А рублев троица икона

А рублев троица икона


Икона Андрея Рублева «Троица» – вершина русского иконописного творчества, а по мнению некоторых специалистов, ей нет равных и во всем мировом изобразительном искусстве. Так или иначе, ее художественное значение неоспоримо. Что же касается содержания, то, пожалуй, нет иконы более загадочной. Речь идет о решении простейшего на первый взгляд вопроса: кто на ней изображен? В исследовательской литературе на этот счет существуют три гипотезы. Рассмотрим доводы «за» и «против», исходя из вероятных предположений о мировоззрении Андрея Рублева, о той богословской программе, которой он мог руководствоваться при создании этой иконы.
И затем предложим нашу собственную, четвертую гипотезу.
ГИПОТЕЗА ПЕРВАЯ
На иконе непосредственно изображены три лица Св. Троицы: Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святой.
Ее неубедительность очевидна. Ученик Феофана Грека, воспитанный в строгих традициях византийского богословия, Андрей Рублев не мог и помыслить о возможности непосредственного изображения ипостасей (лиц) «триединого Бога». Отступление в этом вопросе было тем более недопустимо, что еретики – антитринитарии выдвигали на первый план учение священного писания о невидимости и неизобразимости божества. На этом основании они доказывали, что никаких икон, изображающих Бога, вообще быть не может.
ГИПОТЕЗА ВТОРАЯ
На иконе изображен Иисус Христос «по божеству» в сопровождении двух ангелов.
Эта гипотеза соответствует наиболее традиционному в XV веке толкованию данного иконографического сюжета. Согласно Библии (Быт. Глава 18), Авраама и Сарру, живших в дубраве Мамре, посетили три странника. После трапезы и возвещения им о скором рождении сына, двое странников отправились в близлежащие города Содом и Гоморру, которые за их крайнюю развращенность подлежали уничтожению, а третий остался с Авраамом. Церковный историк Евсевий Кесарийский (IV в.) описал икону, находившуюся в его время возле легендарного дуба в Мамре. На ней была изображена трапеза трех странников, которым прислуживают Авраам и Сарра (отсюда этот сюжет получил название «гостеприимство Авраама»). Объясняя, почему центральная фигура странника крупнее двух других, Евсевий писал:
«Это и есть явившийся нам Господь, сам Спаситель наш… Сын Божий явил праотцу Аврааму, каков Он, и дал ему знание об Отце».
Один из крупнейших учителей церкви Иоанн Златоуст (конец IV в.) подтверждает это толкование:
«В куще Авраама явились вместе и ангелы и Господь их; но потом ангелы, как служители, посланы были на погубление тех городов, а Господь остался беседовать с праведником, как друг беседует с другом, о том, что намерен был сделать».
Этим особым преимущественным положением одного из странников Златоуст объясняет обращение к ним Авраама в единственном числе:
«Владыка! если я обрел благоволение пред очами Твоими…» Быт.18:3.
Наиболее распространенный, в особенности на христианском Востоке, иконографический тип «Троицы» соответствовал именно такому толкованию. Оно подразумевается и в том византийском изображении, которое является ближайшим прешественником «Троицы» рублевского типа: на двойном портрете Иоанна Кантакузина, где он представлен одновременно как Император и как монах, которым он стал после потери трона. Вместе с Патриархом Филофеем (Коккиным) и богословом Григорием Паламой он он активно внедрял в византийком обществе «исихастскую» традицию: обожение души и тела благодатным энергиями Святой Троицы.

Здесь средняя фигура изображена с крестчатым нимбом, что служит указанием на Иисуса Христа, а фигура справа от нас заметно увеличена – указаание на то, что она символизирует Бога-Отца, «одесную» (т.е. по правую руку) Которого сидит Христос.
Доводы в пользу Гипотезы 2:
а. Андрей Рублев в силу его подразумевающегося богословского «традиционализма» не мог отклониться от общепринятого византийского канона.
б. Боковые ангелы изображены как бы в готовности к движению (собираются идти наказывать Содом и Гоморру), тогда как средний ангел, в отличие от них, пребывает в покое (остается беседовать с Авраамом).
в. Светлая полоса, так называемый «клав», на хитоне среднего персонажа – знак его особого достоинства, отличающий Иисуса Христа от ангелов.
Возражения против доводов в пользу Гипотезы 2:
а. Андрей Рублев, не выходя за пределы византийской традиции, сумел наполнить ее новым смысловым содержанием.
Икона «Троица» Андрея Рублева резко отличается от предшествующих ей памятников, – считает один из современных исследователей творчества Рублева Г.И.Вздорнов. – Она имеет полемическое содержание и, несомненно, была направлена против еретических толкований догмата».
Это утверждение верно лишь отчасти. Известно, что Рублев в своих богословских «новшествах» опирался на авторитет Сергия Радонежского – «тайновидца Святой Троицы», как его именует житийная летопись. Изображение Троицы на главном клейме иконы «Архангел Михаил с деяниями» на 10-15 лет раньше «Троицы» Рублева, показывает, что направление духовного поиска было уже задано. Рублев завершает его, с гениальным совершенством реализуя замысел, родившийся до него и хорошо ему известный.
б. Как заметил М.В. Алпатов, средний ангел не выделен в смысле отсутствия движения: у него приподнято правое колено, то есть, как и боковые ангелы, он готов встать. Гармоничное сочетание покоя и движения характерно для всех трех фигур и для композиции иконы в целом.
в. Несмотря на стертость изображения, на хитоне правого ангела также просматривается клав зеленого цвета. Правда, на левом рукаве, а не на правом, как у среднего ангела.
Дополнительные возражения против Гипотезы 2:
г. На иконе отсутствуют Авраам и Сарра. Этим иконописец дает понять, что содержание иконы не привязано к библейскому эпизоду «гостеприимства Авраама».
д. Если бы средний ангел изображал Иисуса Христа, то, в соответствии с иконописной традицией, его нимб был бы восьмиугольным или крестчатым. Простой круглый нимб свойствен изображениям ангелов или святых.
е. Нимб среднего ангела заметно меньше, чем нимбы боковых ангелов, что явно противоречит предположению о его более высоком иерархическом положении. Соображение искусствоведа А. А. Салтыкова о том, что уменьшенный размер нимба среднего ангела служит для создания впечатления «глубины» и, следовательно, значительности фигуры среднего ангела, совершенно не убедительно. На иконе Андрея Рублева применена, в соответствии с иконописной традицией эпохи, не прямая, а обратная перспектива, то есть удаленные предметы изображаются крупнее чем близкие. Если бы иконописец хотел создать для средней фигуры впечатление «глубины», он сделал бы его нимб более крупным! К тому же этим было бы подчеркнуто превосходство Иисуса Христа над ангелами. На других иконах того времени нимб средней фигуры изображался либо того же размера, либо крупнее нимбов двух других фигур.
ГИПОТЕЗА ТРЕТЬЯ
На иконе изображены три ангела, понимаемые как «образ и подобие» Св. Троицы.
Этой гипотезы придерживается большинство церковных богословов и некоторые искусствоведы. Как пишет, например, А.А.Салтыков:
«В этом произведении художник изобразил, конечно, не сами ипостаси, а ангелов, в действиях и атрибутах которых они (ипостаси) проявляются».
Доводы в пользу гипотезы 3:
а. Основная богословско-полемическая задача Рублева состояла в наглядном изображении «равночестности» трех лиц Св. Троицы; это возможно лишь в том случае, если все три фигуры на иконе являются существами одной и той же природы, в данном случае – ангельской.
В ранней иконографии Троицы идея равночестности выражалась в так называемом «изокефальном» типе икон, распространившимся на Западе еще с IV в. и встречавшимся на Руси в эпоху Рублева. В соответствии с этой задачей три фигуры имели одинаковые размеры и были расположены рядом на одном уровне. У Рублева идея «равночестности» выражена одинаковыми размерами и сферически-симметричным расположением фигур.
б. Ангельская природа фигур на иконе обозначена крыльями и круглыми простыми нимбами.
в. «Непривязанность» изображения к библейскому эпизоду позволяет изменить расположение фигур, символизирующих собой лица Св. Троицы. Средний ангел может пониматься как образ Бога Отца: его центральное положение соответствует в таком случае богословскому учению о Св. Троице как о «соборе равночестных лиц» и в то же время как о «монархии Отца». Такой точки зрения придерживалась, например, столь авторитетный искусствовед, как Н.А.Демина.
Однако большинство исследователей (В.Н.Лазарев и др.) считают, что Рублев расположил образ Отца слева от нас, т.е. по правую руку от центральной фигуры, символизирующей Сына. Решающий довод: повелительный жест руки левого ангела, выражающий идею «монархии Отца».
Оригинальный вариант отождествления лиц предложил архиепископ Сергий (Голубцов), подчеркнувший, что, согласно Символу Веры, Сын должен сидеть «одесную» Отца, то есть по правую руку от Него. Если в центре находится образ Сына, то ангел, символизирующий Отца, должен располагаться по левую руку от Него, то есть справа от нас.
Возражения против Гипотезы 3:
а. Во времена Рублева (как и до него) не существовало устойчивой церковной традиции, выделявшей трех ангелов, равных по своей значимости. В богослужебных и библейских текстах, в иконографии и церковных сказаниях четко выделяются не три, а два высших архангела – Михаил и Гавриил. Поставить с ними в ряд какое-либо третье ангельское имя затруднительно. Учитывая своеобразную «конкретность» богословского мышления той эпохи, трудно представить, чтобы Рублев, изображая трех ангелов как образ Св. Троицы, не задался вопросом – какие именно ангелы могут служить Ее символом?
В связи с этим неизбежно вставал более принципиальный вопрос: может ли вообще собор трех ангелов любого чина нести в себе полноту образа Св. Троицы? Речь могла идти, конечно, не о полноте образа в смысле совершенства (никакая «тварь Божия», ни человек, ни ангелы не могли претендовать на это), но лишь в смысле внутренней структуры, самого принципа триединства.

б. Крылья в иконографии рублевской эпохи нельзя рассматривать как однозначное указание на ангельскую природу. Так, среди византийских и русских икон XIV-XV вв. нередко можно встретить сюжет «Иоанн Предтеча – ангел пустыни», где пророк Иоанн изображен с крыльями.
На некоторых иконах (в частности, на иконе «Страшный Суд» или «Апокалипсис») с крыльями нередко изображаются монахи-преподобные. Таким образом, крылья в иконографии – это общий символ духовности, они могут принадлежать как ангелам, так и святым, достигшим особой степени одухотворения своей человеческой природы.
в. При любом способе отождествления лиц по-прежнему остается непонятным уменьшенный размер нимба среднего ангела. Будь он образом Сына или, тем более, Отца, такое его «умаление» по сравнению с двумя другими ангелами было бы ничем не оправдано.
г. Чаша с головой тельца на престоле – безусловно, символ евхаристии, т. е. «причащения телу и крови» Иисуса Христа как человека. Если Андрей Рублев хотел изобразить именно ангелов, то непонятно, почему он подчеркивает евхаристический характер трапезы. В рамках церковной традиции мысль о причащении ангелов плоти и крови Иисуса Христа представляется совершенно недопустимой, поскольку сами ангелы плоти и крови не имеют. Конечно, в библейском описании «гостеприимства Авраама» указывается, что странники ели и пили, но в этом эпизоде ангельская природа странников явным образом никак не подчеркивается.
В тексте Библии говорится, что к Аврааму пришли «три мужа», так что у Авраама не возникает сомнения, что это – три человека, для которых надо приготовить трапезу. В другом эпизоде жители Содома не опознают ангелов в двух странниках и принимают их за обыкновенных людей. Лишь благодаря пророческому прозрению Авраам постигает, что к нему явился Господь в сопровождении двух ангелов, принявших человеческий образ: в некоторых преданиях утверждается, что это были Михаил и Гавриил. Одна из возможностей богословского понимания этого эпизода заключалась в том, что ангелы временно «вселились» в каких-то конкретных людей, живших при Аврааме.
Поскольку все изложенные гипотезы встречают серьезные возражения, мы позволим себе высказать еще одну, и попытаемся ее обосновать.
ГИПОТЕЗА ЧЕТВЕРТАЯ
На иконе Андрея Рублева изображены три человека, являющие собой образ Св. Троицы.
Доводы в пользу Гипотезы 4:
а. Согласно текстам Священного Писания и учению Церкви, среди всех сотворенных существ полнота образа Божия принадлежит исключительно человеку.
«И сказал Бог, – повествует Библия – сотворим человека по образу Нашему, и по подобию Нашему… И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его…».
Быт. 1:26-27.
Про ангелов же говорится:
«Они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение». Евр.1:14.
По учению отцов церкви, Бог, желая соединиться со своим творением, стал человеком, а не ангелом, именно потому, что только человек несет в себе полноту образа Божия и является «венцом творения».
Вполне достоверно предположить, что для Андрея Рублева три человека, обретающие единство в духовной любви, представлялись наиболее совершенным и полным образом ипостасного единства Св.Троицы. В этом его должен был убеждать также один из важнейших новозаветных текстов – так называемая «первосвященническая молитва» Иисуса Христа во время «тайной вечери», где он впервые совершает евхаристию и причащает учеников (Ин. Главы 13 — 17). Обращаясь к Отцу со словами:
«Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе»,
Иисус просит Отца об учениках:
«Да будут едино, как Мы едино» Ин. 17:21-22.
Икона Рублева служила, таким образом, зримым выражением новозаветного определения Бога:
«Бог есть Любовь» 1 Ин. 4:8.
б. Биограф Сергия Радонежского Епифаний Премудрый сообщает, что Сергий призывал
«взиранием на единство святой Троицы побеждать страх перед ненавистной рознью мира сего».
Единство Св. Троицы было для Сергия символом собирания воедино всех людей русской земли. Тот же Епифаний указывает, что Андрей Рублев свою прославленную икону «Троица» написал «в похвалу Сергию», по заказу игумена Никона, ближайшего ученика Сергия Радонежского. Можно утверждать, что в кругу преподобного Сергия возник определенный образ мыслей, самобытный стиль богословствования, и что Андрей Рублев являлся одним из выразителей на языке иконы богословской программы, сложившейся в этом кругу. Убеждение, что человеческая любовь, человеческое соборное единство является наивысшим воплощением Св.Троицы, должно было сообщить проповедям Сергия Радонежского и его последователей особое вдохновение и действенность.
в. Получает естественное объяснение евхаристическая чаша, образующая духовный и композиционный центр иконы. Изображая ипостасное, личностное единение в любви, Рублев дополняет это духовное единение символическим образом единства телесного, достигаемого через причастие. Благодаря причастию, утверждает апостол Павел, «мы, многие, составляем одно тело во Христе» Рим. 12:5.
г. Известна уникальная по своему богословскому содержанию икона Троицы конца XIV века, так называемая «зырянская», с рядом признаков, характерных для иконы Рублева: три фигуры за столомимеют одинаковые размеры; в центре стола евхаристическая чаша; древо расположено непосредственно за спиной средней фигуры, а не растет из горы, как обычно. Кроме того, у этой иконы есть две замечательные особенности.
Во-первых, каждый из персонажей имеет крестчатый нимб, и,во-вторых, возле них помещены надписи на зырянском языке: у левого (от нас) «Сын», у центрального «Отец», и у правого «Дух»!
Одинаковость нимбов указывает на тождественность природы трех изображенных лиц. Поскольку крестчатый нимб по традиции обозначал Иисуса Христа как человека, то отсюда можно сделать вывод, что «Сын» есть человек Иисус, тогда как «отец» и «дух» – два других, «равночестных» ему человека! На это указывает также надписание «отец», «сын» и «дух» вместо «Бог Отец», «Сын Божий» и «Дух Святой».
Эта икона не представляет собой художественного шедевра, но ее принципиальное значение определяется тем, что она создавалась а крае, где в то время был епископом Стефан Пермский, знаменитый «просветитель зырян», ближайший соратник и друг Сергия Радонежского. Икона найдена среди личных вещей Стефана и, безусловно, написана по его заказу, если не им самим: надпись по-зырянски служила целям его проповеди. Можно с определенной уверенностью утверждать, что автор «Зырянской Троицы», как и Андрей Рублев, руководствовался богословскими идеями Сергия Радонежского.
д. Работая вместе с Даниилом Черным в 1408 году во Владимире над росписью Успенского собора, Андрей Рублев имел возможность познакомиться с фреской Владимирского Дмитровского собора конца ХII века: «Авраам, Исаак, Иаков в раю». На этой фреске в центре изображен праотец Авраам, по правую руку – его сын Исаак, по левую – сын Исаака Иаков, ставший, согласно Библии, родоначальником двенадцати колен Израилевых.
Даниил с Андреем, повторяя эту фреску, меняют расположение фигур: по правую руку от Исаака – Иаков, так что каждый оказывается по правую руку от своего отца. Поскольку в Библии часто употребляется именование «Бог Авраама, Исаака, Иакова», приводившееся учителями церкви в качестве доказательства троичности божества, то это изображение несло важную богословскую нагрузку. Авраам, Исаак, Иаков – три человека, являющие собой образ Св. Троицы.
Центральное положение Авраама на фреске Дмитровского собора соответствовало основной идее богословского православного учения о Боге Отце как «источнике» Св. Троицы (Отец «рождает» Сына, Св. Дух «исходит» от Отца). Расположением фигур на фреске Даниила Черного и Рублева подчеркивается другое богословское утверждение: о том, что Сын Божий «восседает одесную Отца». Оба эти положения выражены в Никео-Цареградском («крещальном») символе веры, который верующие повторяют во время каждой литургии.
В этих фресках Андрей Рублев имел дело с авторитетной церковной традицией, согласно которой три человека, связанные глубоким личностным и родовым единством, рассматривались как живой образ Св. Троицы.
Развитие Гипотезы 4:
Если на иконе Рублева изображены три человека, то неизбежно возникает вопрос: изображены ли здесь три святых человека вообще или три конкретных лица? В попытке ответить на этот вопрос мы вступаем в область предположений наиболее спорных, но в то же время наиболее интересных и важных…
Наше предположение заключается в том, что Андрей Рублев изобразил три лица, которые он должен был считать высшими в иерархии человеческих ипостасей. Само наличие такой иерархии не могло вызывать сомнений у богослова той эпохи.
«Иная слава солнца, – пишет апостол Павел, – иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе». «Так и написано, – продолжает Павел, – первый человек Адам стал душою живущею, а последний Адам есть дух животворящий… Первый человек из земли, перстный; второй человек – Господь с неба». 1 Кор. 15:41-47.
Этот текст мог стать для Андрея Рублева ключевым.
Итак, «первый человек» – праотец Адам, который, несомненно, среди всего человеческого рода имел наибольшие основания рассматриваться как ипостасный образ Бога Отца. «Второй человек», «Господь с неба» – это, конечно, Иисус Христос, который, согласно христологическому догмату, будучи Богом, послужил первообразом самого себя как человека. Кто же тогда «третий человек» – «последний Адам»? Помедлим с ответом на этот вопрос – рассмотрим сначала тему «Адам-Иисус» в контексте рублевской иконы.
Параллель между «ветхим человеком» Адамом и «новым человеком» Иисусом часто встречается а текстах Нового завета, в догматических и литургических текстах, в творениях «отцов церкви» и церковных песнопениях.

В иконографии человек Иисус Христос изображается рядом с Адамом в очень важном и распространенном в средние века сюжете – в иконе «воскресения Христа», которая иначе называется «сошествие во ад». Первое, что совершает Иисус Христос, сломивший «врата ада» – он выводит оттуда своего праотца Адама (вместе с Евой и рядом ветхозаветных праведников). В те времена довольно широко бытовало мнение, что это «изведение из ада» означало также телесное воскресение вместе с Христом целой плеяды ветхозаветных праведников. Адам и Ева, хотя и согрешили, но считались праведниками ввиду их искреннего покаяния. Это мнение подтверждалось текстом из евангелия от Матфея, описывающем события после смерти и воскресения Иисуса Христа:
«И гробы отверзлись; и многие тела усопших святых воскресли, и, выйдя из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим». Мф. 27:52-5.
Согласно средневековому преданию, гора Голгофа, на которой распяли Иисуса, была местом захоронения Адама. Это отражено в распространенном иконографическом сюжете: голова (череп) Адама под голгофским крестом. Согласно церковному преданию, капли крови Иисуса, впитавшись в землю, достигли костей Адама и воскресили его. Как и все его современники, безусловно веря этому преданию, Андрей Рублев должен был представлять себе Адама уже искупленным от греха, воскресшим телесно и пребывающим на небесах у престола Божия.
Итак, Андрей Рублев имел достаточно оснований в церковной традиции для того, чтобы поставить рядом (точнее, посадить за одной трапезой) Иисуса и Адама. Проводимая в Новом завете параллель между этими двумя лицами указывала на их человеческую «равночестность», на равенство «масштабов» в соборной иерархии человеческого рода. Разумеется, Иисус Христос «по божеству» мыслился бесконечно превосходящим не только Адама, но и самого себя как человека. Иисус и Адам изображены на иконе в своих воскресших, одухотворенных телах, что и подчеркнуто наличием крыльев как символа одухотворенного естества. Возможно, что, изображая крылья, Рублев имел в виду также текст евангелия от Луки о воскресших людях:
«и умереть уже не могут, ибо они равны Ангелам…» Лк. 20:36.
Предложенное толкование позволяет дать непринужденное объяснение ряду символов в иконе Рублева.
Дополнительные аргументы в пользу Гипотезы 4:
а. Уменьшенный нимб над головой Адама служит напоминанием о первородном грехе; этим как бы «компенсируется» центральное и доминирующее положение Адама по отношению к Иисусу. Конечно, здесь показан образ отношения Бога Отца к Богу Сыну, и Сам Иисус, согласно преданию, оказывал сыновнюю почтительность даже к приемному отцу Иосифу, тем более к праотцу Адаму… И в то же время для христианского сознания Андрея Рублева необходимость как-то «умалить» Адама перед Иисусом должна была казаться очевидной.
б. Каменные палаты над головой Иисуса символизируют церковь и его самого как «домостроителя» и главу церкви. Некоторые исследователи усматривают в расположении колонн анаграмму IН, т: е. Иисус Назорей – имя, подчеркивающее, что здесь изображен Иисус именно как человек, а не как Бог.
в. Древо над головой Адама, скорее всего, отражает излюбленный сюжет русских иконописцев той эпохи: «древо Иессеево». В основании древа изображался всегда Адам, на его ветвях располагались ветхозаветные праведники. Иногда «древо Иессеево» мыслилось как родословная Иисуса, восходящая к Адаму. Возможно также, что это одновременно есть символ райского «древа жизни»,также связанного непосредственно с Адамом.
г. Может быть дано объяснение цветовой символики иконы. Красновато-коричневый цвет хитона (нижней одежды) Адама символизирует «персть земную», из которой, согласно Библии, Бог сотворил Адама:
«И создал Господь Бог человека из праха земного и вдунул в лицо его дыхание жизни; и стал человек душою живою». Быт. 2: 7.
Имя Адам в святоотеческих толкованиях часто переводилось с иврита как «красная земля», что и могло послужить основанием для выбора окраски хитона Адама. Клав на правом рукаве хитона, имеющий тот же цвет, что и крылья, возможно, указывает на «дыхание жизни», одухотворившее «персть земную».
Голубой цвет хитона Иисуса символизирует его человеческую природу как природу «нового человека». Согласно церковному учению, Иисус-человек является по матери потомком («сыном») Адама; в то же время, будучи зачатым «не от семени мужа», но от Духа Святого, Иисус мыслился как родоначальник «нового человечества», в состав которого сыны Адама входят посредством причастия «телу и крови» Иисуса Христа. Происхождение Иисуса от Адама символизируется цветом жертвенного тельца (этот телец и есть Иисус Христос как Жертва) в евхаристической чаше, совпадающим с цветом хитона Адама. Голубой цвет гиматия (верхней одежды) Адама указывает на его принадлежность, через причастие, к «новому человечеству» Иисуса Христа. Золотистый цвет гиматия Иисуса символизирует его божественную природу: согласно Халкидонскому догмату, Иисус Христос понимался не просто как человек, но как Бог, который, оставаясь Богом, стал также и человеком. Нам остается самое трудное: дать истолкование третьему лицу, изображенному на иконе Андрея Рублева «Троица». Но это – тема следующей статьи.
Советуем прочитать:
ДЕМИНА Н.А. «Троица» Андрея Рублева. М. 1963.
ЛАЗАРЕВ В.Н. Андрей Рублев и его школа. М. 1966.
АЛПАТОВ М.В. Андрей Рублев. М. 1972.
Либерий ВОРОНОВ (профессор-протоиерей). Андрей Рублев – великий
художник Древней Руси. Богословские труды № 14. М. 1975. С. 77-95.
ВЕТЕЛЕВ А. (профессор-протоиерей). Богословское содержание иконы
«Святая Троица» Андрея Рублева. Журнал Московской патриархии 1972.
№ 8. С. 63-75; №10. С. 62-65.
Архиепископ СЕРГИЙ (Голубцов). Воплощение богословских идей в творчестве
преподобного Андрея Рублева. Богословские труды № 22. М. 1983. С. 3-67.
ВЗДОРНОВ Г.И. Новооткрытая икона «Троицы» из Троице-Сергиевой лавры и
«Троица» Андрея Рублева. Древнерусское искусство. Художественная
культура Москвы и прилегающих к ней княжеств. XIV-XVI вв. М. 1970.
С. 115-154.
ИЛЬИН М.А. Искусство Московской Руси эпохи Феофана Грека и Андрея
Рублева. Проблемы, гипотезы, исследования. М. 1976.
САЛТЫКОВ А.А. Иконография «Троицы» Андрея Рублева. Древнерусское
искусство XIV- XV вв. М. 1984. С. 77-85.
Л.Л.Лебедев (Лев Регельсон)
Наука и Религия 1988 г. №10
Андрей Чернов. ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? ТАЙНОПИСЬ В ТРОИЦЕ АНДРЕЯ РУБЛЕВА. http://chernov-trezin.narod.ru/TROICA.htm
А.Чернов, следуя Н.А.Деминой, принимает то же истолкование фигур, что в Зырянской Троице, и подробно анализирует монограмму IН. К сожалению, я только недавно узнал об этой ценнейшей статье, опубликованной еще в 1989 г. ЛР 2011 г.

———————————————————————————————————————-

Любой церковный праздник – это, если угодно, многослойный пирог с самой разнообразной начинкой. Тут есть все вкусовые сочетания – от классических до оригинальных.

Вот и праздник Троицы отлично вписывается в эти закономерности. Церковные каноны, библейские истории и, конечно, народные традиции – все это запечатлено в культурной памяти.

А еще – на холстах бессмертных полотен, которые дожили и до наших дней. Известные фото Троицы, легендарные иконы, шедевры мировой живописи – все это можно увидеть прямо сейчас.

Зырянская Троица

Кто не знает иконы Святой Троицы? На ум сразу приходит Андрей Рублев, хотя, конечно, есть и другие каноничные изображения.

Вот, например, зырянская икона Троицы. Создана она еще в 14 веке коми-зырянскими мастерами. А надписи на холсте сделаны древне-пермским языком. На фото иконы видно, что поверх Пресвятой Троицы изображено растение – это символ дуба Авраама.

А причем здесь дуб? Об этом подробно рассказывается в следующем разделе.

Троица ветхозаветная 16 век

Интересно, что первая символическая встреча с Троицей описана еще в Ветхом завете, за много веков до появления Христа и Святого Духа на земле.

Всем известен Авраам – родоначальник израильского народа. Его жена Сара долгое время не могла зачать, хотя Бог и обещал Аврааму огромное потомство. Этот парадокс легко разрешился благодаря чуду: 90-летняя женщина забеременела от 100-летнего мужчины, и в семье наконец-то родился первенец.

А ровно за год до этого события к Аврааму пришли три весьма необычных путника. Хозяин их принял весьма гостеприимно, хотя долгое время и не догадывался, что это посланники Бога.

Все шло по классическим канонам – гости наслаждались трапезой, как вдруг один из них сказал, что через год у Авраама родится сын. Сложно было поверить, и Сара, невольно подслушавшая разговор, даже усмехнулась. Однако в итоге все произошло ровно так, как сказали посланники.

Считается, что это были три ангела, которые явились прообразом триединого Бога – Отца, Сына и Духа Святого. Произошли эти легендарные события в священной дубраве под названием Мамрэ.

Вот почему на многих иконах Пресвятой Троицы обязательно изображают ветвь дуба.

Слева и справа, как можно догадаться, изображены Авраам и Сара. Они были призваны на служение Господу, ведь он сотворил для них великое чудо – в столь почтенном возрасте у пары родился первый (и единственный) сын. А в центре полотна мы видим образ триединого Бога: Отца, Сына и Святого Духа.

Если говорить о том, кто изображен на этой иконе Святой Троице, то все соответствует церковным канонам: слева Бог Отец (первая ипостась), по центру – Бог Сын (вторая ипостась) и справа – Бог Святой Дух (третья ипостась).

Троица ветхозаветная 16-17 вв.

Подобные иконы называют ветхозаветными. Изображения творили мастера в 16 и 17 веках. Вот, например, творение иконописца Симона Ушакова, датированное 1671 годом. Ныне полотно хранится в Третьяковской галерее.

Икона «Троица» Симона Ушакова

Нетрудно догадаться, что изображено на иконе Святая Троица – это образ триединого Бога. Причем на иконе Ушакова мы видим только три лица Господа, без других героев.

Впоследствии это изображение подвергалось неоднократному творческому переосмыслению, хотя сюжет и формы оставались одинаковыми.

Святая Троица в бытии

Поскольку эта история описана в книге Бытие (глава 18), ниже представлено фото иконы Святой Троицы в бытии. Это настоящее полотно, на котором символично изображен и дуб из священного места Мамрэ, и беседа Авраама и Сары за столом с триединым Богом.

А значение этой иконы с Троицей в бытии несколько другое. На полотне мы видим того самого обещанного сына – мальчика по имени Исаак. Господь исполнил свой обет и сотворил чудо.

И сегодня он нисколько не изменился, а значит, чудеса случаются и в наш век.

Троица ветхозаветная с хождением

Сходное значение имеет и эта икона со Святой Троицей, фото которой показано ниже. Те легендарные путники, очевидно, шли издалека. И после встречи с Авраамом они исчезли так же быстро, как и появились.

Это хождение стало добрым знаком, ведь ровно через год в семье действительно появился долгожданный наследник. Икона Троицы ветхозаветной с хождением (или в хождении) хорошо передает эту радость. Причем здесь сюжет дополняется тем, как сын Исаак приносит в жертву барана.

Этот образ отражает знаменитую историю о том, как Авраам чуть не заколол собственного сына, которого Бог потребовал принести в качестве жертвоприношения. Авраам почти исполнил этот приказ, но ангел вовремя остановил его.

Таким образом Господь проверил верность своего слуги – и результат оказался выше всяких ожиданий. А затем в качестве жертвы закололи того самого барана, на котором сидит изображенный Исаак.

Икона Троица — 14 век

Эту же тему развивает и икона Троицы, фото которой выглядит так.

Здесь хорошо показана сама сцена застолья: видно, с каким почтением Авраам и Сара служат триединому Богу. Сегодня это творение 14 века хранится в Эрмитаже.

Троица Андрея Рублева

Итак, понятно, кто изображен на иконе Святая Троица, но что она означает? Ответ можно найти на знаменитом полотне Андрея Рублева, которая также известна под названием «Гостеприимство Авраама» (15 век).

Это классический образ, созерцание которого действительно настраивает на раздумья о вечном. Если долго смотреть на икону, складывается впечатление, что нарисован один и тот же лик.

В этом есть свой глубокий смысл: Отец, Сын и Дух Святой – это триединый Бог. Один как три, и три как один – вот она, непостижимая сущность божественной природы.

Троица в окладе (икона)

А это изображение даже не картинка, а своеобразный золотой футляр – оклад, под которым скрывается всем известная икона Андрея Рублева. Казалось бы, кому и зачем понадобилось скрывать это произведение искусства под слоем золота?

Идея пришла в голову Ивану Грозному, который не желал, чтобы святыня была доступна взорам даже ближайшего окружения. Интересно, что вскоре после смерти царя его преемник Борис Годунов повелел покрыть изображение еще одним слоем золота, а еще бриллиантами и сапфирами.

Символично, что такой «футляр» прожил более 4 веков и во многом сохранил классическое изображение от губительного действия времени. Но все же вечной оказалось сама святыня, а не золотой слой.

В 1904 году осадок убрал реставратор Василий Гурьянов, и тогда взорам всех желающих предстала та самая Троица, которую сегодня знают очень многие люди, даже те, кто далек от религии.

Что ж, «жизнь коротка, искусство вечно» (лат. «Vita brevis, ars longa»), как говорили древние.

Святая Троица — Тициан

Сюжет с Троицей использовался для создания как иконописных изображений, так и светских картин, многие из которых вошли в золотую коллекцию мировой живописи.

Это одно из самых необычных, пафосных изображений Троицы – Отец, Сын и Дух Святой восседают в небесах, в руках у них символы власти – скипетр и держава. Картина написана почти 500 лет тому назад.

Троица: ренессанс

Это фото иконы с днем Святой Троицы выглядит очень уютно благодаря обилию песочного и янтарного цвета. Изображение триединого Бога сделано довольно символично: Сын беседует с Отцом, передавая ему корону.

А где-то вдали, куда Бог указывает перстом, летит Святой Дух в образе голубя. Ангелы в небе, люди на земле – гармоничное зрелище, настраивающее на мирный лад.

Неканоничные изображения Святой Троицы: коронование Богоматери

Вообще о короновании девы Марии, равно как и Иисуса или Духа Святого, ничего не говорится. Однако Богоматерь признана святой всеми ветвями христианской религии. И согласно представлениям верующих она тоже была вознесена на небеса сразу после смерти.

Тут-то и состоялось ее коронование. И это событие так или иначе отражено в церковном календаре. Православные, например, отмечают Успение Богородицы. Это происходит каждый год 28 августа по новому стилю.

Сюжет коронования интерпретируется по-разному. Например, на полотне Диего Веласкеса запечатлено, как Марию коронуют Отец и Сын.

А Ридольфо Гирландайо изобразил, как на небе Богородицу коронует сам Христос. И в честь этого события ангелы играют торжественную музыку.

Поклонение Святой Троице

А это уже не просто фото Святой Троицы, а настоящая панорама, которую без преувеличения можно разглядывать часами. Творение Альбрехта Дюрера, созданное им в 1511 году, сегодня хранится в знаменитом венском Музее истории искусств.

На главном плане – распятие Христа. Чуть дальше – Отец, который по великой милости сам отдал Сына в жертву для спасения всего человечества. Еще выше, в небесах, парит Дух Святой в виде голубя. Он навевает ощущение безмятежности и свободы. Там же, в небесах, мы можем видеть многочисленных ангелов.

Ну а чуть ниже на двух ярусах располагаются люди, поклоняющиеся Троице. Это спасенные души, которые остались на небе после Страшного суда – теперь они вечно будут блаженствовать и прославлять триединого Бога.

Фреска Мазаччо «Троица»

А вот этой фреске уже почти 600 лет. Она была написана знаменитым флорентийским художником Мазаччо, которому был отпущена совсем короткая жизнь – живописец не дожил и до 27 лет. Однако это не помешало ему увековечить свою память в виде бесценных шедевров мировой живописи.

На фреске изображен распятый Христос, однако в отличие от большинства подобных изображений на заднем плане мы видим Отца, который поддерживает его.

Икона «Троица» Иеронима Косидо

Сюжет с Троицей довольно часто использовался мастерами средневековья и эпохи Возрождения для создания великолепных картин. На них изображались лики триединого Бога, распятие Христа, служение Авраама трем ангелам.

Эти изображения, конечно, не относятся к иконам. Более того – даже среди светских картин их можно встретить значительно реже, чем, например, коронование Богородицы.

Традицию рисовать три лика в одном лице заложил мастер эпохи позднего Возрождения Иероним Косидо. Такие картины были призваны показать триединую природу Бога и как бы объяснить неверующим людям это важнейшее положение христианской веры.

Однако подобный стиль так и не смог прижиться. Конечно, вкусы у всех разные, но в данном случае можно почувствовать явный диссонанс.

Таким образом, вопрос о том, какие Святые изображены на иконе Троицы, не вполне правильный. Ведь на полотнах всегда изображен сам Бог в его трех лицах – Отца, Сына и Святого Духа. А Авраам и Сара – это верные его слуги, которые остались преданы Господу до конца.

Поэтому икона Святой Троицы – это не только образ триединого Бога, но и зримое доказательство того, что Всевышний исполняет свои обещания, а значит, все наши светлые желания – сбудутся.

Сегодня мы начинаем публиковать серию материалов, разъясняющих смысл символов и духовное значение иконы Андрея Рублёва «Троица».

Братья и сестры!

Один из самых известных в мире образов Православия, который был когда-либо отображён в иконописи — это образ Троицы, написанный Андреем Рублёвым.

Икона «Троица» была создана Андреем Рублёвым в начале XV в. для Троице-Сергиевой Лавры и в память основателя Лавры, великого русского святого Сергия Радонежского. В 1551 г. на Стоглавом соборе именно этот образ назван каноническим изображением Святой Троицы.

В основе изображения лежит известный из Ветхого Завета сюжет явления Господа Аврааму в виде трёх мужей. Писание рассказывает о том радушии и гостеприимстве, которое проявил Авраам. Приняв и накормив гостей, Авраам ни на секунду не усомнился, что перед ним явился Единый Господь, потому и обратился к трём мужам, как к одному лицу. Изображавшие это ветхозаветное событие иконы так и назывались «Гостеприимство Авраама».

Почему же именно «Троица» Андрея Рублёва стала канонической и в чём её отличие от предыдущих изображений Триипостасного Бога?

Чтобы понять уникальность рублёвской «Троицы» необходимо узнать основные особенности изображения события «Гостеприимство Авраама» на предшествующих иконах. Одним из таких предыдущих иконических изображений является «Зырянская Троица».

На этой иконе мы видим не только трёх ангелов, но и Авраама, Сарру и даже тельца, которого Авраам приготовил для угощения гостей. Бытовые детали говорят нам о том, что это изображение ветхозаветного события в буквальном смысле. На других иконах «Гостеприимство Авраамово» можно увидеть, например, обильные угощения на столе перед ангелами или отрока, который закалывает для трапезы тельца. Сосредоточенность на буквальном описании произошедшего у дубравы Мамре явления Господа Аврааму — это главное отличие многих известных дорублёвских икон Троицы.

Что же мы видим на иконе Андрея Рублёва? Для начала необходимо вспомнить, что икона написана по заказу Никона, ученика Сергия Радонежского, который прекрасно помнил главные слова святого Сергия: «Воззрением на Святую Троицу побеждается страх ненавистной розни мира сего». Андрей Рублёв отобразил на иконе не просто событие Авраамова гостеприимства, но главное событие — Самого Господа в его тайне Триипостасности, которая была явлена доступным человеческому пониманию образом. Именно это центральное событие является для Андрея Рублёва главным, и этому подчинены все остальные символы на иконе.

Как воцерковление есть процесс постепенный и начинающийся с узнавания основ, так поступим и мы, начав узнавать значение символов не с главного образа, но с окружающих его дополнительных предметов. И, надеясь на помощь Господа, постараемся с уважением и достойным разумением подойти к доступному нам разъяснению центрального события — изображения Святой Троицы.

За правым ангелом мы видим изображение горы (скалы). Скалой или камнем Господь назвал апостола Петра (Мф. 16: 18), тем самым символизировав Свою Церковь, в основе которой лежит твёрдая вера. И как гора остаётся непоколебимой в самую бурную непогоду, так твёрдая вера даёт силы и смысл жизни в самые ненастные и лихие времена испытаний. Именно вера является основой для настоящей жизни, и вера же даёт для жизни силу, позволяет твёрдо стоять на ногах и не ломаться от житейских невзгод. Как сказал апостол Иоанн: «Мир во зле лежит» (1 Ин. 5: 19), а потому трудности и испытания являются частью злобы мирской, но только вера может преодолевать любые, самые тяжкие испытания и давать любовь и надежду для жизни.

У горы есть и ещё одна особенность — с какой бы стороны человек на неё ни всходил, каков бы ни был его путь наверх, но он всегда будет сходиться в одной точке, на вершине. Цель и смысл человеческой жизни как раз и заключается в том, чтобы стремиться к вершине веры, ибо это есть единственный путь к спасению. Пути Господни неисповедимы, но нам известна цель (спасение) и нам была явлена вершина (Иисус Христос). Так, по словам преподобного Сергия, мы взираем на Святую Троицу и начинаем побеждать ненавистную рознь мира, постепенно понимая смысл иконы и смысл жизни человеческой.

Глядя на «Троицу» Андрея Рублёва мы должны теперь помнить, что гора (скала), изображённая за правым ангелом — это символ духовной высоты Православной веры и твёрдого основания, жизненной силы, которую даёт нам вера.

За центральным ангелом мы видим изображение древа. Этот символ напоминает нам о первородном грехе, который был совершён Адамом и Евой (Быт. 3: 1-19). Плод древа познания добра и зла стал для наших прародителей той горечью, которой пропиталась вся жизнь.

Будучи вначале безгрешными, Адам и Ева нарушили запрет, вкусили от древа и принесли в мир зло и смерть. Глядя на икону, мы вспоминаем это горькое событие, но не для того, чтобы впасть в уныние, а чтобы одновременно вспомнить о надежде. Ведь как на древе был совершён первородный грех, так на древе креста Господь примирил нас с Собой, принеся Себя в жертву за наши грехи — это и есть та светлая надежда, которую мы испытываем, глядя на изображённое древо в центре иконы.

Память о первородном грехе и о жертве Господа, давшей нам с Ним примирение и надежду на спасение — это тот смысл, который мы видим в древе за центральным ангелом.

За левым ангелом изображено здание, которое иногда называют «палаты Авраамовы». Здесь мы опять вспоминаем, что в дубраве Мамре, где явился Аврааму Господь в виде трёх ангелов, были раскинуты Авраамовы шатры. Такое понимание в рублёвской «Троице» есть, но оно не является главным, ибо, как уже сказано выше, Андрей Рублёв пишет образ Троицы, а потому здание символизирует нечто большее, чем человеческое жилище.

Здесь надо вспомнить о том, что Господь — Творец. Из безмерной Своей любви Господь не только принёс Себя в жертву за наши грехи, но и вообще сотворил мир и человека. Главное же для нас понимать, что домостроительство Божественное — это осуществление Божественного замысла спасения человечества в истории.

Домостроительство спасения нашего совершается Господом Иисусом Христом по благоволению Бога Отца при общении Святого Духа. Во Христе исполняется замысел Промысла Божия о всем мире, домостроительство Благодати Божией о всем творении, направленное на спасение, освящение и обожение всех в Богочеловеке.

Именно Божественное домостроительство символизирует здание за левым ангелом.

Дорогие братья и сестры, в следующем материале мы продолжим рассказ о символах на иконе Андрея Рублёва «Троица» и дадим ответы на вопросы — что обозначает цвет одежд ангелов и положение их фигур.

Иван Образцов

Созерцая «Троицу»

Образ «Троица» Андрея Рублева – самое известное и таинственное изображение Бога в истории православной иконографии. Кто, кроме преподобного Андрея, имел отношение к созданию иконы? Что означают символы за спинами ангелов и окошечко в престоле? Для кого оставлено четвертое место за престолом, и как можно «общаться» с этой иконой? О тайнах «Троицы» читателям «Фомы» рассказывает заведующая кафедры христианской культуры Библейско-богословского института св. Апостола Андрея (ББИ) и преподаватель Коломенской духовной семинарии, Ирина Константиновна Языкова.

– Как Вы впервые познакомились с «Троицей» Рублева? Может быть у Вас осталось в памяти впечатления, чувства от этой встречи?

– С «Троицей» я познакомилась, когда была студенткой. Я закончила МГУ, где изучала историю искусства. С самого начала я понимала, что хочу специализироваться на иконописи. Моя бабушка была верующей, поэтому вообще иконы с детства привлекали меня, как окно в таинственный мир. Я чувствовала за ними некую тайну. Конечно университет дал мне возможность разобраться в этом профессионально, но сам феномен иконы, как окна в божественный мир, так и остался для меня закрытым, несмотря на весь комплекс моих научных знаний.

Икона «Троица» — одна из самых таинственных. Мне сложно зафиксировать какой-то конкретный момент «встречи». Однако, когда я стала заниматься именно богословием иконы, а меня всегда интересовала не только художественная сторона, но и богословский смысл сокрытый в образе, то «Троица» была, конечно, в центре моего внимания. Я открыла в этом образе целый богословский кладезь, увидела в нем молитву воплощённую в красках, целый богословский трактат о Святой Троице. Никто, может быть, глубже не сказал о тайне Божественного Триединства так, как «сказал» Андрей Рублев.

Известно, что иконопись – это искусство соборное. Мы любим повторять эту красивую фразу, но что она означает? «Троица» Рублева лучше всего раскрывает ее смысл. Летопись говорит, что в «память и похвалу преподобного Сергия» – я почти буквально цитирую текст – «… игумен Никон Радонежский повелел написать образ «Троицы» Андрею Рублеву». Так что в создании этой иконы участвовало непосредственно три человека.

Первым необходимо упомянуть преподобного Сергия Радонежского, который ко времени написания иконы уже почил. Но при жизни он создал особое по своей глубине учение о Святой Троице, не отличное от церковного, конечно, но глубоко понятое. На нем, на мистическом его переживании и была основана Троице-Сергиева лавра. Летопись и житие преподобного донесли до нас главный завет преподобного Сергия: «Воззрением на Святую Троицу побеждай ненавистную рознь мира сего». Мы же помним, когда была создана эта икона – в годы татаро-монгольского ига, «размирия», как тогда писали летописцы, когда ненависть царила между людьми, князья предавали и убивали друг друга. Именно в эти страшные дни преподобный Сергий и поставил Святую Троицу во главу угла, как образ любви, которой только и можно победить вражду этого мира.

Вторым человеком стал Никон Радонежский. Ученик преподобного Сергия, который стал игуменом Троицкого монастыря после его кончины. Он построил Троицкий собор, куда перенес мощи преподобного Сергия. Никон решил увековечить имя своего учителя не через его икону, а через образ Святой Троицы. Чему учил Сергий Радонежский, к чему обращался и по образу чего он и основал свой монастырь, должно было найти свое воплощение в иконе.

Третьей фигурой стал сам преподобный Андрей Рублев, который как художник исполнил завет Сергия Радонежского. Его образ «Троица» – это учение о любви, о глубине единства духа и гармонии, записанное красками.

И когда я стала разбираться в том, как написана эта икона, какие в ней заключены смыслы, для меня открылся целый мир. Мы не способны познать умом христианские догматы, не можем описать как устроена Святая Троица – это великая тайна. Но Андрей Рублев лично для меня эту тайну приоткрыл. Это «собеседование Ангелов», которые прислушиваются друг другу, сидят за одним столом вокруг чаши, которую благословляет Ангел посредине… Каждый жест, поворот головы, каждая деталь выверена, предельно глубока. Икона «Троица» дает возможность предстоять перед самим Богом, видеть к невидимое, пусть оно и ускользать от нашего ума.

Любой приходящей к этой иконе человек, может быть, и не решит своих житейских проблем, но ему откроется нечто, превышающее его самого, вселяющее мир, гармонию, любовь.

Поэтому я не могу указать на какой-то конкретный момент в моем общении с «Троицей» Рублева. Это сопровождает меня практически всю мою сознательную жизнь. Занимаясь иконографией, богословием иконы, я все время открываю в этой иконе что-то новое.

– Что нового появилось именно в этом изображении Святой Троицы, чего не было до него? В чем «прорыв» этой иконы и почему ей суждено было стать канонической? Ведь этот образ стал достоянием не только русской богословской традиции и культуры, но и мирового искусства. В чем выражается это открытие?

– Новизна иконы в первую очередь в том, что Рублев сосредоточил все свое внимание именно на трех Ангелах. До него изображали в основном «гостеприимство Авраама» – сюжет 18-й главы книги Бытия, когда к Аврааму в дом пришли три Ангела. «Он возвел очи свои и взглянул, и вот, три мужа стоят против него. Увидев, он побежал навстречу им от входа в шатер и поклонился до земли…»(Книга Бытие 18:2). Исходя из повествования этой главы, становится ясно, что Аврааму явился сам Бог. Хотя нет единства ни среди святых отцов, ни среди иконописцев в толковании этого сюжета. Кто-то утверждал, что перед Авраамом тогда явилась Святая Троицы. И иконописцы изображали трех Ангелов в одинаковых одеждах, указывая на их единство и равенство друг другу. Другие богословы говорили о явлении Бога в сопровождении двух ангелов. Тогда одного из них изображали в одеждах Христа.

Андрей Рублев, устраняя бытовые детали сюжета – Сарру и Авраама, слугу, который закалывает тельца, то есть все, что писали иконописцы до него, — вводит нас в непосредственное созерцание тайны самой Троицы. Вообще эта икона интересна тем, что она многопланова – ее можно прочитать по разному несколько раз: и как явление Христа – потому что средний Ангел изображен в одеждах Спасителя. Ее можно прочитать и как образ Троицы – все три Ангела написаны практически с одинаковыми ликами. Но перед нами не иллюстрация Бога. На этой иконе, как в богословском трактате, раскрывается то, что святые отцы называли «Троица во Единице» — один Бог в трех Лицах или Ипостасях. В образе также отражен и литургический аспект.Силуэты двух Ангелов, сидящих по бокам, образуют собой чашу. И на престоле посередине стоит чаша – символ Евхаристии, Жертвы Христа.

Есть на иконе и еще одна интересная деталь. Если внимательно посмотреть на престол, можно увидеть в нем окошечко. Знаете, когда водишь экскурсию по Третьяковской галерее ее кульминацией становится рублевский зал, сердце которого – «Троица». Вообще этот зал наглядно демонстрирует, как иконография поднимается в духовном смысле все выше и выше, пока не достигает своего пика в иконе Рублева, а затем, к сожалению, начинается постепенный спад. Так вот обычно люди, глядя на этот образ, спрашивают: «А что это за окошечко?» Оно не случайно. Сразу должна предупредить – о «Троице» написано невероятное количество литературы, в которой представлены самые разнообразные комментарии и интерпретации. Так вот, один из исследователей пишет об этом окошечке следующее. В любом престоле, который находится в алтаре храма, всегда есть мощи святых. Но в престоле на иконе их нет. Есть Жертва Христова, которая символически изображена в виде чаши, которая стоит на престоле, но человеческого ответа на высоту этой жертвы нет. Что это за ответ такой? Это подвиг мучеников, преподобных, святителей – всех святых. Поэтому это окошечко как бы передает Божий вопрос: «А что ты ответишь на жертву любви Христовой?» Мне очень нравится это толкование. Я думаю, что Андрей Рублев мог так мыслить.

Другой символический пласт связан с изображениями, которые стоят за каждым из Ангелов. За средним Ангелом изображено дерево. Это дерево жизни, которое, как гласит Священное Писание, Господь посадил в Раю. За Ангелом слева от нас – палаты, символ божественного домостроительства, образ Церкви. За Ангелом справа – обычно его ассоциируют с Духом Святым – гора. Она символизирует восхождение к горнему (духовному) миру. Эти символы прямо привязаны к Ангелам и более насыщены по смыслу, чем в любых других иконах.

В иконах вообще всегда есть эти три символа: неживая природа (горы), живая природа (деревья) и архитектура. Но в «Троице» они прямо привязаны к каждому Ангелу. Андрей Рублев явно хотел таким образом раскрыть отношения Ангелов и особенности каждого из них.

– Существует ли единое толкование какой из Ангелов символизирует Бога Отца, какой Бога Сына и Святого Духа?

– Это вопрос – крайне трудный для исследователей – задают часто. Отвечают на него по разному. Кто-то говорит, что в центре изображен Христос, справа от Него – Отец, а слева – Дух Святой. Есть толкование, что в центре – Отец, но поскольку мы не можем его видеть непосредственно, то, опираясь на слова Спасителя «видевший Меня – видел Отца», Он изображен в одеждах Христа, а справа от Него сидит Сын. Интерпретаций очень много.

Но это, может быть не самое главное, как ни странно, в этой иконе. Стоглавый Собор (1551 года) утвердил икону Андрея Рублева в качестве канонической, подчеркивая, что это не изображение Божественных Личностей, а образ Божественного Триединства. Поэтому Собор запретил надписывать Ангелов, отсекая таким образом всякую возможность указать окончательно кто есть кто. Также для этого образа было запрещено изображать так называемый «крещатый нимб» – иконографический прием, который указывает на Христа.

Интересно, что у «Троицы» Рублева есть еще другое наименование – «Предвечный совет». Оно открывает другую сторону иконы. Что такое «Предвечный совет»? Это таинственное общение внутри Святой Троицы о спасении человечества – Бог Отец с добровольного согласия Бога Сына отправляет Его в мир ради спасения людей.

Видите как много богословских пластов скрывается в иконе? Этот образ – сложнейший богословский текст. Икона сама по себе ближе к книге, чем к картине. Она не иллюстрирует, а символически указывает на нечто сокрытое и тайное.

Однако и художественный аспект этой иконы – невероятно высокий. То, что «Троицу» причисляют к величайшим шедеврам мирового искусства не случайно. В начале XX века реставратор Василий Гурьянов нашел способ как снимать слой олифы с потемневших икон. В 1904 году он расчистил маленький фрагмент изображения одежды на «Троице», и все увидели удивительный, пронзительный голубой цвет Рублева. Люди ахнули, и к иконе устремилась армия паломников. Монахи испугались, что древний образ могут испортить, закрыли икону окладом и запретили дальнейшие работы с ней. Завершили начатый тогда процесс только в 1918 году, к сожалению, когда Лавру уже закрыли. Тогда там работала очень хорошая реставрационная бригада под руководством Игоря Эммануиловича Грабаря. Когда они раскрыли икону полностью, то увидели удивительные, просто райские цвета: пронзительно голубой, золотой и темно-красный, почти вишневый. Местами еще присутствовалрозоватый оттенок, а на одеждах проступала зелень. Это цвета Рая. Икона через свое художественное совершенство открывает нам Эдем. А что такое Рай? Это бытие Святой Троицы, Бога. Куда нас зовет Господь? Не к духовному комфорту, а туда, где будет единство человека и Бога. Просто посмотрите на икону: сидят три Ангела. Они занимают три стороны четырехугольного престола, но четвертая сторона свободна… Она как бы привлекает нас. Это и место, оставленное для Авраама, которого посетила тогда Святая Троица, и место, оставленное для каждого из нас.

– И тот, кто подходит к иконе как будто становится четвертым?

– Да. Икона как бы включает в себя своего созерцателя. На этой иконе, кстати, легче всего продемонстрировать знаменитый иконографический принцип обратной перспективы. Если продлить линии подножия престола, то они сходят там, где стоит человек. А внутри самой иконы, эти линии расходятся, открывая перед нашими глазами вечность.

Теперь понимаете почему эта икона стоит особняком в ряду самых великих шедевров древнерусской живописи? В ней сосредоточено все: и богословская глубина, и художественное совершенство, и обращенность на человека – диалог с ним. Иконы ведь бывают разные: есть очень замкнутые, к которым трудно подступиться, а есть иконы, которые, наоборот, привлекают: Рублев написал икону «Звенигородский Спас» — от него невозможно оторваться. Стояла бы всю жизни и смотрела на Него. Но «Троица» — это золотая середина гармонии и совершенства.

– Могут ли профессиональные исследователи рассказать нам что-то о самом процессе написания этой иконы? Быть может, известно, как Рублев к ней готовился, как постился, что происходило с ним самим, пока он писал ее?

– Средневековые документы об этом почти не говорят. Есть только упоминание о заказчике (преподобный Никон Радонежский) и все. Больше ничего об этой иконе не сказано, но кое-что мы можем косвенно реконструировать. Например, известно, что Рублев был монахом. Значит жизнь он вел молитвенную. Может быть, он даже брал какой-то обет, перед тем как приступить к написанию «Троицы», но точно мы ничего утверждать не можем. Средневековые хроники и документы той эпохи крайне скупы на такую информацию. Это стало интересовать людей уже в Новое время.

Рублев был из плеяды учеников преподобного Сергия. А о них известно, что они были настоящими подвижниками, значит, с высокой долей вероятности мы можем утверждать, что Рублев был таким же. В документах тех времен упоминается много разных иконописцев. Феофана Грека все знают – он, между прочим, работал вместе с Андреем Рублевым в Благовещенском соборе. Кто-то может быть вспомнит Даниила Черного, с которым Рублев работал во Владимире. Есть и менее известные имена: Исайя Гречин, Прохор с Городца. Однако, именно Андрей Рублев был избран для написания такой важной иконы. Такую сложную тему могли доверить только такому человеку, который конгениален ей. Лишь он сможет понять ее глубину и изобразить ее.

Но это, к сожалению, все, что мы можем сказать.

– Получается образ Рублева в фильме Тарковского – это, по большей части, его личный режиссёрский взгляд?

– Конечно. Фильм Тарковского очень хороший, но он скорее рассказывает о человеке, который попадает в очень трудную эпоху. На мой взгляд, вопрос фильма таков: как христианину, тем более монаху, сохраниться в котле страшной истории, где люди убивают друг друга, сжигают города, где повсюду разорение, грязь, бедность? И вдруг – «когда б вы знали из какого сора растут стихи!» То есть из какой страшной грязи, глубочайшей человеческой трагедии вырастают великие произведения искусства. Понятно, что Тарковский не собирался создавать реальный, исторический образ Рублева. Его больше интересует художник, который противостоит злу глубиной искусства, который свидетельствует, что в мире есть что-то другое, стоящее над его ужасом. Поэтому эту киноленту в первую очередь стоит рассматривать не как строгую историческую картину, а как попытку одного художника понять другого. Воинские подвиги не имеют никакого значения, если за ними не стоит очищение человеческой души. Поэтому и преподобный Сергий начал не с политики, не с войны, а с очищения и воспитания людей. И в этом смысле икона – важный артефакт, который противостоит тьме эпохи. Сам факт ее написания – подвиг.

– У отца Павла Флоренского в книге «Иконостас» есть интересная мысль, что «Троица» Рублева – это единственное, самое убедительное доказательство бытия Божия.

– Да. Он даже глубже сказал: «Если есть «Троица» Рублева – значит, есть Бог».

– А как понять эту фразу?

– Для современного человека это звучит странно, но всматриваясь в эту икону, мы понимаем, что это Откровение, превышающее все наши представления. Такое нельзя придумать. Это не фантазия. А значит за этим образом стоит какая-то иная реальность – божественная. Человек, который живет верой в Бога, написавший такую икону, не мог посвятить всю свою жизнь галлюцинации.

Кадр из фильма «Андрей Рублев», реж. Андрей Тарковский

В житии Андрея Рублева есть одна интересная ремарка. Когда они с Даниилом Черным работали вместе, то подолгу сидели и просто созерцали иконы. Не писали, не молились, а просто смотрели, как бы пребывая перед иконами, питаясь ими. Они хотели услышать голос Бога, увидеть божественные образы, которые потом смогут воплотить в красках. Конечно, отец Павел Флоренский через эту мысль указывал, что за «Троицей» открывается самодостаточная реальность. Ее человек придумать не способен.

– Почему на протяжении пятисот лет Андрея Рублев нигде в святцах не упоминается, и официально Русской Православной Церковью он был канонизирован только в конце прошлого века?

– Если быть точнее в 1988 году, на Поместном Соборе в связи с тысячелетием Крещения Руси. На самом деле Андрей Рублев всегда был почитаем как святой в Троице-Сергиевой лавре. Сохранились даже иконы, где он изображается среди других лаврских святых. Монахам лавры всегда было понятно, что он святой. Было даже сказание XVII века о великих святых-иконописцах, где упоминается его имя. В древности, до так называемых Макарьевских соборов XVI века, не было зафиксированного списка святых. Было очень много местночтимых, о которых в одном городе знали, а в другом нет. Потом уже митрополит Макарий постарался собрать воедино всех почитаемых святых и включить их в один список.

Святость Андрея Рублева была очевидна уже его современникам. А вот почему его официально канонизировали только в XX веке – это понятно. Собор 1988 года канонизировал тех, кого уже и так почитали верующие. Собор только как бы признал их святость официально. Это была такая своеобразная «доканонизация». Просто посмотрите, кто был прославлен вместе с Андреем Рублевым: Елизавета Федоровна, Ксения Петербургская, Амвросий Оптинский, Игнатий Брянчанинов. То есть Собор просто констатировал их почитание и внес их в «святцы».

– Обращаясь к истории самой иконы «Троица» – знаете ли Вы о встречах очень известных людей с этой иконой? Может быть они оставили свои впечатления, переживания от нее? Может быть есть какое-то важное историческое событие, которое было сопряжено с этим образом? Он же, можно сказать, лежит в сердце нашей культуры – хочется в это верить, по крайней мере…

– Конечно есть. Я читала стихотворения, которые были посвящены этом образу. Нельзя, конечно, не вспомнить Тарковского. Когда он задумал свой фильм «Андрей Рублев», то признавался, что у него были очень расплывчатые представления о нем. Сотрудники музея Андрея Рублева рассказывали мне, что однажды он пришел к ним и стал просто советоваться, как со знатоками древнерусского искусства и вообще той эпохи. Тогда в музее была выставлена копия «Троицы». Он долго стоял, созерцая ее. После этой встречи у него произошёл внутренний духовный поворот, без которого он не смог бы создать киноленту такого уровня.

История с открытием иконы в начале XX века, о которой я упоминала, тоже очень характерна. Люди устремились посмотреть на проступившую красоту, которая засияла из под этой черной массы. Просто представьте: перед вами потемневшая икона – и вдруг открывается маленький кусочек и оттуда как будто выглядывает голубое небо.

Есть еще один очень интересный случай. Известно, что протестанты в целом относятся к иконам очень отрицательно. Считают, что это идолопоклонство и так далее. Но еще в 90-х гг. мне подарили книгу одного протестантского немецкого пастора, который, увидев «Троицу», изменил свое отношение к иконам. Он даже написал целую книгу, в который пытался разгадать этот образ, дав свою интерпретацию. Он осознал, что это не идол, что за иконами действительно скрывается иная реальность. Человек не просто даже верующий, а богослов, пастор, стоящий глубоко на своей позиции, после встречи с «Троицей» изменился.

Я знаю, что в советское время эта икона и многие другие приводили людей к Богу. Церковь тогда была молчащей. Многие храмы были закрыты. Где человеку было услышать живое слово о Христе, о Церкви? Люди начинали интересоваться иконой, в том числе и «Троицей», а потом брали в руки Священное Писание, другие книги и приходили в Церковь. Я лично знаю нескольких человек, которые после встречи с образом Рублева пришли к вере в советское время.

– Я помню как-то раз на Пятидесятницу пришел в храм вечером. В центре, на аналое, лежала икона «Троица», естественно, копия Рублева. И вот именно тогда я эту встречу с ней запомнил навсегда. Было ощущение, что стою я – а передо мной пропасть. Я не знал, куда деться, как быть с этой пропастью. Ничего нельзя было сделать. Только стоять на самом краю… Меня как будто на одно мгновение озарила божественная молния. Быть может, и у Вас есть свой личный опыт встречи, опыт прикосновения к этой иконе, не как профессионала, а как верующего человека?

– Как Вам сказать? Это не случай.. скорее опыт переживания этой иконы, очень личный. Иногда я пишу стихи. Я услышала музыку и написала о «Троице». Как будто она … звучит. Через эти краски я слышала музыку, которая стала моим стихотворением.

Икона «Троица», написанная Андреем Рублевым, узнаваема, известна всему миру. Говоря о русской художественной культуре, многие первым делом вспоминают именно ее. Точный год создания «Троицы» Андрея Рублева установить на сегодняшний день не представляется возможным. Наиболее приближенной датой называют 1411 или 1425-27 годы.

История создания иконы строится преимущественно на догадках. Общепринятая версия гласит, что писалась она по заказу преподобного Никона Радонежского для Троицкого собора. Вопрос даты написания остается открытым, неизвестно, к постройке какого здания икона была готова: к деревянному храму 1411 года? К каменному строению 1425-27 годов? Дошедшие до современности источники дать ответ на вопрос не способны.

Троица

Эта доска иконописца быстро стала образцом для всех последующих создателей образов Святой Троицы. К 1551 году Стоглавым собором было объявлено, что все будущие изображения должны соответствовать ей. А в 1575 году царь Иван Грозный приказал украсить ее золотым окладом. В последствии другими царями оклады также менялись, а сама икона обновлялась в соответствии с представлениями художников тех времен. Восстановлением первоначального вида произведения занялись только к 1904 году.

Описание иконы

Краткое описание иконы «Троица» Андрея Рублева: трое ангелов, олицетворяющих триединство Бога (Отца, Сына, Святого Духа), сидят вокруг стола. Выражения на их лицах отражают безмятежное смирение, их головы слегка наклонены. В своеобразном круге, который они образуют, располагается наполненная чаша.

Ангелы одеты в простые одежды, за их спинами — крылья, в руках — тонкие посохи, вокруг голов — светящиеся ореолы. На изображении присутствуют не только божественные странники. На фоне просматривается вход в дом Авраама, а также отчетливо заметен силуэт древа познания. Присматриваясь внимательнее, получится увидеть аналог Голгофы, на которую со своим крестом восходил Иисус. Все образы лаконичны, уместно вписаны в общую композицию. Рассматривая это произведение искусства подробнее, можно отметить, что все здесь вписано в круговую структуру, символизирующую триединство, а также вечность, бесконечность.

А. Рублев Троица

Сочетание цветов на картине гармоничное, оттенки мягкие. К сожалению, можно только догадываться, насколько красочной икона была к моменту своего написания (известно, что художник использовал яркие краски): цвета со временем поблекли, а реставраторы на протяжении нескольких сотен лет подгоняли изображение под собственное видение. Фигуры ангелов также стали более воздушно тонкими благодаря вмешательству других художников.

Толкование «Троицы»

Святая Троица Рублева написана по библейскому сюжету из Ветхого Завета, по которому к Аврааму пришли трое странников-ангелов с благой вестью: у него родится сын, который станет прародителем всего иудейского народа. Но она объединяет собой не только этот сюжет. Есть здесь множество важных отсылок ко всем ключевым библейским моментам. Картина воплощает собой многое, оставаясь достаточно простой.

Так чаша, вокруг которой сидят ангелы, символизирует страдания Христа — внутри собрана кровь, капавшая из его ран, когда он был распят на кресте. Силуэт дерева может означать древо познания из сада Эдема, одновременно с этим — дуб, под которым отдыхал Авраам. А здание — церковь либо вход в авраамов дом. Гора же, расположенная в правом верхнем углу, становится символом Голгофы.

Трое ангелов — воплощение единого Бога. На это указывает ряд важных символов. Неспроста они одеты в лазурные одеяния — это символизирует их неземную сущность. Прообразом Отца является ангел, сидящий посередине. На это указывают его царственные пурпурные одежды. Но так как скипетры власти есть у каждого из странников, можно говорить о триединстве.

Бога Сына здесь символизирует ангел, сидящий справа. Его голова опущена наиболее смиренно, а рука находится ближе всего к чаше. Пусть по сюжету истории, использованной Рублевым, Иисус еще не родился, его приход предрешен. Он готов испить чашу страданий за грехи человеческие. Третий ангел, располагающийся слева, становится олицетворением Святого Духа.

Круговая композиция

Икона «Троица» Андрея Рублева вписана в круговую композицию. Даже головы ангелов склонены, позволяя общему силуэту органично создавал единый круг. Издавна это символизирует вечность, замкнутый круг человеческого бытия, от рождения мира до конца, который становится новым началом. По контексту трех ангелов он также трактуется как символ триединства христианского Бога.

Итальянские художники тех времен также вписывали группы ангельских сущностей в круговую композицию для большей символичности. Но рублевская композиция разительно отличается от ставшей классической. Круг здесь уместен, незаметен с первого взгляда.

Круговая композиция

«Троица» Андрея Рублева сегодня

Картина «Троица» Рублева начала реставрироваться от всех внесенных за долгие столетия обновлений в 1904 году. С нее сняли оклады, начали расчищать, приводить к первоначальному виду. Стало понятно, что изначально она писалась яркими красками, хоть сегодня выглядит иначе, более легко, воздушно.

За все время транспортировок икона оказалась повреждена. Сегодня она хранится в особом киоте в Третьяковской галерее. Вернуть ее в Троице-Сергиевскую лавру не представляется возможным без невосполнимого ущерба. Доска с иконой стабильна, пусть и не совершенна. Но если ее перевозить, имеющиеся повреждения станут более отчетливыми, а краски быстрее отойдут.

Андрей Рублев, «Троица» которого многими воспринимается как само доказательство существования Бога, был причислен РПЦ к лику святых в 1988 году. Посмертно он стал первым канонизированным художником. А его величайшее произведение продолжает захватывать дух, впечатляя ценителей искусства, независимо от того, каким религиозным убеждениям они следуют.

Также интересно:

Загадка иконы «Пресвятая Троица»

Загадка иконы «Пресвятая Троица»
По иконе преп. Андрея Рублева
Некоторое время назад я был в Московской Третьяковской галерее.
Зал, который я более всего желал посетить, был залом древнерусской иконописи.
И вот, оставив позади классиков, передвижников и абстракционистов, я попал в вожделенный отдел Третьяковки. С интересом, который показался подозрительным бабушкам-охранницам, так, что те на всякий случай не отходили от тревожной кнопки, я рассматривал великолепные византийские и древнерусские иконы.
Сознание с грустью фиксировало: у нас прихожане не понимают и не любят традиционную каноничную икону именно из-за плохих подделок «под каноничную икону», которые часто висят в наших храмах. Вроде все на месте, а жизни, внутренней энергии, огня в такой иконе нет…
Тогда как настоящая икона несет в себе такое множество смысловых пластов, такое богословие, такую религиозную поэзию…
Настоящая икона просто завораживает, заставляет остановиться и мысленно прикоснуться к Тайне, которую она излучает.
Впрочем, сейчас о иконах вообще говорить не будем.
Меня интересует лишь одна икона, а именно икона преп. Андрея Рублева «Троица». Это одна из самых прекрасных икон, созданных человеком, а, по мнению ряда богословов и искусствоведов, и вообще самая прекрасная икона из всех известных нам.
Остановившись перед ней, я минут пятнадцать не мог отойти. Ушел, потом вернулся и еще стоял и впитывал сияние, покой, мудрость, исходящие из нее. Икона просто поражала. Лики – одновременно спокойные, одновременно задумчивые и трагичные… Позы, в которых выражены как идея Божественного могущества и таящейся силы, так и мирности, абсолютной согласованности всех замыслов и действий между персонажами. А какой цвет у иконы! Икона написана почти на белом (чуть желтоватом) фоне. Это цвет Божественного сияния, света Фаворского, света Божественного присутствия. Краски наложены слоями: на одну накладывалась другая, поверх нее следующая. Потом еще и еще. Этим приемом мастер достигал того, что из-под одного живописного слоя просвечивал другой и икона обретала объем, становилась словно живой. А отметьте, как мало лишних деталей… Икона ни на миллиграмм не перегружена. Я имею в виду другие иконы Троицы такого типа. На них и Авраам, встречающий путников, и Сарра, и бык, и что-то еще. Не так у Рублева. Абсолютный минимум персонажей и предметов. Аскетизм, заставляющий все внимание сосредоточить на фигурах, которые словно парят на ней в спокойствии, силе, любви и гармонии. (Кстати, фигуры вписаны в невидимый круг, что подсознательно нас вводит в какой-то особый ритм и режим восприятия иконы.) А обратите внимание на стол, перед которым сидят Ангелы Он имеет вид гроба, того гроба, в который был положен Христос после смерти. Однако гроб этот наполнен светом. Почему? Он блистает Пасхальным светом Воскресения.
А… впрочем, остановимся.
Эта икона – поистине окно в иной мир, из которой и нам, грешным, что-то сверкнуло. И, сверкнув, не погасло, но рукой подвижника и молитвенника преп. Андрея оказалось зафиксированным и оставленным нам.
В Третьяковской галерее разрешается фотографировать (без вспышки). Это позволило мне сделать интересные снимки, которыми я с вами уже делился. Вот и сегодня, кроме нескольких других фотографий икон, я рад представить вам рублевскую икону Троицы в хорошем разрешении. В таком разрешении, что вы сможете, увеличив ее, рассмотреть какие-то подробности. А при желании и распечатать для себя.
Сегодня я хочу с вами поговорить об этой чудесной иконе. Давайте попытаемся разгадать ее главную тайну, а именно: попытаемся определить, Кто есть Кто на иконе. Ведь, если три изображенных Ангела являют нам Отца, Сына и Святого Духа, то Андрей знал, кого из Ангелов он подразумевает под Отцом, кого под Сыном, кого под Духом Святым, верно?
…Однажды, когда я служил в Казанском кафедральном соборе Санкт-Петербурга, я был свидетелем необычного спора. Там у жертвенника висит копия рублевской «Троицы». И вот однажды у батюшек разгорелся спор: кто из изображенных на иконе Ангелов, по замыслу Андрея Рублева, является Отцом, кто Сыном, а кто Духом Святым. Сошлись на том, что определенно об этом сказать никто ничего не может. «Раз Андрей Рублев не надписал, кто есть кто, то этим самым он подал намек: любого Ангела можно интерпретировать как любого из Лиц Пресвятой Троицы», – сказал один священник. Помолчав, с ним согласились. А что делать, другого-то ответа нет…
Правда ли нет ответа? Или мы просто его не знаем?
Но прежде, чем мы поразмышляем над этим, я хотел бы попросить вас внимательно посмотреть на икону и подумать вот над чем: Кто из изображенных на этой иконе Лиц – Отец? Кто Сын? Кто Святой Дух?
А теперь давайте поговорим об этом.
Когда я стоял перед иконой и думал об этом, я поражался, как черты Сына узнаются мною то в одном, то в другом Ангеле. В чем дело? Ведь не может же быть у нас два или три Сына Божия?
Иконы, на которых изображен сюжет явления Трех Ангелов (а на самом деле – Трех Лиц Пресвятой Троицы) Аврааму, известны и до Андрея Рублева, и после. Но надписи над нимбами (то есть пояснения, где Отец, где Сын, а где Дух Святой) встречаются крайне редко. Это единичные случаи. Ни у одного настоящего мастера такой надписи нет, потому что это противоречит богословию. Как откровение неизобразимого Троичного Бога явление Аврааму может быть передано только символически, в виде трех безличных Ангелов.
На Стоглавом Московском соборе 1551 года это подтверждено следующими словами: «У Святой Троицы пишут перекрестье (в нимбах): иные у среднего, а иные у всех трех. А в старинных иконах и в греческих подписывают “Святая Троица”, а перекрестья не пишут ни у кого. А некоторые подписывают у среднего “IС ХС Святая Троица”. Итак, повелеваем: Писать живописцам иконы с древних образцов, как греческие живописцы писали и как писал Андрей Рублев и прочии, а подписывать “Святая Троица”. А от своего замышления ничего не предпринимать» (рус.пер.)
Напомню, что перекрестье – это «крестчатый нимб». Он пишется только на иконах Иисуса Христа. (Если кто-то забыл, что это за нимб, освежите память: Богословские загадки №3.)
Процитированный документ Собора гласит, что можно рисовать крестчатый нимб либо у центрального Ангела, либо у всех трех. То есть получится, что Иисус Христос, кроме Себя Самого, являет Собою и Отца, и Духа.
Но отдельно указывать: Отец или Дух – нельзя. Всю Тайну Лиц Пресвятой Троицы нам являет только Сын – Господь Иисус Христос.
Все это так, «…и все же в рублевской иконе эти Лица, символизируемые Ангелами, как бы стремятся к личностному Своему проявлению: образы Их не лишены известной, пусть и «прикровенной», конкретности в выражении ипостасных взаимоотношений и потому могут быть «определены» если и не как однозначная религиозная «Богозрачная» данность, что, разумеется, невозможно, то хотя бы как данность художественно-символическая. Апофатически признавая вообще всякую условность любого изображения Пресвятой Троицы, душа человеческая, так сказать, на уровне катафатическом все же стремится хотя бы прикоснуться – через откровение «художественного Боговидения» – к Божественно-Личностной тайне Триипостасного Бога…» (диак. Г. Малков)
Это правда. Вот и я, стоя в Третьяковской галерее перед иконой Троицы, силился отгадать: Кто же из этих Ангелов, по замыслу преп. Андрея Рублева, изображает Отца? Кто – Сына? А Кто– Духа Святаго?
Вкратце варианты попыток подобной идентификации Лиц (с указанием сторонников тех или иных вариантов) можно представить следующим образом (перечислены специалисты, которым принадлежат исследования в этом вопросе, или авторитетные богословы):
1-й вариант: слева (от зрителя) – Бог Сын, в центре – Бог Отец, справа — Святой Дух (Такой версии придерживались: Ю.А. Олсуфьев, полностью согласная с ним В. Зандер, Д.В. Айналов к концу своей научной деятельности, Н.М. Тарабукин, П. Евдокимов, Н.А. Демина, А. Ванже, Г.И. Вздорнов, прот. А. Ветелев);
2-й вариант: слева (от зрителя) – Бог Отец, в центре – Бог Сын, справа – Святой Дух (Н. Малицкий, В.Н. Лазарев, М.В. Алпатов, В.И. Антонова, монах-иконописец Григорий (Круг), Л.А. Успенский и В.Н. Лосский, Р. Майнка, К. Онаш, Г. фон Хеблер, прот. Л. Воронов, прот. А. Салтыков, Э.С. Смирнова);
3-й вариант: слева – Бог Отец, в центре – Святой Дух, справа – Бог Сын (архиеп. Сергий (Голубцов), Л. Кюпперс, прот. И. Цветков);
4-й вариант: слева – Святой Дух, в центре – Бог Отец, справа – Бог Сын (архиеп.Сергий (Голубцов), Л. Мюллер) .
Последние две трактовки (3-й и 4-й варианты) предельно субъективны и не выдерживают серьезной критики: за ними, по сути, нет сколько-нибудь общепринятых традиций – ни богословской, ни иконографической.
В целом вопрос сводится к тому (если уж решиться задавать его) – кто же изображен преподобным Андреем (по замыслу иконописца) в центре иконы: Бог Отец или Бог Сын?
Определив, Кто изображен в центре, мы, возможно, получим ключ к вопросу, Кто находится справа, а Кто – слева от центральной фигуры.
Секрет в том, что древние иконописцы (и Андрей Рублев, и другие), действительно, изображая Отца или Духа Святаго, изображали Их через призму изображения Сына Божия.
Мы помним знаменитые слова: «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1, 18). Или другое: на просьбу Апостола Филиппа показать ему Отца Иисус ответил: «Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь: покажи нам Отца? Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне?» (Ин. 14, 9–10).
Именно поэтому Ангел, изображавший Отца, рисовался с чертами Сына, Сын – открывает нам Отца… Вот тебе и древнерусская темнота и простота, как порой приходится слышать…
Правый от зрителя Ангел рублевской «Троицы» – несомненно, Дух Святой. С этим согласно большинство исследователей иконы.
«В центре же (и символически это вполне оправдано) нам явлен образ Отца, но образ Его художественно целомудренно «замещен» и репрезентируется «ангелоподобным» образом Сына: поэтому центральный Ангел и изображен в каноническом для иконописи одеянии Спаса – в вишневом хитоне и голубом гиматии.
Но одновременно этот символически явленный Ангел – как подразумеваемый под образом Сына Сам Отец – благословляет жертвенную чашу Сына со Святым Агнцем (ибо Сын есть «Приносяй и Приносимый» – в соответствии со словами тайной молитвы Херувимской песни на Литургии верных). Причем Ангел этот как бы вопросительно-призывно обращен к Ангелу, находящемуся по правое плечо от него, то есть к собственно образу Сына, «сопрестольного» Отцу. И здесь будет вполне уместным вспомнить слова Псалмопевца: «седи одесную (то есть справа. – прот. К.П.) Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих» (Пс. 109, 1), или же, например, своего рода вариацию на ту же тему у Апостола Павла — его слова о Сыне, Который «воссел одесную престола» (Евр. 1, 3).
Этот левый Ангел, непосредственно представляющий Сына, «прежде всех век» согласного во всем с волей Отца (а точнее – всей Святой Троицы) о необходимости принесения Себя в жертву за падший человеческий род, сдержанно — трепетно-осторожно и покорно — также благословляет искупительную евхаристическую чашу, выражая тем самым Свою готовность пострадать «за жизнь мира»…» (диак. Г. Малков).
Только одно это размышление над тайной иконы Пресвятой Троицы вскрывает огромный пласт православного богословия:
А. Христос добровольно приносит Себя в Жертву для спасения человечества.
Б. Он приносит Себя всей Троице и Самому Себе как Второму Лицу Святой Троицы.
В. Его Жертва есть исполнение воли Отца. Однако и Сам Сын – властен над Своею Жизнью. Как Он сказал: «Имею власть отдать ее (жизнь. – прот. К.П.) и власть имею опять принять ее» (Ин. 10, 17–18). Таким образом, Его жертва – добровольное деяние. В этом смысле можно сказать, что Он вместе с Отцом благословляет Себе Самому жертвенную смерть. (На иконе мы как раз и видим, что Ангел, сидящий слева от зрителя, а мы определили, что это Сын, сложил пальцы правой руки в благословляющем жесте.)
То, что левый (от зрителя) Ангел есть Сын Божий, можно понять и по Его одежде, которая есть, по сути, багряница, одежда мученика. Эта багряница светится небесным светом, потому что Пострадавший и Умерший за нас также и Воскрес, и преобразился.
Г. Дело искупления, совершенное Сыном, есть не просто частный факт истории – это дело исполнения Замысла Божия о мире, того, что святые отцы, вслед за Ап. Павлом, называли Домостроительством нашего спасения . На то, что Сын исполнил дело Домостроительства Божьего, намекает дом, находящийся за ним.
О многом еще можно было бы сказать, однако на этом закончим. Посмотрите еще на прекрасную икону преподобного Андрея Рублева. Теперь мы с вами знаем, Кто из Ангелов на иконе изображает Отца, Кто – Сына и Кто – Святого Духа.
Кстати, а знаете, какая невероятная трактовка дана Ангелам на иконе Троицы, еще более древней, чем рублевская? На иконе, хранящейся в нашем, Свято-Троицком Измайловском, соборе? Об этом вы можете прочитать здесь: О разных иконах Пресвятой Троицы
Примечания:
То, что у преп. Андрея Рублева белый цвет ассоциировался с Пасхальным светом, очевидно, и это можно доказать на ряде примеров. Приведу один, очень интересный: На его иконе «Воскрешение Лазаря» из иконостаса Благовещенского собора Московского Кремля Лазарь, выходящий из пещеры, изображен, в нарушение традиции, не на черном фоне пещеры, а на белом. Преподобный Андрей был не понят современниками и потомками, ибо никто из иконописцев не повторил в данной композиции белой пещеры. Случай настолько неординарный для средневековой иконописи, что в наше время искусствоведы пытались исследовать, не ошибка ли это? Может быть, первоначальный темный слой просто соскоблили, или каким-то иным образом он утерялся?.. Искусствовед Владимир Плугин писал: «Это настолько неожиданно, что мы тщательно осмотрели икону с целью выяснить сохранность красочного слоя. Можно уверенно сказать, что фон пещеры изначально был белым».
А что изображает белый цвет пещеры? Пещеру, в которой воссиял свет Воскресения! А сам Лазарь, по мысли Андрея Рублева, прообразует Воскресшего Христа.
К уточнению иконографической интерпретации «Святой Троицы» преподобного Андрея Рублева, Малков Георгий, диакон
Ссылки на труды авторов, в которых приводятся такие трактовки, см. в прим. 2.
Надо пояснить, что значат эти слова. В Византии были споры: Кому из Лиц Пресвятой Троицы приносится Евхаристическая Жертва во время совершения Литургии? Только ли Богу Отцу или, например, еще и Богу Сыну?
Богословы ответили так: и Богу Сыну тоже. Как же так? Неужели Он Сам Себя Себе же и приносит в Жертву? Да. И об этом именно говорит молитва, читаемая священником тайно во время пения Херувимской песни: «Ты еси приносяй и приносимый…» То есть Ты – и Тот, Кто приносит, и Тот, Кому приносится эта Жертва.
См. примечание 2.
Русское слово «домостроительство» – буквальный перевод греческого «икономия». Впервые это слово использовал Ап. Павел. За ним – многие святые отцы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *