Иеромонах иоанн гуайта

Иеромонах иоанн гуайта

Иоанн (Гуайта)

В Википедии существуют статьи о других людях с именем Иоанн и фамилией Гуайта.

Иоанн

итал. Giovanni Guaita

Дата рождения

26 ноября 1962 (57 лет)

Место рождения

  • Сардиния, Италия

Страна

  • Италия

Род деятельности

учёный

Иеромонах Иоанн (в миру Джованни Гуайта, итал. Giovanni Guaita; род. 26 ноября 1962, Сардиния, Италия) — иеромонах Русской православной церкви; с 2014 года штатный клирик прихода храма Космы и Дамиана в Шубине в Москве. Итальянский и российский историк, исследователь Восточного христианства и писатель.

Автор ряда книг по истории Армении, работ по русской духовности, переводов русской духовной литературы. Составитель обширного «Словаря по православной агиологии». Преподавал в Московском государственном лингвистическом университете и Российском государственном гуманитарном университете.

Биография

Родился и вырос на острове Сардиния (Италия). Мать — математик, отец — врач, который некоторое время был министром; оба родителя католики. После школы получил классическое образование в лицее. В возрасте 18 лет уехал в Швейцарию, продавал цветы на улице.

Закончил филологический факультет Женевского университета и Флорентийский Богословский институт. В 1985 году посетил СССР на двухмесячной стажировке в Ленинграде. В 1986—1987 году вновь находился в СССР на стажировке в институте русского языка имени Пушкина в Москве. В 1987 году через друзей познакомился с протоиереем Александром Менем, после чего всерьёз заинтересовался православием. С 1989 года живёт в СССР/России. Учился в Петербургской духовной академии.

Живя в России, преподавал в Лингвистическом университете, Российском государственном гуманитарном университете. Сотрудничал с издательствами, занимался переводами, в том числе богословских текстов; писал во ВГИКе диплом по творчеству Андрея Тарковского.

В апреле 2009 года был принят на работу в Отдел внешних церковных связей Московского патриархата (ОВЦС МП), где трудился в качестве сотрудника секретариата по межхристианским связям.

28 марта 2010 года в московском Скорбященском храме на Ордынке митрополитом Иларионом (Алфеевым) рукоположён во диакона.

11 сентября 2010 года в храме Усекновения главы святого Иоанна Предтечи на Черниговском подворье митрополитом Иларионом (Алфеевым) рукоположён во пресвитера.

31 октября 2010 года в Троицком соборе Троице-Сергиевой лавры принял монашеский постриг; новопостриженному иноку было дано имя Иоанн в честь святого Пророка и Предтечи Иоанна (в крещении он был назван в честь Иоанна Богослова)

30 мая 2014 года освобождён от должности сотрудника ОВЦС МП и сверхштатного клирика храма иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радость» на Большой Ордынке и назначен штатным священником храма Святых бессребреников Космы и Дамиана в Шубине.

27 июля 2019 года оказывал помощь участникам несанкционированной акции протеста на Тверской улице, которые стремились укрыться во дворе храма; отслужил краткий молебен о мире. 18 сентября того же года подписал открытое письмо священников в защиту заключённых по «московскому делу»

Сочинения

  • Жизнь человека: встреча неба и земли: беседы с Католикосом Всех Армян Гарегином I; . — Москва : ФАМ, 1999. — 256 с.; 20 см; ISBN 5-89831-005-3
  • 1700 лет верности: История Армении и ее Церкви; . — М. : FAM, 2002. — 397, , л. цв. ил., карт. : ил.; 22 см; ISBN 5-89831-013-4
    • 1700 лет верности : история Армении и её Церкви; . — 2-е изд. — М. : Юнистрой СК, 2005 (ОАО Можайский полигр. комб.). — 286, с., л. цв. ил., карты : ил.; 27 см; ISBN 5-98786-024-5
  • Крик с Арарата: Армин Вегнер и геноцид армян. — М. : ЮНИСТРОЙ СК, 2005 (ОАО Можайский полигр. комб.). — 261, с. : ил., карт., портр., факс.; 27 см; ISBN 5-98786-025-3
  • Ислам не причастен к их деяниям. Фам Москва 2007. ISBN 978-5-98024-007-1. Тираж: 1000 экз. — 360 стр.
  1. 1 2 Приход храма святых бессребреников Космы и Дамиана (Благовещения Пресвятой Богородицы) в Шубине
  2. Архивированная копия (недоступная ссылка). Дата обращения 25 мая 2016. Архивировано 29 июня 2016 года.
  3. Giovanni Guaita — Itacalibri: vendita libri
  4. Россия: Историк христианства рассказал в Москве о геноциде армян
  5. 1 2 3 4 Что известно о священнике, который принял в храме протестующих? Православие и мир, 28.07.2019.
  6. 1 2 3 4 5 Православный священник — итальянец рассказал каково ему служить в России. МК, 05.08.2015.
  7. 1 2 Джованни Гуайта стал иеромонахом Иоанном.. Благовест-Инфо, 31.10.2010. Дата обращения 28 июля 2019.
  8. Председатель ОВЦС поздравил иеромонаха Иоанна (Гуайту) с юбилеем
  9. Митрополит Иларион совершил диаконскую хиротонию Джованни Гуайты
  10. Митрополит Иларион рукоположил Джованни Гуайту во священника
  11. Митрополит Иларион совершил в Троице-Сергиевой Лавре монашеский постриг иерея Иоанна Гуайты. Русская Православная Церковь. Отдел внешних церковных связей
  12. Иеромонах Иоанн (Гуайта) отметил 50-летний юбилей. Благовест-Инфо, 27.11.2012.
  13. http://центрвик.рф/archiv/62-ukaz/2399—02100-30-2014-.html (недоступная ссылка)
  14. «Отец Иоанн подавал руку перелезающим через забор — чтобы не травмировались». Православие и мир, 27.07.2019.
  15. https://www.pravmir.ru/otkrytoe-pismo-svyashhennikov-v-zashhitu-zaklyuchennyh-po-moskovskomu-delu/

Ссылки

  • Иоанн (Гуайта), иеромонах на сайте bogoslov.ru
  • Джованни Гуайта: Встреча неба и земли
  • Джованни Гуайта: «Пока не поставлена точка в истории геноцида»

Владимир Легойда пытается представить поступок о. Иоанна (Гуайта), укрывшего от ОМОНа протестующих, как «вполне заурядный» для РПЦ МП

Глава синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Московского патриархата (ОВЦОиСМИ МП) Владимир Легойда назвал 28 июля «противоречивой» информацию о поступке иеромонаха Иоанна (Гуайта). Как сообщалось ранее, 27 июля, некоторые участники несанкционированного митинга в центре Москвы, вытесняемые ОМОНом и Росгвардией, смогли проникнуть в храм святых Космы и Дамиана в Столешниковом переулке в поисках убежища. По оценке иеромонаха Иоанна, который помог им, их было около сотни, большинство – молодёжь. Он отслужил молебен о мире, «об умягчении злых сердец».

Комментируя это событией радио «Говорит Москва», Владимир Легойда заявил, что РПЦ МП «принимает всех людей» и иеромонах «не мог поступить иначе». «Информация противоречивая, — заметил, вместе с тем, Легойда. — Публикации, которые я видел, создают разную картину. Если ориентироваться на цитаты отца Иоанна, он сказал, что в храм заходили разные люди: кто-то просто гулял, кто-то целенаправленно пришёл в храм, кто-то из находящихся на митинге, возможно, решил зайти, чтобы избежать задержаний… Пошли интерпретации, что священник чуть ли не укрывал людей и так далее. Это было не так. Просто люди заходили в храм. Я не вижу ничего экстраординарного в этой ситуации».

Несанкционированный митинг в поддержку незаконно незарегистрированных кандидатов в депутаты Мосгордумы начался днем 27 июля рядом со столичной мэрией. После того как силовики оттеснили протестующих с Тверской улицы, они направились на Трубную площадь, Чистые пруды, Старый и Новый Арбат. По официальным данным МВД, было задержано 1074 человека.

56-летний иеромонах РПЦ МП Иоанн (Гуайта) является гражданином Италии, и уже одно это многое объясняет в его поступке, отмечает в интервью Порталу «Credo.Press» известный российский религиовед, эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Михаил Жеребятьев. По его мнению, поступок о. Иоанна в целом не вызвал одобрения в Московской патриархии, поэтому со временем у него могу возникнуть проблемы, но поначалу патриархия будет «демонстрировать стремление отмежеваться от, в общем-то, случайного поворота событий, да и сам священник открыто не занял чью-то сторону в момент противостояния митингующих с полицией».

Патриархия, продолжил Михаил Жеребятьев, «воспринимает произошедшее как потенциально чёрную метку во взаимоотношениях с властью. Даже не важно, была ли какая-то реакция из Кремля, от силовиков, МИДа или кого-то ещё… Дело приобретает весьма необычный оборот, учитывая статус РПЦ МП как главной «духовной скрепы» путинской РФ. Если бы, скажем, точно так же поступил священник-католик с паспортом иностранного государства, можно, не задумываясь, сказать: был бы выслан в 24 часа с сопровождающей нотой МИДа, зачитанной госпожой Захаровой. Конечно, меняет дело наличие у о. Иоанна второго российского гражданства, но информация об этом в открытом доступе мне не попадалась. Если оно есть, то в таком случае перспективы этой истории ещё более интересны».

Опубликовано: 29.07.2019 в 10:20

Рубрики: Главные новости, Лента новостей

Что известно о священнике, который принял в храме протестующих?

Отец Иоанн – человек с очень интересной судьбой. Джованни Гуайта родился в 1962 году на итальянском острове Сардиния. Мама – математик, отец был врачом, а некоторое время — политиком и даже министром. А Джованни с детства мечтал стать священником.

«Когда меня рукоположили, первое рукоположение дьяконское — мои родители приехали в Москву и моя мама принесла мне такой очень забавный подарок, которого я абсолютно не ожидал, она мне подарила сочинение, которое я написал в возрасте семи лет. Тогда учительница задала такую тему — кем я хочу стать. Как и положено в первом классе и я написал в этом сочинении, что я обязательно хочу стать священником и я обязательно стану», — рассказывал отец Иоанн в эфире радио «Вера».

Знакомство с Россией для Джованни началось с книг и с рассказов родителей об СССР, где они побывали.

«Когда мне было лет десять, мои родители приехали в Россию. Как раз по долгу службы: мой отец был тогда министром, в числе делегации от итальянского правительства он приехал в Россию. Он, кстати, был здесь несколько раз. Один раз он был с мамой, мы, дети, были еще маленькими. Я помню, как они нам рассказывали о Москве, о России. Когда вернулись, у них были огромные впечатления. Так как они глубоко верующие люди, католики, мы какое-то время даже всей семьей молились о России, представьте себе». (Из интервью телеканалу «Союз»).

В 17 лет парень покинул родную Сардинию и уехал в Швейцарию. Учился и работал – продавал цветы на улицах. Окончив Римский и Женевский университеты, стажировался в СССР – в Москве и Санкт-Петербурге. Впервые приехав в Росиию в 1985-м, Джованни глубоко увлекся ее культурой и православной духовностью. С 1989-го практически постоянно проживает в России.

«В переходном возрасте я забыл и о церкви вообще, и в какое-то время был достаточно далеким от церкви и от веры. Но как получилось, я все-таки теперь могу сказать, я живу в России уже больше 30 лет, это большая часть моей жизни». (Радио «Вера»)

«У в 1985 году, я познакомился в Ленинграде со священником Русской Православной Церкви. Безусловно, я сначала воспринимал православие только как часть русской культуры. Потом, со временем, это стало уже частью меня самого. Это длинный процесс на самом деле. Здесь сыграли роль разные обстоятельства. Конечно, русская культура, конечно, Достоевский. «Откровенные рассказы странника своему духовнику» – это текст, который я сам потом переводил на итальянский. И другие вещи читал: сначала в переводе, а потом уже в оригинале на русском. И еще одна очень важная для меня встреча – с отцом Александром Менем, с которым я познакомился в последние годы его жизни, чисто по стечению обстоятельств: он крестил дочь одного моего друга. Этот друг меня пригласил на крещение. Таким образом я и познакомился с отцом Александром». (Телеканал «Союз»)

В России Гуайта занимался сотрудничал с издательствами, писал во ВГИКе диплом по творчеству Андрея Тарковского, занимался переводами, в том числе богословских текстов.

«Для меня выбор православия — это не потому, что вдруг я понял, что вот раньше я ошибался, или что-то. Я говорю, это рост. Это как смотришь на какую-то вещь, которая тебе нравится и в какой-то момент понимаешь, что в этом ты участвуешь. Поэтому, мне даже трудно это объяснить, аргументировать. Я думаю, что безусловно католики и православные очень близки между собой». (Радио «Вера»)

В апреле 2009 года Джованни Гуайта был принят на работу в Отдел внешних церковных связей. 28 марта 2010 года митрополитом Волоколамским Иларионом он был рукоположен во диакона, 11 сентября – во пресвитера, а 1 ноября принял постриг в Троице-Сергиевой лавре и был наречен Иоанном – в честь св. Иоанна Предтечи. (В крещении Гуайта был наречен в честь св. Иоанна Богослова). 30 мая 2014 года он был освобождён от должности сотрудника ОВЦС и назначен штатным священником храма Святых бессребренников Космы и Дамиана в Шубине.

«Когда мама меня спрашивает: «Почему умерла дочка, которая прожила два года, умерла от рака?» — у меня нет ответа на этот вопрос. Когда меня только что рукоположили и я как раз соборовал маленькую девочку в онкологической больнице, я плакал, и я ничего не мог сказать родителям и так далее. Но единственный, как мне кажется, разумный ответ о том, что и Христос страдал, что Он как раз прошел через страдание, Он умер на кресте, Он спустился во Ад — это означает, что он принял на Себя любое страдание. Поэтому вместе со страждущим Он страдает рядом, вот это единственный ответ, который я могу найти таким вот, вы спросили насчет католикоса, он примерно также и ответил на этот вопрос — почему землетрясение, рак и так далее. Так вот, бывает, что нет ответов, но меня другое беспокоит, когда мы не можем… когда люди ищут действительно Евангелие, Бога, Церковь и мы показываем какую-то пародийную, карикатурную Церковь». (Радио «Вера»)

Отец Иоанн неоднократно выступал экспертом на страницах «Правмира».

Иеромонах Иоанн (Гуайта)

27 июля в центре Москвы проходила массовая акция протеста, участники которой требовали допуска независимых кандидатов на выборы в Мосгордуму. Участников акции задерживали сотрудники полиции и Росгвардии. Доступ к мэрии, у здания которой хотели собраться протестующие, был заблокирован. Участники митинга протеста в Москве, вытесненные полицией и Росгвардией с Тверской, укрылись в храме Косьмы и Дамиана в Столешниковом переулке.

«Храм сегодня был открыт как обычно. Он всегда открыт, и мы всегда всех пускаем. Пускать всех — наша обязанность. На то мы и храм. Поэтому сегодня мы не сделали ничего особенного и специального.

Когда в переулке появился ОМОН, к нам стихийно пришло довольно большое количество людей — наверно, больше сотни. В основном молодежь. Не уверен, но полагаю, что многие из них хотели найти у нас убежище. Кто-то пришел к нам, потому что ему просто было страшно. Кто-то боялся, что его задержат.

Люди проходили и через ворота, а кто-то, наверное, и перепрыгнул через церковный забор. Но для нас все это не так важно. Человек приходит в храм и всегда имеет право на то, чтобы его приняли с любовью. Независимо от его политических взглядов.

Какое-то время люди просто находились в храме, а потом мы предложили всем вместе помолиться о мире. Такую молитву выбрали именно из-за происходящего на улицах. Отслужили молебен о мире, об умягчении злых сердец. Должен сказать, люди помолились с большим удовольствием и интересом». «Медуза»

Православный священник-итальянец рассказал, каково ему служить в России

У этого иеромонаха из столичной церкви Косьмы и Дамиана в Столешниковом переулке очень не типичная для православного священника судьба. Родился и вырос на острове Сардиния в семье итальянского министра. Закончил филологический факультет швейцарского университета. А потом принял православие, был рукоположен и стал служить в московском православном храме. О том, как его вела эта удивительная судьба и не завела ли слишком далеко, определив местом жительства Россию, «МК» рассказал сам отец Иоанн (Гуайта).

фото: Из личного архива

— Отец Иоанн, давайте начнем с самого начала: с вашей семьи, родителей. Кто они?

— Мои родители, слава богу, живы и здоровы, хотя достигли весьма преклонного возраста. Они живут на острове Сардиния в Италии, где родился и я. Мама — математик, отец — врач, но несколько лет он занимался политикой и даже был министром. Семья глубоко верующая: родители, как подавляющее большинство жителей Италии, католики. А еще у меня есть две старшие сестры и младший брат.

— Вы были религиозным ребенком?

— В детстве да. Но потом был подростковый кризис, впрочем, очень важный для становления человека, когда все меняется и в нем самом, и вокруг, а сам он ищет ответы на главные вопросы жизни. Вдобавок я всегда много читал. Две свои первые книжки прочел до поступления в школу: «Пиноккио» и историю церкви. В 1-м или 2-м классе мне подарили книгу «Россия царей»: помню репродукцию «Иван Грозный убивает своего сына», которая произвела на меня огромное впечатление. В подростковом возрасте читал много пессимистической литературы: итальянского писателя Пиранделло, Сартра, Камю, Кафку и, конечно, Достоевского. После школы получил классическое образование в лицее: латынь, древнегреческий, философия, история, история искусств… Но, закончив лицей, как часто бывает у детей известных людей, решил, что хочу кем-то стать сам, а не быть «сыном министра». И в 18 лет я уехал в Швейцарию. Там начал работать — продавал на улицах цветы. На этой своей первой работе и выучил французский язык. Через пару лет понял, что надо учиться дальше, и поступил в швейцарский университет в Лозанне, где преподавали по-французски. И учился, хотя овладел этим языком лишь благодаря практике и никогда не брал ни одного урока. В университете решил взять какой-то язык посложнее — китайский или арабский. Но когда узнал, что есть русский, вспомнил Достоевского, русскую культуру, и моей первой специализацией стали русский язык и литература. Потом к ним добавились история, история изобразительных искусств, философия и др.

фото: Из личного архива

— Когда и как вы впервые попали в Россию?

— В 1984 году я поступил в университет, а через год получил двухмесячную стажировку в Ленинграде. Я приехал в СССР всего через неделю после избрания Горбачева генсеком КПСС, когда и речи не было о перестройке, демократизации, гласности. Так что помню старый строй не по рассказам и лично видел лозунги «Слава КПСС». В 1986–1987 годах вновь приехал в СССР, уже на годичную стажировку в Институте русского языка им. Пушкина в Москве. Защитился я в Женеве, но потом остался в России — пока писал во ВГИКе диплом по творчеству Андрея Тарковского, нашел в Москве работу переводчика в издательстве, выпускавшем русскую литературу на всех языках мира. Там я проработал около двух лет, а с 1989-го остался здесь жить постоянно. Так что я в России уже 30 лет.

— Это целая жизнь!

— Больше, чем жизнь, если учесть колоссальные перемены, которые здесь произошли. И я не только все видел своими глазами, но сопереживал происходящему вместе с моими русскими друзьями. Вначале эйфорию по поводу гласности и перестройки Горбачева. Затем разочарование. Затем интерес к Ельцину, казавшемуся более последовательным реформатором. И новое разочарование.

— А как вы нашли в России свой духовный путь?

— Мои первые знакомства с православными священнослужителями завязались еще в Ленинграде в 1985 году. А в 1987 году через моих друзей я познакомился с отцом Александром Менем. Произошло это в Москве на квартире у приятеля из «почтового ящика» при крещении его дочки и оставило неизгладимое впечатление. Потом я бывал у отца Александра, хорошо помню его выступления на заводах, во Дворцах культуры. Он читал очень интересные лекции по истории религии, русской философии и говорил без предварительной подготовки, экспромтом. Но очень часто его приглашали просто говорить о Боге. И всегда были переполненные залы. Кстати, в этом году исполняется 25 лет со дня его гибели, а ему самому исполнилось бы 80.

— Почему, избрав для себя духовный путь, вы стали православным священником? В Москве и Петербурге есть и католические храмы.

— Выбор православия определил последние 30 лет моей взрослой жизни, ведь я прожил в России значительно больше, чем в общей сложности вне ее! Православием же как церковью, его историей, традициями я заинтересовался, когда беседовал с отцом Александром Менем. Вначале православие интересовало меня как часть русской культуры. А потом стало частью моей жизни, и я учился в Духовной академии Русской православной церкви в Санкт-Петербурге. Ну а в какой-то момент мне стало очевидно, что если хочу служить Богу и людям, живя в России, должен это делать в православной церкви. Догматические расхождения между католиками и православными, конечно, есть. Но они, на мой взгляд, малозначительны. Так что я бы использовал выражение католическая и православная традиции. С моей точки зрения, они скорее могут друг друга обогатить — во всяком случае, для меня это так. Во мне нет конфликта между ними: в каком-то смысле они во мне сосуществуют.

фото: Из личного архива С католикосом Киликийским Арамом.

— А родители не возражали против вашего перехода в православие?

— Они отнеслись к моему выбору с большим уважением.

— Вы владеете русским языком в совершенстве — это не комплимент, а констатация факта. Но в Духовной академии вам пришлось изучать церковно-славянский — язык очень трудный даже для русских. Как вы справились с ним?

— Я — филолог, а потому для меня церковно-славянский язык не стал такой проблемой, как, скажем так, для обывателя. Но для людей без филологического образования он, безусловно, становится барьером. Поэтому крайне важно, чтобы священник объяснял по-русски в том числе и какие-то части литургических текстов. Иначе для значительной части верующих многое остается непонятным.

— Есть ли у вас какие-нибудь любимые места в Евангелии?

— Да, прежде всего это Новая заповедь, которую нам оставил Иисус Христос: «Да любите друг друга, как я возлюбил вас». В Евангелии от Иоанна она приводится дважды. Один раз Христос говорит: «Сия есть заповедь моя». В другой раз: «Новую заповедь даю вам». Он называет эту заповедь своей и новой, потому что христиан должна характеризовать взаимная любовь, в то время как практически все остальное было и в Ветхом завете. Поэтому, кстати, христианство предполагает и некую общину — общину людей, которые обещают друг другу взаимную любовь и действительно хотят любить друг друга так, как нас любил Христос, отдавший за нас свою жизнь на кресте. Эту общину мы называем церковь. Кроме того, очень люблю все заповеди блаженства: «блаженны нищие духом» и другие, которые в разных редакциях приводят евангелисты Матфей и Лука.

— Я никогда не понимала, что значит «нищие духом». Что имеется в виду?

— Есть много разных интерпретаций, например, так называли людей простых, необразованных. В данном случае имеются в виду люди смиренные, которые не превозносят себя, живут простой жизнью, а также те, кого не очень уважают по человеческим меркам, считают слишком простыми, неэрудированными, что ли. Но это лишь одна из интерпретаций: это место Евангелия и правда не из самых простых.

фото: Из личного архива Во время службы.

— Вы никогда не жалели о своем выборе? Не думали: эх, и чего меня понесло в эту Россию?! Ведь наша страна — ох какая своеобразная!

— Никогда не жалел! Я очень люблю Россию, русскую культуру! Правда, чем дольше здесь живу, тем больше понимаю, что я итальянец. Да и некоторые проблемы для нерусского, особенно западного, человека в России есть.

— Например?

— Западный человек всегда четко знает не только свои обязанности, но и свои права, на которые никто никогда не покусится. Скажем, я не должен благодарить работодателя за то, что он мне платит зарплату — это его обязанность. Или дарить ему бутылку коньяка или конфеты, если это женщина, если он меня отпускает в отпуск — это мои права. В России же в силу исторических причин отношение людей к любой власти совершенно иное. Иногда это трогательно, т.к. здесь больше смирения, чем у западных людей. Но иногда бывает не совсем здоровое отношение. А когда четко не знаешь, каковы твои обязанности и права, возникает проблема. Впрочем, живи я, скажем, в Германии, там тоже были бы проблемы. Просто другие.

— Почему вы выбрали этот храм? Или это было решение епархиальных властей?

— В соответствии с церковной практикой священников, в особенности монахов, в тот или иной храм назначает епископ — в Москве это Святейший патриарх. И это его решение. А начинал я в церкви Всех Скорбящих Радость на Большой Ордынке.

— Как вам московское житье? Я в этом городе родилась и очень его люблю, но умом понимаю: жить здесь подчас невозможно.

— Вначале, как часто бывает, я любил Петербург и не любил Москву. Но живу в Москве уже давным-давно, и сейчас это мой город, где мне уютно и комфортно. Очень люблю не только Москву, но, как ни странно, даже москвичей…

фото: Из личного архива C крестником Петром.

— Нас и правда трудно любить: слишком мы жесткие, часто агрессивные…

— Жизнь в мегаполисе любой страны по определению не бывает нормальной. А источник агрессивности — скопление огромных масс людей, особенно в час пик где-нибудь в метро: невыспавшихся, когда они едут на работу утром, или уставших, когда вечером едут с работы. Тогда, как объяснит любой психолог, и включаются механизмы защиты, которые и делают нас агрессивными. Впрочем, для меня как для монаха метро является важным испытанием совести. Могу я, несмотря на некоторые проявления агрессивности, разглядеть в этих людях образ Божий, присутствующий в каждом из нас, — значит, я на правильном пути. А если тоже начинаю защищаться и становлюсь агрессивным, значит, плохой я монах.

— И как бывает чаще?

— И так и сяк.

— Что любите помимо работы?

— Очень люблю классическую музыку, театр. Но выбираюсь на спектакли или в кино, к сожалению, редко: очень мало свободного времени. А больше всего я люблю своих друзей: мне хорошо, когда я с ними, и грустно, когда их нет.

— У вас в Москве больше русских друзей или итальянцев?

— Конечно, русских — за столько-то лет. Кроме того, я долго занимался Армянской церковью, и у меня много армянских друзей.

— Можете назвать свои любимые русские фильмы, книги?

— Любимый кинорежиссер — Андрей Тарковский, творчеством которого я долго занимался. Очень хорошо знаю все его семь фильмов, ведь я о них писал. Кстати, к недавнему Дню Победы наш храм организовал ретроспективу фильмов о войне, в том числе было показано «Иваново детство» Тарковского. А вот в отношении писателей я человек консервативный: очень люблю классику — Пушкина и Достоевского на первом месте, Ахматову, Лермонтова, Тютчева. Много интересного в вашей литературе было и в советское время — Булгаков, Шукшин. А из современных, пожалуй, Улицкую — она пишет очень увлекательно и красиво. Если говорить о театре, то люблю Чехова.

— Вы прожили в России целую жизнь, но все-таки смотрите на нас чуточку со стороны. Какими вам видятся русские?

— Непростой вопрос, но в целом русские — европейцы. Точнее, восточноевропейцы. Мне кажется, наши представления о Европе не всегда адекватны. К примеру, во времена СССР почему-то считалось, что культурные границы между западом и востоком Европы совпадают с политическими — с Берлинской стеной. Между тем это ерунда, ведь все немцы, независимо от того, по какую сторону Берлинской стены они жили, — западные европейцы. Да и многие другие народы Восточной Европы являются западными по культуре: чехи, венгры, румыны. Как известно, славянские языки делятся на три группы: западнославянские, восточнославянские и южнославянские. Все народы с восточнославянскими языками до сих пор между собой очень близки: де-факто русские, белорусы и украинцы — это один народ. В свою очередь, западнославянские народы являются западными по культуре, ментальности, мироощущению, даже по тому, как они общаются с Богом. А вот южнославянские языки и народы делятся на две группы. Словенцы и хорваты — западные люди, а сербы и болгары — восточные. Так что точнее всего разницу между Восточной и Западной Европой отражает вероисповедание: православие, кириллица и греческий алфавит — это Восточная Европа.

— Выходит, и Греция — Восточная Европа?

— По менталитету, я бы сказал, что да. Пусть Греция и породила западную культуру, но главную роль сыграло православие, православная Византия. Разница в том, что восточноевропейцы, и русские в частности, встречают Бога в своем сердце, а не в уме: часто приходят на службу, ничего не зная, но что-то ощущая. Вот и в «Повести временных лет» говорится, что князь Владимир выбрал для Руси православие из-за того, что его посланники, побывавшие на церковной службе в Византии, были потрясены настолько, что «не понимали, на земле они находятся или на небе». Для западного человека такой подход может показаться сентиментальным, но я считаю, что это не совсем так. Наша душевная жизнь столь же важна, как телесная и умственная, и это хорошо, что человек на богослужении в православном храме переживает какие-то эмоции. Другое дело, что на этом нельзя останавливаться, ибо христианство — это не только эмоции, а прежде всего общение с Богом, меняющее всю нашу жизнь и помогающее по-другому жить и относиться ко всем людям, будь то в метро, на заводе или дома: к своим детям, жене или теще. Скажу так: для западного человека первичен разум. И если восточноевропеец или православный сначала переживает что-то в своем сердце, а потом это доходит до его разума, то у западного человека все ровно наоборот.

— Русское православие как ни одна другая ветвь христианства теснейше переплетено с язычеством. Наверное, вы сталкивались с этими проявлениями?

— Отчасти могу согласиться: верующие люди, даже церковные, иногда бывают суеверны, хотя это противоречит заповеди. Но, с другой стороны, Евангелие воплощается в определенной культуре, среде и принимает их окраску. Это неизбежно и даже неплохо. Но как священник я, естественно, пытаюсь объяснить, что бывают вещи, несовместимые с Евангелием.

— Есть ли у вас какая-нибудь мечта?

— Если честно, то в данный момент все мои мечты уже осуществились.

— Вы счастливый человек!

— Безусловно! На день моего рукоположения мама подарила мне сочинение «Кем я хочу стать», написанное мной в 1-м классе. Я написал тогда, что обязательно стану священником. И поставил под сочинением дату: 25 марта 1970 года. А рукоположен я был 28 марта 2010 года — ровно через 40 лет и три дня. Так что любая мечта осуществляется! В своей личной жизни я действительно считаю себя счастливым человеком: у меня есть Бог, есть друзья, и мне трудно мечтать для себя еще о чем-то. Но в более глобальном плане мечта у меня есть. Русскую православную церковь я помню еще в советское время, и очень многое с тех пор изменилось. К примеру, за последние 25 лет строилось по 1 тыс. храмов в год или по три храма в день. Однако Святейший патриарх Алексий в конце жизни говорил, что пора переходить от количества к качеству: храмы построили, монастыри открыли, теперь надо заниматься людьми, например должной подготовкой священнослужителей. Время для этого довольно благоприятное: я смотрю на церковную, да и на общественную действительность с оптимизмом. Но есть еще и некоторые проблемы — как оставшиеся с советских времен, так и новые. Так, если в СССР было опасно быть верующим, по крайней мере церковным человеком, то потом это стало модным. А сейчас часто получается наоборот. Кроме того, сейчас, как мне кажется, мы переживаем определенный нравственный кризис духовенства. Иногда мы, священнослужители, бываем не совсем на уровне своего призвания: среди нас бывают люди, которые живут слишком хорошо, а если священник живет материально значительно лучше, чем его прихожане, то это ненормально! Я мечтаю о том, чтобы нравственно Русская православная церковь могла стать как можно лучше. А то сейчас есть ощущение, что многие люди все больше разочаровываются в церкви и мы их теряем. А этого очень не хотелось бы. Вот такая у меня мечта.

Марина Лемуткина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *