Что такое бытие

Что такое бытие

БЫТИЕ (греческий — τ? ε?ναι, ουσ?α; латинский — esse), одно из центральных понятий философии, характеризующее всё существующее — как актуально, так и потенциально (действительное бытие, возможное бытие), как в реальности, так и в сознании (мысли, воображении).

Онтология — учение о бытии — составляет со времён Аристотеля предмет так называемой первой философии. Понятия «сущее», «сущность», «существование», «субстанция» представляют собой различные аспекты бытия.

Бытие в древнегреческой философии. Античная философия, особенно учения Платона и Аристотеля, на многие столетия определила общий характер и способы членения понятия бытия. В теоретически рефлектированной форме понятие бытия впервые появляется у представителей элейской школы, противопоставивших бытие, как нечто истинное и познаваемое, чувственному миру, который, являясь всего лишь видимостью («мнением»), не может быть предметом подлинного знания. В понятии бытия, как оно было осмыслено Парменидом, содержатся три важных момента: 1) бытие есть, а небытия нет; 2) бытие едино, неделимо; 3) бытие познаваемо, а небытие непостижимо.

Реклама

Эти принципы по-разному интерпретировались Демокритом, Платоном и Аристотелем. Оставив в силе главные тезисы элеатов, Демокрит в отличие от них мыслил бытие как множественное — атомы, а небытие — как пустоту, сохраняя для атомов принцип неделимости, которому он дал чисто физическое объяснение. Платон, подобно элеатам, характеризует бытие как вечное и неизменное, познаваемое лишь разумом и недоступное чувствам. Однако бытие у Платона множественно, но это не физические атомы, а умопостигаемые нематериальные идеи. Бестелесные идеи Платон называет «сущностями» (греческий ο?σ?α от глагола «быть» — ε?ναι), то есть тем, что «существует». Бытию противостоит становление — чувственный мир преходящих вещей. Утверждая, что небытие ни выразить, ни мыслить невозможно («Софист» 238 с), Платон, однако, признаёт, что небытие существует: в противном случае было бы непонятно, как возможны заблуждение и ложь, то есть «мнение о несуществующем». Ради обоснования возможности познания, предполагающего отношение между познающим и познаваемым, Платон противопоставляет бытию иное — «существующее небытие». Бытие как взаимосвязанное множество идей существует и мыслимо лишь в силу причастности к сверхбытийному и непознаваемому Единому.

У Аристотеля сохраняется понимание бытия как начала вечного, самотождественного, неизменного. Для выражения различных аспектов бытия в понятиях Аристотель пользуется богатой терминологией: τ? ε?ναι (субстантивированный глагол «быть») — бытие (латинский esse); τ? δν (субстантивирован­ное причастие от глагола «быть») — су­щее (ens; понятия «бытие» и «сущее» у Аристотеля взаимозаменимы); ο?σ?α — сущность (substantia); τ? τ? ?ν ε?ναι (субстантивированный вопрос «что есть бытие?») — чтойность, или суть бытия (essentia); α?τ? τ? ?ν — сущее само по себе (ens per se); τ? ?ν η оν — сущее как таковое (ens qua ens). В учении Аристотеля бытие не является категорией, ибо на него указывают все категории; первая среди них — сущность — стоит ближе всех к бытию, она в большей степени сущее, чем любой её предикат (акциденция). «Первую сущность» Аристотель определяет как отдельный индивидуум — «вот этот человек», а «вторую сущность» — как вид («человек») и род («животное»). Первая сущность не может быть предикатом, она есть нечто самостоятельное. Сущее как таковое может быть понято как высшая из всех первых сущностей, она есть чистый акт, свободный от материи вечный и неподвижный перводвигатель, который характеризуется как «бытие само по себе» и изучается теологией, или наукой о «первом сущем» — Божестве.

Неоплатоническое понимание бытия восходит к Платону. Согласно Плотину, бытие предполагает сверхбытийное начало, стоящее по ту сторону бытия и познания, — «Единое», или «Благо». Только бытие мыслимо; то, что выше бытия (Единое), и то, что ниже его (беспредельное), не могут быть предметом мысли, ибо «ум и бытие — одно и то же» («Эннеады» V 4. 2). Бытие есть первая эманация, «первенец Единого»; будучи умопостигаемым, бытие всегда есть нечто определённое, оформленное, устойчивое.

Бытие в средневековой философии и теологии. Понимание бытия в средние века определили две традиции: античная философия, с одной стороны, и христианское Откровение — с другой. У греков понятие бытия, так же как и совершенства, связано с понятиями предела, единого, неделимого, оформленного и определённого. Соответственно беспредельное, безграничное сознаётся как несовершенство, небытие. Напротив, в Ветхом и Новом Завете совершеннейшее сущее — Бог — есть беспредельное всемогущество, а потому всякое ограничение и определённость воспринимаются здесь как признак конечности и несовершенства. Попытки примирить эти две тенденции или же противопоставить одну другой определили трактовку бытия на протяжении более полутора тысячелетий. Так, Августин в своём понимании бытия отправляется как от Святого Писания («Аз есмь Сущий», — сказал Бог Моисею, Исх. 3:14), так и от греческого философов, согласно которым бытие есть благо. Бог — это благо как таковое, или «простое благо». Сотворённые вещи, по Августину, только причастны бытию или имеют бытие, но сами не суть бытия, ибо они не просты. Согласно Боэцию, только в Боге, который есть само бытие, тождественны бытие и сущность; Он есть простая субстанция, которая ничему не причастна, но которой причастно всё. В сотворённых вещах их бытие и сущность не тождественны, они имеют бытие только в силу причастности к тому, что само есть бытие. Как и у Августина, бытие у Боэция есть благо: все вещи благи, поскольку они существуют, не будучи, однако, благими по своей сущности и своим акциденциям.

Различая вслед за Аристотелем актуальное и потенциальное состояния, Фома Аквинский, следуя знаменитой формуле Альберта Великого «Первое среди сотворённых вещей есть бытие», рассматривает бытие как первое из актуальных состояний: «Никакое творение не есть своё собственное бытие, но лишь причастно бытию» («Summa theologiae», q. 12, 4 с). Бытие тождественно благу, совершенству и истине. Субстанции (сущности) обладают самостоятельным бытием, акциденции же существуют только благодаря субстанциям. Отсюда в томизме различение субстанциальных и акцидентальных форм: субстанциальная форма сообщает вещам простое бытие, акцидентальная же есть источник определённых качеств.

Пересмотр античной и средневековой традиций в понимании бытия, происходящий в номинализме и немецкой мистике 13-14 веков (например, у Майстера Экхарта устраняется различие твари и творца, то есть бытия и сущего, как его понимала христианская теология), а также в пантеистических и близких к пантеизму течениях философии 15-17 веков (у Николая Кузанского, Дж. Бруно, бытие Спинозы и др.), привёл в 16-17 веках к созданию новой логики и новой формы науки — математического естествознания.

Бытие в философии 17-18 веков. По мере того, как в философии 17 века дух, разум теряет свой онтологический статус и выступает как противополюс бытия, гносеологическая проблематика становится доминирующей, а онтология перерастает в натурфилософию. В 18 веке вместе с критикой рационалистической метафизики бытие всё чаще отождествляется с природой, а онтология — с естествознанием. Так, Т. Гоббс, считая предметом философии тело, исключает из ведения философии всю ту сферу, которая в античности носила название «бытие» в противоположность изменчивому становлению. В формуле Р. Декарта «Мыслю, следовательно, существую» центром тяжести оказывается знание, а не бытие. Природе как механическому миру действующих причин противостоит мир разумных субстанций как царство целей. Так осуществляется раскол бытия на две несоизмеримые сферы. Субстанциальные формы, почти повсеместно изгнанные из философско-научного обихода в 17-18 веках, продолжают играть ведущую роль в метафизике Г. В. Лейбница.

Хотя сущность совпадает с бытием только в Боге, тем не менее и в конечных вещах сущность, по Лейбницу, есть начало бытия: чем больше сущности (то есть актуальности) в вещи, тем «бытийнее» эта вещь. Подлинной реальностью обладают только простые (нематериальные и непротяжённые) монады; что же касается тел, протяжённых и делимых, то они не субстанции, а лишь собрания, или агрегаты монад.

В трансцендентальном идеализме И. Канта предметом философии становится не бытие, а знание, не субстанция, а субъект. Различая эмпирический и трансцендентальный субъект, Кант показывает, что определения, приписывавшиеся субстанции, — протяжённость, фигура, движение — в действительности принадлежат трансцендентальному субъекту, априорные формы чувственности и рассудка которого конституируют мир опыта; то, что выходит за пределы опыта, — вещь сама по себе — объявляется непознаваемой. Именно «вещи в себе» — реликты субстанций, лейбницевых монад в кантовской философии — несут в себе начало бытия. У Канта сохраняется связь с аристотелевской традицией: бытие, по Канту, не может быть предикатом и не может быть «извлечено» из понятия. Самодеятельность трансцендентального Я порождает мир опыта, мир явлений, но не порождает бытия.

Бытие в философии 19 века. У И. Г. Фихте, Ф. В. Шеллинга и Г. В. Ф. Гегеля, стоявших на позициях мистического пантеизма (корни его восходят к Майстеру Экхарту и Я. Бёме), впервые выступает абсолютно самоопределяющийся субъект. Будучи убеждён, что человеческое Я в своём глубинном измерении тождественно с божественным Я, Фихте считает возможным вывести из единства самосознания не только форму, но и всё содержание знания, а тем самым устранить понятие «вещи в себе». Принцип знания встаёт здесь на место бытия. Философия, по Шеллингу, возможна «лишь в качестве науки о знании, имея своим объектом не бытие, а знание». Бытие, как его понимала античная и средневековая философия, в немецком идеализме противостоит деятельности как косное и мёртвое начало. Панлогизм Гегеля осуществляется ценой превращения бытия в простую абстракцию, в «общее после вещей»: «Чистое бытие есть чистая абстракция и, следовательно , абсолютно-отрицательное, которое, взятое так же непосредственно, есть ничто» (Гегель. Соч. М.; Л., 1929.Т. 1. С. 148). Истиной такого бытия Гегель считает становление. В преимуществе становления над бытием, изменения над неизменностью, движения над неподвижностью сказался характерный для трансцендентального идеализма приоритет отношения перед бытием.

Принцип тождества мышления и бытия, панлогизм Г. В. Ф. Гегеля вызвали реакцию в философии 19 века. В защиту натуралистической трактовки бытия как единичного природного индивида выступил Л. Фейербах. Существование отдельной личности, не сводимое ни к мышлению, ни к миру всеобщего, противопоставил Гегелю С. Кьеркегор. Ф.В. Шеллинг объявил свою раннюю философию тождества и выросший из неё панлогизм Гегеля неудовлетворительными именно потому, что в них исчезла проблема бытия. В иррационалистическом пантеизме позднего Шеллинга бытие — это не продукт сознательного акта благой божественной воли, а результат раздвоения и самораспадения абсолюта; бытие здесь скорее есть начало зла. Эта тенденция углубляется в истолковании бытия как неразумной воли, слепого природного влечения в волюнтаристском пантеизме А. Шопенгауэра. Бытие у Шопенгауэра не просто индифферентно благу, как у Т. Гоббса или у французских материалистов, — скорее оно есть зло. Философские учения 2-й половины 19 века, исходившие из волюнтаризма Шопенгауэра, — «философия бессознательного» Э. Гартмана, «философия жизни» Ф. Ницше — также рассматривают бытие как противоположное духу, разуму. Согласно Ницше, бытие, или жизнь, лежит по ту сторону добра и зла, «мораль есть отвращение от воли к бытию» (Полн. собр. сочинение М., 1910. Т. 9. С. 12).

Результатом этого процесса оказалась деонтологизация природы, знания и человеческого существования, реакцией на которую во 2-й половине 19-20 веках явился поворот к онтологии в неолейбницианстве И. Ф. Гербарта и Р. Г. Лотце, реализме Ф. Брентано, в феноменологии, экзистенциализме, неотомизме, русской религиозной философии. В плюралистическом реализме Гербарта и Б. Больцано возрождается аристотелевско-лейбницианское понимание бытия. Предмет наукоучения Больцано не абсолютный субъект, как у И. Г. Фихте, но сущее само по себе, вневременное и неизменное, сходное с идеями Платона. Идеи Больцано оказали влияние на понимание бытия у А. Мейнонга, раннего Э. Гуссерля, выступивших в конце 19 — начале 20 века против субъективизма и скептицизма с позиций объективной онтологии платонистского типа. В защиту аристотелевского реализма выступил и Брентано, подготовивший феноменологическое движение.

Попыткам возрождения реалистической онтологии противостоял с середины 19 века позитивизм, продолжавший номиналистическую традицию и ту критику субстанции, которую начал английский эмпиризм и завершил Д. Юм. Согласно О. Конту, познание имеет своим предметом связь явлений, то есть исключительно сферу отношений: самосущее не только непознаваемо, но его вообще не существует. Деонтологизацию знания осуществляло в последней четверти 19 века и неокантианство. В марбургской школе принцип отношения объявляется абсолютным, на место единства бытия ставится единство знания, которое Г. Коген обосновывает, опираясь на единство функции, а не субстанции.

Бытие в философии 20 века. Возрождение интереса к проблеме бытия в 20 веке сопровождается критикой неокантианства и позитивизма. При этом философия жизни (А. Бергсон, В. Дильтей, О. Шпенглер и др.), считая принцип опосредования спецификой естественных наук и ориентирующегося на них сциентизма (опосредованное знание имеет дело только с отношением, но никогда — с самим бытием), апеллирует к непосредственному знанию, интуиции, — но не интеллектуальной интуиции рационализма 17 века, а интуиции иррациональной. Согласно Бергсону, бытие — это поток творческих изменений, неделимая непрерывность, или длительность, которая дана нам в интроспекции; Дильтей видит сущность бытия в историчности, а Шпенглер — в историческом времени, составляющем природу души. По-иному восстанавливается роль бытия в феноменологии. Неокантианскому принципу «значимости», отнесённому к субъекту, А. Мейнонг противопоставляет понятие «очевидности», исходящей от объекта и потому строящейся не на нормативных началах (долженствовании), а на основе бытия. В основе теории познания Мейнонга — различение объекта и бытия, сущности (Sosein) и существования (Dasein). Требование очевидности как критерия истинности лежит и в основе феноменологического «усмотрения сущности»; однако фактическая ориентация Э. Гуссерля на психологию (как и Ф. Брентано, он считает непосредственно постигаемыми лишь феномены душевного мира) обусловила постепенный переход его на позиции трансцендентализма, так что подлинным бытием у позднего Гуссерля стал не мир «истин самих по себе», а имманентная жизнь трансцендентального сознания. В персоналистической онтологии М. Шелера бытие — это личность, понимаемая как не объективируемая в её глубинной сущности «субстанция-акт», отнесённая в своём бытии к верховной личности — Богу. Возрождая традицию августинианства, Шелер, однако, в отличие от Августина, рассматривает высшее бытие как бессильное по отношению к низшему: по Шелеру, духовное бытие не более изначально, чем бытие слепой жизненной силы, которая определяет собой реальную действительность.

Отталкиваясь, как и М. Шелер, от неокантианства, Н. Гартман объявил бытие центральным понятием философии, а онтологию — главной философской наукой, основой как теории познания, так и этики. Бытие, по Гартману, выходит за пределы всякого сущего и потому не поддаётся прямому определению, но исследуя — в отличие от конкретных наук — сущее как таковое, онтология тем самым касается и бытия. Взятое в своём онтологическом измерении, сущее отличается от предметного бытия, или «бытия-в-себе», то есть объекта, противоположного субъекту; сущее как таковое не является противоположностью чего бы то ни было.

М. Хайдеггер видит задачу философии в раскрытии смысла бытия сущего. В «Бытии и времени» (1927) Хайдеггер вслед за Шелером раскрывает проблему бытия через рассмотрение бытия человека, критикуя Э. Гуссерля за то, что он рассматривает человека как сознание (а тем самым — знание), тогда как надо понять его как бытие — «здесь-бытие» (Dasein), которому свойственны «открытость» («бытие-в-мире») и «понимание бытия». Бытийную структуру человека Хайдеггер называет «экзистенцией». Не мышление, а именно экзистенция как эмоционально-практически-понимающее сущее открыто смыслу бытия. Предлагая увидеть бытие в горизонте времени, Хайдеггер тем самым объединяется с философией жизни против традиционной онтологии: как и Ф. Ницше, он видит источник «забвения бытия» в платоновской теории идей.

Поворот к бытию был начат в русской философии 19 века Вл. С. Соловьёвым. Отвергая вслед за Соловьёвым принципы отвлечённого мышления, С. Н. Трубецкой, Л. М. Лопатин, Н. О. Лосский, С. Л. Франк и др. выдвинули в центр рассмотрения вопрос о бытие. Так, Франк показал, что субъект может непосредственно созерцать не только содержание сознания, но и бытие, которое возвышается над противоположностью субъекта и объекта, будучи абсолютным бытием, или Всеединством. Отправляясь от идеи Всеединства, Лосский сочетает её с учением об индивидуальных субстанциях, восходящим к Лейбницу, Г. Тейхмюллеру и А. А. Козлову, выделяя при этом иерархические уровни бытия: пространственно-временные события эмпирического мира, отвлечённо-идеальное бытие универсалий и третий, высший уровень — конкретно-идеальное бытие сверхпространственных и сверхвременных субстанциальных деятелей; трансцендентный Бог-Творец есть источник бытия субстанций. Таким образом, в 20 веке наметилась тенденция возвращения бытию его центрального места в философии, связанная со стремлением освободиться от той тирании субъективности, которая характерна для новоевропейской мысли и составляет духовную основу индустриально-технической цивилизации.

Лит.: Лосский Н.

О. Ценность и бытие. Париж, 1931; Hartmann N. Zur Grundlegung der Ontologie. 2. Aufl. Meisenheim, 1941; Litt Th. Denken und Sein. Stuttg., 1948; Marcel G. Le mystère de l’être. Р., 1951. Vol. 1-2; Heidegger М. Zur Seinsfrage. Fr. / М., 1956; Мöller J. Von Bewußtsein zu Sein. Mainz, 1962; Sartre J. Р. L’être et le néant. Р., 1965; Lotz J.В. Sein und Existenz. Freiburg, 1965; Wahrheit, Wert und Sein / Hrsg. v. В. Schwarz. Regensburg, 1970; Человек и его бытие как проблема современной философии. М., 1978; Gilson Е. Constantes philosophiques de l’être. Р., 1983; Stein Е. Endliches und ewiges Sein. 3. Aufl. Freiburg u. а., 1986; Доброхотов А. Л. Категория бытия в классической западноевропейской философии. М., 1986.

П. П. Гайденко.

Среди разных философских понятий особым вниманием пользуется понятие бытия (существования).

Бытие – слово, имеющее много значений и в силу этого весьма неопределенное по содержанию. Его либо не нужно употреблять вообще (как философское понятие, категорию), либо определить, конкретизировать в системе категорий.

Вот некоторые значения этого слова.

1. Парменид: «бытие есть, а небытия нет».

2. Проблема бытия мира. Мир существовал от века или он создан, сотворен кем-то (Богом и т. п.)? (Первая книга Библии, в которой повествуется о сотворении мира Богом, имеет название «Бытие»).

3. Декарт отождествлял бытие и мышление (“мыслю, следовательно, существую”).

4. С другой стороны, есть традиция противопоставления бытия и мышления (сознания). Бытие считается объективным, реальным, материальным, а мышление – чем-то идеальным, присущим только сознанию человека. (Маркс говорил, например: бытие определяет мышление (сознание). Или: мышление, сознание — отражение бытия. Бытие первично, мышление, сознание вторично.)

Говорят еще: материальное бытие, идеальное бытие.

5. Существует также гегелевское представление о тождестве бытия и мышления, о том, что наше мышление более или менее соответствует бытию, а бытие, как таковое, это нечто, фигурирующее в нашем мышлении в виде понятий. У Гегеля это все настолько взаимосвязано – бытие и мышление, что трудно разобрать, что у него первично – мышление или бытие. Но как философ-идеалист, он безусловно склонялся к пониманию мышления как чего-то более достоверного, чем бытие. Наши понятия наиболее реальны, а в нашей чувственной жизни мы не те, не по истине. Гегель, таким образом, склонял чашу весов в сторону духовного, мышления.

У Гегеля «бытие» также рассматривается как первая ступень развития логической идеи («бытие-сущность-понятие»). Отсюда специфически гегелевские понятия: «чистое бытие», «наличное бытие», «определенное бытие», «бытие-в-себе», «бытие-для-себя», «бытие-для-другого» и т. д. По Гегелю бытие определяется в виде качества, количества и меры (последние — ступени развития бытия). Сущность — истина бытия, а понятие — истина сущности.

6. Гамлетовский вопрос «быть или не быть?»

У Шекспира Гамлет говорит:

Быть иль не быть — вот в чем вопрос

Достойно ль

Смиряться под ударами судьбы

Иль надо оказать сопротивленье

И в смертной схватке с целым морем бед

Покончить с ними?

Это не просто вопрос о жизни или смерти. Это вопрос о том, чтобы жить достойно, быть хозяином судьбы и т. д. и т. п. Для Гамлета быть — не просто существовать, а жить полнокровно и достойно.

В философии экзистенциализма бытие понимается в этом шекспировском-гамлетовском смысле, как сугубо человеческое существование, и когда употребляется выражение «смысл бытия», то имеется ввиду смысл человеческой жизни, человеческого существования. Сам термин «экзистенциализм» происходит от слова «существование», а существование и бытие часто признаются как тождественные понятия.

В экзистенциализме бытие понимается ограниченно, как субъективное-человеческое существование, и утверждается, что о бытии мира как такового, независимого от человека, говорить нельзя. В ХХ веке все старые философские проблемы некоторые философы постарались просто отбросить, и всю онтологическую проблематику, которой занимались философы вплоть до Гегеля, считали псевдопроблематикой. Однако бытие нельзя рассматривать только в плане человеческого существования, мир существует все-таки объективно, и так или иначе он определен, как-то структурирован, в том числе и категориально, поэтому следует говорить и о нем, а не только о человеке и обществе.

8. В экзистенциализме тема бытия звучала часто и в такой трактовке: «жизнь – бытие – смерть». Карл Ясперс часто употреблял такое выражение: «Бытие перед лицом смерти». Утверждалось, что смысл человеческого бытия заключается в том, что он – человек – переживает границы этого бытия, переживает тот факт, что человек когда-то умрет. Целостность человеческого бытия неизбежно связана с представлением о смерти, и философы-экзистенциалисты договорились до того, что посчитали тему смерти главной темой философии, что человек всегда, когда хочет затронуть основные стороны своего существования, то он всегда наталкивается на проблему смерти. Такое представление философов-экзистенциалистов родилось из трагической ситуации, которая была в мире в первой половине ХХ века (две мировые войны и гибель десятков миллионов людей). У многих философов сформировалось трагическое ощущение жизни, возник негативный фон сознания.

Французские философы-экзистенциалисты отмечали такой феномен, как хрупкость человеческой жизни, бытия. Человек одинок в этом мире, заброшен, постоянно переживает страх смерти. Здесь налицо тот самый негативный фон сознания, представлений философов-экзистенциалистов о человеческом бытии.

9. В экзистенциализме еще проводятся различия между подлинным и неподлинным бытием. Хайдеггер утверждал, что неподлинное бытие – это бытие в обществе, а общество он рассматривал в смысле неопределенно-личного местоимения Man. Man – нечто неопределенное, диффузно-обезличенное. Бытие в обществе – неподлинное, а бытие перед лицом смерти – подлинное. В этом противопоставлении подлинного и неподлинного бытия он отразил реальную проблему человеческой индивидуальности и степени растворения человека в обществе. Действительно, общество – это общение, т. е. совокупность людей, как-то общающихся друг с другом. Когда слишком много общения, человек теряет себя, растворяется в обществе. Для человека важно соблюдение баланса между общением и уединением. Тьма философов, которые смешивали-путали уединение с одиночеством. На самом деле уединение «дружит» с общением. Хайдеггер высветил эту реальную проблему, когда человек слишком много находится в обществе, то он теряет себя как личность, как индивидуальность. Сущность тоталитарной идеологии заключается как раз в этом. В коллективе человек может потерять себя. Хайдеггер подчеркивал сторону индивидуального бытия. Экзистенциалисты очень часто рассматривали тему одиночества в разных ситуациях. Но у них это все выглядит контрастно – либо ты включен в общество, либо выключен из него, тогда ты одинок. В действительности же всегда существует определенный баланс между общением и уединением. Внутренний мир человека, его индивидуальность сопротивляется общению, обществу.

Эрих Фромм – неофрейдист — попытался соединить фрейдизм с марксизмом, противопоставив «быть» и «иметь» (бытие имению). В книге «Быть или иметь» он утверждает, что для человека важнее быть, а не иметь. В марксизме частная собственность признана главным врагом человечества, а иметь, значит иметь что-то, какую-то собственность. Эта тема трактуется самым разнообразным образом не только в философских трактатах, но и в искусстве, литературе, кино.

Часто можно встретить противопоставление обладания чем-либо и жизни-существования, что последнее важнее первого. Безусловно, определенный резон в таком противопоставлении есть. Мы порой остро-глубоко переживаем обладание или необладание чем-либо. И ставим это переживание на одну доску с жизнью в целом. Фромм как раз и утверждает, что обладание менее значимо, чем сама человеческая жизнь. Это в общем-то правильное направление мысли. В самом деле, если зацикливаться на теме обладания-необладания, то можно прийти к такой ситуации, когда жизнь теряет смысл, если мы не обладаем чем-то (состоянием, любимой женщиной, рукой-ногой).

С другой стороны, если человек ничем не обладает, то он как бы аннигилирует, превращается в ничто. Под обладанием здесь имеется в виду всё – знание, культура, материальные блага, общение. Такого необладания и представить трудно. Человек всегда чем-то обладает. Поэтому дилемма – «быть или иметь», с моей точки зрения, – псевдодилемма и лучше от нее отказаться.

11. Еще одно значение слова «бытие» — в таком высказывании: «чтобы жить лучше, нужно быть лучше». Это высказывание очень интересно. В нем разводятся понятия жизни и бытия. «Быть лучше – жить лучше» – здесь интересные оттенки понимания слова «жизнь», с одной стороны, и слова «бытие», с другой.

12. Другая проблема, которая поднимается философами, связанная с понятием бытия – быть или казаться. Еще епископ Беркли говорил: «Существовать, значит быть воспринимаемым». Это тоже интересная проблема.

13. Бытие и сущее. В.С.Соловьев: «Сущее есть являющееся, а бытие есть явление».

14. Бытие и время.

А.С.Пушкин: Летят за днями дни,

и каждый час уносит частичку бытия.

Хайдеггер. Осн. соч. «Бытие и время».

15. Нужно также иметь в виду, что в русском (да и не только в русском) языке понятия «жизнь» и «существование» разводятся. Говорят, например: «жить, а не существовать!» («Истинное назначение человека — жить, а не существовать» — писал Джек Лондон 1,157). Получается, что существование и жизнь — разные вещи. И в самом деле, в русском языке слово «существование» при сопоставлении его со словом «жизнь» обладает гораздо более ограниченным смыслом. Так, говорить о смысле существования просто нелепо. Нет никакого смысла в существовании. Понимать человеческую жизнь как существование нельзя. Это не по-русски. Важно четко определять, в каком значении употребляются те или иные слова, понятия в естественном языке. Нельзя механически переносить слова из других языков в наш язык и понимать их также, как в этих других. В русском языке слово «существование» (применительно к человеческому бытию) имеет гораздо более низкое значение, чем слово «жизнь». Если же брать слово «существование» в космическом, вселенском значении, как существование Вселенной, вещей, тел, всего, что существует, то, безусловно, это слово обозначает гораздо больше объектов, чем слово «жизнь». Жизнь выражает только жизнь живого.

Правда, в биологии с XIX века употребляют выражение «борьба за существование». В этом случае «существование» выступает как синоним слова «жизнь» (в биологическом смысле), точнее синоним выражений «дление жизни во времени», «поддержание жизни».

Жизнь есть деятельность, а существование есть только сохранение чего-либо в течение какого-то времени, продолжительный период сохранения этого чего-либо в относительно неизменном виде. Поэтому чаще всего с существованием связывают существование неорганических тел и частиц.

В приравнивании жизни к существованию есть опасность редукционизма, сведения высшего к низшему (сложного к простому).

16. Проблема бытия и небытия (ничто). Переход от небытия к бытию означает возникновение чего-либо, а обратный переход означает уничтожение. Возникновение и уничтожение – фундаментальные понятия. В этом смысле различие слов «бытие» и «небытие» имеет определенный смысл. Сами слова «ничто» или «небытие» тоже имеют разные оттенки смысла. Ничто – нечто такое, что исключает бытие чего-либо вообще. Этот термин означает некоторую противоположность бытию (хотя ничто обычно сопоставляется не с бытием, а с нечто). А небытие – что-то более мягкое. Небытие какой-то вещи, чего-либо – это тоже философская проблема – как различать эти понятия.

17. Целый комплекс проблем, связанных с бытием, — это различные доказательства бытия Бога. Для религиозно настроенных интеллектуалов это гигантская проблема. Это ведь не просто бытие кого-то, кто существует вне нас, а и человеческое бытие, поскольку человек, по религиозным представлениям, создан Богом и зависит от него. Как утверждается в Евангелии: «Ни один волос не упадет с головы человека без божьего на то соизволения». Поэтому проблема доказательства бытия Бога касается непосредственно и человеческой судьбы.

18. В марксистской философии понятие бытия фигурировало еще в таком контексте – говорили о формах бытия мира или по-другому о формах существования материи. К формам бытия мира относили пространство, время, движение. Мир, согласно марксистским представлениям – некоторая система форм бытия.

Выражение «форма бытия» означает почти то же самое, что и выражение «объективно-категориальное определение мира».

В настоящей работе вместо понятия бытия используются другие слова-понятия: жизни, действительности, материи, реальности. Само оно используется исключительно как вспомогательное понятие-слово — подобно словам «есть, существует».

1. Экзистенциология как учение о бытии

1. Экзистенциология как “фундаментальная онтология”
Экзистенциология – это учение о бытии, как оно открывается живущему, прежде всего как само переживание жизни.
При построении своей “фундаментальной онтологии” Мартин Хайдеггер, вслед за Ницше, исходит из того, что категория бытия была утрачена в философии, когда появились такие античные мыслители, как Сократ, Платон и др. В самом подходе «Бытия и времени» уже были заложены задачи поднять радикальную критику “платонизма” Ницше на высоту критикуемой им традиции, встретиться с западной метафизикой на свойственном ей уровне, распознать и преодолеть трансцендентальную постановку вопроса как следствие субъективизма Нового времени.
Пафос Хайдеггера состоит в том, что категория бытия ощущалась и правильно воспринималась только досократовскими философами. Поэтому он, так же как и Ницше, читает Парменида, Гераклита и посвящает этой теме множество статей, горя желанием превратить в развалины основы западной философии, заложенные, по мнению Хайдеггера, еще Платоном, выкристаллизованные Просвещением и настолько укоренившиеся в нашем сознании, что никому, кроме крайних скептиков и излишне любопытных, в голову не приходило подвергать их сомнению.

Вообще значительная часть философии Хайдеггера базируется на большом значении, которое он придавал досократикам и снисходительное отношение ко всем политическим учреждениям демократии и справедливости, основанным Просвещением и политической теорией XVIII–XIX веков, как не имеющим под собой достойного уважения рационального основания.
2. Против мышления?
Что же такое – мышление? Первое, что в этой связи приходит на ум, – расхожие представления о разнице между теорией и практикой и об отношении между ними. Сначала – рассуждение, модель, гипотеза, теоретический проект; затем – их “претворение” в практику. Понимаемая таким образом практика и есть собственно действие, теория же, в противоположность практике, в лучшем случае истолковывается как своего рода пробное действие. В рамках этой схемы мышление, которое не связано с действием как с чем-то внешним по отношению к нему, теряет всякое достоинство и ценность, становится ничтожным. Такое привязывание мышления к действию тождественно господству принципа полезности. Когда требуют, чтобы мышление было ангажированным, под этим имеют в виду его полезность для осуществления определенных практических задач в политике, экономике или общественной жизни. Указания на практическую полезность и на похвальную «ангажированность» мышления служат для доказательства оправданности его существования с точки зрения общества.

ЖИЗНЬ И БЫТИЕ (В порядке дискуссии) Когда мы рассказываем о своей жизни, то чаще всего описываемсобытия, происходившие с нами в разные периоды, вспоминаем некоторыефакты, что-то изменившие на нашем пути или в нас самих, говорим о том,что с нами случилось. Мы рассказываем свою биографию, описываемжизненный путь, свою личностную историю. При этом для слушателя самчеловек как таковой остается вне этого описания, потому что ведьговорим-то мы не о нем, а о его инструментальных составляющих, о техизменениях, которые происходили с его сознанием, телом или психикой, тоесть с чем он отождествлял себя в большей степени. При этом, за счет преоценки каких-то событий в прошлом (возвеличивания одних и понижения других) или за счет построения фантазийпо поводу будущего, возникает иллюзия саморазвития, самоизменения. Что же реально происходит с человеком от момента рождения домомента смерти? Жизненный путь каждого можно представить как отмеченныйсобытиями (вехами) маршрут движения от начальной до конечной остановки. Программированная часть жизни — это программы тела, сознания,психики человека. Программы эти в достаточной степени известны, и можнозаранее предсказать, что с человеком не будет случаться. (Жванецкий: яне буду женщиной, не буду поэтом, не возьму семь метров в длину и т.д….). Реализация этих программ происходит в достаточно узком коридоревозможностей, и пока человек находится в пределах этого коридора, он неувидит свою жизнь как целое; из его сознания вытесняется факт смерти,факт рождения, они только абстракция, и он пребывает в иллюзиигарантированного будущего и бесконечных возможностей («Все еще впереди»- Майя 1). Попытки что-то изменить в свой жизни выглядят как «брыкания»внутри этого коридора и за его пределы не выводят. Из-за невозможности видеть свою жизнь как целое человек остаетсяпассивным по отношению к ней,- с ним что-то случается, происходит, носам он имеет очень незначительное к этому отношение. То, что из сознания человека вытеснен как чувственная реальностьфакт рождения, имеет и другие последствия. Ведь именно с рождением иранним периодом жизни связано возникающее впоследствии состояние некоего»томления духа», томление по чему-то неясному, неопределенному, ножелаемому. Это происходит потому, что в период рождения человекпребывает в состоянии целокупного бытия, не осознавая этого, затем всилу разных причин теряет его, но где-то в глубине себя помнит о нем ижелает его. Что же есть бытие? Бытие — это то, что человеку явлено, что им осозноваемо. Средиэтого осознаваемого может быть и сама жизнь человека, но посмотреть нанее со стороны и воспринять как объект, находясь в пределах отведенногодля программированной реализации коридора, невозможно. Такая возможностьпоявляется только с выходом за пределы коридора, но пока человекотождествлен со своими инструментами, этого сделать невозможно. Этостановится возможным с развитием самосознания (или точки координатора,»магнитного центра»); лишь тогда человек может воспринять некоторуючасть жизни как целое, обнаруживая при этом себя и бытие в себе самом.При таком, качественно ином восприятии жизни он получает возможность от-нестись к жизни как к объекту и манипулировать ею, стать ее творцом.Теперь он уже кое-что в своей жизни может сделать сам, но кое-что по-прежнему с ним случается. Прийти к этому очень непросто. Один из возможных путей — отнестись к себе как к объекту и занятьсяизучением самого себя, своих реализованных и нереализованныхвозможностей. Осознав себя как объект, человек получает шанс исследоватьсвои инструментальные составляющие (тело, сознание, энергетику) иотделить их от себя, то есть растождествиться с ними (ведь тело — это нея, оно мое, это же касается моего сознания и моей психики). Узнавая о своей «инструментальности», человек начинает рассказыватьоб этом другим, и так, через другого, словно смотрясь в зеркало, онвпервые обнаруживает в себе самом бытие. Качество этого процесса зависит от того, кто является этим другим.Это может быть один человек, референтная группа, учитель, мастер. Снаибольшим эффектом процесс идет тогда, когда другой имеет большой объембытия. Рассказывая другим о самом себе и получая от них описания себя,оценку себя, человек узнает в себе самом для других бытие. Это — этапизучения себя, принятия себя. Это — период эгоизма, который простонеизбежен. Появившиеся знания о себе как объекте и Другой делают «Я».Характерным признаком обнаружения в себе самом для других бытия является»болезнь неофита». На этом этапе человек сталкивается со страхом увидетьпустоту своего Я, но, осознав это, он получает возможность с помощьюДругого заполнить эту пустоту. Начинается жизнь его субъективнойреальности, появляются иллюзии II уровня (Майя 2). На этом этапе есть Я как объект, есть рефлексия, но еще нет Я каксубъекта, ибо нет еще стабильного самосознания, нет координации междувсеми инструментами, бытие хаотично, инструменты разболтаны. Кое-что вжизни по-прежнему случается, но кое-что человек уже делает сам. Цель многих духовных школ состоит в том, чтобы подвести человека ктакому состоянию, и методики их построены на принципе познания себя (этопоиски «истинного Я», «Бога в себе», просто самого себя и т.д.). Шагом в духовном развитии человека может быть следующий этап -этап, связанный с появлением стабильного самосознания. Лишь только с егопоявлением человек обретает полноту субъективности, с этого момента онпоявляется как целое, инструменты которого обрели хозяина. Его жизньстановится объектом творчества, потому что субъект обладает возможностьюреального действия и формирования замысла этой жизни. Формула этого этапа: Трудности этого этапа связаны с преодолением страха обнаружитьпустоту жизни, ибо как бы я ни организовал свою жизнь, от этого в Мире»ничего не изменится», то есть Мир довлеет над замыслом, но естьматериал, сопротивление которого надо преодолеть. Но и это еще не все.

Сделав жизнь объектом, став ее творцом,человек может однажды обнаружить пустоту Мира, ибо в Мире по-прежнемувсе случается независимо от действий конкретного человека. И тогда емуостается либо признать суетность всех своих стараний и уверовать вгоспода Бога, либо вступить в другую фазу отношений с Миром, отнесясь кнему как к субъекту и вступив с ним в Диалог. Это формула Диалога с Миром, третьим голосом в котором являетсяжизнь человека. На этом этапе рождается в себе самом для себя бытие.

Рождение в школе Приняв для себя законы обучающей школы, человек вовлекается в цепьсобытий, которые переодически выталкивают его за пределы жизненногокоридора и дают ему пищу для самосознания. Это способствует появлению вчеловеке «магнитного центра», который, развиваясь, можеттрансформироваться в стабильное самосознание и трансформировать человекав активного субъекта жизни. Ощутив себя реально, пережив себя как целое, человек обретаетвозможность вступить в Диалог с иным целым, в том числе и с Миром. Приэтом предполагается, что Мир есть субъект и таким образом обладает некойточкой координатора. Совмещение точки координатора человека с точкой координатора Мираприводит к переживанию момента «просветления», о котором можно сказать,что в нем проявляется бытие как движение целого в целом посредствомнуль-перехода в точке координатора. С этого момента начинается реальноедвижение в пространстве «Время, Знание, Люди», то есть развитие в себесамом для себя бытия. Иными словами, духовное развитие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *