Искушение иисуса в пустыне

Искушение иисуса в пустыне

Искушение Христа в пустыне

После крещения Спасителя согласно Евангелию Он уединился в пустыне: “Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола, и, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал. И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами. Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих. Потом берет Его диавол в святой город и поставляет Его на крыле храма, и говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею. Иисус сказал ему: написано также: не искушай Господа Бога твоего. Опять берет Его диавол на весьма высокую гору и показывает Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему: все это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне. Тогда Иисус говорит ему: отойди от Меня, сатана, ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи. Тогда оставляет Его диавол, и се, Ангелы приступили и служили Ему” (Мф. 4. 1–11).

По преданию событие, о котором свидетельствует евангелист, происходило на горе близ города Иерихона, ныне именуемой горой Искушения. В память об этом событии там воздвигнут замечательный монастырь, который обычно посещают паломники, путешествующие по Святой земле. Другой монастырь был заложен нашими соотечественниками на самой вершине горы, представляющей собою плато. Уже был готов фундамент, сохранившийся доныне, однако революция в России помешала довести начатое строительство до конца. С Сорокадневной горы открывается удивительный вид на Иудейскую пустыню. Воображение легко вписывает в этот ландшафт сцену искушения Спасителя диаволом.

Ответы Иисуса очень важны, ибо дают возможность проникнуть в смысл служения Господа и понять, какую систему ценностей принес Он миру.

Итак, первое искушение — хлебом. Ты взалкал, ты хочешь есть? Сотвори же чудо, дабы камни сделались хлебами. Но Господь отвергает этот соблазн, ибо Его миссия не в том, чтобы освободить человека от заботы о пропитании. Это вовсе не означает, что Христос отвергает ценность материального начала жизни. Ведь в другом месте Священного Писания Он научает нас словами Своей молитвы: “Хлеб наш насущный даждь нам днесь” (Мф. 6. 11). Не ценность хлеба отрицает Господь, но отвергает убеждение, согласно которому материальное начало является высшим и абсолютным благом в жизни человека.

Между тем жизнь большинства людей как раз и управляется стремлением к обладанию материальными ценностями. При этом многие убеждены: чем легче достигается максимальный уровень материального благоденствия, тем больше оснований говорить, что жизнь удалась. Таким образом, обладание сокровищами земными приравнивается к истинному счастью. Этому искушению уступил некогда и наш народ, соблазнившись видением общества всеобщего благоденствия, где каждому будет дано по его потребностям.

Поверив в эту утопию, люди ради своей соблазнительной мечты отказались от отеческой веры, от Бога, от истории… Сколько жизней было принесено на алтарь ненасытного и безжалостного кумира! Но счастья человек не обрел. Позже необходимость претерпевать тяготы радикальных экономических реформ также мотивировалась грядущим материальным благополучием. Вновь искушающая иллюзия преуспеяния требовала взамен великих и страшных жертв — целостности государства, нравственного и физического здоровья народа, генофонда нации, человеческого достоинства. Цена обещанных хлебов — нерожденные дети и не дожившие своего века старики.

Отвергая ложную цель, которой соблазняет Его диавол — отец лжи, Господь говорит: “Не хлебом одним будет жить человек…” (Мф. 4. 4). Да, хлеб нужен, и надобно молиться Богу о том, чтобы на каждый день была у нас пища. Но при этом твердо знать, что достижение материального достатка не есть ни абсолютная цель человеческого существования, ни выражение полноты нашего бытия, ни символ счастья.

Другое искушение, с которым приступил диавол к Иисусу, — “если Ты Сын Божий, бросься вниз”, и тогда все уверуют, что ты воистину Христос. То есть убеждай посредством силы, согласись на трюк ради того, чтобы поразить воображение людей и овладеть их волей. Но Господь отвергает это искушение. Он отказывается прибегать к силе, делая выбор в пользу могущества слова, обращенного к сердцу и разуму человека. Ибо использование силы означало бы нарушение свободы воли человека, в результате чего люди перестали бы быть добровольными соработниками Бога в деле своего спасения, обратившись в пассивный объект воздействия таковой силы. В чем тогда состоял бы наш выбор? И можно было бы в таком случае говорить о личном участии? А что сталось бы с такими категориями духовной жизни, как подвиг веры, преодоление греха, жертвенность, любовь к Богу? Все это оказалось бы упраздненным или подмененным; и Господь отводит соблазн использовать силу в проповеди спасения.

И, наконец, искушение третье, и последнее. Возведя Господа на высокую гору, князь мира сего предлагает поклониться ему, а взамен получить власть над всеми царствами земными. Это искушение безграничной властью, возможностью повелевать другим человеком и подчинять его своей воле. В этом случае все возможности государственного, политического, экономического воздействия, а также незримая власть над умами и сила прямого принуждения могли бы быть употреблены для достижения цели пришествия Христова. Ибо не только политическая власть манипулирует массами и подчиняет большинство воле меньшинства. Известно, что подобные результаты достигаются также и властью денег. А разве не являются могущественным источником власти средства массовой информации, владеющие умами и формирующие стереотипы восприятия и поведения людей, побуждающие телезрителей и читателей газет действовать так, как это выгодно владельцам телевизионных каналов и печатных изданий? Существует немало форм власти над человеком и способов воздействия на его сознание, волю, чувства и поведение.

Похоть власти в человеке неизбывна. Сколько крови было пролито, сколько преступлений перед Богом и человеком было совершено во имя обладания властью! И как много зла творится в нашем мире доныне ради достижения и удержания власти! Но Господь Иисус Христос отказывается принять такую власть. Тем самым Он утверждает, что власть сама по себе не является ценностью, что спасение и полнота жизни не могут быть обретены силою власти. Ибо невозможно насильно одарить счастьем, как нельзя загнать человека вилами в рай. А ведь спасение — это и есть рай, то есть полнота бытия.

Господь отвергает искушения в пустыне, потому что каждое из них радикально изменяет ту систему ценностных координат, которая составляет суть Благой вести. Каждое из них разрушает целостность Евангельского послания. Принять искушение означало исполнить волю диавола, отказавшись от следования воле Божией.

Господь снабжает нас в путешествии по морю житейскому совершенно иной системой нравственных ценностей. И Евангелие открывает нам истины, которые одни способны сделать человека счастливым по-настоящему, ввести его в полноту бытия. Эти истины и есть суть учения Христа Спасителя.

Что отвергал Иисус Христос? — об этом уже сказаны миллионы слов, добавим еще немного… Римская провинция Иудея, в отличие от центра Империи, во времена Христа жила вековыми культурными стереотипами, как и большинство народностей Средиземноморья. Звучала одна и та же, казалось, бесконечная мелодия, однако то и дело пресекаемая римскими завоевателями, стремившимися как можно больше выжать из презираемого населения, и мало считавшимися с его святынями.

И все же из года в год — обычный повтор, заранее известные реакции на разные события, а если случалось нечто экстраординарное, то неслась «скорая помощь»: пракультурные инстинкты выживания; потом жизнь снова возвращалась на круги своя.

Между тем многие стереотипы образа жизни и социальные ценности постепенно хирели, к примеру, земледелец, ремесленник, скотовод, рыбак, даже принадлежавшие к роду когда-то знаменитых предков, стали второразрядными членами иудейского общества. А первые роли в нем играли теперь владельцы земель и крупного капитала, успешные торговцы, кланы, близкие к власти, ну и, как всегда, блюстители религиозных традиций — священнослужители, толкователи Торы и вероучители.

В народном сознании религиозное напряжение возбуждало предчувствие какого-то огромного перелома. С одной стороны, еще была сильна вера в богоизбранность, с другой — унижало ничтожество того положения, в котором находилась Иудея под властью язычников-римлян. Отсюда скорбное недоумение, которое превращалось в страстное неприятие действительности и ежеминутное ожидание Мессии — Освободителя. Религиозное чувство все более обострялось, приобретало бескомпромиссность. Нелепое, как казалось, противоестественное положение богоизбранного народа стимулировало поиски выхода, радикального и неожиданного. Именно такой выход проповедовал и являл своей деятельностью плотник из провинциального Назарета — Иисус, сын Иосифа и Марии. Лишь после Его казни последователи, да и то не все, поняли, что предложенный Им путь спасения Иудеи был путем спасения для всего мира, а Он сам, хотя и явился людям как простой плотник и был убит как презренный раб, на самом деле был прямым Сыном Бога, единственным ходатаем за людей пред Вседержителем — Он был тем, кому можно непосредственно молиться как самому Богу…

Указанный Христом путь к спасению — это путь к Царствию Божию, а не стремление к победам, превосходству, славе, богатству здесь на земле. Отвергая земные соблазны, человек становится духовно неуязвимым для притеснений, мелких и больших несчастий. Сразу это никому не дается: придется терпеть, скорбеть, даже испытывать мучения, но «претерпевший до конца спасется»… Спастись от докучливых забот, несправедливостей, всевозможных бед и страданий, — а кого же, хоть в какой-то мере, они обошли? — спастись можно только в Царствии Божием, в которое искренно и истово верующий начинает переходить еще при жизни, — поэтому для него смерти как бы и не существует!

Итак, Христос призывает жить для Бога и в Боге, и только для Него, а поэтому все, что уводит от Него, должно быть решительно оставлено и отвергнуто. Это, прежде всего, тяга к богатству, которое редко достается без усилий, и, как правило, требует напряжения всех способностей, мыслей, чувств, и если пораженный этой страстью человек и вспоминает Бога, то между делом, и лишь для того, чтобы попросить еще большего богатства и усыпить свою совесть. Тут в контексте учения Христа есть важный оттенок: Он осуждает не столько самих богатых, сколько страсть к богатству.

Зададимся вопросом: почему стремление к богатству так сильно в людях? Потому, что оно связано с фундаментальным пракультурным инстинктом единения с миром, можно даже сказать, — совокупления с ним, а «в идеале» властью над ним. Древний родомир, в котором тесно слиты сродники, живые и умершие, и место их обитания, — вот тот росток, из которого возникло чувство богатства, и затем желание его расширения. Христос не осуждает самого стремления к единству, но это должно быть единство в Боге и в любви, а не единство в соблазнах, не единство ради обладания.

Страсть к богатству редко насыщается им, так как эта страсть питается от фундаментального инстинкта, которому не может поставить пределы ни разум, ни здравый смысл; она не похожа на жажду, голод, сексуальное влечение, которые можно утолить, так как над нею почти не властвует физиология. Эта страсть замешана на превосходстве, заносчивости, гордыне, властолюбии. Побороть ее невозможно, отбирая богатство или равномерно его распределяя. Перебороть эту страсть, эту похоть к миру может лишь любовь к Богу, стремление соединиться не с миром, а с Ним.

Ради защиты или расширения богатства — земель, вещей, денег и т. п. — люди вступают в кровавые схватки и бойни. Многие подсознательно веруют, что пролитая кровь угодна умершим предкам и некоторым божествам, — а потому готовы во славу отеческих предков, да и по другим поводам воевать, изыскивая врагов. А Христос говорит, что врагов надо любить и благословлять! Ибо, живя в Боге, не страшны никакие враги…

Христос отвергает идолослужение, отвергает всепоглощающую многозаботливость, всепоглощающую любовь к ближним, к единоплеменникам, к родным местам, отвергает чрезмерное поклонение владыкам и господам, отвергает обычаи, ставшие самоцелью — отвергает постольку, поскольку это замещает Бога… Вместе с тем Христос не указывает на какие-либо внешние формы жизни, которые могли бы препятствовать любви к Богу, потому что, как Он сам говорит, источники греха и безбожия внутри человека, а не вне его.

Между учением основателя христианства и самим христианством, в том виде, как оно возвещалось и возвещается людям, в том виде, как оно приспосабливается к переменчивым взглядам, интересам и людской корысти, образовалась изрядная дистанция. Учитывая прирожденную приспособляемость, гибкость, лукавство человеческого рода, это вполне естественно. Как вполне понятно и желание увидеть изъяны не в самих себе, а во внешних формах жизни и других людях — неискоренимая пракультурная установка обелять свой род или самих себя, а, чтобы не пропадала столь милая сердцу черная краска, чернить других.

Рассуждение о том, что Богу угодно и не угодно, что значит жить для Бога, какая деятельность допустима, а какая нет, что можно разрешать, а что следует запретить, какие люди и даже целые народы достойны спасения, а какие вечного осуждения, — все это предметы нескончаемых споров среди христиан в течение многих веков, и спорящие уверены, что они при этом следуют учению Спасителя…

См. также:

Не искушай Господа Бога твоего

Часто люди неверующие и маловерные говорят: «Мы готовы были бы уверовать в Бога как Всемогущего Творца всего мира, если бы увидели своими глазами особое в Бога чем-либо проявление Его всемогущества, если бы перед нами совершилось чудо». Они забывают, что весь мир, да и сам человек — чудо, и если не видят и не понимают этого чуда, а ждут особого для себя знамения и тем как бы требуют от Бога доказательств Его всемогущества, тоискушают Бога,и потому знамение не дается им.

Часто люди легкомысленно предпринимают не вынуждаемые долгом, опасные, безумные действия, самонадеянно рассчитывая на чрезвычайную помощь Бога, на Его всемогущество, на Его чудесное вмешательство и спасение! При этом они вовсе не думают о том, заслуживают ли они такого особого попечения о них Бога, вмешательства Его в их легкомысленную жизнь и спасения их от их же собственного безумия? И как часто гибнут они лишь потому, что забывают сказанное: не искушай Господа Бога твоего.

Нередко житейские беды, несчастья, посылаемые нам Богом для испытания нашей веры, приводят нас в смущение. Видя, как заведомые грешники, взяточники и казнокрады благоденствуют, мы, не замечая за собой особенно тяжких грехов, начинаем роптать на Бога, говорим: «За что же те утопают в роскоши, а мы бедствуем?» Вместо того чтобы безропотно переносить посланное нам испытание, мы просим, чтобы Бог покарал грешников, а нас наградил или, по крайней мере, избавил от бед; мы дерзновенно требуем, чтобы Бог теперь же, на наших глазах, проявил Свою справедливость, чтобы преждевременно совершил Свой суд… И мы не получаем желаемого, беды наши растут, нищета усиливается… Потому что мы забыли сказанное: не искушай Господа Бога твоего.

Третье искушение

Потерпев два поражения, диавол не отступил. И, возведя Его на высокую гору, диавол показал Ему все царства вселенной во мгновение времени(Лк. 4, 5). И в этом искушении нельзя допустить, чтобы диавол возвел Иисуса помимо Его воли на гору. Возвращаясь из Иерусалима после второго искушения на Иордан, Иисус Сам взошел на гору, хотя, быть может, и по новому вызову диавола. На какую именно гору взошел Иисус — Евангелисты не говорят. Если это было вслед за первым искушением, как повествует Лука, то несомненно, что гора эта была в той же пустыне, в которой постился Христос. Если же возведение на гору последовало после искушения на крыле храма, как говорит Матфей, то горой искушения могла быть и гора, не находившаяся в пределах пустыни. Во всяком случае, гора эта была, по сказанию Евангелиста Матфея, весьма высокая.Но как бы высока ни была эта гора, обозреть с вершины ее все царства вселенной можно было только мысленно; поэтому и Евангелист Лука, повествуя об этом, говорит, что диавол показал Иисусу все царства вселенной вомгновениевремени, исказалЕму диавол:Тебе дам власть над всеми сими царствамииславу их, ибо она предана мне, и я,кому хочу, даю ее; итак, еслиТыпоклонишься мне, то все будет Твое (Лк. 4, 6—7). «Ты отказался превратить камни в хлеб, несмотря на мучения голода, которые Ты испытывал, и отказался, конечно, потому, что не мог совершить этого чуда; не в Твоей это было власти. Хотя Ты и веришь в Писание, однако побоялся положиться на помощь Бога, усомнился в том, что ангелы понесут Тебя на руках, и потому не бросился с кровли храма вниз к стоявшему там народу. Теперь я вижу, что Ты — не Сын Божий! А если так, то яви Себя в блеске земного величия, как Царь вселенной! Ведь евреи такого-то Мессию и ждут! Смотри, вот у ног Твоих все царства мира! Всмотрись в них и рассуди: кому послушен, кому подвластен этот мир? Богу или мне? Кто правит им? Из всех людей одни забыли Бога, другие и не знали Его; а меня все чтут, все делают то, чего я хочу; все порабощены мне. Здесь — все мое, здесь — власть моя! Но я готов разделить с Тобой эту власть, я готов отдать Тебе все царства мира, если Ты будешь служить не Богу, а мне. И будешь Ты тем Мессией, какого ждут евреи, будешь Владыкой мира, великим Царем Израилевым! И как легко Тебе достигнуть этого! Стоит лишь послушаться меня, вступить в союз со мной, поклониться мне… только поклониться! Итак, все это, все царства вселенной, всё будет Твое! Только подчинись мне! Поклонись!.. Поклонись же!..»

Отойдиот Меня,сатана, — сказал Иисус, — написано:ГосподуБогу твоему поклоняйся, иЕму одному служи (Лк. 4, 8).

Сорокадневные искушения окончены. Иисус выдержал их без колебаний. Воля Отца была высшим законом для Него, не допускающим никаких отступлений. Отцу угодно, чтобы Он шел к Своей цели путем страданий и смерти на Кресте, и Он избрал этот тернистый путь. Побежденный диавол удалился.

Следует заметить, что во втором искушении диавол пропустил весьма существенные слова псалма, на который ссылался. В псалме Давида сказано: «Ибо Ангелам Своим заповедает о тебе — охранять тебяна всех путяхТвоих» (Пс.

90, 11); диавол же в своей искусительной речи пропустил слова: на всех путях твоих; и пропустил он эти слова потому, что с ними не могло согласоваться предложение его броситься вниз с кровли храма; броситься с кровли храма — значит употребить средство, явно противное целям Искупителя, или пойти к достижению цели не теми путями, какие указаны Ему Отцом. В последнем же искушении диавол присвоил себе власть над миром, Вселенной — власть, принадлежащую одному лишь Богу.

В славянском переводе Евангелий Матфея и Луки последнее обращение Спасителя к диаволу выражено словами: Иди за Мною, сатано… Эти слова, понимаемые буквально и притом как русские слова, дали повод некоторым полагать, что Иисус Христос не отогнал от Себя сатану, а пригласил его следовать за Собой (иди за мной — следуй за мной). Но такое толкование не согласуется с тем предложением сатаны, на которое ответил Христос; наглая ложь сатаны, его дерзкая хвастливость не принадлежащей ему властью, наконец, предложение Христу, Сыну Божию, поклониться ему, диаволу, — все это должно было исторгнуть из глубины души Иисуса возглас — уйди от Меня,— но никак не приглашение — следуй за Мною.По объяснению Евфимия Зигабена (ученого монаха XII века), слова «иди за Мною, сатано» означают: «удались от Моих взоров, потому что находящийся сзади кого-нибудь бывает для того невидим» (Толковое Евангелие от Матфея. С. 48). К тому же сам Евангелист Лука, повествуя об окончании искушения, говорит, что диавол отошел от Него до времени (Лк. 4, 13), а не пошел за Ним.

Когда диавол отошел от Иисуса, то Ангелы приступилиислужилиЕму(Мф. 4, 11), торжествуя победу над духом зла.

Порядок искушений неодинаков у Евангелистов Матфея и Луки. Евангелист Матфей ставит вторым искушение на кровле храма, а искушение на горе (царствами мира) — третьим; Евангелист же Лука искушение на горе ставит вторым, а искушение на кровле храма — третьим. По сказанию того же Евангелиста Луки, диавол, окончив искушения, отошел от Иисуса; отошел же он, конечно, не после слов — не искушай Господа Бога твоего (Лк. 4, 12), а после слов — отойди от Меня, сатана. А так как последние слова сказаны были на горе, после искушения царствами мира, то следует признать, что это искушение и было последним. Некоторые полагают, что для этого последнего искушения Иисус должен был вернуться из Иерусалима (с кровли храма) в пустыню. Но для такого предположения нет никаких указаний в Евангелиях; чтобы подвергнуться искушению царствами вселенной, казалось бы, не было надобности возвращаться в ту же пустыню, в которой произошло первое искушение; показать Иисусу все царства мира во мгновение времени диавол мог и на другой горе, ближайшей к Иерусалиму, по пути к Иордану, куда отправился Иисус после искушений.

Неверующие в Бога отвергают достоверность повествований об искушении и говорят, что искушений в действительности не было, что за искушения были приняты видения или же, вернее всего, внутренняя борьба Самого Иисуса не с внешним врагом, а с требованиями плоти и присущими человеку стремлениями к власти, славе.

Несостоятельность таких предположений о безгрешном Спасителе слишком очевидна и потому не вызывает возражений: ведь свои повествования об искушении Евангелисты могли основывать только на словах Самого Иисуса Христа, так как посторонних свидетелей при искушениях не было. А этого вполне достаточно, чтобы признать повествования их истинными.

1 в Евангелиях от Матфея и от Марка в этих стихах слова Иоанн в славянском переводе не имеется.

2 Это подтвердил и Сам Господь, сказав фарисеям и старейшинам иудейским:Пославший Меня Отец Сам засвидетельствовал о Мне. А вы ни гласа Его никогда не слышали, ни лица Его не видели (Ин. 5, 33-37). Если бы при Крещении Иисуса народ слышал голос с неба, то, конечно, Иисус сказал бы теперь об этом, так как речь шла о свидетельстве Иоанна; а так как Он, напротив, сказал, что гласа Его (Отца) не слышали, то надо полагать, что голос с неба при Крещении Иисуса был только для Него и Иоанна, но не для народа.

ГЛАВА 6.

Дата добавления: 2015-11-23; просмотров: 372 | Нарушение авторских прав

Рекомендуемый контект:


Похожая информация:

  1. Quot;Благодать вам и мир от Бога, Отца нашего, и Господа Иисуса Христа» (1:3)
  2. Агро кліматичні умови розташування господарства
  3. АКТ епізоотологічного обстеження господарства
  4. АНАЛІЗ ГОСПОДАРСЬКОЇ ДІЯЛЬНОСТІ
  5. Благодарю тебя за возможность очиститься от того, что происходит во мне, и от того опыта, который я получил в результате твоего вопроса
  6. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! 1 2 1. О люди! Бойтесь вашего Господа, Который сотворил вас из одного человека, сотворил из него пару ему и расселил много мужчин и женщин
  7. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! 1 страница. Аллах обратился ко всему человечеству и повелел людям страшиться своего Господа
  8. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! 25 страница. Арабские многобожники видели многочисленные знамения своего Господа, но несмотря на это они отказались уверовать
  9. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! 4 страница. Вот почему правоверные понимают, что если притча ниспослана от Господа, то им надлежит постичь ее смысл и задуматься над ней
  10. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! 4 страница. Никто не заслуживает обожествления и поклонения, кроме Всевышнего Господа, Единственного, Всемогущего
  11. Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! 5 страница. Посланник Аллаха повиновался воле своего Господа, простил своему невежественному народу все обиды и оскорбления и ответил на их грубость благодеянием и добрым
  12. Вопрос 232. Если обиженный кем–нибудь, по терпению и незлобию, никому не сообщит о сем, но решит предоставить суд Богу; то поступает ли он согласно с повелением Господа?


Поиск на сайте:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *