечером в парке я познакомилась с веселой компанией. Тогда впервые и попробовала спиртное. Совсем немного, но этого было достаточно, чтобы моя семья всю ночь спасала меня от алкогольного отравления. Утром было стыдно поднять глаза. Внутренне очень боялась родительского гнева. Но… все молчали, как будто ничего не произошло. А через несколько дней все повторилось: компания, выпивка, переполох в благородном семействе. Учебу я забросила. И, так сказать, с молчаливого согласия родственников все больше и больше окуналась в пьяную разгульную жизнь… Вдруг почувствовала себя взрослой и независимой. И такая жизнь начинала нравиться. Правда, в минуты просветления видела, как страдают от моих загулов родные. Но наступал новый день, и все начиналось сначала…
Иван Сквира, врач-психотерапевт, кандидат медицинских наук:
— На первой стадии человек, что называется, “любит выпить” — на вечеринке, в гостях или на природе. Ему нравится не только вкус спиртного, но и сам процесс выпивки, от которого он получает психологическое удовлетворение — расслабляется, перестает испытывать трудности в общении. После этого ведет себя неадекватно — может выкинуть совершенно неожиданный фокус, внезапно повести себя смешно или агрессивно. Часто на этой стадии выпивают рюмочку вечером, чтобы заснуть. Опохмеляться пока не нужно, но иногда появляются провалы в памяти: “Что же это я вчера натворил?”. И, естественно, чувство вины — пока только в виде плохого настроения и “огрызаний” с родными по утрам.
На второй стадии провалы в памяти случаются все чаще. Хочется опохмелиться — пусть даже это будет бутылочка пива. Именно на этой стадии формируется запойный алкоголик. Он может вести себя вполне адекватно в течение нескольких месяцев или даже года, но потом “срывается” на несколько дней, неделю, иногда больше. Это так называемый “истинный запой”, когда в перерывах — какими бы длительными они ни были — человек не пьет. Если он немного попивает периодически, то это уже ближе к “хроникам”, которые пьют регулярно. Последняя стадия — это уже полная деградация, вплоть до ночевки в канаве. Полная физическая и психологическая зависимость, тяжелейшее похмелье, проблемы на работе, в семье. Вот только тогда родные и начинают бить тревогу, обращаясь за помощью в церковь, к психологу, врачу. Но хочу сразу заметить, врач может только пролечить, а вот уж дальше — нелегкий реабилитационный труд не только самого вчерашнего алкоголика, а и его родных.
И, покинув берег свой родной, к другому так и не пристала
…Сейчас больно и страшно вспоминать, как стремительно катилась я в пропасть. Родные, устав от моих пьяных загулов, в один прекрасный день не открыли дверь. Помню, долго стучала, что-то кричала, затем плакала горькими пьяными слезами. Возле двери и уснула. Но мне ее так и не открыли. Утром, немного придя в себя, ушла от этой двери и из прошлой жизни, как казалось, навсегда… То, что со мной происходило последующие несколько лет, назвать жизнью невозможно. Зимой жила у знакомых, а летом — в заброшенном домике на окраине города. Вспоминать те годы абсолютно не хочется. Да и вспоминать-то нечего. Разве что как в минуты просветления неумело высаживала на небольшом участке земли при своем временном летнем пристанище огурцы, укроп да лук…
Мне было всего 22, но выглядела на все 50. Мысли о бессмысленности жизни стали приходить, когда однажды ранним утром, ковыряясь в мусорном контейнере, увидела идущую мимо маму. Скользнув по мне брезгливым взглядом, она прошла мимо. “Не узнала или не захотела признавать?” — не переставая, думала несколько дней. А затем решила, что лучший способ разобраться с жизнью — уйти из нее… Казалось, больше пойти просто некуда…
— Отец Дмитрий, служитель православного храма в честь иконы божьей Матери Иверской:
— Довольно часто к нам в церковь приходят люди и рассказывают, какое зло в виде алкогольной зависимости родных им людей отравляет семейные отношения. Церковь, конечно же, предлагает свою помощь в виде церковных таинств — исповеди, святого причастия и соборования. Отрезвление, похожее на трезвость, может прийти и во время поста. И вполне возможно, что это на какое-то время даст человеку целебную силу, но вряд ли исцелит его недуг. Ведь душой и телом спившиеся люди полностью подчинены греховному недугу. Их душевные силы истрачены настолько, что они согласны уже даже на услуги темных сил. Поэтому, выбирая из двух зол меньшее, церковь порой разрешает некоторым зависимым людям проходить курсы медицинского кодирования. В то же время нельзя само-
устраняться от этой проблемы и семье. Почему мы с состраданием и любовью относимся к людям, заболевшим, к примеру, раком, а к алкоголикам выражаем свою нелюбовь и неприятие? Неправильно это! Под-держите ближнего своего, помогите ему. Особенно в момент духовного и телесного исцеления. Исповедь изболевшейся души, которая добровольно хочет очиститься, дорогого стоит.
Луч света в беспробудном пьянстве
…С Андреем я познакомилась у одного из городских мусорных контейнеров. В то время как я изогнутым крюком ковырялась в ворохе грязного мусора, он ловко орудовал вокруг него метлой. Поглядывая с опаской на дворника (что и говорить, немало за годы скитаний по помойкам пришлось выслушать от них оскорбительных слов), молча делала свое “грязное” дело. Когда собралась уходить, вдруг услышала голос: “Есть хочешь?” “А выпить нет?”, — не сразу уловив доброжелательность в его голосе, тут же зло отпарировала. “Найду и выпить…”, — спокойно ответил дворник.
В то утро у меня на завтрак были яичница с гренками и долгий-долгий разговор с мужчиной, который когда-то, как и я, загнал свою жизнь в узкое бутылочное горлышко. Слушала его рассказ, а мысль одна: похмелиться бы… Он понял это и, когда собралась уходить, вдруг предложил: “Хочешь, останься… Попробуем вместе… Я помогу тебе…”
Наталья Маркина, руководитель гомельского анонимного клуба “Формула трезвости” :
— Задумывались ли вы когда-нибудь, как может себя чувствовать человек, бросивший пить? Еще вчера он не мыслил себя без алкогольного возлияния. Привычная разгульно-пьяная жизнь, друзья, сомнительные компании… Кто-то при этом его жалел, кто-то ненавидел. И вдруг — абсолютно трезвый образ жизни. “Ну и насколько тебя хватит?” — злорад-ствуют бывшие дружки. “Не пойдем мы на этот день рождения, мало ли”, — опасается жена. Стоит ли говорить, насколько дискомфортно бывшему алкоголику в среде недоверия и насмешек. Хорошо ему только среди своих, таких же, как он, “завязавших”. В Гомеле вчерашних пропойц, решивших встать на безалкогольный жизненный путь, собирает под своей крышей анонимный клуб “Формула трезвости”. На его заседаниях все легко и просто. Сюда может прийти каждый. Здесь никто не регистрирует пришедших, не спрашивает фамилий, не спорит о политике. Зато много и искренне говорят о любви и кулинарных пристрастиях. Этим людям ничего друг от друга не надо, но, тем не менее, если с кем-то из них опять происходит очередная “запойная” беда (к сожалению, случается и такое), они, забыв о своих проблемах, делают все возможное, чтобы вытащить клубовца из алкогольной бездны.
Впустить и в дом, и в душу
…Стоит ли рассказывать, что еще долгих два года Андрей боролся с моим запойным недугом? Он впустил меня не только в свой дом, но и в свою жизнь. Поняв, что самой мне не выкарабкаться, решились на первую кодировку. Но ее хватило лишь на три месяца. Полгода продержалась после второй. Была еще и третья. Именно после нее Андрей сказал: “А не родить ли нам с тобой сына?”. Его слова перевернули душу…
Сегодня у нас хорошая семья. Подрастает 3-летний Максимка, мечтаем о дочери. Обзавелись друзьями. Многие из них и не догадываются, что довелось нам пережить. А мы и не кричим об этом на каждом углу. Просто гордимся собой и радуемся жизни.
Алкоголь — страшное оружие. Но убивает оно не сразу. Не сразу погибает и человек, пристрастившийся к этой пагубной привычке. Более того, мы порой сами неосознанно подталкиваем своих родных и близких на край пьяной пропасти. Не бьем тревогу, когда наши дети, уверовав в правильность телевизионной рекламной кампании пива, впервые пробуют этот “напиток для настоящих мужчин”. Радуемся наивности сцены, когда 3-летний малыш наравне со взрослыми тянется “чокнуться”. Стыдливо покрываем запойное пьян-ство своих мужей, братьев, отцов. И сами не замечаем, как быстро маленький холодный снежок, скрывающийся под страшным словом “алкоголизм”, тяжелым комом врывается в наши дома. И остановить его в одиночку практически уже невозможно.
Есть старая китайская притча. Буддийский монах шел по лесу, устал и замерз. Увидел домик — в нем жила одинокая женщина, которая согласилась пустить монаха на ночлег лишь при выполнении одного из трех условий: либо съесть приготовленное ею мясо, либо выпить вина, либо провести с ней ночь. Монах решил, что вино — самый малый грех, и согласился немного выпить. После этого он съел мясо и лег в постель с хозяйкой жилища…
Валентина СЫС

Исповедь алкоголички. «Мысль о том, что больше никогда не буду пить, меня пугала»

Слово «алкоголик» у многих людей вызывает негативные эмоции: им представляется опустившийся бездельник. Однако проблемы с алкоголем могут возникнуть у любого, в том числе у человека из порядочной семьи, который в школе был отличником, получил высшее образование, ведет интеллигентные беседы и способен выполнять ответственные задания, пишет DELFI Viņa. Именно так можно охарактеризовать Анну (имя изменено) — женщину, которая более 10 лет находилась в зависимости от спиртного.

Фото: unsplash.com / Изображение носит иллюстративный характер

Анна рассказывает, что ее родители алкоголь не употребляют. Самой ей ни в школе, ни в студенческие годы не нравилось посещать вечеринки, на которых был алкоголь. Пока одноклассники пьянствовали, Анна сидела дома и читала книги. И не то чтобы она однажды «сорвалась», зависимость формировалась постепенно. Поначалу алкоголь помогал легче вписаться в компанию и использовался для борьбы со стрессом. А когда Анна узнала, какие алкогольные напитки — «правильные», их употребление стало даже немного престижным. Так незаметно выпивка превратилась в зависимость.

Первые признаки зависимости у Анны появились 12 лет назад, когда ей захотелось выпить без особой причины. Сначала она даже гордилась тем, что ее не мучило тяжелое похмелье. «Это вызывало такое чувство: о, значит, мне это не вредит, уж я-то точно не стану алкоголиком», — вспоминает Анна. Однако она ошибалась, так как впоследствии у нее образовалась зависимость, и крепкий алкоголь женщина стала даже сочетать с антидепрессантами. Чтобы начать лечение, ей нужно было пасть совсем низко.

Теперь уже долгое время Анна трезвая. По ее словам, люди часто не осознают, насколько серьезные последствия может вызывать употребление алкоголя, поэтому она согласилась рассказать свою историю, которая показывает, что алкоголизм — проблема всех людей, а не только отдельных социальных групп.

Первые «протрезвления» и отказ от алкоголя

По словам Анны, признаться себе в том, что ты алкоголик, — нелегко. Хотя внутренне она уже давно осознавала свою проблему, признать этого долго не могла, пока не достигла самой низкой точки в своей жизни. В тот момент, когда Анна впервые обратилась в общество анонимных алкоголиков, она уже поняла, что зависима от спиртного, но всей серьезности проблемы не осознавала.

Перемены начались, когда она начала употреблять алкоголь и лекарства на рабочем месте. Анна стала засыпать за столом и просыпалась только тогда, когда ее будили коллеги. Она поняла, что больше не может работать в коллективе, который знает о ее проблеме, и уволилась.

Фото: unsplash.com / Изображение носит иллюстративный характер

Другую работу Анна нашла очень быстро. Правда, употреблять алкоголь не прекратила и даже не верила, что сможет от него отказаться. Она просто начала «пить умнее», то есть так, чтобы другие не замечали, что она все еще пьет, и не быть пьяной на рабочем месте. «В тот момент я еще не признавала, что мне нужно лечиться, я просто понимала, что все очень, очень плохо», — говорит Анна.

Она подчеркивает, что человек не может освободиться от зависимости в одиночку: «Мысль о том, что все может измениться, очень пугает. Мысль о том, что никогда больше не буду пить — это безумно страшно. Страшно взять на себя ответственность за все, что произошло». Анна говорит, что будущее — неизвестное и пугающее, и возникает ощущение, что выхода из этой ситуации нет.

Помогло ей то, что она познакомилась с человеком, который заметил, что у нее проблема, и был готов помочь. Он уговорил Анну пойти к наркологу, который выписал лекарство для лечения зависимости. «Так начались мои первые «протрезвления». Я могла неделю или две быть трезвой. А потом снова было «падение». Не употреблять алкоголь неделю для Анны было великим достижением. Нарколог помог ей понять, как именно употребление алкоголя влияет на организм и работу мозга, но и с его поддержкой достичь полной трезвости не удавалось. «Когда я начала лечиться, у меня было ощущение, что я спотыкаюсь, с разбитыми локтями и окровавленным лицом карабкаюсь на гору, но подняться не получается. Мне очень хотелось быть трезвой».

Один друг предложил Анне связаться с пастором и наркотерапевтом Марисом Кирсонсом. «Тогда я употребляла и алкоголь, и лекарства, и наркотики», — вспоминает Анна. Наркотики она принимала не чаще раза в месяц. А настоящий путь к трезвости начался, когда ей уже не говорили строго «нельзя» и не стыдили за нарушения. Она старалась держаться ради себя самой, а не для того, чтобы перед кем-то отчитываться.

Анне предложили 90 дней посещать собрания анонимных алкоголиков. «Я проплакала все собрание», — вспоминает она свою первую встречу с анонимными алкоголиками, на которой ей впервые пришлось сказать вслух другим людям: «Меня зовут Анна, и я алкоголичка». Это было ужасно, и она не стала ходить на собрания, потому что была разбита. Анна вернулась к лекарствам, выписанным наркологом, и своей «полутрезвости».

Фото: unsplash.com / Изображение носит иллюстративный характер

Через пару месяцев она все же решила посетить собрание анонимных алкоголиков еще раз. Перед собранием пообщалась с другими пришедшими: «Я села и за пять минут до начала собрания поняла — нет, не могу». И ушла. Позже она решила связаться с кем-то из людей, с которыми говорила перед собранием. Анна нашла себе «спонсора» (поддерживающего человека из этой среды) и начала путь к абсолютной трезвости.

Она приступила к 12-шаговой программе, во время которой не только прекратила употреблять алкоголь, но и начала решать проблемы, приведшие ее к выпивке. «Мания величия, комплексы неполноценности — если ты со всем этим не разберешься, то рано или поздно вернешься к выпивке», — говорит Анна, отмечая, что во время выздоровления ей было важно понимать, что существует какая-то высшая сила и что она не одна. Для кого-то это может быть Бог, а для кого-то семья, друзья или группа анонимных алкоголиков. Важно осознавать, что существует кто-то, на кого можно положиться.

Время трезвости Анны

Хотя впервые произнести вслух слова «я алкоголичка» было трудно, теперь Анна этой фразы не стыдится. Люди, конечно, пытаются осуждать, но она говорит: «Люди обычно кого-то осуждают, когда у них самих есть проблемы, но они не могут себе в этом признаться и живут в этом отрицании». Анна объясняет, что люди, которые решают свои внутренние проблемы, обычно очень открыты и осуждают других гораздо меньше.

«То, что я алкоголик, — лучшее, что со мной произошло, потому что раньше я была очень несчастным человеком. Я не знала, как справляться со своими чувствами, своим одиночеством, своими дисфункциями, отношениями с родителями». Анна признает, что не умела справляться с многочисленными проблемами и чувствовала себя подавленной уже в школе. Она чувствовала себя неуместной и отстраненной. «Алкоголь каким-то образом помогал всюду вписаться», — признает женщина.

Анна говорит, что лечение от алкоголизма помогло ей понять: если ты отличаешься от других, в этом нет ничего плохого. Она усвоила и то, что чья-то агрессия не имеет к ней никакого отношения, потому что свидетельствует о неспособности агрессора справляться со своими эмоциями.

​ Фото: unsplash.com / Изображение носит иллюстративный характер ​

Анна говорит, что больше не чувствует себя одинокой, потому что знает, что у нее есть спонсор и другие сторонники. Она осознает, что у нее есть люди, которые в трудный момент могут помочь и находятся на досягаемом расстоянии. «Раньше я легко находила повод для выпивки. Случилось что-то хорошее — причина выпить, что-то плохое — причина выпить. Теперь, если я чувствую, что могу сорваться, то еду на собрание», — рассказывает Анна об изменениях в своей жизни. Она наконец познакомилась с собой.

Теперь она спокойно может находиться там, где употребляют алкоголь, ей не нужно от него бежать: «У меня все в порядке. У меня больше нет этого желания». Она может проводить время с теми, кто употребляет алкоголь. «Но я точно не хочу проводить время с пьяным человеком», — говорит Анна, добавляя, что пьяные люди часто не очень приятны.

Еще одно положительное изменение после прекращения употребления алкоголя — улучшение здоровья, говорит Анна. Врачи тоже очень высоко оценивают эти изменения, потому что им больше не нужно чинить то, что человек постоянно ломает своим поведением.

Отмечать праздники тоже стало намного приятнее, так как они больше не проходят «в тумане». К тому же опыт Анны и знания, полученные в сражении с зависимостью, уже несколько раз оказывались полезными и для других, и Анна этим очень довольна.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *