Давид серван шрейбер

Давид серван шрейбер

Антирак Новый Образ Жизни (Anticancer: A New Way of Life)

В каждом из нас есть раковые клетки. Но не каждый заболеет раком

PSYCHOLOGIES (Психология)

Сочетание автобиографии, последних научных достижений и новаторских практических рекомендаций — таков этот ярко и убедительно описанный путь к здоровой жизни. В тридцать один год Давид Серван-Шрейбер был подающим большие надежды неврологом. Он руководил лабораторией. изучавшей функционирование мозга. Однажды в ходе эксперимента он случайно обнаружил у себя злокачественную опухоль мозга…А дальше была удивительная история о том, как врач, веривший исключительно в общепринятые методы лечения, превратился в убежденного приверженца интегративной медицины, осознающего огромные возможности естественных защитных сил организма в борьбе с появлением, ростом и распространением опухолей. Доктор Серван-Шрейбер доступно излагает биохимические механизмы рака и, что особенно важно, приводит научные аргументы в пользу гипотезы, значение которой выходит далеко за пределы медицины: даже небольшие изменения могут привести к большим переменам. Наше здоровье в наших руках, и только от нас зависит, предпримем ли мы шаги, которые помогут предотвратить или побороть болезнь. Эта книга расскажет о том, как это сделать.

От Автора книги, Давида Серван-Шрейбера:

«Рак дремлет в каждом из нас. Наши тела, подобно телам всех живых организмов, постоянно про­изводят дефектные (поврежденные) клетки. Из-за этого и образуются опухоли. Однако в наших телах есть и целый ряд механизмов, которые способны распознавать такие клетки и препятствовать их раз­витию. На Западе от рака умирает один человек из четырех, трое же продолжают жить. Срабатывают за­щитные механизмы, и умирают они по другим причинам.

У меня рак. Впервые мне поставили такой диагноз пятнадцать лет назад. Я прошел обычный курс лече­ния, и рак на некоторое время отступил, но впоследствии снова вернулся. И тогда я решил изучить все, что можно, чтобы помочь своему телу защититься от этой болезни. Некоторое время я возглавлял Центр интегративной медицины Питсбургского универси­тета. Как ученый и врач, я имел доступ к бесценной информации о естественных методах профилактики и лечения рака. На сегодняшний день мне удается сдер­живать рост раковой опухоли вот уже в течение семи лет. В этой книге я хотел бы рассказать вам несколько историй — научных и личных, — раскрывающих мой опыт.

Эта книга описывает естественные методы поддержания здоровья, которые препятствуют развитию рака или усиливают эффект от его лечения. Они призваны дополнить обычные методы лечения (такие, как хирургия, радиотерапия, химиотерапия). Содер­жание данной книги не может заменить врачебную консультацию. Ее не следует использовать для поста­новки диагноза или в качестве руководства для само­лечения.

Все клинические случаи, к которым я обращаюсь на последующих страницах, взяты из моего собственного опыта (за исключением нескольких, описанных коллегами-врачами в медицинской литературе, — они обозначены особо). Имена пациентов и другие отли­чительные признаки по очевидным причинам изме­нены.

Я решил изложить современное понимание рака и природных механизмов защиты от него простым язы­ком. В некоторых случаях это не позволило мне описать всю сложность биологических явлений и детали полемики вокруг существующих клинических исследований. Полагаю, я остался верен духу этих исследо­ваний, и все же хочу извиниться перед биологами и онкологами за упрощение того, что для многих из них представляет труд всей их жизни.»

Книга получила многочисленные отзывы авторитетных авторов и специалистов:

«Исключительно убедительные данные и сильные аргументы в пользу нашего энергичного участия в сохранении собственного здоровья путем укрепления естественных защитных сил организма. Эту книгу должен прочесть каждый, потому что ее простые рекомендации иногда могут спасти жизнь… Слово Давида Серван-Шрейбера особенно весомо: он обращается к нам и как пациент, в молодости столкнувшийся с раком, и как профессиональный нейробиолог, и как врач по призванию.» — Джон Кабат-Зинн, (профессор медицины Медицинской школы Массачусетского университета, автор книги «Бытие катастрофы»)

«Блестяще написанное, потрясающее и подкрепленное научными фактами путешествие, в котором есть и невероятные победы, и достойные поражения тех.

кто ведет борьбу с раком в современном мире.» — Девра Дэвис, (автор книги «Тайная история войны с раком»)

«Антирак» — страстная и вдумчивая книга, обращенная и к уму, и к сердцу. Опираясь на собственный опыт борьбы с раком и медицинское образование, доктор Серван-Шрейбер показывает нам, что жизнь в тени рака можно преобразить, если правильно питаться, не пренебрегать физической нагрузкой и жить настоящим в полную силу. — Дэвид Шпигель, (профессор Стэндфордского университета, автор книг и «Жизнь за гранью: новая надежда и помощь для тех, кто столкнулся со смертельно опасной болезнью»)

Содержание книги «Антирак Новый Образ Жизни»

Когда надежда исцеляет 5
Вступление 9
Предисловие 13
Предисловие к новому изданию 21
Глава 1. Одна история 32
Глава 2. Ускользнуть от статистики 42
Глава 3. Опасность и возможность 55
Глава 4. Слабые места рака 71
Глава 5. Плохие новости 113
Глава 6. Окружающая среда против рака 119
Глава 7. Уроки рецидива 191
Глава 8. Питание против рака 199
Глава 9. Психика против рака 276
Глава 10. Преодоление страха 345
Глава 11. Тело против рака 362
Глава 12. Учимся меняться 384
Глава 13. Заключение 394
Благодарности 409
Литература 417
Предметно-именной указатель 471
Список сокращений и научных терминов 484

Дюрас, Маргерит (1914—1996) — французская писательница, драматург и кинорежиссер. — Примеч. переводчика.

го возраста. Покончил с собой и Хемингуэй: ни Нобелевская премия, ни удивительная жизнь не избавили его от глубокого чувства экзистенциальной пустоты. Что же касается Маргерит Дюрас, талантливой, волнующей, возносимой до небес своими любовниками, то она разрушила себя алкоголем. Ни талант, ни слава, ни власть, ни деньги, ни обожание женщин или мужчин не делают жизнь проще.

Тем не менее существуют счастливые люди, живущие гармонично. Чаще всего они уверены в том, что жизнь щедра. Они умеют ценить свое окружение и простые повседневные радости: пищу, сон, безмятежность природы, красоту города. Они любят придумывать и создавать, идет ли речь о материальных предметах, проектах или отношениях. Этих людей не объединяет тайное знание или принадлежность к общей религии. Их можно встретить в любом уголке земного шара.

Кто-то из них богат, кто-то нет, одни женаты, другие живут в одиночестве, у кого-то есть особые таланты, кто-то — совершенно обычный человек. У каждого из них были неудачи, разочарования, сложные моменты в жизни. Никто от этого не застрахован. Но в целом они гораздо лучше справляются с жизненными невзгодами. Кажется, что эти люди обладают особой способностью держать удар в несчастьях, придавать смысл своему существованию, словно бы находясь в более тесной связи с самими собой и с другими людьми, а также с той жизнью, которую они выбрали для себя.

Что позволяет достичь такого состояния? За двадцать лет учебы и медицинской практики, главным образом в крупных западных университетах, а также среди тибетских целителей и индейских шаманов, я выявил несколько ключевых позиций, которые принесли реальную пользу моим пациентам и мне самому. К моему великому удивлению, они не имеют ничего общего с тем, что мне преподавали в университете. Прежде всего нет и речи ни о лекарствах, ни о психоанализе!

Переломный момент

Ничто не готовило меня к этому открытию. Моя медицинская карьера началась с исследовательской работы. После учебы я на пять лет отстранился от мира врачебной практики, чтобы понять, каким образом нейронные сети порождают мысли и эмоции. Степень в нейробиологии я получил под влиянием профессора Герберта Саймона, самого выдающегося из всех социологов, когда-либо удостоенных Нобелевской премии, и профессора Джеймса МакКлелланда, одного из основателей теории нейронных сетей. Основные тезисы моей диссертации были опубликованы в Science, авторитетном журнале, в котором любой уважающий себя ученый хотел бы однажды увидеть свои труды.

После строгого научного воспитания мне было непросто приступить к клинической работе, чтобы стать практикующим психиатром. Врачи, в среде которых я должен был набираться опыта в своей специальности, казались мне чересчур склонными к эмпирике, а их суждения — слишком расплывчатыми. Они в большей степени интересовались практикой, чем научной базой. У меня складывалось ощущение, что теперь я изучаю одни лишь рецепты (при такой-то болезни сделать такое-то обследование и применять медикаменты А,

В и С в таких-то дозах в течение стольких-то дней). Я считал это занятие слишком далеким от постоянного поиска нового и математической точности, к которым так привык. Однако я успокаивал себя тем, что лечу пациентов в самом лучшем отделении психиатрии Соединенных Штатов, наиболее ориентированном на научные исследования. Из всех отделений медицинского факультета Университета Питтсбурга именно наше получало больше всего бюджетных средств на исследования, опережая даже такие престижные отделения, которые специализировались на трансплантации сердца и печени. С некоторым высокомерием мы считали себя «учеными-клиницистами», а не простыми психиатрами.

Некоторое время спустя я получил от Национального института здоровья и различных частных организаций финансирование, которое позволяло основать лабораторию по исследованию психических расстройств. Будущее не могло быть более радужным: я мог вдоволь удовлетворять свою жажду знаний и деятельности. Однако совсем скоро некий приобретенный опыт заставил меня пересмотреть мои представления о медицине и изменить свою профессиональную жизнь.

Вначале я отправился в Индию, чтобы работать с тибетскими беженцами в Дхарамсале, городе, где расположена резиденция далай-ламы. Там я увидел в действии традиционную тибетскую медицину, которая ставит диагноз «расстройство» путем долгой пальпации пульса на запястьях обеих рук и изучения языка и мочи. Эти врачи применяли лишь иглотерапию и травы. При этом они лечили целую гамму хронических заболеваний с не меньшим успехом, чем западные медики. С двумя важными отличиями: лечение имело меньше побочных эффектов и стоило гораздо дешевле. Размышляя о своей практике психиатра, я понял тогда, что и мои собственные пациенты в основном страдали от хронических заболеваний: депрессии, тревожных состояний, маниакально-депрессивного психоза, стресса… Впервые я усомнился в высокомерном отношении к различным видам традиционной медицины, которое мне внушали в годы моей учебы. Было ли оно основано на фактах — как я всегда думал — или просто на неосведомленности? Западной медицине нет равных в лечении острых заболеваний, таких как пневмония, аппендицит и переломы костей. Но она далека от совершенства в том, что касается хронических заболеваний, включая тревожные расстройства и депрессию…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *