Иосиф флавий иудейские войны

Иосиф флавий иудейские войны

История Иудейской войны Иосифа Флавия

«История Иудейской войны» Иосифа Флавия. Написана в 75–79 гг. Иосифом сыном Маттафии, участником восстания против Рима, перешедшим затем на сторону римлян; он пользовался расположением императоров Веспасиана и Тита и получил право именовать себя их фамильным прозвищем Флавий. Издание греческого оригинала см. в кн.: Josephi Flavii opera / Ed. B. Niese. Berolini, 1894, vol. 7.

И. состоит из семи книг. В центре внимания автора, естественно, оказывается восстание в Иудее в 67–73 гг.: характеристика политических разногласий среди восставших, описание ожесточенных сражений их с римскими легионами, осады и взятия Иерусалима Титом. Но эти события изображены на широком историческом фоне: Иосиф предпосылает изображению современных событий очерк истории Иудеи со времени захвата Иерусалима Антиохом (в 175 г. до н. э.), постоянно переносит повествование в Рим, сообщая о событиях, происходящих в столице империи. И. – выдающийся литературный памятник: автор стремится к живости изложения, следит за образностью и благозвучием языка, умело, в лучших традициях античной стилистики, строит диалоги и монологи, и даже в описаниях событий стремится к синтаксическому параллелизму, традиционным метафорам, образным перифразам. Эти литературные достоинства были поняты и оценены древнерусским переводчиком, который не только сумел сохранить стилистические достоинства оригинала, но вступает с автором в творческое соревнование, добиваясь еще большей выразительности повествования, используя в переводе формулировки и образы, традиционные для оригинальной русской литературы того времени. Перевод И. сделан с большой стилистической свободой, текст оригинала в некоторых случаях сокращен (главным образом за счет второстепенных сюжетных мотивов и подробностей), в других – дополнен сравнительно с греческим оригиналом И. О происхождении этих дополнений идут споры; по мнению Н. А. Мещерского, они могут принадлежать русскому переводчику.

Перевод И. был осуществлен в XI–XII вв. До нас дошли две его редакции. Хронографическая редакция содержит полный текст И. (за исключением вступления к ней). Она сохранилась в составе двух хронографов, восходящих к хронографическому своду XIII в., – хронографах Архивском и Виленском. Остальные списки И. относятся к Отдельной редакции – ее текст встречается отдельно от хронографа. Отдельная редакция также содержит полный текст памятника, однако начинается он с гл. 26 первой книги. Старшие списки Отдельной редакции датируются концом XV в. К спискам, указанным в книге Н. А. Мещерского («История Иудейской войны» Иосифа Флавия, с.

15–20), следует добавить еще список ГИБ, Нового собр. рукоп. книг 1918, № 27 рубежа XV–XVI вв.

И. в Отдельной редакции широко распространилась в древнерусской литературе. Она вошла в состав ВМЧ (в том за январь, июль и декабрь – рукописи ГИМ, Синод. собр., № 178, л. 797–917, № 182, л. 856–953; № 991, л. 776–890), в состав Лицевого свода (рукопись БАН, 17.17.9), в ряде случаев текст И. входит в состав компиляции «О трех пленениях Иерусалима». Извлечения из И. читаются в главах 93, 111–114 Хронографа редакции 1512 года (см. Хронограф Русский) и соответственно в последующих редакциях памятника.

На принадлежность перевода И. ко времени не позднее XII в. говорит, в частности, отмечавшаяся исследователями фразеологическая близость памятника к Летописи Ипатьевской (А. С. Орлов) и к Слову о полку Игореве (Е. В. Барсов и В. Н. Перетц). На текст И. ссылаются автор Повести о житии Александра Невского, Иосиф Волоцкий в своем «Просветителе», Иван Грозный, Иван Наседка, протопоп Аввакум.

Изд.: Berents A., Grass К. Flavius Josephus von J?dischen Kriege. Dorpat, 1924–1927, t. 1–2 (пер. на нем. яз.); Istrin V. La prise de J?rusalem par Jos?phe le Juif, vol. 1–2. Paris, 1934–1938 (с пер. на фр. яз.); Мещерский Н. А. История Иудейской войны Иосифа Флавия в древнерусском переводе. М.; Л., 1958; La prise de J?rusalem / Traduction de P. Pascal. Monaco, 1964 (пер. на фр. яз.).

Лит.: Срезневский. Сведения и заметки, № 85; Барсов Е. В. «Слово о полку Игореве» как художественный памятник Киевской дружинной Руси. М., 1887, т. 1, с. 213–259; Мансикка В. Житие Александра Невского. СПб., 1913, с. 27–32 (ПДПИ, т. 180); Истрин В. М. «Иудейская война» Иосифа Флавия в древнем славяно-русском переводе. – В кн.: Сб. статей, посв. проф. Борису Михайловичу Ляпунову. Одесса, 1922, с. 27–40; Перетц В. Н. К изучению «Слова о полку Игореве». 3. «Слово» и «Повесть о разорении Иерусалима» Иосифа Флавия. – ИОРЯС за 1924 г., 1925, т. 29, с. 43–55; Орлов А. С. К вопросу об Ипатьевской летописи. – ИОРЯС, 1926, т. 31, с. 118–123; Мещерский Н. А. 1) Из наблюдений над древнерусским переводом Истории Иудейской войны Иосифа Флавия. – Докл. АН СССР. Сер. В, № 2, 1930, с. 19–25; 2) Искусство перевода Киевской Руси. – ТОДРЛ, 1958, т. 15, с. 58–72; 3) Проблемы изучения славяно-русской переводной литературы XI–XV вв. – ТОДРЛ, 1964, т. 20, с. 180–231; 4) Источники и состав древней славяно-русской переводной письменности IX–XV вв. Л., 1978, с. 94–108; Адрианова-Перетц В. П., Покровская. Древнерусская повесть, с. 84–86; Гудзий Н. К. «История Иудейской войны» Иосифа Флавия в древнерусском переводе. – В кн.: Старинная русская повесть: Статьи и исследования. М.; Л., 1941, с. 38–47; Назаревский. Библиография, с. 103–104; Hoecherl A. Zur ?bersetzungstechnik des altrussischen «J?dischen Krieges» des Josephus Flavius. M?nchen, 1970: Творогов О. В. Беллетристические элементы в переводном историческом повествовании XI–XIII вв. – В кн.: Истоки русской беллетристики. Л., 1970, с. 124–130.

О. В. Творогов

Оцените определение:

Источник: Словарь книжников и книжности Древней Руси

(Отрывки приводятся по изданию: Иосиф Флавий. Иудейская война / Подгот. текста, предисл. и примеч. К.А. Ревяко, В.А. Федосика. Минск, 1991. В перевод нами внесены некоторые изменения)

Предисл. 1.Война иудеев с римлянами, превосходящая не только нами пережитые, но почти все известные в истории войны… до сих пор описана была в духе софистов и такими людьми, из которых одни, не будучи сами участниками событий, пользовались неточными, противоречивыми слухами, другие же, хотя и были очевидцами, искажали факты либо из лести к римлянам, либо из ненависти к евреям, вследствие чего их сочинения заключают в себе то порицание, то похвалу, но отнюдь не действительную и точную историю. А потому я, Иосиф, сын Маттафии, еврей из Иерусалима и из священнического сословия, сначала сам воевавший против римлян, а потом ставший невольным свидетелем позднейших событий, принял решение дать подданным Римского государства на греческом языке такое же описание войны, какое я раньше составил для народов внутренней Азии на нашем родном языке…

Я считаю недостойным умолчать о таких важных событиях и в то время, когда парфяне, вавилоняне, жители Южной Аравии, наши соплеменники по ту сторону Евфрата и адиабеняне, благодаря моим трудам, подробно ознакомились с причинами, многочисленными превратностями и конечным исходом той войны, – чтоб рядом с ними оставить в неведении тех греков и римлян, которые в войне не участвовали, и предоставить им довольствоваться чтением лицемерных и лживых описаний.

3. Писатели берут на себя смелость называть эти описания историей, хотя последние, кроме того что не дают ничего здравого для ума, но, на мой взгляд, вообще не достигают своей цели. Желая показать величие римлян, они стараются на каждом шагу унизить и осмеять иудеев; и они даже не спрашивают себя, каким образом победители ничтожных противников могут казаться великими…

Мое намерение, однако, ни в коем случае не состоит в том, чтобы в противоположность тем, которые превозносят римлян, преувеличить деяния моих соотечественников; нет, я хочу в точности и беспристрастно рассказать обо всем, что действительно происходило. Вспоминая о происшедшем и давая скорбное выражение чувствам, возбуждаемым во мне бедствиями, постигшими мою отчизну, я этим удовлетворяю только внутренней потребности моей наболевшей души. Что именно только внутренние раздоры ввергли отечество в несчастье, что сами иудейские тираны были те, которые заставили римлян против собственной воли дотронуться руками до священного Храма и бросить головню в него, – этому свидетель разрушитель его, император Тит, который во время войны обнаруживал жалость к народу, подстрекаемому бунтовщиками… Если кто-либо захочет упрекнуть меня в том, что я выступаю в тоне обвинителя против тиранов и их разбойничьей шайки или что я изливаю свое горе над несчастием моей отчизны, то да простит он мне это отступление от законов историографии, являющееся следствием моего душевного настроения; ибо из всех городов, покоренных римлянами, ни один не достиг такой высокой степени благосостояния, как наш город; но ни один также не упал так глубоко в бездну несчастия; да никакое несчастье от начала мира, кажется мне, не может быть сравнимо с тем, которое постигло иудеев; и виновником его не был кто-либо из чужеземцев. Как же после этого возможно подавить мои вопли и сетования! Если же найдется такой суровый критик, в сердце которого не зашевелится ни малейшее чувство сожаления, то пусть он факты отнесет к истории, а жалобные вздохи – на счет автора.

5. Скорее, однако, я мог бы предпослать укор эллинским историкам. Они, являясь современниками таких важных событий, рядом с которыми войны прежних времен должны казаться весьма незначительными, не перестают все-таки высказывать свои суждения об этих последних, перетолковывая на всякие лады прежних писателей, которых хотя и превосходят красноречием, но никак не достигают по серьезности задачи…

Каждый из этих последних старался описывать события, происходившие как бы перед глазами, когда современность автора с описанными им фактами могла служить гарантией достоверности изложения, а ложные сообщения могли быть всенародно опровергнуты очевидцами.

Спасти от забвения то, что еще никем не рассказано, и сделать достоянием потомства события собственных времен – вот что похвально и достославно; нельзя, однако, назвать истинным историком того, кто изменяет план и порядок чужого труда; а того, кто, воспроизводя новое, дотоле неизвестное, самостоятельно воздвигает свое собственное здание истории. Я, хотя и чужестранец, не щадил никаких трудов и расходов, чтобы быть в состоянии предложить эллинам и римлянам историю совершившихся событий; между тем как чистокровные эллины там, где дело касается наживы или какого-нибудь судебного процесса, сейчас делаются удивительно разговорчивыми и развязными, но лишь только потребуется от них написать историю, где приходится сказать правду и с большим трудом собрать фактические данные, – уста их вдруг замыкаются и они предоставляют это делать другим, менее способным и незнакомым с делами полководцев. Итак, пусть в нашем сочинении высоко почитается историческая истина (to; th'» iJstoriva» ajlhqev»), к которой эллины относятся с пренебрежением.

6. …Мой рассказ я хочу начать с того, на чем остановились те историки и наши пророки. Но и здесь я имею в виду более обстоятельно и во всей возможной точностью рассказать собственно о той войне, которую лично пережил, а о событиях предшествовавших мне времен сделать лишь сжатый и беглый обзор.

8. …Затем я изображу образцовый порядок у римлян во время войны и дисциплину легионов; дальше – величину и природу обеих частей Галилеи, границы Иудеи, особенности страны… наконец, судьбу каждого покоренного города в отдельности – все это я тщательно изображу так, как я это знаю из собственных наблюдений или сообщенных сведений. Даже о собственных свои приключениях я не умолчу, имея в виду, что обращаюсь со своим рассказом к таким лицам, которые знакомы с обстоятельствами дела.

11. … Вслед за тем я расскажу, как жестоко обращались тираны со своими же соотечественниками; с другой же стороны – как снисходительны были к чужеземцам римляне и как часто Тит, желавший спасти город и Храм, призывал бунтовщиков к мирному соглашению; также я последовательно изложу все те бедствия и страдания, которые до окончательного покорения города переносил народ от войны, внутренних сумятиц и голода.

12. Все это, избегая повода для порицания или осуждения со стороны тех, кто сам участвовал в войне или же хорошо осведомлен о ее события, описал в семи книгах для тех, кто ищет истину, а не одного только развлечения…

II. 16. (4) «Афиняне, которые однажды за свободу эллинов сами предали свой город огню, которые высокомерного Ксеркса… как беглеца преследовали на челноке и у маленького Саламина сломили ту великую азиатскую державу – они теперь подданные римлян, город, некогда стоявший во главе Эллады, управляется теперь приказаниями, исходящими из Италии. Лакедемоняне, имевшие свои Ферпомилы, Платеи и Агесилая… должны были подчиниться тому же господству. Македоняне, которые еще бредят Филиппом и видят его вместе с Александром, сеющим семена всемирного македонского царства, – мирятся с превратностью судьбы и почитают тех, которым счастье теперь улыбается. И бесчисленные другие народности, воодушевленные еще большим влечением к свободе, смиряются; одни только вы считаете стыдом быть подвластными тому, у ног которого лежит весь мир… Не знаете ли вы разве, что значит римское государство? …Разве вы не бывали побеждаемы вашими соседями? А мощь римлян, напротив, на всей обитаемой земле непобедима. Но им всего этого еще мало было, и их желания шли дальше; весь Евфрат на востоке, Дунай на севере, на юге Ливия… и Гадес на западе – все это их не удовлетворили; они отыскали себе на той стороне океана новый свет и перенесли свое оружие к дотоле никому не известным богатствам. А вы что? Вы богаче галлов, храбрее германцев, умнее эллинов и многочисленнее всех народов на земле? Что вам внушает самоуверенность восстать против римлян? Вы говорите, что римское иго слишком тяжело. Насколько же тяжелее оно должно быть для эллинов, слывущих за самую благородную нацию под солнцем и населяющих такую великую страну! Однако же они сгибаются перед шестью прутьями римлян; точно так же и македоняне, которые имели больше прав, чем вы, стремиться к независимости. И, наконец, пятьсот азиатских городов – не покоряются ли они даже без гарнизонов одному властелину и консульским прутьям. …Если есть народ, который в действительности имел бы возможность к восстанию, так это именно галлы, которые так прекрасно защищены самой природой: на востоке Альпами, на севере Рейном, на юге – Пиренейскими горами и океаном на западе. Но несмотря на то, что они окружены такими крепостями, считают в своей среде триста пять народностей, владеют внутри своей страны всеми, так сказать, источниками благосостояния и своими продуктами наводняют почти весь мир, тем не менее мирятся с положением данников города Рима… И это терпят они не из трусости или по врожденному им рабскому чувству – ведь они восемьдесят лет вели войну за свою независимость, – а потому, что рядом с могуществом Рима их страшит и его счастье, которому он обязан больше, чем своему оружию. Так их держат в повиновении 1200 солдат в то время, когда у них почти больше городов, чем эта горсть людей. Иберийцам в их войне за свободу не помогло ни золото, добываемое из родной почвы, ни страшная отдаленность от римлян как на суше, так и на море, ни воинственные племена лузитанцев и кантабров, ни близкий океан… Неся свое оружие через Геркулесовы столбы и прокладывая себе дорогу через облака по вершинам Пиренеев, римляне покорили также и тех, и гарнизона из одного легиона достаточно для этих столь отдаленных и труднопоборимых народностей.

…Нужно ли еще больше примеров, когда даже парфяне – это сильнейшее воинственное племя, покорители столь многих народов, обладающие такими огромными силами, – когда и они посылают римлянам заложников, и в Италии мы видим, как знать Востока, желая показаться миролюбивой, исполняет рабскую службу. В то время, когда почти все народы под солнцем преклоняются перед оружием римлян, вы одни хотите вести с ними войну, не подумав об участи карфагенян, которые могли бы хвалиться своим великим Ганнибалом и… которые, однако, пали под ударами Сципиона!

…Таким образом, ничего больше не остается, кроме надежды на Бога. Но и он стоит на стороне римлян, ибо без Бога невозможно же воздвигнуть такое государство».

III. 8.

(3) В то время, когда Никанор так настойчиво упрашивал, а солдаты так заметно угрожали, в памяти Иосифа выступали ночные сны, в которых Бог открыл ему предстоящие бедствия иудеев и будущую судьбу римских императоров. Иосиф понимал толкование снов и умел отгадывать значение того, что открывается божеством в загадочной форме; вместе с тем он, как священник и происходивший из священнического рода, был хорошо посвящен в предсказания священных книг. Охваченный как раз в тот час божественным вдохновением и объятый воспоминанием о недавних страшных сновидениях, он обратился с тихой молитвой к Всевышнему и так сказал в своей молитве: «Так как Ты решил смирить род иудеев, который Ты создал, так как все счастье перешло теперь к римлянам, а мою душу Ты избрал для откровения будущего, то я добровольно предлагаю свою руку римлянам и остаюсь жить. Тебя же я призываю в свидетели, что иду к ним не как изменник, а как Твой посланник».

III. 8. (8) …Спасенный таким образом из борьбы с римлянами и своими собственными людьми, он был приведен Никанором к Веспасиану. Все римляне устремились туда, чтобы видеть его; вокруг полководца все засуетилось и зашумело: одни ликовали по поводу его пленения, другие выкрикивали угрозы, третьи пробивались через толпу, чтобы ближе рассмотреть его, более отдаленные кричали: «Казнить врага!» Стоявшие поближе вспоминали о его подвигах и изумлялись происшедшей с ним перемене; среди начальников не было ни одного, который бы, если и был ожесточен против него прежде, не смягчился бы тогда его видом. Тит в особенности, по благородству своему, проникся сочувствием к его долготерпению в несчастье и сожалением к его возрасту. Воспоминание о недавних геройских подвигах Иосифа и вид его в руках неприятеля навели его на размышления о силе судьбы (tuvch), о быстрой переменчивости счастья на войне и непостоянстве всего, что наполняет жизнь человеческую. Это настроение и сострадание к Иосифу сообщилось от него большинству присутствовавших…

IV. 5. (2) Но Бог, думается мне, решил уничтожить оскверненный город и очистить огнем храм, – поэтому он отстранил тех, которые еще заступались за них и крепко их любили.

V. 9. (3) Иосиф обошел стену, чтобы отыскать место, где он находился бы вне обстрела и, вместе с тем, мог бы быть услышанным, и в пространной речи сказал им следующее: «Сжальтесь, наконец, над самими собою и народом, сжальтесь над родным городом и храмом, не будьте ко всему этому более жестоки, чем чужие! Римляне уважают святыни своих врагов и до сих пор не трогали их, хотя они к ним непричастны, между тем как те, которые воспитаны в лоне этих святынь и которые в случае их сохранения останутся единственными их обладателями, делают все, клонящееся к уничтожению… Вы знаете, что мощь римлян несокрушима, а их господство для вас не ново. Если война за независимость – дело славное, то ее следовало бы вести в самом начале; но раз покорились однажды и долгое время мирились с чужим господством, то после этого захотеть свергнуть с себя иго – не значит стремиться к свободе, а к жалкой гибели. Более слабым властителям можно еще отказать в повиновении, но не тем, которым подвластно все. Какие страны избежали всепокоряющей власти римлян? Разве только те, которые вследствие своего знойного или сурового климата не имеют для них никакой цены. Везде счастье на их сторон, и Бог, который заставляет мировое господство переходить от одного народа к другому, ныне избрал своим обиталищем Италию. Есть закон, твердо установленный как у животных, так и у людей – это то, что более сильное оружие всегда побеждает и что слабые покоряются более сильным, поэтому-то предки наши, далеко превосходившие нас и телесной и духовной силой, равно как и другими оборонительными средствами, подчинились римлянам, чего они, наверно, не сделали бы, если бы не были убеждены, что Бог на стороне последних».

VI. 4. (7) … Так Храм, против воли Цезаря, был предан огню.

(8) Как ни печальна и прискорбна гибель творения, удивительнейшего из всех ведомых миру… однако утешением должна служить мысль о неизбежности судьбы для всего живущего, для всех творений рук человеческих и для всех мест земли. Замечательна в этом случае точность времени, с которой действовала судьба. Она предопределила для разрушения… даже тот же месяц и день, в который некогда Храм был сожжен вавилонянами.

>Иосиф Флавий
Иудейская война

Предисловие автора

Книга первая

  1. Взятие Иерусалима Антиохом Эпифаном. О Маккавеях: Маттафии и Иуде.
  2. Преемники Иуды: Ионатан, Симон и Иоханан Гиркан.
  3. Аристобул, первый возложивший на себя царскую диадему, умерщвляет свою мать и своих братьев и сам умирает после одногодичного правления.
  4. Деяния Александра Янная, царствовавшего 27 лет.
  5. Девятилетнее царствование Александры и возвращение власти к фарисеям.
  6. Гиркан, наследник Александры, отказывается от престола в пользу Аристобула. Стараниями Антипатра и с помощью Ареты снова возвращается к власти. В загоревшемся затем между братьями споре Помпей выступает в качестве судьи.
  7. Помпей, взяв Иерусалим и храм, входит в Святая Святых. Дальнейшие его действия в Иудее.
  8. Александр, сын Аристобула, бежавший от Помпея, воюет с Гирканом, но, побежденный Габинеем, передаёт ему крепости. Аристобул бежит из Рима и собирает войско, но, разбитый римлянами, снова попадает в плен. Дальнейшие события при Габинии, Крассе и Кассии.
  9. Смерть Аристобула от рук друзей Помпея и умерщвление сына его Александра Сципионом. Антипатр, после смерти Помпея, переходит под покровительство Цезаря и оказывает помощь Митридату.
  10. Цезарь назначает Антипатра наместником Иудеи. Антипатр назначает Фазаеля начальником Иерусалима, а Ирода в Галилее. Последний скоро после этого привлекается к суду, но освобождается. За Секстом Цезарем, коварно убитым Бассом, следует Мурк.
  11. Ирод делается наместником всей Сирии. Из страха перед ним Малих отправляет Антипатра, но сам вследствие этого лишается жизни.
  12. Фазаель побеждает Феликса, а Ирод — Антигона. Иудеи выступают с обвинениями против Ирода и Фазаеля, но Антоний их оправдывает и возводит в тетрархи.
  13. Парфяне, при помощи которых Антигон снова возвращается в Иудею, берут в плен Гиркана и Фазаеля. Бегство Ирода, разграбление Иерусалима, судьба Фазаеля и Гиркана.
  14. Изгнанный из Аравии Ирод спешит в Рим, где он благодаря содействию Антония и Цезаря назначается царём иудеев.
  15. Антигон осаждает запертых в Масаде, которых возвратившийся из Рима Ирод освобождает. Отправляясь вслед за тем в Иерусалим, он там застаёт подкупленного Антигоном Силона.
  16. Ирод берёт Сепфорис и заставляет сдаться ему спрятавшихся в пещерах разбойников. Затем он наказывает враждебного ему Махера и отправляется к Антонию в Самосату.
  17. Иосиф, брат Ирода, убит. Казнь убийцы. Ирод осаждает Иерусалим и женится на Мариамме.
  18. Взятие Иерусалима Иродом и Сосием. Смерть Антигона. Отношение Ирода к Клеопатре.
  19. Антоний, уступая требованию Клеопатры, отправляет Ирода войной против арабов, над которыми он после многих усилий наконец одерживает победу. Большое землетрясение.
  20. Ирод утверждается Августом в царствовании и щедро награждается милостями. Ему возвращается часть царства, отнятая Клеопатрой, с присоединением области Зенодора.
  21. Города, восстановленные и вновь построенные, и другие строения, возведённые Иродом. Его щедрость и великодушие по отношению к другим народам. Успех, которым он пользовался во всём.
  22. О смерти первосвященника Аристобула и Гиркана, а также жены Ирода, Мириаммы.
  23. Оклеветание сыновей Мариаммы. Предпочтение, оказанное Антипатру. Ирод обвиняет их перед Цезарем, но затем опять примиряется с ними.
  24. Злокозненность Антипатра и Дориды. Глафира — виновница ненависти к Александру. Помилование Ферора, заподозренного, и Саломеи, уличенной в заговоре. Евнухи Ирода подвергаются пытке, Александр заключается в тюрьму.
  25. Архелай мирит вновь Ирода с Александром и Ферором.
  26. Интриги Эврикла против сыновей Мариаммы, напрасная защита их коянином Эваратом.
  27. Ирод, с разрешения императора, выступает в Берите обвинителем своих сыновей, которые, не будучи представлены собранию, осуждаются. Вслед за тем их отправляют в Себасту для совершения над ними казни.
  28. Антипатр повсюду ненавидим. Царь обручает детей умерщвлённых сыновей со своими родными; Антипатр же помышляет о других браках для них. Жёны и дети Ирода.
  29. Антипатр становится невыносимым; он едет в Рим с завещанием Ирода. Ферор оставляет брата, чтобы не быть вынужденным покинуть свою жену.
  30. Производя следствие по поводу смерти Ферора, Ирод узнаёт о попытке Антипатра отравить его. Он прогоняет Дориду и Мариамму, замешанных в этом деле, и лишает наследства сына последней, Ирода.
  31. Антипатра выдаёт Бафилл. Тот, ничего не подозревая, возвращается из Рима. Ирод привлекает его к суду.
  32. Антипатр перед судом Вара. Несомненные улики подтверждают возведённое на него обвинение. Ирод откладывает казнь до своего выздоровления, а между тем изменяет своё завещание.
  33. Низвержение золотого орла. Жестокость Ирода в последние минуты жизни. Его попытка наложить на себя руки. Он приказывает совершить казнь над Антипатром. Через пять дней после этого сам умирает.

Книга 2

  1. Архелай даёт народу пир по поводу смерти Ирода.
  2. Архелай едет в Рим. Обвиняемый Антипатром, он выходит победителем.
  3. Борьба иудеев с солдатами Сабина и кровопролитие в Иерусалиме.
  4. Бунт солдат Ирода. Разбойничьи набеги Иуды.
  5. Вар подавляет мятеж иудеев.
  6. Август разделяет царство Ирода между детьми.
  7. Архелай идёт в ссылку и Глафира умирает.
  8. Этнархия Архелая обращается в римскую провинцию.
  9. Смерть Саломеи. Города построенные Иродом. Народные волнения при Пилате.
  10. Гай хочет поставить в храме свою статую. Отношение Петрония к его приказу.
  11. Правление Клавдия и царствование Агриппы. Смерть Агриппы и Ирода.
  12. Частые волнения при Кумане, которые подавляет Квадрат. Феликс-правитель Иудеи.
  13. Нерон присоединяет города к владениям Агриппы. Смуты. Столкновение между иудеями и сирийцами в Кесарии.
  14. Феликса сменяет Фест; за ним следует Альбин, преемником которого является Флор.
  15. Беренника напрасно умоляет Флора о пощаде для иудеев.
  16. Цестий посылает трибуна Неаполитана в Иудею.
  17. Иудеи начинают войну против римлян. Манаим.
  18. Во многих местах начинаются кровавые преследования против иудеев. 20. Цестий осаждает Иерусалим. 20.

    Цестий отправляет посольство к Нерону. Дамаскинцы перебивают живущих среди них иудеев. 21. Иоанн из Гисхалы. Иосиф вновь подчиняет себе отпавшие города. 22. Военные приготовления иудеев. Симон, сын Гиоры, обращается к разбойничеству.

Третья Книга 1. Нерон отправляет Веспасиана в Сирию, возлагая на него обязанность ведения войны с иудеями. 2. Сильное поражение иудеев у Аскалона. Веспасиан подвигается к Птолемаиде. 3. Описание Галилеи, Самарии и Иудеи. 4. Иосиф, нападая на Сепфорис, отбрасывается. Тит приходит в Птолемаиду. 5. Описание римского войска, его лагерного быта и прочего. 6. Плацид отбит от Иотапаты. Веспасиан вторгается в Галилею. 7. Овладев городом Габарой, Веспасиан направляется против Иотапаты. 8. Иосиф сдается римлянам. 9. Взятие Иоппии и сдача Тивериады. 10. Как была взята Тарихея. Описание Иордана и Генисаретского округа. Четвертая Книга 1. Осада и взятие Гамалы. 2. Сдача Гисхалы после бегства Иоанна. 3. Об Иоанне из Гисхалы, зелотах и первосвященнике Анане. 4. Идумеяне являются в Иерусалим, проводят ночь вне города. 5. О жестокостях идумеян и зелотов. Смерть Анана. 6. Зелоты производят резню в городе. Весспасиан удерживает римлян. 7. Стремление Иоанна к тирании. Злодеяние зелотов в Масаде. Взятие Веспасианом Гадары. 8. Веспасиан спешит окончить войну. Описание Иерихона, Большой долины и Асфальтового озера. 9. Веспасиан готовится к осаде Иерусалима. О смерти Нерона и о Симоне из Геразы. 10. Войска в Иудее и Египте провозглашают Веспасиана императором. 11. Веспасиан отправляется в Рим, сын его Тит отправляется в Иерусалим. Пятая Книга 1. О междоусобицах в Иерусалиме и происходивших из-за этого в городе бедствиях. 2. Тит двинулся к Иерусалиму. 3. Возобновление междоусобицы в Иерусалиме. Козни иудеев. 4. Описание Иерусалима. 5. Описание храма. 6. О тиранах Симоне и Иоанне. 7. Падение римской башни. Римляне овладевают первой стеной. 8. Римляне берут вторую стену. 9. Тит снова приступает к осаде и посылает Иосифа переговорить о 3 мире. 10. Многие из народа пытаются бежать к римлянам. Страдания оставшихся. 11. Множество иудеев распято перед стенами города. Об Антиохе Эпифане. Иудеи разрушают укрепления римлян. 12. Тит окружает город стеной, голод начинает опустошать целые семейства. 13. Убийства и грабежи усиливаются в Иерусалиме. Шестая Книга 1. Бедствия иудеев усиливаются. Нападение римлян на Антонию. 2. Тит, повелев разрушить Антонию. 3. Много римлян сгорело. Описание страшного голода. 6. Тит приказывает поджечь ворота; загорается также и храм. 5. Бедствия иудеев во время пожара храма. О знамениях, предшествовавших взятию города. 6. Римляне, внесшие знамена в храм, с ликованием приветствуют Тита. 7. Дальнейшая судьба мятежников. Цезарь овладевает верхним городом. 8. Цезарь воздвигает насыпи против Верхнего города и берет город. 9. Распоряжения Цезаря по вступлении его в город. Число взятых в плен и погибших. О бежавших из подземелья. 10. Город, пять раз прежде завоеванный, теперь во второй раз подвергся разрушению. Седьмая Книга 1. Разрушение всего Иерусалима, кроме трех башен. 2. Тит устраивает зрелища в Кесарии Филипповой. Взятие в плен тирана Симона и оставление его для триумфа. 3. Тит убивает многих иудеев. Об опасностях в Антиохии вследствие измены иудея Антиоха. 4. Встреча Веспасиана в Риме. Германцы, отпавшие от римлян, снова покоряются. Сарматы возвращаются на родину. 5. О Субботней реке. Жалобы Антиохийцев на иудеев. О триумфе Тита и Веспасиана. 6. О Махероне. 7. О несчастной судьбе Антиоха, царя Коммагены. Об аланах, причинивших много бед жителям Мидии и Армении. 8. О Масаде и занявших её сикариях. Сильва приступает к осаде крепости. 9. Жители крепости убивают друг друга. 10. Бежавшие в Александрию, навлекают на себя опасность. Храм, построенный первосвященником Хонием, опустошается. 11. О Ионатане, одном из сикариев, поднявшем восстание в Кирен.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *