Бог не тимошка видит

Бог не тимошка видит

А вот жизнь Юлии Тимошенко в последнее время стала очень напоминать сказку. Например, «О рыбаке и рыбке». Согласитесь, что властные амбиции одного из персонажей, жаждавшего стать «владычицей морской», и Юлии Владимировны, требовавшей себе премьерский пост, несколько похожи.

Равно как и развязка.

Или сказку о Золушке — пробили часы, и сказочный бал неожиданно окончился. И все потраченные на выборы, а точнее – на продвижение к премьерству средства превратились в тыкву (гарбуз по-украински), которым одарила Тимошенко судьба. Да вот только сказочный принц Виктор Андреевич, похоже, больше интересуется пчелами, чем «газовыми принцессами» — и не спешит бросаться ей вслед, поднимая оброненную туфельку.

«Баба с воза — кобыле легче», — вероятно подумал гарант, и, впервые за полтора года облегченно вдохнув полной грудью, засобирался в Хоружевку качать гречневый мед. Шутки шутками, но стремительное низвержение Тимошенко, из почти премьеров в лидеры рассыпающейся оппозиционной фракции, стало одной из главных политических интриг сезона. «Наша Украина» тоже немало потеряла в результате развала «оранжевой» и создания «антикризисной» коалиции — пост спикера, несколько министерств. Однако у нее в арсенале остается Президент и пригласительный билет от Януковича войти в новую коалицию, что позволило бы сохранить за собою пару-тройку портфелей.

БЮТ же потерял все, поскольку «всем» для него была должность главы Кабмина. А от предложения поучаствовать в новой коалиции БЮТ отказался сам — демонстративно и гневно, как бы показывая, что «подачки» блоку не нужны.

Так что это самая потерпевшая в результате «парламентского переворота» политическая сила. Неудивительно, что «караул, ограбили!» она кричит громче всех.

Уже в первый день создания новой коалиции БЮТ одновременно поставил под сомнение ее легитимность, подал в суд на избрание Мороза, потребовал распустить парламент и, с надрывом в голосе, обратился к избирателям с речами о «предательстве» и «реванше».

Вся эта близкая к истерике суета вызвала немало злорадных острот в адрес Тимошенко, причем не только со стороны оппонентов (понятное дело), но и со стороны вчерашних соратников по Майдану из «Нашей Украины» — кстати, все еще числящихся союзниками БЮТ.

Народный депутат Борис Беспалый, член фракции НСНУ, охарактеризовал поведение Тимошенко так: «Я думаю, что у них много эмоций. Так близко была власть, разочарование. Именно ими движут эмоциональные вещи, которые не позволяют им просчитать легко прогнозируемые результаты… Это эффект курицы с отрубленной головой: голову отрубили, а курица еще бежит».

Такие эпитеты, а также охлаждение «Нашей Украины», которая быстро перестала возмущаться созданием новой коалиции и даже поприветствовала ее устами Анатолия Кинаха, по меньшей мере, говорит о том, что у «НУ» и БЮТ два разных взгляда на текущие и будущие события. То есть раскол между ними, похоже, увеличивается.

Дело не только в противостоянии между окружением Ющенко и Тимошенко в борьбе за власть, которое привело в 2005 году к ее отставке. Помимо подковерной борьбы лидеров «НУ» и БЮТ, существует и фактор их конкуренции на электоральном поле. Ведь обе партии набирают голоса на «оранжевой» половине Украины. Поэтому во время избирательных компаний (а она у нас идет без остановок от выборов до выборов) эти партии вынуждены «воевать» не против «синих» и «красных» — чьи голоса жителей Юга и Востока заполучить им просто не удастся — а между собою.

Поэтому, когда Юлия Тимошенко возжелала переиграть все по-новому, и потребовала перевыборов, это говорило о двух ее намерениях. Во-первых, роспуском Верховной Рады «ликвидировать» нынешнее «антикризисное» большинство — чтобы кресло премьера не занял Виктор Янукович. Это ход действительно во многом чисто эмоциональный, по принципу «если не я — то никто», напоминающий попытку брошенной невесты сорвать свадьбу неверного жениха с другой. Но вместе с тем в этом прослеживается и логика — чем сидеть в глухой оппозиции неизвестно сколько лет, теряя разбегающихся из БЮТ депутатов, не лучше ли, не теряя времени, начать действовать прямо сейчас.

А во-вторых, Тимошенко может надеяться, что перевыборы изменят расклад Верховной Рады. С одной стороны — что в нее не пройдут социалисты и коммунисты. Для этого БЮТ в очередной раз выступил с идеей повышения проходного барьера, теперь — с 3% до 7%. С другой — что БЮТ повысит свой результат за счет других игроков «оранжевого поля», главным образом «Нашей Украины».

Ехал грека через реку,
Видит грека — в реке рак.
Сунул грека руку в реку,
Рак за руку грека цап!

Возвратился к речке грека,
Отомстить решил врагу.
Обыскал с ружьем всю реку,
А рак сидел на берегу.Ехал грека через реку,
И под ним сломался мост.
Цапнул рак за руку грека,
Грек его поймал за хвост.
Так и жили под мостом
Рак с рукой, а грек с хвостом.Как-то раз решил веселый грека
Возле речки друга повстречать.
Оба опустили руки в реку,
Рак не знал, с кого из них начать.Он уже хотел бежать с испуга,
Чтоб перевести под камнем дух,
Но потом пришла его подруга.
С ней они куснули сразу двух.Кончив грецкие щелкать орехи,
Шел гречонок обследовать реки,
Опускал в них худые ручонки —
Рак отгрыз их до самой печонки.Но гречонок, хотя был и мал,
Долго плакать не стал возле речки:
Сунул ногу и рака поймал,
И на печке сварил вместо гречки.По берегам пустынных рек
Устало брел великий грек.
Не знаю, может быть со скуки,
Но он придумал вымыть руки.Ему навстречу вылез рак.
За руку цап, и молвил так:
«Мы не допустим, чтобы греки
Совали руки в наши реки».Потом не в шутку занемог,
Наевшись грязи с пальцев грека,
И умер бедный рак у ног
Еще живого человека.Ехал грека через поле,
Видит грека, в поле мышь.
Сунул грека руку в норку,
Мышь ему сказала:»Кыш!»Как-то грек, наевшись гречки,
Мимо речки проходил.
Очень жаль, что в этой речке
Жил не рак, а крокодил.Ехал грека через реку.
Видит грека: рака нет.
Дожидался рака грека
Возле речки десять лет.Юный грек бродил лесами,
Все болота прочесал,
И везде его кусали
Те, кого он сам кусал.Увидал русалку грека:
Хороша красавица!
Сунул грека руку в реку,
А она кусается.Прыгал грека через лужи,
Повторяя про себя:
«А с женою жить не хуже:
Если цапнет — то любя».У этих раков свои причуды:
Ему не скажешь:»Вылазь оттуда!»
А если руку засунешь в реку,
Он может цапнуть не только греку.Говорят, грека рака простил
И в гостях у него погостил,
Долго пели они у реки,
Доедая остаток руки.А потом о прекрасной любви
Говорили два нежных взгляда:
— Хорошо никого не ловить!
— Хорошо, что кусаться не надо!Ехал грек молодой,

Рак его утопил,
А потом под водой
Грек его отлупил.Ах, водица зимой холодна!
Даже рыбка у дна не видна!
Но, пошарив под камнем во мраке,
Грек узнал, где зимуют раки.За рекой на болоте диком,
Ходят слухи, растет черника.
Грек поехал за ней, однако
Повстречал знакомого рака.Рак воскликнул: «Долой разлуку!
Милый друг, протяни мне руку!
Ты, наверно, устал с дороги,
Протяни-ка еще и ногиЧерез сутки они расстались.
Только кости от грека остались.
Горько плакала вся округа,-
Но разве жалко руки для друга?Я в музее в греческом был зале,
Там экскурсоводы-старики
Мне одну скульптуру показали.
У скульптуры не было руки.Вижу: обаятельный мужчина,
Мускулы Геракла, борода,
Я интересуюсь:»В чем причина?
Кто испортил статую? Когда?

Что бы ни говорили, Мордашов фигура такого масштаба, о которой хочется говорить постоянно, чтобы на тебя обратили внимание. Это относится практически ко всем медиа — и «центральным», и «провинциальным», хотя сегодня великий Интернет всё больше становится тем самым «великим уравнителем», который стирает эту грань. Сегодня любой через мессенджеры, соцсети, свои «директы» и «каналы» может достучаться до любого. Если ему есть, что сказать. Чаще всего — нечего. Но можно пересказать слух, сплетню — беспроигрышный вариант, если он связан с известной личностью.

Так возникает «хайп», вроде ещё не сошедшего на нет посмертного «феномена Началовой», возникшей вокруг погибшей певицы, почти уже было позабытой, но неожиданно на несколько дней ставшей едва ли не символом отечественной музыки, если не культуры вообще.

Удивительно, но о похороненном в тот же день великом кинорежиссёре Марлене Хуциеве, составившем эпоху в отечественном кино, сказали несколько слов избранные СМИ, о всём, хоть как-то связанном с Началовой, взахлёб говорят все.

Вокруг Мордашова, дай ему бог здоровья, тоже непрерывно рождается рой слухов и домыслов, связанных с его бизнесом, семьёй, отношениями с властью и т.д. И чем больше таких «новостей», чем больше их клубится вокруг Мордашова в медиа-пространстве, тем менее понятным становится сам человек, укутанный этим зыбким туманом полуправды.

Для меня, как, наверное, и для автора последнего интервью Николая Ускова, оно было интересно, во-первых, как возможность продраться к «настоящему» Мордашову. Все, кто пробовал, знают, как это непросто. Не только потому что интервью (не по конкретному бизнес-поводу, а «вообще» — о жизни и о себе) он даёт не часто. Но и если даёт, то говорит то, что хочет сказать сам, а не то, что ты от него ждёшь.

У автора этих строк был единственный такой опыт на излёте 90-х. Интересно было сравнить, как Алексей Мордашов изменился с тех пор.

Больше усталости

Об ощущении глубокой усталости Усков у Мордашова не спрашивал — тот сам заговорил об этом. Хотя мог бы, наверное, и не говорить — это в буквальном смысле «написано на лице» человека, которому перевалило за «полтинник» и у которого последние четверть века были ежеминутно заняты продумыванием тактики и стратеги развития компании, принятием важнейших и очень непростых решений. Нужно было реагировать на действия конкурентов, на политическую конъюнктуру. Нужно было не потерять голову от успехов и пережить поражения, которые тоже были. Всё это неизбежные составляющие части жизни крупного российского предпринимателя, которые явно не прибавляют сил и здоровья. Мордашов признался Ускову, что сегодня вынужден себя ограничить в «функционале» тремя основными занятиями: подбором топ-менеджмента, контролем развития культуры и бизнес-системы компании и «организацией дискуссий о стратегии и способах ее воплощения». И это тоже много, учитывая свойственный Мордашову, как он сам говорит, areas of improvement, перфекционизм, любовь «ковыряться» в деталях.

«Всем нехорошо»

Но это, так сказать, личные изменения. Что касается внешних перемен, то собеседники меньше всего говорили об очевидном — достаточно удивительном превращении Череповецкого металлургического комбината в огромную многопрофильную и разновекторную бизнес-группу, задающую тон не только в стране, но и на мировых рынках. Удивление вызывает то, что это удалось сделать внутри системы, мягко говоря, не самой благоприятной для ведения бизнеса и в обществе, мягко говоря, неоднозначно относящемся к нему, бизнесу.

Думаю, далеко не все в России (да и в родном Череповце) разделят утверждение Мордашова о том, что главным достижением страны, бизнеса (и, по умолчанию, его собственным) за последние 15 лет стал «рост уровня жизни людей». Мордашов сравнивает то, что есть, с тем, что было в 90-е, когда, по его словам, за чертой бедности жила треть населения страны. Многие россияне ещё с ностальгией сравнивают свою жизнь с тем, что было в СССР до «дикого капитализма» начала новой России. И даже проводят сравнение с Европой и Америкой, которое оказывается не в пользу сегодняшнего дня россиян, от 15 до 20% которых (зависит от методики подсчёта) по-прежнему за той же чертой нищеты. Хотя, конечно, есть в стране люди, готовые выложить полмиллиарда рублей в месяц за аренду дачного дома в подмосковном Серебряном бору…

А вот то, чего, по мнению Мордашова, точно не удалось добиться за это время, относится к самым сущностным вещам. Это экономическая система, которая «остается достаточно непростой для ведения бизнеса, особенно для малого и среднего». Это отсутствие в обществе консенсуса по важнейшим «смысложизненным» вопросам, таким как частная собственность, капитализм.

«Если вы сейчас выйдете на улицу и спросите 100 человек о том, хорошо это или плохо иметь частную собственность на средства производства, то услышите очень разные ответы», — говорит Мордашов. И с ним трудно не согласиться. В том числе, в том, что в обществе нет кого-то одного — политического деятеля или социальной группы — полностью ответственного за отсутствие согласия и доверия, за «плохую репутацию» институтов.

«У нас вообще у всех репутация сходная, плохая: у бизнеса плохая, у народа плохая, у правительства плохая, — у нас у всех репутация вызывает вопросы», — приводит Мордашов слова анонимного, но не лишённого проницательности чиновника. И добавляет от себя: «Поэтому я думаю, что мы все виноваты, не нашли достаточно энергии, ума, чтобы лучше относиться друг к другу. Помните великую поэму Некрасова „Кому на Руси жить хорошо“? Всем нехорошо».

«Булки с неба не падают»

Мордашов отстаивает мысль, что за последние 15-20 лет частный бизнес в России стал основой экономики: «Булки в магазинах появляются из частных пекарен, и колбаса не с неба падает. Это конкретные люди, которые взяли на себя ответственность каждый день работать, искать эффективные решения, поднимать производительность труда».

Ему бы хотелось, вероятно, сказать, что созидательному частному капитализму, к которому, безусловно, относится и его группа, нет альтернативы. Как некогда не было альтернативы советским газетам, которые профессор Преображенский советовал не читать до обеда доктору Борменталю. Но он не говорит этого, потому что в поле зрения маячит зловещая тень Андрея Белоусова с идеей новой «развёрстки» для частного бизнеса, и угроза со стороны разрастающихся, как метастазы, госкомпаний, готовых поглотить остатки крупного частного бизнеса.

Пока у Мордашова и его коллег-«олигархов» получается отбиваться — с более-менее приемлемыми потерями. Но есть ощущение некой политической нестабильности — и внутри страны, и за её пределами.

Вишнёвая девятка

Собеседники завершили разговор вопросом об отношении к богатству. Вопрос непростой для тех, у кого оно, богатство, есть, и очень простой, для тех, у кого его нет.

Мордашов здесь предпочитает находиться на позициях Макса Вебера и его «протестантской этики», утверждая, что «никогда не стремился быть богатым». Но всегда желал создавать, улучшать, совершенствовать.

«А когда ты в этом успешен, оно дарит тебе благосостояние». Особенно приятно здесь это онтологическое «оно», эвфемизм Создателя. По-русски тоже самое описывается поговоркой «Бог — не Ерошка, видит немножко». В любом случае такая позиция хороша для воспитания подрастающего поколения. Как и пример с первым автомобилем, который Алексей Мордашов купил едва ли не последним из своей первой «северсталевской» команды, когда еще был финансовым директором ЧерМК. Позволим себе привести этот фрагмент полностью:

«„Девятка“ вишневая. У нас уже был большой бизнес, мы продавали металл, меняли его на автомобили, продавали автомобили, это было начало и середина 1990-х годов. Однажды мой коллега сказал мне: купи себе машину, а я подумал: права нужно получать, и так далее, но потом выбрал из потока машин ту „девятку“ и все-таки купил. Не то чтобы я этого сильно хотел. Вот мои родители — да, они долго копили и наконец купили себе „Москвич 412“, для них это была настоящая цель. Мое благосостояние росло так быстро, что оно покрывало мои потребности, тоже растущие, конечно».

Полностью интервью Алексея Мордашова Forbes можно прочитатьздесь.

Интервью читал Юрий Антушевич
СамолётЪ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *